Ярость Отчаяния и Возвращение Чувств
"Лира! Нет! Открой глаза! Я приказываю тебе!" – голос Багги эхом разнёсся над мёртвой, безжизненной водой. Он прижимал обмякшее тело Лиры к себе, его глаза метались в паническом поиске решения. Его красный нос, обычно гордый, теперь был сморщен от отчаяния.
Моджи и Кабадзи подбежали, но были так же беспомощны.
"Капитан, что нам делать?!" – воскликнул Моджи, Ричи рядом с ним жалобно поскуливал.
"Мы застряли! Ни ветерка, ни течения!" – добавил Кабадзи.
Багги не слушал их. Он смотрел на бледное, неподвижное лицо Лиры, на её глаза, которые так недавно начали сиять эмоциями. Пустота на её лице была невыносимой. Это было не просто "потеря ценной вещи", это было нечто гораздо глубже – он потерял ту, кто начал видеть в нём нечто большее, чем просто клоуна, кто отвечал на его заботу искренней благодарностью.
"Нет! Нет! Я не допущу этого!" – закричал Багги, его голос дрожал от смеси ярости и глубокого, личного горя. "Я – Великий Капитан Багги! Я не проигрываю! Я не теряю свою... свою Лиру!"
Внезапно, его ярость переросла в неконтролируемый всплеск силы Дьявольского плода. Это был не боевой приём, а чистейший, первобытный выплеск отчаяния.
"РАЗРЕЗАТЬ! БАГГИ!"
Тело Багги взорвалось на десятки частей, но на этот раз они не двигались с целью или стратегией. Они метались по палубе в безумном, неуправляемом хаосе. Руки, ноги, торс, голова – всё крутилось, врезалось в мачты, стучало по палубе, разлеталось в разные стороны с грохотом и хлопками, создавая вихрь звука и движения в абсолютной тишине мёртвой зоны. Его красный нос, отделённый от тела, бешено вращался в воздухе, а из него доносились отчаянные, яростные крики Багги: "Верни её! Ты слышишь?! Верни мне МОЮ ЛИРУ! Не смей забирать её!"
Каждый удар, каждый хлопок, каждый яростный крик, казалось, сотрясал саму ткань мёртвой зоны. Этот неистовый, живой хаос был полной противоположностью гнетущей, безжизненной тишины, в которой они оказались. Чистейшая, неподдельная ярость отчаяния Багги, его паника и боль, стали той ударной волной, которая разрушала проклятие зоны.
Медленно, едва заметно, на абсолютно гладкой поверхности воды появилась рябь. Воздух, до этого тяжёлый и неподвижный, дрогнул. Из-за серых, блёклых облаков, которые висели над ними, пробился слабый, робкий лучик солнца.
Моджи и Кабадзи, оглушённые хаосом, созданным Багги, вдруг почувствовали слабый ветерок.
Как только первый проблеск жизни вернулся в мёртвую зону, Лира, которая лежала в объятиях одного из летающих частей Багги, медленно открыла глаза. Её зрачки сфокусировались. По её лицу пробежала судорога – она ощутила не только холод, но и новый, пронзительный холод потери.
Багги, мгновенно собравшись воедино, опустился рядом с ней. Он увидел, как её глаза снова загорелись.
"Лира?!" – выдохнул он, его голос был охрипшим от криков. Он осторожно прижал её к себе.
Лира подняла дрожащую руку и коснулась его лица. Она медленно выдохнула. "Я... я ощутила... отсутствие." Её голос был слабым, но в нём уже пробивались те новые, тёплые интонации. "Я ощутила... страх... от потери... чувств." Она посмотрела ему прямо в глаза, и в её взгляде читалась глубокая благодарность, смешанная с лёгким потрясением от пережитого. "И я ощутила... вашу... тревогу. Очень сильную."
Багги не знал, что сказать. Он просто держал её, чувствуя, как его сердце бешено колотится от облегчения. Он чувствовал её прикосновение, её слабое дыхание.
"Я... я... конечно, я беспокоился! Ты же моя! Моя самая ценная! Великий Капитан Багги никогда не позволит, чтобы его сокровище было потеряно!" – пробормотал он, но его обычная бравада была приглушена, а голос всё ещё дрожал. Он осторожно погладил её по волосам.
Лира прижалась к нему, её тело всё ещё было слегка холодным, но уже не безжизненным. "Ваша... ярость... она... она была... сильной. И... спасительной." Она закрыла глаза на мгновение, впитывая ощущения. "Я поняла, что такое... настоящий страх. И что такое... настоящее облегчение." Она снова посмотрела на него. "Спасибо, Капитан Багги. Вы... вы не дали мне исчезнуть. Вы вернули... меня."
Её слова были простыми, но для Багги они значили больше, чем любые сокровища. Он, Багги, был не просто капитаном пиратов. Он был тем, кто вернул Лире её способность чувствовать. Он был её спасителем. И в его сердце, под слоем гордости и самовлюблённости, расцветало новое, глубокое чувство привязанности и ответственности за эту необыкновенную девушку. Он не знал, что это такое, но это было сильно. И это было его.