35 часть.
Внутри необъяснимая тоска. Тело налилось усталостью, но не физической. С каждым днём всё труднее быть на дистанции с Настенькой.
Я не могу обнять её за талию, поцеловать совсем невесомо или, наоборот, страстно. Но и быть безразличным по отношению к ней тоже не могу. Настя слишком сильно поменяла строй привычной мне жизни. Психолог меня не видела недели 2 как минимум, в зал я тоже реже хожу, зато с подружкой я то и дело вожусь.
И этого не ценят. Для неё это, наверное, само собой разумеющееся. Так Настя ещё успела и меня обвинить в том, что Саша накидался.
Зайдя в квартиру я опустился на диван и откинулся на его спинку, прикрыв глаза. Из за сбитого режима сна тики стали более выраженными и игнорировать их не получалось. Лицо пару раз искривилось, заставляя поморщиться от болезненных ощущений.
С чего я вообще взял, что сдался ей таким? Ну нравятся ей конченные типы, пусть тогда и дальше катается на эмоциональных качелях.
Но как только появляются мысли, что я и впрямь могу больше не увидеть Настёну, то хочется выдрать это сердце из груди. Как отчаянно оно начинается биться, напоминая о тахикардии русой. Не смогу я без её улыбки, не смогу без запаха шоколадных сигарет, пусть хоть начнёт ненавидеть меня.
Я не заслуживаю её любви, но буду рядом до тех пор, пока мне будет дозволено.
Пальцы лениво разблокировали телефон и я сел ровнее. Глаза пробежались по фото, которое скинул друг.
В компании чёрных кудрей были двое девушек.
— Одной уже мало, — горько хмыкнул я хриплым голосом. Спать хочется ужасно, но стоит прикрыть глаза, как в голове мысли приобретают новые обороты.
По нескольким кадром даже дебил мог понять, что вся компашка не трезвые, а бутылки в их руках - тому подтверждение.
Но если я не такой, то это всё равно не делает меня лучше Саши. Поскольку Настя обнимает, целует и спит в обнимку с ним.
Я выключил мобильник и теперь комнату освещал только свет из окна. Бледная луна подсвечивала поверхности квартиры, выделяя силуэты вещей и придумывая им новые образы в тьме ночи.
***
Утром голова оказалась тяжёлой. Глаза болели из за слёз и просыпаться не хотелось.
Всё же пролежав на кровати полчаса, я встала. Ноги сами поплелись в сторону ванной, желая смыть с тела лишнюю тревогу.
Как там Саша? Он ведь даже не позвонил, не написал мне ночью.
Всё же зря я уехала. Надо было правда остаться с ним. Из меня, тогда, не получается примерная девушка, раз я забила на слова партнёра и в тайне уехала.
Но странно, что Алекс нашёл где-то наркотики и в немалом количестве. Какие друзья будут вот так давать дозу? Им самим это не выгодно и тут не работает поговорка "тонешь сам - топи другого". Это серьёзная зависимость, которую искоренить из своей жизни навсегда почти невозможно. Очень легко скатиться в рецидив и пустить всю жизнь коту под хвост.
Бред... Это могли быть недоброжелатели Саши, которые намеренно подсунули ему это или.. нет, не буду накручивать себя с самого утра. У меня ещё впереди дела, съёмки, пара дней в Москве и нет смысла продумывать 100 и 1 плохой сценарий.
А где Руслан? Он не будил меня, но я помню как засыпала, а рядом был он.
Весь вечер был мутным пятном слёз в голове. Лишь отрывками вспоминались тёплые ладони, которые заботливо завели в квартиру, затем уверенный голос, который твердил "всё будет хорошо, ты не виновата", а потом медленные поглаживания по плечам и голове, когда Рус заставил меня отложить телефон и не караулить сообщения от Алекса.
Так непривычно получать поддержку от Руслана... Раньше только Даня мог со мной сидеть по ночам и слушать глупую болтовню. Теперь же Рус открылся мне с совсем другой своей стороны. Он чуткий. Чувствует, понимает, замечает. Перестал огрызаться. Такой он со всеми, наверное, а в интернете строит узнаваемый образ.
И всё же я выделяю его особенные взгляды в мою сторону, когда карие глаза наполняются необъяснимой нежностью.
Нет, глупости. Даня тоже смотрит на меня с улыбкой, но я и мысли не допускаю, что его чувства ко мне больше, чем дружеские.
***
Я с чистой головой ещё раз посмотрел фото. Да, Санёк теперь точно не сможет оправдать себя.
Шаги Насти были медленными и мягкими, что свойственно ей. Я же мигом выключил телефон и убрал подальше. Не буду ей показывать фото, как минимум сейчас. Пока мы в другом городе и вдвоём, в этом нет смысла. В Питере, если что, ДК поможет её вразумить, а дальше, может, и от Саши уйдёт. Сейчас же для Насти такой кадр будет лишним стрессом.
— Тебе Даня не писал? — спросила Настёна, надеясь узнать хоть что-то о Сане.
— Всё нормально с твоим Сашей. Приехал к дому бухой, Даня встретил, завёл в квартиру. Ничего необычного, — сказал я, надеясь, что на этом "допрос" окончится. Естественно ради блага я умолчал о том, каким "ласковым" был ДК.
— Понятно... — тихо прошептала Настя, вяло начиная завтрак, — почему же он мне тогда не написал, ни позвонил?
— Кто его знает. Может, ещё не проснулся, может, ночью и на это сил не было, — врал я. Просто не хотелось что бы Настя даже писала ему. Этой мерзости вообще не надо с ней контактировать. Настёна настолько хороша, что у меня желание отбить её у Алекса переросло в цель. Пусть не достаётся мне, но и угасать с этим чучелом я ей не позволю.
— Лишь бы с ним всё там было хорошо, — а я? А мне будет хорошо, когда единственная девушка, которая вдохнула в меня жизнь, в чувствах которой мне захотелось разобраться - думает о том, кто был бы рад сторчаться?
— Куда денется, — невнятно прошипел я, отпивая кофе. Только через несколько секунд до меня дошло, что это было сказано слишком громко и пренебрежительно.
В голове уже появился чёткий план. В Питере покажу Насте то фото, поговорим втроём с Даней. И она будет должна уйти от своего парня. Потому что долго это продолжаться не может. Как минимум потому, что это надоело мне.
***
Остаток дней в Москве, кажется, тянулись как жвачка. Съёмки уже не доставляли такого удовольствия. Чувство вины выгрызает во мне огромную дыру, которую не получается заткнуть работой. Мне надо точно убедиться, что с Сашей всё в порядке. Пара его сообщений ещё не доказывают то, что всё правда нормально. Если у человека всё "нормально", то ему точно не надо употреблять и даже напиваться.
— Всё? Домой едем? — спросила Руслан, бодро вставая с диванчика в студии, — помочь с чем? — раньше чужие и злые глаза сейчас были.. милыми? Нет, правда. Взгляд друга изо дня в день всё мягче. Кривая улыбка вовсе не отталкивает. А когда Рус не хмурит брови и просто расслабляется, то становится самым приятным человеком. Даже Даня по сравнению с ним в этот момент блекнет.
— Да как обычно: фотик собрать, свет... — я образно указала рукой на часть оборудования.
Шатен, уже наученный всем тонкостям, стал собирать камеру. Я же размяла затёкшую шею.
— Болит? — неожиданно спросил Руслан, только что был занятый совсем другим и, как мне казалось, на меня даже не смотрел.
— Ну так, — я умолчала о горящих и стреляющих ощущениях.
Друг же мигом отложил уже собранный кейс и встал позади. Меня обдало стойким шлейфом его парфюма, к которому привыкла и даже успела полюбить. Встречая в толпе хоть немного похожий запах я всегда оглядывалась, пытаясь выцепить в толпе человека с знакомыми мне тату.
Мужские ладони легли на мои плечи. Они медленно, но с нажимом стали массировать кожу. Глаза невольно закрылись, ведь наступило долгожданное облегчение.
Удивительно, как Руслан попадал по болезненным точкам и касался меня аккуратно. Я всем телом ощущала его присутствие за спиной. Вместе с тем меня наполнило чувство защищённости, хотя защищаться не от чего. Но тепло чужого тела передавалось и мне, заставляя волей не волей расслабиться.
— Легче?
— Да... Очень, — я повернулась к другу. Почему то из за этой мимолётной заботы все чувства обострились. Я прильнула к Руслану, порывисто обняв его. Он обнял меня в ответ, склонившись ниже. Кажется, даже прикрыл глаза, медленно и глубоко вдохнув. Видимо, тоже устал.
Поняв, что я поступила странно и необдуманно, отстранилась. Хотя на губах застыла добродушная улыбка.
Стараясь как можно скорее отвлечься от этого, я поспешила собрать остаток вещей. Сердце бешено билось, походу, забыла про таблетки.