Их безответная любовь
1. Эрен
Ночной дозор на стене. Вы стоите рядом, обсуждая последнюю вылазку, и ваша случайная улыбка при воспоминании о чём-то забавном режет ему сердце. Он знает: эта улыбка не для него.
Эрен смотрит в ночную тьму за стеной, его кулаки бессознательно сжимаются.
«Они все там... — его голос хриплый, обращённый скорее к самому себе. — Все эти титаны. Вся эта ненависть. Иногда мне кажется, что я смогу всё это уничтожить. Что у меня хватит силы. — Он поворачивается, и в его глазах горит знакомый огонь, но теперь он обращён внутрь. — Но есть вещи, которые не сломать силой. Нельзя заставить человека посмотреть на тебя так, как ты смотришь на него. Это... это похлеще, чем любая стена.»
Он отворачивается.
«Но я буду сражаться. Даже если ты никогда не увидишь во мне того, кого ищешь. Потому что твоё существование в этом мире... оно уже является причиной, чтобы продолжать идти вперёд. Даже если этот путь всегда будет лежать в двух шагах от тебя.»
2. Армин
Он наблюдает, как вы учитесь у Эрвина читать старые карты. Ваше лицо озарено интересом и уважением к командиру. Армин стоит в стороне, сжимая в руке собственную, куда более детальную карту, которую он готовил для вас.
«Кажется, я совершил ошибку, — тихо произносит он, глядя на смятый в его руке пергамент. — Я изучал океаны, континенты, звёздные карты... я могу просчитать движение армии титанов. Но я не смог просчитать твоё сердце.»
Он прячет карту в карман, и его улыбка становится печальной.
«И, знаешь... я не жалею. Потому что даже наблюдать за тобой со стороны — это всё равно что видеть, как восходит солнце над морем, которое я никогда не перестану мечтать увидеть. Некоторые чудеса не предназначены для того, чтобы ими обладать. Ими можно только любоваться.»
3. Жан
На вечеринке по случаю успешной миссии вы танцуете с кем-то другим. Жан сидит в углу с кружкой пива, его взгляд, обычно такой язвительный и острый, теперь просто усталый.
«Чёрт, — бормочет он, отводя взгляд. — Я же всегда всё наперёд знаю. Видел, к чему приведёт эта война. Видел, кто выживет, а кто нет. И ещё тогда, на тренировочном плацу, я видел... что ты никогда не посмотришь в мою сторону.»
Он делает большой глоток.
«А что самое смешное? Я всё равно не жалею. Потому что все эти годы, что я провёл, тайно надеясь... они сделали меня сильнее. Заставили быть лучше. Чтобы хоть на шаг приблизиться к тому человеку, который мог бы быть достоин тебя. Даже если этот шаг так и останется несделанным.»
4. Конни
Вы просите его совета, как подойти к тому, кто вам нравится. Конни замирает на секунду, а затем выдаёт свою самую широкую и неестественную улыбку.
«О! Ну это... это же легко! — его голос звучит чуть громче, чем нужно. — Ты же... ты же классная! Любой бы с радостью с тобой пообщался! Вообще, любой дурак был бы счастлив!»
Он отворачивается, делая вид, что поправляет снаряжение, и его голос на секунду срывается.
«Просто... будь осторожна, ладно? Выбирай кого-то... кто будет тебя ценить. Кто будет видеть, какая ты на самом деле. Потому что ты... ты заслуживаешь всего самого лучшего. Честно.»
И он убегает под предлогом срочного дела, оставляя вас с ощущением, что только что говорил не только с вами, но и сам с собой.
5. Леви
Вы получили лёгкое ранение в вылазке. Леви отчитывает вас за неосторожность с привычной суровостью. Позже, когда вы засыпаете, он стоит в дверях вашей комнаты, наблюдая, как медсестра меняет повязку.
«Глупость, — произносит он в тишину, его голос лишён привычной резкости. — Совершенно неоправданный риск.»
Он делает шаг вперёд, поправляет край одеяла, который съехал.
«Но этот мир состоит из глупостей. И моя... вероятно, величайшая из них. — Его взгляд на секунду задерживается на вашем спящем лице. — Потому что я, человек, который привык уничтожать угрозы, ничего не могу поделать с той, что поселилась у меня в груди. И буду охранять её покой, даже если она никогда не узнает имя своего спасителя.»
6. Эрвин
На совете он объявляет о вашем переводе в более безопасный район, подальше от линии фронта. Вы протестуете, говоря, что хотите сражаться.
«Твоё желание служить человечеству потрясает, — говорит он. — Но моя обязанность как командира распределять ресурсы с максимальной эффективностью. Ты нужнее там.»
Когда вы уходите, он подходит к окну и смотрит на тренировочный плац. Его руки сжимают подоконник.
«Иногда... чтобы сохранить самое ценное, его нужно огородить от себя, отослать в безопасное место, подальше. Даже если ты сама не понимаешь, что так будет лучше. Мои планы и стратегии основываются от твоей позиции в них. Ради твоей жизни... я готов пожертвовать не только собой, но и своей мечтой.»
7. Райнер
На совместных учениях он видит, как вы доверяетесь своему напарнику, как работаете в идеальной слаженности.
«Хорошая работа, — говорит он вам после учений, его голос ровный и профессиональный. — Координация безупречна. Вы — сильное подразделение.»
Позже, в одиночестве, он сжимает штурмовую винтовку так, что металл скрипит.
«Вот так всегда, — шепчет он, и в его голосе борются солдат и воин. — Солдат в тебе гордится твоей силой. Рад, что у тебя есть тот, на кого можно положиться. А воин... воин хочет разнести всё в щепки. Потому что этот кто-то - не я. И никогда мной не будет. И я должен нести этот раскол внутри себя, как ношу всё остальное. Ради тебя.»
8. Бертольд
Вы делитесь с ним своими переживаниями о безответной симпатии к другому человеку. Он слушает, не поднимая глаз, его руки неподвижно лежат на коленях.
«Я... понимаю, — его голос тихий, как шелест листвы. — Это... тяжело. Знать, что кто-то другой занимает твои мысли. Что ты для него... просто фон.»
Он поднимает на вас взгляд, и в его обычно пустых глазах плещется целое море непролитых слёз.
«Но... иногда... просто быть рядом. Видеть, как ты живёшь. Слышать твой смех... даже если он не для меня... этого бывает достаточно. Чтобы продолжать дышать.»
9. Мик
Он замечает, как вы оставляете цветок на койке того, кто вам симпатичен. Мик стоит в тени, его нос вздрогнул, улавливая новый, горький оттенок в вашем запахе.
«Ты пахнешь... тоской, — произносит он, выходя из тени. — Как влажная земля после того, как сорвали цветок.»
Он смотрит на цветок в ваших руках, потом на вас.
«Запах того, кого ты любишь... он становится частью тебя. Даже если он никогда не смешается с твоим по-настоящему. — Он поворачивается, чтобы уйти. — Мир полон ароматов. Некоторые... просто не предназначены для того, чтобы им принадлежать.»