Слезы любимой без объяснения причин
1. Эрен Йегер
Он находит вас в дальнем углу оружейного склада, где вы спрятались за бочками с запасными частями для УПМ. Ваше тело сжато в комок, плечи беззвучно сотрясаются от рыданий, которые вы пытаетесь задавить. В воздухе стоит пыльный, металлический запах, смешанный с солёной влагой слёз.
Шаги Эрена замерли у входа. Он видел это раньше — у Микасы, у Армина. Но видеть это на вашем лице - это было иное, выворачивающее душу наизнанку чувство.
«[Имя].»
Он опустился перед вами на колени, его колени глухо стукнули о каменный пол, взял ваше лицо в свои ладони, заставляя вас поднять на него взгляд.
«Кто?» - его голос был низким, плоским и абсолютно лишённым всякой терпимости. «Назови имя. Скажи, кто это сделал, и я сотру его с лица земли. Я превращу его в кровавое пятно на асфальте. Говори.»
2. Армин Арлерт
Вы сидели на подоконнике своей комнаты, глядя на заходящее солнце, но не видя его. Слёзы текли по вашему лицу беззвучными, ровными ручьями, оставляя влажные тропинки на запылённом стекле.
Дверь открылась с тихим скрипом. Армин замер на пороге, его острый взгляд мгновенно считывая картину: напряжение в плечах, сжатые в бессильных кулаках пальцы, молчаливые слёзы.
Он закрыл дверь, подошёл и молча сел рядом. Его плечо мягко коснулось вашего. Он достал из внутреннего кармана своего мундира чистый платок и осторожно протянул его вам.
«Расскажи, когда захочешь и будешь готова, - тихо произнёс он, его голос был тёплым и лишённым всякого осуждения. - Я здесь. Я никуда не ухожу и обещаю помочь тебе.»
3. Жан Кирштайн
Вы пытались донести свой паёк до стола в столовой, но ваши руки дрожали так сильно, что тарелка с грохотом упала на пол, разбившись вдребезги. Вы застыли над осколками, и тихие, прерывистые всхлипывания наконец вырвались наружу.
«Чёрт!» — послышалось через зал, и через мгновение Жан был рядом.
«Эй. Эй, смотри на меня, — его голос потерял привычную едкую нотку, став резким, но не злым. Он взял вас за локоть, осторожно отведя от осколков. — Всё, достаточно. Концерт окончен.»
Он привёл вас в пустой коридор, прижал спиной к стене, заслонив собой от любопытных взглядов.
«Слушай меня, — он говорил тихо. — В этом месте все носят свои слёзы внутри. Если ты дашь им вырваться наружу, они разорвут тебя на куски. Держись. Держись за меня. Я хреново поддерживаю, не умею говорить красивых и длинных речей, но если ты не можешь сдержаться, и тебя что-то беспокоит, я всегда рядом и заслоню своим плечом. Поняла?»
4. Конни Спрингер
Он влетел в комнату с какой-то глупой шуткой на устах, но застыл на пороге, увидев, как вы сидите на кровати, уткнувшись лицом в подушку, а ваша спина судорожно вздрагивает.
«Ой. Ой-ой-ой, — все следы веселья мгновенно смылись с его лица. Он подошёл к кровати и неуклюже опустился рядом, его руки повисли в воздухе, не зная, что делать. — Эй... не надо. Пожалуйста, не надо.»
Когда вы не ответили, он сглотнул и осторожно, как дикого зверька, положил свою руку вам на голову.
«Ладно... ладно, не говори. Я... я побуду тут. Хочешь, я принесу воду? Или... или свою порцию десерта? Я её ещё не ел! Или хочешь, я позову кого-то? Эрена? Микасу?» — он бормотал, полностью потерянный, но абсолютно искренний в своём желании помочь, даже если единственное, что он мог предложить — это своё растерянное, но преданное присутствие.
5. Леви Аккерман
Он вошёл в свой кабинет и обнаружил вас стоящей у его стола. Вы смотрели в окно, но ваше отражение в стекле было искажено слезами, которые вы даже не пытались вытереть.
Он поставил папку с документами на стол, его движения были такими же выверенными, как всегда. Он подошёл к небольшому шкафчику, достал графин с чистой водой и налил в свой личный, безупречно чистый стакан.
Он подошёл к вам и молча протянул его. Его взгляд был тяжёлым и внимательным, сканируя малейшую деталь.
«Выпей, — его приказ звучал ровно, без снисхождения. — Обезвоживание снижает боеспособность.»
Когда вы с дрожащими руками взяли стакан, он добавил, уже тише, его голос приобрёл лёгкую хрипотцу:
«Проблемы решаемы. А те, что решить не получается в силу обстоятельств - перемалываются. Но для этого нужны силы. Слёзы их не вернут. Выпей. Потом скажешь, что нужно сделать и чем я могу помочь.»
6. Эрвин Смит
Поздний вечер. Вы принесли ему на подпись отчёт и застыли у его стола, не в силах сдержать дрожь и тихие, подавленные рыдания. Слёзы капали на разложенную карту, размывая чернила.
Эрвин поднял взгляд от документа. Его пронзительные голубые глаза сузились, оценивая ситуацию с холодной ясностью командира, но в них мелькнула тень чего-то глубоко личного. Он медленно отложил перо.
«Это место... оно выжимает из нас всё, даже то, о чём мы не подозревали, — его голос заполнил тишину кабинета. Он встал, подошёл к камину и подбросил поленьев, хотя огонь и так пылал ровно. - Садись.» Он указал на кресло у огня.
«Иногда... солдату требуется передышка. Не для того, чтобы сдаться. А для того, чтобы перегруппироваться. Дай себе эту передышку. Я буду держать твой пост сам.»
Он предлагал убежище, временное, но надёжное, в стенах своей власти и своей воли.
7. Райнер Браун
Он нашёл вас в самом дальнем углу тренировочного зала, где вы прижались спиной к холодной стене, пытаясь заглушить рыдания в собственных ладонях.
Райнер остановился в нескольких шагах, его массивная фигура заслонила свет. В его глазах вспыхнула мгновенная готовность к угрозе.
«Ты ранена?»
Вы лишь отрицательно мотнули головой, не в силах вымолвить слово.
Он подошёл ближе, и его осанка изменилась. Он медленно опустился на корточки перед вами, чтобы быть на одном уровне.
«Я не буду спрашивать, что случилось, — сказал он твёрдо. — Но знай... что бы это ни было... ты не одна. Моя сила... - он посмотрел на свои руки, — ...она как раз для этого. Чтобы быть защитой. Для тех, кому это нужно. И тем более для тебя.»
8. Бертольд Гувер
Вы сидели на крыше казармы, поджав колени, и смотрели на звёзды. Слёзы текли по вашему лицу беззвучно, и вы даже не пытались их смахнуть.
Он появился так тихо, что вы не сразу его заметили. Он стоял в паре метров, его высокая фигура отбрасывала длинную тень. Он смотрел на вас, и его обычно апатичное лицо было искажено мукой беспомощности.
«...Не плачь, — наконец выдавил он, и его голос прозвучал хрипло и неестественно громко в ночной тишине. — Пожалуйста.»
Он сделал неуверенный шаг вперёд, потом ещё один. Он не решался прикоснуться. Вместо этого он снял с себя свою собственную куртку — большую, тёплую — и, движением, полным неловкой нежности, накинул её вам на плечи.
«Холодно... — пробормотал он, глядя в сторону. — Не надо... не хочу, чтобы ты мёрзла ещё и от слёз.»
9. Мик Закариос
Он шёл по коридору, ведомый своим неукротимым чутьём, и нашёл вас в кладовой с медицинскими запасами. Вы сидели на ящике с бинтами, и ваше тело содрогалось от беззвучных, но отчаянных рыданий.
Мик остановился в дверях, его нос вздрогнул, улавливая знакомый запах, но теперь смешанный с едкой, горькой нотой горя. Он вошёл внутрь и присел на корточки перед вами, его пронзительный взгляд изучал ваше лицо.
«Слёзы... — прохрипел он. — Они пахнут... по-разному. Гнев... страх... боль. — Он принюхался снова. — Твои... пахнут тишиной. Как пустота после боя.»
Он помолчал, его мозг, всегда работающий на своих уникальных частотах, обрабатывал информацию.
«Молчишь... значит, рана глубокая. Значит, слова бесполезны. — Он порылся в кармане и достал смятый, но чистый кусок ткани. — Вот. Вытри. Чтобы видеть врага. Чтобы... чтобы он не застал тебя врасплох.»