31 часть.
Громкая и несуразная музыка слышалась ещё у лифта. Брюнет нетерпеливо шагнул на лестничную клетку, нервно обернулся по сторонам и почти бегом дошёл до нужной двери. Длинные худощавые пальцы сжались в кулак до побеления костяшек и он несколько раз настойчиво ударил по двери, ведущий в место, что совмещает в себе, наверное, все смертные грехи, не меньше.
— Ой, Сашка! — воскликнул уже не трезвый парень, который оказался на пороге. Он широко расставил руки и улыбнулся. Но кудрявый не ответил на такой радушный жест и оттолкнув знакомого зашёл внутрь квартиры.
Запахло алкоголем, дешёвыми въедливыми женскими духами и чем-то химическим.
Парень оглядел одну из комнат на наличие девушки, что покажется ему привлекательной.
"Не густо.." — подумал он. Но тут на глаза попала блондинка, которая сидела на самом конце дивана, — "Катя?" — светлые волосы сразу же напомнили давнюю знакомую. Парень бросился к ней, пробиваясь через толпу, что активно употребляла вещества, отдаваясь кайфу на максимум.
— Как приятно видеть знакомые лица, — Александр развалился рядом с девушкой и закинул руки на спинку дивана. Из всех своих улыбок он выбрал самую обворожительную и тряхнул чёлкой, так, что кудри неряшливо откинулись назад, но парочка выбилась и обратно упала на глаза.
— Саша? — сначала не поверила самой себе Екатерина. То ли из за тусклого освещения, то ли из за наркотиков, что уже мешались с кровью.
— Он самый, — брюнет не хотел долго тянуть. Он думал, как бы поскорее накидаться. Из за Насти больше двух недель Алекс не мог употребить достаточные дозы и довольствовался малым. А сейчас, когда добрался до "сокровищницы" с веществами, то хотел поскорее закинуться, теряясь в ощущениях, — слушай, может, по доминошке?
— Можно, — Екатерина теперь тоже обнажила улыбку.
Ловкие мужские пальцы стянули со стола несколько марок. Алекс придержал Катю за подбородок, заставив её опереться на его грудь ладонями и приоткрыть рот. После чего Саша по хозяйски отправил наркотик в рот девушки. Она тоже не медлила и не думала о завтрашнем дне. Да её не волновало даже то, что будет через час или два.
После девушки бармен тоже закинулся. Только после марки он взял ещё небольшую таблетку, по зверски разгрызая её, что бы вещество поскорее усвоилось в крови.
Алекс утянул блондинку на свои колени. Он вцепился в её губы. Пальцы пробрались под топ и огладили голую спину. Катя отвечала на поцелуй с таким же желанием и теряла голову, становясь податливой глиной в руках брюнета.
— Здесь много людей, — шептнула красотка, но её тут же прервали наглым движением губ, затыкая.
Терзает ли Алекса сейчас совесть? Ни чуть. Он зависим. Ему будет плевать на всех и всё, пока есть чем упороться. А если этого не будет, то он достанет заветное сокровище всеми возможными способами.
Наркотики мешались с кровью. Симбиоз жарких тел и воздействия чего-то нечеловеческого срывало последние рамки в головах людей.
Спешно пробираясь через толпу, Алекс тянул девушку за собой, сжимая её ладонь. Та пошатывалась и её внимание было заметно рассеяннее, ведь доза наркотиков была больше.
Заперевшись в ближайшей из комнат, Александр толкает блондинку на кровать. Теперь они не будут слерживать друг друга.
Поцелуи становятся жадными, по животному голодными и быстрыми. Мужские ладони бегло оглаживают тело, вспоминают, каким оно было в последний раз и не поменялось ли. Дыхание рваное и походит на огонь, обжигая.
Из за наркотиков всё кажется другим. Обычный поцелуй подобен самому дикому аттракциону в парке развлечений, где адреналин зашкаливает, касания Александра удваиваются и складывается впечатление, что Катю дрогает сразу несколько пар рук. В висках бешено бьёт пульс, напоминая, что медлить не стоит.
Алекс стягивает со своей спутницы на эту ночь одежду. Быстро, ловко, поскольку уже приноровился к этому за несколько лет. Женское полностью обнажённое тело в его глазах, что потеряли рассудок, сейчас подобно чему-то величественному. Екатерину бросает то в жар, то в холод. Она утыкается щекой в простыни, на которых уже побывали сотни людей, прогибаясь в пояснице и что-то скуля себе под нос.
Алекс надавливает большими пальцами внизу спины, делая прогиб удобнее для него самого. Парень тянется к ширинке, стягивает нижнее бельё вместе с джинсами и даже не достаёт презерватив.
Резким движением Саша, не жалея партнёра, входит до упор. Женские пальцы, такие изящные и нежные, сжимают простынь, а из горла вырывается стон, будто изгнали из её тела последнее человеческое. В глазах Александра всё плывёт, а тело Кати для него стало горячее и у́же.
Парень задаёт своим движениям ритм, попутно сжимая ягодицы девушки только сильнее. Мысли заполняет собственный пульс, тяжёлое дыхание, стоны и шлепки одного тела о другое. Алекс движется быстро и рвано. То входя до упора, то выходя почти полностью.
Девушка закатывает глаза. Все звуки теперь как в вакууме и даже собственное дыхание кажется другим, чужим. Словно ты отделился от своего тела и наблюдаешь со стороны, что происходит. Лишь грубые ладони помогают не забыться в опьяняющих ощущениях.
Оргазм, из за наркотиков, стал совсем другим. Похожим на бурлящий вулкан, вспыхнувший бензин, фейерверк и взрыв, который выжигал изнутри.
Остановятся ли на этом Алекс и Катя сегодня ночью? Нет.
Стоило только парню отдышаться, как он закинул в себя ещё дозу и выпил крепкий алкоголь. Конечно лучше следить за всем, что попадает в организм, дабы не словить передоз, но разум отключился и теперь тело полагается только на ощущениях, что вводят в транс.
В комнату ввалилась ещё одна девушка. Она выглядела расстерянной. Видимо, перебрала.
— Ой, я.. — заторможенно ответила шатенка. Она схватилась за деревянный косяк, когда пошатнулась.
— Малышка, присоединяйся, — сказал Александр, почти нечленораздельно, пока блондинка залезала на него сверху. Катя недовольно нахмурилась, но спорить не стала.
***
Вернулась я домой почти под ночь. Съёмка в поле вымотала и я была готова свалиться с ног в ближайшие кусты, честное слово. Но кадры выдались и вправду волшебными, поэтому я ни сколько не жалею.
Встретить меня вышел сонный Руслан. Видимо уснул и не дождался, а пока я открывала дверь, то разбудила его.
— Как дела? — спросил друг. В руках Руса был вейп. Походу только проснулся и сразу за дуделку. Хотя я не лучше.
— Устала.. — на выдохе отвечаю я. Глаза машинально ищут, куда бы можно было поставить аппаратуру, но мужские руки мигом забирают у меня камеру. Сунув вейп в карман, шатен протянул ещё одну руку, ожидая, когда я отдам и рюкзак.
— Ну, — нетерпеливо сказал Руслан. Я удивилась, но промолчала, отдавая вещи.
В зале я упала на диван и простонала, как мученик в кандалах.
— Ты какая-то притихшая уже сутки. Всё нормально? — спросил друг. В его глазах я заметила неподдельное волнение. Это заставляло не врать о том, что на душе.
— Курить хочу, — бросила я. Напрямую сказать обо всём не получалось, а вот дать Руслану выбор я могла. Мол, если со мной сейчас пойдёшь, то я обо всём расскажу, а если не хочешь, то покурить в одиночестве тоже можно.
В руках оказались любимые сигарету, а зажигалка как обычно испарилась в небытиё. Видимо, домовой тоже курильщик.
Руслан уже привык, что я вечно теряю огонь, поэтому у него на готове всегда была зажигалка.
— Вот, — из лёгких выходит дым. Он застилает всё передо мною пеленой, а аромат табака пропитывает кожу, волосы, одежду, — я одного не пойму. Как Алекс мог так спокойно на всё отреагировать?
— "Всё" это что? — Рус тоже стал курить. Но ему больше по душе был сладкий дым со вкусом ягод.
— Я уехала, не послушалась его, а он расслаблено на это реагирует. Зная его, он бы так точно не поступил, — все эти парочку суток я только об этом и думаю. Эти мысли уже стали отравлять организм, заставляя меня быть вечно на иголках, а тревогу разрастаться под кожей, мешаясь с кровью.
— Почему это тебя так волнует?
— А почему это не должно меня волновать? — я вскидываю бровь и поворачиваю голову в сторону, смотря на Руслана. В моих глазах, наверное, прямым текстом читается, как я удивлена его вопросу. Всё же Саша мой парень и меня волнуют взаимоотношения с ним, какими бы они не были.
— У тебя всё хорошо, ты добилась того, чего хотела, в Москве, в работе. Разве ты не этого хотела?
— Этого, но..
Карие глаза посмотрели теперь на меня в ответ. Взгляд был уставшим, но по прежнему с перчинкой, что свойственна этому человеку. Из за фонарей на улице один глаз ярко освещался, карамельные оттенки подсвечивались и делали радужку светлее. А вот второй, что был ближе к квартире, наоборот стал темнее, как горький шоколад или американо.
— Не съедай себя размышлениями о Саньке. Если он так спокойно отреагировал, значит понял, что повёл себя как придурок и "реанимируется". Если в Питере будет предъявлять, то решим это на месте. Сейчас всё в порядке, ты там, где и хотела быть.
Ладно, может быть, так и есть, но верится в это очень неохотно...
Глаза вновь устремляются на горизонт. Москва совсем другая, по сравнению с Питером. В Москве жизнь куда-то вечно спешит, важно быть всегда собранным, всегда занятым. А в Питер дух улиц, творчества, жизнь идёт размеренно и своим чередом, так же, как и вода в Неве. Архитектура в столице не живая, но практичная и в ней определённо есть свой шарм. В Питере всё пропахло историей, идя по улочкам, если не обращать внимания на яркие вывески, то и вправду кажется, что ты в другом веке. Родина моей души это однозначно Санкт-Петербург.