XVII. Ответный визит
Шарль уже двадцать минут сидел в прихожей и скучал. Он то и дело поправлял свои взлохмаченные волосы и поглядывал на часы, отсчитывая секунды на циферблате. Никогда ещё время не тянулось для него так долго. Он привык к высоким скоростям на треке, где один круг проходишь чуть больше чем за минуту. Жить мгновениями - весело, но слишком опасно. А сейчас ему предстояло испытать все тяготы долгих сборов и вечных сомнений насчёт того, как лучше одеться. Он наблюдал, как девушка носилась из одного угла комнаты в другой, торопливо собираясь.
— Элен, mon amour, если ты будешь продолжать так прихорашиваться, мы никуда не успеем.
Леклер был готов ждать её хоть вечность. С ней время становилось вовсе незначимым, а значит, бесполезным. Жить в собственном ритме. Ему порой нравилось видеть, как Елена тщательно подбирает наряды даже на обыкновенную прогулку. Порой это длилось долго, но того стоило. Причём в большинстве своём это были не дорогие платья или модные украшения, а простая одежда: пиджаки, брюки, даже обычные спортивные кофты. Ей не нужны гламур и роскошь. Главное - практичность и удобство. И парень легко это принял. Если бы не назначенная и обговоренная заранее встреча, он наслаждался бы и дальше её неторопливостью.
Вообще, Шарль всё чаще ловил себя на мысли, как сильно он изменился за последние несколько дней. Особенно после проведённого небольшого отпуска в Софии. Знакомство с семейством Гебневых прошло очень удачно. До сих пор с трудом верилось, что ему удалось найти общий язык с суровым Пламеном, который чуть позже оказался тем ещё шутником. Александра Гебнева сильно напоминала ему его родную маму, и теперь он горел желанием познакомить их при первой возможности. Они не жили в роскоши, не имели в гараже десятка разных люксовых авто (в отличие от Леклеров), не ездили на дорогие курорты, хотя могли позволить себе это благодаря деньгам дочери. Простая жизнь без изысков дарила совсем иные ощущения. Это не Монте-Карло, где каждый пытается выпендриваться своим состоянием. Люди в Болгарии проще, у них нет страсти к чрезмерному богатству. Да и зачем?
Чтобы стать знаменитым и занять высокое положение в обществе, нужно много работать и сохранять свой внутренний мир. Шарль никогда не задумывался о том, как много пришлось преодолеть обычной девушке из обычной семьи, чтобы достичь таких высот. Возможно, именно поэтому он любил её так искренне. Он восхищался тем, как она радуется простым вещам, не требует дорогих подарков и может сама себя обеспечить. По сравнению с другими гонщиками из Driveclub или «Формулы-1», Елена казалась человеком из другого мира...
Её сейчас не узнать. От былой скромности и простоты не осталось и следа. Перед зеркалом стояла та самая девушка, с которой он познакомился на дне рождения Лиама. Вместо алого платья на ней теперь было чёрное, облегающее фигуру и подчёркивающее все её достоинства. Оно струилось до самых щиколоток, не стесняя движений. На ногах были босоножки на высоком каблуке, но не выше самого парня. Из украшений - только серебряные серьги, два браслета на левой руке и часы. Это был настоящий минимализм. Но даже в таком виде она завораживала. Казалось, что перед ним стоит мраморная статуя, созданная мастерами эпохи Возрождения. Именно такой и должна быть девушка, подходящая Милану.
— Ну что, мы идём или ты передумал? — Елена не могла не съязвить, видя, как Шарль пускает слюни от её наряда.
Выдел бы он своё лицо! Словно школьник, вытаращил глаза и смотрел в одну точку. Теперь ему стало неудобно за свой внешний вид и возникло острое желание найти что-то получше рубашки с короткими рукавами, футболки и светло-голубых джинсов. Пришлось с трудом подавить это желание, так как время поджимало. Контраст между ними в данный момент был разительный, от чего девушку охватил лёгкий смех.
— Мне кажется, или ты слишком буквально восприняла слово «важный ужин», — только и смог сказать Леклер, окидывая полностью наряд девушки с восторгом и вожделением.
— Ну ты же не сказал, что конкретно мы там делать будем. Мне переодеться? — хитро прищурила глаза Гебнева, явно забавляясь ситуацией.
— Нет! И так опаздываем. Поехали уже.
Шарль первым открыл дверь дома, чтобы пропустить Елену на улицу. В воздухе витали ароматы цветущей зелени, спелых апельсинов, растущих в небольшом саду, и акаций. Каменная стена, огораживающая весь периметр и покрытая диким виноградом, создавала иллюзию ветхого древнего замка, забытого со времён Средневековья. На самом деле внешне дом напоминал поместье, где когда-то жили графы, но с их уходом всё пришло в запустение. Внутри же царили современный ремонт, уют и был прекрасный вид на горы и тёмно-синие воды озера. Здесь не было ничего вычурного — только классика с элементами поздней античности. Несмотря на первоначальные протесты Елены, которая говорила: «Это слишком дорого! Лучше снимем на пару дней комнату рядом с Миланом, чтобы папарацци не могли нас найти», — дом оказался именно тем, что нужно.
Возле дома на пустой парковке их ждала машина. Это была не Ferrari, к которой привык парень, а новенький Koenigsegg CC850. Чем больше Гебнева знакомила его с достижениями шведского автопрома, тем больше ему нравились эти автомобили, созданные гением фон Кенигсегга. Он уже подумывал о том, чтобы в будущем приобрести один из них. Шарль первым делом, как полагается джентльмену, усадил в салон сначала даму, а потом сел сам. Пришлось перед этим часа два уговаривать Елену не садиться за руль. Из-за этого они чуть не поругались. Но спустя двадцать минут убедительных доводов со стороны Леклера ей пришлось признать поражение. Он замер на мгновение, прежде чем тронуться на встречу. Его пальцы скользнули по прохладному карбоновому ободу руля Koenigsegg, и в груди что-то ёкнуло — знакомое волнение гонщика, смешанное с новым, почти трепетным уважением к машине, которая не была его «боевой лошадью». Он бросил взгляд на Елену, уже пристегнувшуюся на пассажирском сиденье. Её профиль, освещённый закатным солнцем, казался высеченным из мрамора — совершенным и невозмутимым.
— Может, наконец приоткроешь завесу тайны и скажешь, куда мы едем? — изнывала от любопытства гонщица.
— Почему я должен что-то говорить? Тебе напомнить, как ты мучила меня своим «сюрпризом»?
Брюнет не мог забыть, как девушка до последнего не говорила ему о встрече с родителями. Едва мысль о том случае всплывала в голове, как по телу пробегала волна мурашек. Хорошо хоть, всё закончилось на отличной ноте. Теперь его черёд платить той же монетой.
Они ехали в полном молчании. От нечего делать Елена смотрела в окно и наслаждалась прекрасным видом на озеро. Почти по всей его протяжённости вдоль гор и береговой линии стояли отельные комплексы, маленькие городки или одинокие частные дома. По водной глади туда-сюда сновали лодки и катера - местный общественный транспорт (правда, только для состоятельных людей). Над всем этим великолепием возвышалась длинная гряда Альп, точнее, её предгорья. Солнце почти скрылось за тонкой полоской горизонта, предвещая наступление вечерних сумерек. Постепенно загорались огни, создавая атмосферу волшебства. Гебневу здешние красоты сильно напоминали Софию. Хотя она была там совсем недавно, уже начала скучать по родителям и родному городу.
Лёгкая дрожь выдавала её волнение перед неизведанным. Что на этот раз придумал Шарль? Что за важная такая встреча, ради которой пришлось так наряжаться? Однако, глядя на более простой и в то же время стильный вид парня, она понимала, что предстоит не светский вечер в высших кругах общества. Мучать себя догадками было бесполезно. Всё равно ответа не дождешься. Девушка полностью ощутила чувство незнания и отсутствие готовности к любой ситуации. Нечто похожее испытывал её парень, когда они летели в Болгарию.
Машина плавно остановилась перед массивными дубовыми дверьми здания. Это был «обычный» ресторан, где подавали изысканную итальянскую кухню. За стеклом с улицы можно было разглядеть просторный зал с несколькими большими столами и столько же поменьше. Ещё имелся выход на открытую террасу со спуском к небольшой пристани, где стояла пара катеров. Их можно было арендовать для прогулок, но за отдельную плату. Они вошли в ресторан, где тёплый свет люстр смешивался с последними лучами заката. Шёпот скрипок и аромат свежеиспечённой фокаччи окутал их, словно обещая, что этот вечер станет особенным. Метрдотель, узнав Шарля, почтительно кивнул и провёл их через зал к террасе, где был накрыт столик у самой известняковой ограды. Озеро, окрашенное в золото и багрянец, будто замерло в ожидании.
Вид с террасы действительно завораживал. В свете зажжённых фонарей романтика и таинственность места только усиливались. Посторонних вокруг почти не было. Многие сидели в зале.
За столиком их уже ждали. Четыре человека сидели полукругом, что-то негромко обсуждая. Периодически слышались смешки и разговоры на французском. У всех наряд был довольно простым и не бросался в глаза. На их фоне Елена почувствовала себя моделью перед публикой, что её немного напрягло. Лишь одна молодая девушка была одета в нечто похожее на наряд Гебневой, но уступавшее в красоте. К горлу подступил комок. Ладони похолодели и разом вспотели. Шарль взял возлюбленную покрепче за руку, придавая уверенность.
Подойдя ближе к собравшимся, Гебнева пару секунд рассматривала женщину, сидевшую в центре. Её лицо казалось очень знакомым, словно они уже однажды пересекались. Внезапно в голове вспомнилось Гран-При Монако: перепутанные по невнимательности стаканчики с кофе, тёплая беседа во время гонки и обещание ещё раз встретиться. Она никак не ожидала, что в тот день ей посчастливилось встретиться с самым близким человеком Шарля. Рядом с ней сидели двое молодых людей, самому младшему из которых на вид было около двадцати двух, а второму — примерно тридцать или чуть больше. Девушка заметила между мужчинами поразительное сходство, быстро осознав, что все трое — родные братья. Рядом сидела высокая и стройная брюнетка, лучезарно сверкая белоснежной улыбкой. Она явно была рада появлению в их компании новой подруги.
— Так вот та красавица, что покорила сердце моего сына, — Паскаль встала из-за стола, поприветствовав пару. Она тепло приняла в объятия Елену.
— Очень приятно познакомиться с вами, миссис Леклер, — ответила девушка.
— Ой, прошу, зови меня Паскаль. Мы ведь не так давно стали подругами, — подмигнула мама Шарля, явно намекая на произошедшее в Монте-Карло.
— Так вы знакомы?! — от неожиданности удивился монегаск. Его брови резко взлетели на лоб. Он пару секунд стоял в изумлении.
— Долгая история, потом расскажу, — сказала Гебнева, сделав вид, что не придала этому значения.
Следом за Паскаль с мест поднялись остальные. Первым для знакомства подошёл старший из Леклеров. Выпрямившись во весь рост, он оказался чуть выше братьев. Его движения были размеренными, словно каждое действие он продумывал заранее. Видно было, что он аристократ и всегда старался соответствовать образу. Даже лёгкий костюм пастельно-голубого оттенка сидел на нём, как у настоящего интеллигента. Тёмные волосы, аккуратно зачёсанные назад, и пронзительный взгляд тёмно-зелёных глаз выдавали в нём человека, привыкшего держать всё под контролем. Он чуть склонил голову вперёд в знак приветствия и легко сжал руку Елены.
— Лоренцо, — голос прозвучал низко, но крайне приятно. — Честно признаться, не думал, что столь обаятельная леди может ещё и водить гиперкары на высоких скоростях. Теперь автоспорт смотреть гораздо интереснее.
— Вы мне льстите, — засмущалась гонщица от восхищения.
— Если ты думаешь, что он смог сделать приятное одним словом, то перед тобой абсолютный чемпион в искусстве комплиментов, — раздался голос справа, лёгкий, с едва уловимым насмешливым оттенком. Подошёл второй брат, тот, что помладше, лет двадцати трёх. В отличие от Лоренцо, в его движениях чувствовалась небрежная грация спортсмена или артиста. Светлые, почти соломенные волосы были слегка растрёпаны, а в карих глазах искрилось безудержное веселье. На нём была простая, но стильная поло карминного цвета с логотипом Ferrari и тёмные джинсы. — Артур. Приятно познакомиться, — вместо рукопожатия он затянул девушку в объятия.
Последней на каблуках подошла брюнетка. Она так торопилась познакомиться с Еленой, что чуть ли не готова была расталкивать всех, чтобы поздороваться первой. Её кремовое лёгкое платье развевалось на ветру, подчёркивая фигуру. Семеня в туфлях на широком каблуке, красотка чуть не влетела в Гебневу, от чего та едва не упала. Пришлось ухватиться за руку Шарля, вовремя подхватившего её за талию. От комичности ситуации все посмеялись.
- Господи, как я рада наконец-то тебя видеть! - буквально завизжала от радости девушка. - Я Шарлотта, невеста Лоренцо. Будем теперь подругами! Я когда узнала, что у нашего Шарли появилась спутница, я до самого Милана гадала, кто может быть эта счастливица. И вижу, что передо мной настоящая богиня!
Комплименты лились нескончаемым потоком. Гебневой казалось, что к концу вечера у неё появится своя собственная группа поддержки в лице семьи Леклеров. Никогда в жизни она не слышала столько приятных и тёплых слов, как за один этот вечер. Приятно оказаться в кругу людей, для которых роскошь и блеск софитов - не главное. Почему-то гонщица ожидала худшего сценария. Многие из её окружения, в особенности другие гонщики, зачастую стремятся подчеркнуть престиж и собственное состояние, не задумываясь о моральной составляющей. С ними обычно не о чем говорить, кроме как о деньгах. Как хорошо, что семья Шарля не входит в эту категорию.
После яркого и тёплого знакомства все снова расселись по местам. Теперь Елена оказалась в центре внимания. На неё смотрели несколько пар глаз, с интересом и восхищением разглядывая её. Напряжение росло. Даже Шарлотта не могла сравниться с ней, что вызвало у неё лёгкий, но мимолетный укол зависти.
Вокруг повисла небольшая пауза, однако она не была гнетущей или тревожной. Скорее, немного неловкой. Девушка чувствовала, как лёгкий румянец заливает её щёки под пристальными, но доброжелательными взглядами. Она машинально поправила складку своего чёрного платья, пытаясь совладать с внезапной нервозностью. Быть центром внимания на трассе - одно дело, там адреналин и фокус на победе заглушают всё остальное. Здесь же... здесь она чувствовала себя как редкий экспонат на выставке.
— Что ж, Елена, — прервала молчание Паскаль, — расскажи нам немного о себе. Шарль нам не так подробно, но весьма красочно описывал тебя. Я никогда не видела его столь влюблённым, как сейчас.
Когда Елена слушала миссис Леклер, она вдруг осознала, насколько ее слова тогда в Монреале звучали искренне. Иногда в ее подсознании невольно закрадывалось чувство, что однажды их отношения разрушатся. Неверное — это из-за собственного страха и боязни потерять человека, ставшего почти родным. В речи мамы ее парня не было намека на фальшь или лицемерие. Он действительно любил. Просто иногда она сама поддавалась сомнениям, эмоциям. Теперь гонщица на сто процентов была уверена, что Шарль тот самый.
— Ну... — замялась с ответом Елена, обдумывая предложение, — вам известно, но остальным нет — я профессиональный пилот в «Драйвклаб» и выступаю за заводскую команду «Кёнигсегг». Сама я из Болгарии. Вот, мы недавно ездили знакомить моих родителей с Шарлем в Софию. Теперь настала моя очередь познакомиться с вами.
— Отлично! Осталось нам собраться всем вместе и обсудить дату и детали будущей свадьбы.
Неожиданная концовка заставила Шарля поперхнуться, и чудом сдержаться, чтобы громко не закашлять. Он давно знал свою маму и ее периодически возникающие непредсказуемые идеи, но тут она превзошла сама себя. Елена только издала нервный смешок. Ей казалось, что лишь ее мама умеет шутить подобным образом. И почему всем так хочется их поженить так быстро? Они встречались меньше полугода. Видя, с какими лицами сидела пара, остальные громко засмеялись.
В действительности, Елена мечтала в скором времени познакомить своих родителей с семьей Леклеров. Они бы нашли общий язык. Правда, ей хотелось, чтобы это событие произошло не так скоро.
Услышав, что девушка участвует в гонках, парни и особенно Артур заинтересовались. В их глазах вспыхнуло неподдельное любопытство. Шарлотта в ответ вскинула брови. В ее голове не укладывалось, что такая красотка, как Елена, не только водит гиперкар, но еще и участвует в гонках. Не каждый день можно увидеть женщин-пилотов, соревнующихся наравне в автоспорте с мужчинами. Паскаль обратила внимание на реакцию невестки. У нее возникло точно такое же удивление, когда они познакомились в паддоке на Гран-При Монако.
— И когда же следующая гонка? — спросил Артур, устроившись поудобнее на стуле.
— Завтра начинается турне по Италии. Первая гонка в Милане.
— Уже завтра?! Нам надо срочно посмотреть! Есть еще билеты? А «Феррари» там тоже участвуют?
Младшего из Леклеров прорвало на вопросы. В нем загорелся юношеский азарт. Казалось, что молодой человек болеет за «Скудерию» сильнее Шарля, хотя оба всегда питали преданность и любовь к ней. Начались долгие расспросы, на которые Елена отвечала охотно, параллельно рассказывая истории из своей спортивной карьеры. Она была главным гостем сегодняшнего вечера.
Ужин шел размеренно и спокойно. Постепенно внимание от Елены сместилось на другие темы, и все обсуждали что-то свое. Братья разговаривали о своих мужских вещах, изредка подключаясь к разговору с дамами, слушали очередные шутки и смешные рассказы девушки. Тема автоспорта звучала не часто, разве что по просьбе Артура, которому хотелось узнать про Driveclub очень много. В свою очередь Паскаль и Шарлотта больше проявляли интерес к более бытовым вещам; брюнетка готова была пуститься в пляс, узнав, что гонщица хорошо разбирается в моде (надо сказать спасибо Карле). Новые подруги договорились во время этапа в Риме погулять по бутикам, заодно ближе узнать друг друга. Паскаль хотела узнать об их совместном отдыхе в Софии. Ей тоже захотелось увидеть Болгарию. Узнать, как живут люди в стране с одними из самых низких цен на жилье и богатой культурой, насчитывающей несколько тысяч лет.
Беседы с семьей Леклеров навевали Елене мысль о том, как много схожего между ней и Шарлем и в то же время какие есть противоположности. Невероятно, но сейчас ее отношения действительно можно считать идеальными. Быть рядом с любимым, проводить с ним время и находиться в кругу его близких... Что может быть лучше? Осталось только выиграть гонку, в чем девушка не сомневалась.
Сам Шарль был на седьмом небе от счастья. Он не так сильно нервничал, как его девушка во время поездки в Софию, однако волнение все же присутствовало. Неизвестно, как бы отреагировала мама, узнав, что Елена - гонщица, а не модель или певица. А потом Гебнева рассказала историю их первого знакомства с Паскаль, и волнение улеглось. Заодно остальные приняли ее радушно. С бывшей, Кармен, все было иначе.
Он смотрел, как девушка легко смеется над шуткой Артура, как её глаза искрятся в свете террасных фонарей, и сердце сжималось от нежности. Эта простота, это отсутствие позы - всё было так непохоже на выверенную до мелочей элегантность Кармен, которая всегда казалась частью дорогой фотосессии, а не реальной жизни. Кармен требовала постоянного восхищения, дорогих жестов; ее мир вращался вокруг статуса и внешнего лоска. Елена же... Елена просто была. И в этой подлинности была ее невероятная сила. Она сияла изнутри, и это сияние притягивало куда сильнее любой искусственной блистательности.
Уютный вечер плавно близился к своему завершению. Комо давно погрузилось в густые сумерки и озарилось тысячами огней. В ресторане, как и на самой террасе, стало значительно тише. Будто все посетители давно ушли, и осталась только семья Леклеров и Елена. За разговорами время пролетало незаметно. А прошло-то всего каких-то два часа, если не меньше. Главные блюда давно сменились десертами, а вместо вина - латте. Беседы стали тише, интимнее. Лоренцо и Шарлотта обсуждали планы на ремонт в своей новой квартире, Артур с энтузиазмом рассказывал гонщице о последней технической новинке, увиденной на заводе Ferrari в Маранелло, а Шарль просто слушал и наслаждался остатками дня. Взглянув на часы, показывавшие половину одиннадцатого, он обратился ко всем:
— Думаю, нам пора, — он повернулся к девушке, которой, судя по виду, уезжать не хотелось. Но стоило привести себя в порядок перед завтрашней гонкой. — Завтра ранний подъем, техосмотр, бриффинг... Квалификация. А нам нужно еще успеть заранее добраться до Милана.
Все понимающе кивнули. Никто не стал задерживаться или спорить. Начались прощания — теплые, немного затянувшиеся. Артур пообещал непременно приехать на трассу; Лоренцо пожелал удачи с подчеркнутой вежливостью, а Шарлотта снова крепко обняла подругу:
— Мы обязательно сходим по магазинам в Риме! Я тебе покажу все лучшие места! И не волнуйся завтра — ты же Королева Трассы!
Паскаль поцеловала Елену в щеку, чем вызвала приятные мурашки по ее телу:
— Спокойной ночи, дорогая. Удачи. Мы все будем болеть за тебя.
Путь обратно к Koenigsegg прошел в молчании, но это было комфортное, умиротворенное молчание. Шарль открыл дверь для Елены, помог сесть. Когда он завел двигатель, тихий, но мощный рык шведского гиперкара разорвал ночную тишину озера, но уже не казался вызовом. Теперь это был просто голос машины, увозящей их домой.
Ехали не спеша. Елена прислонилась головой к подголовнику, наблюдая, как мелькают в темноте огоньки прибрежных домов. Сегодня она испытала невероятные эмоции. Настолько счастливой она себя никогда не чувствовала. Ее знакомство с семьей Леклеров сравнимо разве что с первой победой в чемпионате. День был пройден не зря, а завтра с полной уверенностью ее ждет победа в квалификации, а затем в гонке. С такими людьми, как Паскаль, Артур, Лоренцо, Шарлотта и, конечно же, Шарль, шанс завоевать первое место — сто процентов.
Доехали до дома быстро. Быстрее, чем до ресторана. Сказывалась пустота на дорогах и отсутствие машин. Леклер первым вышел из машины и помог Елене выбраться из салона. Едва они оказались снаружи, как тут же девушка обвила его крепкую шею руками и поцеловала. Страстно, но аккуратно. Без лишних слов и проникновенно. Достойная награда за прошедший день. Шарль даже не удивился и тем более не протестовал. Руки легли на ее талию, притягивая ближе к себе. В свете единственного фонаря поцелуй выглядел очень романтично. В подобных случаях время перестает иметь значение. Существует одно мгновение, длящееся вечность. И не стоит прерывать его без причины.
— Спасибо... — проговорила тихим голосом Елена, отстранившись от губ Шарля и смотря ему в глаза. — За все спасибо.
— Это мне ты должна сказать спасибо, — так же тихо ответил он.
— За что?
— За то, что предложила мне потанцевать тогда, на дне рождения Лиама. Я не представляю свою жизнь без тебя.
Не требовалось лишних слов. Безмолвием все становилось предельно ясно. Прижавшись сильнее к груди, Елена чувствовала под рубашкой монегаска биение его сердца. В такт ему билось ее сердце. Они так простояли в тишине несколько минут. Наслаждаясь близостью друг друга. Как тогда в Монреале.
Ночь официально вступила в свои права. Тишина опустилась на озеро, и лишь шум мелких волн доносился с берега. Пара направилась в дом, чтобы кутаться вместе в теплое одеяло в объятиях друг друга. А завтра они вновь станут порознь, ведь нужно не забывать о секрете, который приходится хранить от общественности. Но все это случится завтра. Завтра...
---------------------
Примечание: Бууууум! А вот и наконец-то новая глава подъехала! Спустя два месяца... 😬😬 Сейчас у автора начинается летняя сессия, поэтому пока выход новых глав приторможен. Но они будут писаться. А пока всем приятного простения!!!))))