V.Все только начинается
Приближался к концу пятидесятый круг гонки, и никто не знал, кто выйдет победителем. Напряжение было таким плотным, что его можно было разрезать ножом. Трибуны, механики, инженеры — все замерли в тревожном ожидании, отсчитывая последние круги на трассе. Сохранять спокойствие в такой ситуации было невозможно, но именно в эти моменты гонщики, сражающиеся за места на финише, дарили зрителям тот азарт, ту страсть и тот дикий адреналин, за которые все так любят Формулу-1.
На очередном повороте трассы Ландо и Макс снова обменялись позициями. Несмотря на неудачную квалификацию и спринт, команда «папайе» смогла восстановить позиции и даже выйти в лидеры. У британской команды появился шанс взять первое золото в сезоне. Смогут ли они воспользоваться этим, когда на пятки наступает соперник из Red Bull? Следом за лидерами шёл Шарль. Он несколько раз лидировал, но стратегия Ferrari оставила его на третьем месте. Приблизиться к лидерам или сократить отставание было уже практически невозможно, так что оставалось удерживать бронзу и надеяться на Карлоса, который вел жаркую битву с Пересом.
Покрышки на болиде Леклера износились почти до предела. В любой момент они могли не выдержать, и заветное третье место могло ускользнуть. Монегаску приходилось сбавлять темп, чтобы шины не лопнули раньше времени. Это вызывало сильное волнение и стресс у тиффози и всех болельщиков. Гонка приближалась к финишу, но за оставшиеся круги всё могло измениться. С каждым пройденным поворотом зрители задерживали дыхание. Любая ошибка могла стоить драгоценных очков любимой команде.
На протяжении всего заезда Елена волновалась не меньше всех остальных. Её глаза были прикованы к экрану монитора, где показывали красный болид с номером 16. Ей хотелось только одного — победы Шарля. Будь она рядом, непременно взяла бы наушники и координировала действия пилота сама. В такие моменты здравый смысл отступает перед эмоциями, и перспективы подиума кажутся реальными и достижимыми.
Карла, находясь рядом с Еленой, испытывала легкий испуг. Она побледнела, видя, как Ландо, с которым у неё явно были особые отношения, сражается бок о бок за первое место с Максом. Елена старалась всячески поддерживать подругу, чтобы та не потеряла сознание от переизбытка эмоций. Итальянская модель остро воспринимала гонки и соперничество между командами.
И вот, наконец, долгожданный финиш. Толпа приветствует своих героев, среди которых оказался и Шарль. Карлотта визжала от радости, радуясь первой победе в сезоне. Елена разделяла её чувства, хотя мысленно её поздравления предназначались другому человеку. Стоя немного в стороне, она наблюдала, как сегодняшние герои поднимаются на пьедестал. В глазах Леклера читалась гордость за себя и за команду. Пусть золото ускользнуло, но третье место тоже почётно.
Карла хотела ворваться к Ландо на пьедестал и вместе с ним разделить радость победы. Правда этому мешали многочисленные фанаты, репортеры и фотографы. Гебнева оставалась чуть в стороне наблюдая за всей процессией, но она явно ощущала, что гонщик в голубом комбинезоне «Феррари» смотрит прямо на нее.
После этого последовала пресс-конференция. Пилотов засыпали бесчисленными вопросами, они то и дело не успевали давать на них ответы и приходилось отвечать только на наиболее важные. Им надоедала эта суета, поэтому к делу подключились руководители команд, принимая, весь огонь на себя.
Едва троица ушла за боксы, как на них накинулись их персональные фанаты. Вот уж кому они оказались действительно рады.
— Поздравляю с первой победой в Формуле! — Димитри буквально налетела на Ландо, заключив в крепкие объятия, от чего тот чуть не упал.
Со стороны это выглядело весьма комично и необычно. Осознав, что на этих двоих смотрят, Карла поспешила отстраниться и залилась краской на щеках. Норрис чувствовал себя аналогично, хоть и пытался это скрыть. Макс и Шарль предпочли не обращать внимания. Елена тихо посмеялась с ситуации, но тоже предпочла не акцентировать на произошедшем.
— Пусть пока радуется, на следующем Гран-при победа снова будет за «Ред Булл», — с легкой завистью сказал Ферстаппен, вытирая свой потный лоб полотенцем.
— Следующая гонка в Имоле, «Феррари» победит! — напомнил всем Шарль.
— Сначала догоните нас, а потом посмотрим.
— Мальчики, вы все хороши, — вмешалась в диалог Елена, чем привлекла внимание всех.
— А за кого болела ты? — решил спросить Ландо, переводя взгляд с Карлы на ее подругу.
— О-о, пожалуйста только не это... — Гебнева закатила глаза, пытаясь съехать с темы.
— Нет-нет, ты обещала, тот кто победит, за того и будешь болеть. Я полагаю, выбор очевиден.
— Честно, я болела за «Астон Мартин».
— Что?! — хором воскликнули парни. Норриса хватил удар от подобного заявления. — Прошу, скажи что это розыгрыш.
— Ни разу.
Все вместе собирались уже идти в сторону вагончиков, но Леклер решил помедлить, взяв осторожно за руку Елену. На нее словно вылили ушат ледяной воды. Сотни маленьких молний дали разряд по всему телу. Что он творит? Хотелось сразу одернуть запястье, правда вместо этого девушка позволила держать ее чуть крепче. Она в глубине души этого хотела, однако опять внутренний голос кричал, что не стоит поддаваться чувством.
Гебнева повернулась к Шарлю лицом. Чем дольше она смотрела ему в глаза, тем больше эмоции одерживали победу над здравым смыслом. Возможно если бы первым не заговорил парень, гонщица так и продолжила разглядывать каждую частицу его лица и не понимать происходящего.
— Я надеюсь ты пошутила насчет «Астон Мартина»?
— Почему ты вдруг решил, что я шучу? — Елена быстро вернула себе самообладание и сделала хитрое выражение лица.
— Я же вижу. Это не может быть правдой.
— Почему вам всем от меня что-то надо?
— Ты первая начала.
Ей ничего не оставалось как посмеяться. Вновь его слова вызывали смех. Неужели здесь присутствовала какая-то магия, действующая только на Гебневу? Ответ не мог дать даже Шерлок Холмс.
— Ты идешь сегодня с нами в клуб? — решил сменить тему гонщик.
— В клуб? — Елена посмотрела на Шарля скептически.
— Отметить победу. Тебе Ландо разве не сказал?
— Ха-ха-ха, очень смешно, — наигранно посмеялась девушка.
— Ну так ты пойдешь?
— Дайка подумать... Если это звучит как приглашение, то я вполне согласна. Но с условием: я много пить не буду.
— Это я обеспечу. Я хорошо запомнил тот день. Кстати, я рассказал об этом парням.
— Ах, ты! — Елена не удержалась и ударила парня по плечу.
— Успокойся. Тебе не говорили, что у тебя помимо отсутствия манер еще отсутствует и чувство умора, — Леклер пытался защищаться от града ударов, сыпавшихся не него.
— А тебе не говорили, про твои плохие шутки. Я однажды сойду с ума с тобой!
* * *
Клуб «Long Beach» был самым лучшим во всем Майами. Как минимум по тому, что фактически в самом центре Маями-бич. Несмотря на своем расположение, попасть сюда мог далеко не каждый. Обычных людей не всегда пускали и еще реже всяких назойливых папарацци, которым иногда хотелось добыть интересные кадры знаменитостей. У клуба на такой случай имелся специальный вход, куда могли пройти, только люди высокого статуса.
Гонщикам хотелось на один день побыть не звездами автоспорта, а простыми посетителями, пришедшие в столь необычное место, чтобы отдохнуть. Благо что на улице, что внутри никто не просил дать автограф или сделать фото. Сотрудники исправно несли службу и не допускали подобных вещей.
Сразу со входа гостей встретила громкая музыка. Вечер был в самом разгаре. Горячий воздух обдал всех от чего стало немного жарковато. Кондиционеры не справлялись с нагрузкой и работали насколько это оказывалось возможным. На противоположной стороне у бара играл диджей, задавая тон тусовке. Танцпол заполнен людьми и пройти к столикам казалось нереально. За баром напитки разлетались как горячие пирожки, только их успевали подавать посетителям. Такая обстановка радовала гонщиков и пришедших вместе с ними девушек. Только Гебнева немного нервничала.
Для Елены шумные места по типу клубов и вечеринок не были по нраву. Нет, она часто посещала с командой и с Лиамом похожие заведения, празднуя победы, но все же чувствовала себя чужой. Еще с детства гонщица держалась подальше от различных компаний в школе и университете, предпочитая одиночество и время наедине с собой. Читать книги с прекрасным видом и пить чай, размышляя о своем куда приятнее, чем слушать как музыка бьет по ушам, а горло в миг становится хриплым.
Возможно если бы не два человека, присутствовавшие здесь, то Елена вряд ли согласилась пойти, даже несмотря на уговоры Лиама. Карла действовала всегда напористо и добивалась своего. Так что едва гонщицу посетили мысли об отказе, ее подруга тут же начала приводить тысячу и одну причину идти в клуб.
С Шарлем все обстояло по иному. Рядом с ним на второй план уходила тревога, ощущение отстраненности. Одним видом ему удавалось снять напряжение, которое не давало покоя душе. Он вел себя естественно, без показухи, как в тот день в Италии. Улыбка, излучающая только позитив и положительные эмоции, чувство юмора, а самое главное открытость — девушка не чувствовала себя одинокой пока монегаск находился возле нее.
Лиам, Макс и Ландо сразу пошли брать напитки на весь коллектив, не обращая внимания на цены. Им главное вдоволь напиться и провести вечер на все сто.
Их столик находился на втором этаже клуба, откуда открывался хороший вид на сцену и музыка была чуть тише. К тому же имелся выход на крышу, куда часто люди выходили подышать воздухом после энергичных танцев и духоты в зале.
Все расположились полукругом на большом диване. Кроме сегодняшних победителей Гран-При, в компании были Карлос, занявший по итогу пятое место и Льюис. Для него уже шестая гонка заканчивалась с не лучшим результатом. У «Мерседес» имелись явные проблемы. Они начались еще с того дня, как чемпионом стал «Ред Булл».
Вообще британец сразу понравился Елене. Он явно был мудр не по годам. Его голос звучал ровно, без лишней эмоциональности, умел переводить легко темы, не замечая этого. Когда девушка в перерывах между практиками и квалификацией разговаривала с Хэмилтоном, ее впечатлило как он в целом относится к происходящему в его жизни неудачам на данном этапе.
— Почему ты не сдался? Я бы на твоем месте давно опустила руки и не знала куда податься, — спросила в тот день Гебнева, выпив с гонщиком стаканчик кофе в паддоке.
— Я не первый год в Формуле, — скромно сказал Льюис. — Я знаю как тут все устроено. Пока есть силы и желание я буду гонять. А победы и поражения это явление приходящее и уходящее.
— А ты не пробовал сменить команду?
— В «Мерседес» я начал свой путь к славе, в «Мерседес» и закончу. Хотя... — гонщик задумался, но озвучивать свои мысли не стал.
Это простое откровение вызвало у Елены к Льюису большое уважение. Несмотря на конфликты в команде, оставаться преданным ей и выкладываться по полной удается не каждому. В этом смысле девушка оказалась похожа. Сейчас руководство Koenigsegg основательно поменяла весь состав чем вызвала явное негодование со стороны сотрудников и фанатов. Никто не знал чего ждать от нового состава шведской команды. И происходящее внутри коллектива запросто могло заставить Гебневу сменить команду или вообще уйти из спорта. Но верность принципам и стремление к победам не дали этого.
Сейчас девушка вновь вела душевные беседы с Хэмилтоном, периодически общаясь и с Шарлем. Правда их разговор быстро прервался появлением парней, держащих в своих руках не малое количество спиртного.
— Дамы, — перекрикивая музыку обратился Норрис к девушкам, преподнося алкогольные напитки.
Елене досталась ее любимая «Маргарита». Видимо Карла успела сообщить Ландо, что пьет ее лучшая подруга. Но в данный момент пить не было никакого желания.
— Спасибо, но не стоило. Я не собиралась сегодня пить, — добавила Елена.
— В клубе и без алкоголя? — удивленно поднял бровь Ландо.
— Не хочется потом в чужом номере очутиться.
Хитрый взгляд пал на Шарля, от чего тот засмеялся, понимая суть сказанного. Пилоту из «Макларен» оставалось только гадать к чему вели эти двое.
— Я что-то пропустил важное?
— Заткнись! — Леклер по-дружески толкнул британца в плечо.
Словно бы по повелению высших сил из динамиков заиграла любимая песня Елены группы Abba в стиле техно, под которую она бы часами могла без перерыва плясать. Шведы умели помимо машин еще и хорошую музыку делать. Именно данное обстоятельство подействовало на девушку сильнее любого алкоголя. Душа хотела плясать, а вместе с ней и чувства.
Гебнева подскочила как укушенная, утаскивая за собой Шарля на танцпол. История повторялась только в этот раз в ней не было вина, шампанского или чего покрепче.
Леклер как завороженный смотрел на Елену, не отводя взгляд. Его тянуло к ней и отрицать это совершенно бессмысленно. Они двигались синхронно в ритм музыки, их тела часто соприкасались друг с другом. Ее серые глаза блестели в свете прожекторов, чем привлекало гонщика еще сильнее. Никогда он не встречал подобного человека, способного зажечь в нем искру, которая казалась взаимной.
Поддаваясь искушению, собственным эмоциям, Гебнева неожиданно положила свои тонкие руки на шею Леклеру. Она позволила дотронуться монегаску до ее бедер. Никто из двоих не прерывал зрительный контакт. Вглядываясь в души друг друга, они читали мысли, желания. И сейчас в их головах крутилось лишь одно желание. Будто по щелчку мир для них перестал существовать. Музыка звучала приглушенно, только биение двух сердец доносилось до их ушей. Осталось совсем немного... То, чего так долго ждали оба.
Как это часто бывает, в самый ответственный момент происходит нечто не входящее в планы. Ландо вместе с остальными тоже выбрались потанцевать. Его несвоевременное появление разрушило в одночасье все, к чему шли два одиноких сердца.
— Думали вы без нас танцевать будете? — горомко говорил Норрис, подтанцовывая под очередную песню. Его голос, как звон колокола заставил вынырнуть из омута собственных переживаний.
Елена тот час вернулась в реальность, вместе с тем к ней возвратился трезвый и ясный ум. Руки поспешно опустились с плеч Леклера, а в глазах исчез блеск. Не в силах смотреть прямо в лицо, Гебнева отвела взгляд, а потом и вовсе покинула танцпол. Ей скорее хотелось на улицу. Слишком душно, слишком невыносимо.
Шарль стоял в ступоре от происходящего. Он мог только наблюдать, как девушка отдаляется от него с каждым мгновением, теряясь в толпе. Его разом накрыла злость, обида, разочарование. Ландо слишком не вовремя появился. На лице гонщика заиграли желваки, ладони сжались в кулаки. Хотелось что-нибудь сломать, разбить, но удалось совладать с гневом. Он лишь зло сверкнул глазами в сторону пилота «Макларен» и процедил сквозь зубы:
— Ландо, мать твою...
Норрис не услышал этого, продолжая плясать.
— Что? Не слышу!
Монегаск ничего говорить не стал. Он тут же последовал за девушкой. Ему хотелось все объяснить.
Дверь распахнулась слишком резко. Елена не обращала внимания на находившихся на крыше людей. Ее заботило только внутреннее состояние. В легких категорически не хватало кислорода. Сердце билось быстрее поршней в двигателе. Грудную клетку сводило от боли. Паника, отчаяние накрыло Гебневу. Хотелось разогнаться и прыгнуть с крыши вниз от переизбытка чувств. Это все напоминало страшный сон, бред сумасшедшего.
Доходивший шепот волн с побережья и повеявший холодный ветер медленно, но верно успокоил Елену. Пульс пришел в норму, виски не стучали бешено от выброса адреналина. «Что со мной происходит? Почему все так?» — внутреннее спрашивала себя гонщица. Вечная борьба чувств и здравого смысла никогда не приводила к спокойной жизни. До встречи с Шарлем все было легко, предсказуемо, а сейчас... Гебнева явно боялась наступить во второй раз на те же грабли. Однажды она любила, верила, надеялась, а в итоге осталась брошенной. Что будет сейчас? Какие гарантии? Хуже всего жить в неопределенности, не зная чего ожидать от партнера.
Появление Шарля не заставило себя долго ждать. Он подошел к ней тихо, стараясь не спугнуть девушку. Елена почувствовала его присутствие и, повернула голову, но по-прежнему боялась смотреть ему в глаза. Гонщик встал рядом, облокотившись о перила. Его взгляд, устремился куда-то вдаль, слушая шум прибоя.
Между ними повисла тревожная тишина. Говорить что-либо не имелось желания. Каждый думал о своем, хотя оба знали чем заняты их головы.
— Прости, я... — наконец, сказал он, нарушив молчание, но его перебила Елена.
— Ты не виноват. Это моя вина. Просто... все так быстро. Я не ожидала этого.
Шарль кивнул понимая.
— Я тоже не ожидал. Но, возможно, это хорошо? Иногда лучше не знать, что будет дальше, и просто следовать за своими чувствами.
— Я боюсь, — призналась девушка, смотря ему прямо в глаза. — Боюсь снова испытать боль.
Шарль сделал шаг ближе и осторожно взял ее за руку. Видя, как Гебневой холодно от порывов ветра, он поспешил снять с себя куртку и накинуть на плечи. Легкая улыбка тронула губы за проявленную заботу. Укрывшись посильней, девушка вдохнула приятный аромат одеколона, от которого разом стало теплее. Щеки заалели, а в животе запорхали бабочки. Странно, но Елене шел красный.
— Может стоит попробовать? Я не обещаю, что все будет идеально. Но я обещаю быть честным. Просто доверься.
Гонщица почувствовала, как его слова отозвались в ее сердце. Это было предложение, полное надежды и обещаний. И все же с ответом она медлила, колебалась. Слишком большой риск, ничем не подкрепленный.
— Я не знаю, это так...
Елена не успела договорить. Шарль преподнес руки к ее лицу, обхватив щеки, и поцеловал. Нежный, осторожный поцелуй, но вместе с тем страстный. Сопротивления или отстранения не последовало. Девушка лишь углубила поцелуй, не позволяя разорвать связь. В тот момент решение уже оказалось принятым. И не важно, что могло быть дальше, важен лишь настоящий момент.