7. |Искры |
Я избегала его целую школьную неделю. Семь дней, сто шестьдесят восемь часов и всё равно умудрилась схлопотать три новых небольших пореза. Первый на указательном пальце, совсем маленький, но длинный, такой же аккуратный и практически незаметный. Мне посчастливилось его получить, когда я по-идиотски врезалась в Люцифера после тренировки по крылобортству. Мои крылья заметно окрепли в процессе ежедневных тренировок, да и я стала делать большие успехи в длительных полётах по небу и соревновательных приёмах. Поэтому, когда меня переполняла гордость за саму себя, а также радость от чего-то положительного за последние дни, я неслась по школьному коридору и в итоге встретила своим маленьким носом крепкую грудь дьявола, прямо как в первую встречу. Хорошее настроение тогда, как рукой сняло и потирая ушибленную часть лица, я уже хотела отвесить Его Высочеству пару ласковых слов, но вспомнив своё положение, из-за которого я собственно и стала избегать сына Сатаны - сдержалась и промолчала. И я даже готова была забыть это состоявшееся недоразумение, сделать вид, что ничего не произошло и молча убежать к себе в комнату, как Люцифер грубо оттолкнул меня в сторону своим мощным крылом и произнёс резкое:
— Слепая идиотка.
И ушёл, оставляя позади себя моё возмущение, лёгкой волной накрывавшее тело. Указательный палец сразу же стал остро пощипывать и я с раздражением вглядывалась, как на моей коже вырезается длинный, тонкий порез, снова идеально ровный и с парой капелек крови. Цокнув тогда языком от негодования, я всё же поспешила в спальню, чтобы успеть подготовиться к уроку у Ангела Фенцио, с удовольствием подмечая, что Люцифера на его занятии не будет. Второй порез аккуратно расположен на шее, сбоку правой стороны. Дьявол тогда не с той ноги встал и с самого утра посылал всех грозными проклятиями, стоило кому-то находиться даже за один километр от него на расстоянии. В тот трудный для всех день, Люцифер превзошёл самого себя и рассорился даже с вечно холодным и рассудительным Геральдом, терпение которого тогда лопнуло. И на кого же он повесил все свои перепады и так неспокойного настроения? И кто же попал тогда под горячую руку, не вылезая из своего гнезда? Правильно, Вики Уокер тогда знатно схлопотала новую порцию люциферовского яда, просто потому, что ему не понравилось задание, которое придумал всё тот же Геральд. Появляться в лучшем месте в не то время - это всё про меня, хотя на тот момент я безобидно стояла на лестнице школьного крыльца, отстранённым взглядом наблюдая за практикой дьяволов, чтобы подождать Мими с Ади и утащить их по окончанию урока на остров с плачущими девами. Однако моим желаниям не дано было сбыться, потому что наглый чёрт поймал мой силуэт взглядом и выплюнул раздражительное:
— Хватит прохлаждаться, человеческое отродье.
О, я тогда была на грани провала и раскрытия, когда кожу на шее обожгла режущая боль. Правда никакой теперь новый порез не сравнится по болевому качеству с самым первым, что несомненно радует, потому что ещё одного такого запоминающегося пореза я просто не переживу и не выдержу. Мне тогда стало понятно, что имела ввиду Мими, когда говорила, что шея - это самое неудобное место для ран, в то время как я неловко прикрывала правую сторону ладонью, пряча появившийся порез, и уходила прочь от посторонних глаз, так и не дождавшись друзей. Третий порез вырисовывался на коже мучительно долго, да ещё на внутренней стороне стопы. Процесс происходил не столько болезненно и неприятно, сколько щекотно. Я тогда сидела за партой с Дино и сосредоточенно пыталась делать вид, что со мной ничего не происходит, когда я то и дело, двигала своей стопой вверх-вниз, привлекая внимание непонимающего ангела. А всё из-за чего? Правильно. Всеми уважаемый наследник Ада решил позлить невинного Дино, только чтобы отыграться на мне и снова выплеснуть на меня свою злость. Ну, или ему настолько нечем было заняться, что лучшим вариантом он посчитал - поиграть на струнах нервов ангела, чтобы потом задеть меня одной фразой:
— Дино, а ты всё ещё тискаешься с серым убожеством, как тебе не надоело?
Что ж, мне тогда потребовалось титанических усилий, чтобы не навернуть на его и так тёмную голову - полную до краёв чернильницу, но мой порыв был остановлен уже знакомым ощущением остроты от разрезающего мою кожу пореза прямо на стопе. Сейчас же я сижу в том же самом кабинете, только уже рядом с разговаривающей Мими, которая щебечет мне на ухо последние школьные сплетни, в основном - личные страсти среди Непризнанных, нарушающих запрет. Моя шея славно прикрыта длинным воротом обтягивающей водолазки и на всякий случай порез был заклеен бежевым пластырем, чтобы наверняка. Я всё ещё не смирилась с тем, что теперь каждый день я чувствую себя фруктом для резьбы, однако смирилась с тем, что буду вынуждена носить закрытые вещи, вместо привычных. Пока что моё терпение под контролем и я не взрываюсь каждый раз, стоит Люциферу откинуть мне свои приятные комплименты. Я терплю-терплю-терплю, а после уроков меня ждёт моя любимая подушка, которая принимает на себя весь удар и хранит все мои крики несправедливости и злости. Раздражающего Фенцио в аудитории ещё не было, и я позволила себе под рассказы соседки, раскрыть излюбленный чёрно-матовый блокнот и перенестись в мир рисования. Унеслась с головой в образ, который преследует меня каждый божий день. Медленными штрихами прорисовывала каждую тень, каждую деталь и каждый изгиб дьявольского лица. Глаза – это моя самая любимая часть рисования, ведь даже через бумагу можно воплотить их эмоции, их силу и терзания, если такие есть. Красным карандашом закрашиваю чертовски знакомые зеницы, вспоминая, как именно они всегда на меня смотрели, стоило мне попасть в их кругозор, прорисовываю искристые блики, зная уже наизусть, как именно они горят и заканчиваю дорисовкой тёмных зрачков.
— Ого, это Люцифер?
— Мими притянула к себе мой блокнот и с восхищением разглядывала результат моего воображения, пока я отстранённо смотрела на свою ладонь, недавно рисовавшую того, о ком даже нельзя было думать, не то что изображать. — Ну просто дьявольски красив.
Отлично, Принц Ада настолько цепко засел у меня в голове, что теперь я при любом удобном случае могу его нарисовать, стоит мне только погрузиться в моменты прошлого. Рисование всегда являлось моим способом успокоения и даже здесь я столкнулась с этим дьяволом, чьи глаза сейчас так насмешливо смотрели с листа бумаги. Захотелось вырвать страницу и разорвать в мельчайшие клочья, а лучше сжечь. Может, ещё красиво допишешь в углу листа его имя, чтобы тебя точно посчитали ещё одной его фанаткой? Вздор. Какой вздор.
— Сейчас как нарисую ему фингал под глазом, — я перетянула чёрный блокнот обратно к себе под одобрительное хихиканье дьяволицы и раздражённым взором окинула нелепую ошибку, чтобы громко закрыть предмет и отложить на угол стола. Моя тёмная сторона искусительно шептала мне на ушко, что нужно уничтожить это недоразумение, а голос рассудительного художника твердил, что любые свои работы нужно ценить. Мими всё ещё хитро поглядывала на меня и этот чёртов блокнот, пока в её темноволосую шевелюру не прилетел бумажный свёрток с дальней стороны аудитории. Клочок отскочил под парту и с самыми смачными ругательствами, которые только существуют, Мими нелепо полезла под стол, выставляя свою соблазнительную задницу напоказ. Такой вид подруги меня знатно рассмешил и пока дьяволица копошилась под деревянной партой, я показала смеющемуся Ади палец вверх, одобряя его выходку. Рыжик что-то хотел выкрикнуть, но дверь в кабинет громко захлопнулась и все вздрогнули, а Мими так вообще ударилась головой о твёрдую поверхность и снова выругалась.
Люцифер. Семь букв - одно несчастье.
Мужчина медленным шагом прошёл мимо передних парт и вальяжно приземлился рядом с Ади, который сразу приветственно пожал ему руку, выказывая своё уважение. Тугое волнение протекло с макушки до пят, потому что я была уверена в том, что сегодня его не будет на этом уроке. Опять же мой покой нарушил тот, кого в моем сознании стало
слишком много.
Непозволительно много.
— Чёртов идиот, — Мими запыханно выпрямилась и сдунула передние пряди волос с лица. Дьяволица точно имела ввиду рыжеволосого демона, который с энтузиазмом рассказывает Люциферу какое-то происшествие, а я осознанно отдала её ругательство к раздражающему меня бесу, почему-то находящемуся здесь. Соседка ловкими движениями пальцев развернула бумажный комочек и с жадностью вчитывалась в знакомый почерк, а потом отдала мне, ожидая мой ответ. Я быстро пробежалась глазами по кривым строчкам, которые точно были написаны впопыхах и слабо улыбнулась, радуясь предложению рыжика.
"Встречаемся ближе к ночи на крыше, а потом летим на крыльях счастья на наше место. P.s - Помогите уломать святого Сэми, молю" Мимолётно посмотрела на Ади, которого практически не видно за широким силуэтом Люцифера. Рыжеволосый ловко поймал мой заинтересованный взгляд и показал пальцем в сторону притихшего ангела, отрешённо читающего толстую книгу на передней парте. Изобразил руками что-то наподобие молящего жеста и моментально повернулся к сыну Сатаны, продолжая что-то рассказывать.
— Ночное бегство, — заговорщически прошептала Мими, — Нарушение школьных правил и любимые друзья под пернатым боком, — я улыбнулась,
— Что может быть лучше? Моя улыбка сползла с лица, стоило входной двери ещё раз громко захлопнуться. Громкий шёпот учеников, разговаривающих между собой, прекратился под гневный взгляд Ангела Фенцио. Профессор грубо кинул книгу на свой стол, привлекая к себе всеобщее внимание и без приветственных слов начал рассказывать новую тему, такую же скучную как и тысячи остальных. Дьяволица развалилась на парте и вытянула ноги вперёд, принимая расслабленную позу, когда я отвернулась к соседнему окну и снова улетела в дали своего разума. С самой последней встречи с Люцифером, когда я сказала ему больше не подходить ко мне, я остро запомнила его слова:
— Зепар опасен, Непризнанная.
Дьявола, который дурманил мою голову своими видениями и посылал мне наиприятнейшие сны словно забыл о моём существовании, что ни могло не радовать. Но вместе с лёгкой радостью, я испытываю тоску по его проникновенным змеино-жёлтым глазам и нежной улыбке, по спокойному тембру голоса, приятно обволакивающего слух. И шокировано понимаю, что с самой первой встречи он протянул свои марионеточные нити глубоко в меня, дёргая их так, как ему нужно и когда нужно. Стоит мне подумать о Зепаре, как чувство мимолётного обожания пролетает по моему телу и это заставляет меня недовольно хмуриться, а потом думать-думать-думать. Это просто была не я. Мими мне ещё не один раз напоминала, что мне стоит сторониться дьявольского изгоя и больше времени проводить с ней и любимой парочкой твикс, которые в последнее время ведут себя уж слишком весело. Я не могла не согласиться с ней, но к Зепару меня словно бы тянуло невидимой силой под названием: "гипноз". Если он мне внушил одержимость, то я его заклинаю.
— Вики, — Мими резко пихнула меня локтем, отвлекая от созерцания ясного неба и хитро блеснула огоньками в облачных глазах, — Люцифер смотрит, — тихо прошептала и сразу же прикрыла губы ладонью, чтобы её дьявольскую улыбку не заметил Фенцио, продолжавший вещать о какой-то там Ангельской войне, до которой не было никому дела. Даже самим ангелам. В моё тело будто бы воткнули миллион тоненьких игл, когда я осмыслила сказанное. Инстинктивно вытянув ровно спину и прижав крылья ближе к спине, я окинула дьявола лишь мимолётным и самым быстрым взглядом, которого мне хватило, чтобы удостовериться в правдивости слов Мими. Сделала вид, что ничего не произошло и будто бы я не знаю, что сейчас он ухмыляется, смеясь над моей глупостью, я решила всё-таки послушать нудного Фенцио, который чертил схему расстановки войск на доске. Теперь мне даже не посмотреть спокойно в окно, пока алые искры прожигают меня насквозь.
— Люцифер на тебя так смотрит, сладкая, — всё ясно, эта ситуация будоражила сознание Мими полностью, ведь дьяволица уже не могла сидеть на месте и всё ёрзала, кидая на меня многозначительные взгляды. — Вики-и-и, — её смеющийся шёпот почти заставил и меня улыбнуться.
Это неправильно. Я должна злиться, стоит мне только прочитать его имя, а не сидеть за школьной партой и краснеть как маленькая девчонка, которой подарили первый в её жизни цветок. И вроде бы я всегда злюсь, стоит мне услышать его оскорбления, но есть что-то ещё. Что-то необъяснимое и это необъяснимое я точно не хочу объяснять. Откуда эта неловкость?
— Он всё ещё смотрит, — кажется Мими сегодня ничего не остановит от хихиканья, — Разве тебе не интересно? — вот же чертовка.
Интересно. То есть, нет.
— Мими, хватит ёрзать, — строго шикнула на неё, встречая на себе взгляды некоторых учеников. Да хватит смотреть на меня уже. — Я не могу, — дьяволица прилегла на парту, опираясь локтями, — Здесь вдруг стало так жарко, — и снова этот неприличный хохот, — Мне кажется, что он хочет, чтобы ты обернулась в ответ.
Чтобы я окунулась в свой страх, если быть точнее.
— Шикни на него, чтобы отвернулся. — Смерти моей хочешь? — она всё ещё улыбалась, а Фенцио уже начал кидать на нас строгие взгляды,
— Ни за что, сама шикай.
— Тогда пошли ему мысленную СМС-ку, чтобы перестал так смотреть. Так остро, проникновенно, глубоко и чёрт возьми, почему-то так заинтересованно, что хочется смеяться от всей этой несусветной чепухи и выдуманной глупости.
— Сама попробуй, сладкая, — дьяволица игриво подмигнула и это стало последней каплей терпения учителя, который сразу же повернулся к нам лицом и подтвердил:
— Уокер, тебе нужно отдельное обращение, чтобы слушать меня?
Мими злорадно улыбнулась, зараза такая и с невинным видом рассматривала свой маникюр. Ну а меня переполняло раздражение к этому мужчине, потому быть таким ангельским мудаком - это нужно было хорошенько постараться. Он строго выжигал во мне дыру, как и все остальные присутствующие, и видимо ожидал от меня искренних и слёзных извинений, которых точно не будет.
— Не моя вина, что у меня свет клином не сошёлся на Вашем предмете.
Мими звонко рассмеялась под одобрительный гул демонов и их смешки. Ади даже уважительно кивал и в ладони хлопал, пока Фенцио осмысливал мой дерзкий выпад, злясь сильнее и сильнее. Да простит меня милый Дино, который также слабо улыбался, старательно прикрываясь книгой, чтобы не заметил отец. Потому что, если заметит, то истеричного концерта и ангельской оперы будет не избежать.
— Ещё одно предупреждение и вылетишь отсюда раньше, чем я успею сказать "Пошла вон."
Я улыбнулась и согласно кивнула головой, не желая продолжать перепалку. От чего-то настроение взлетело выше самих небес и я дала соседке пять, когда она восторженно косилась на меня, то и дело повторяя: "Дьяволица."
Вообще Фенцио мог быть нормальным учителем, если бы не этот деспотизм, который для ангелов вообще не свойственен. Смотря на него, у меня всегда возникало ощущение, что его белоснежные крылья на самом деле профессионально выкрашены и под слоем белой краски находятся мрачно-чёрные перья, как и его гнилой характер. Бедный Дино, с таким папашей только в гроб ложиться. Интересно, как уживается его родственная душа с ним и как она ещё не улетела от него, собрав все свои вещи?
— Вообще-то, старик Фенцио крутил шашни с твоей мамой, — я удивлённо покосилась на Мими, сразу же раздражаясь от её наглости.
— Ты только что бродила в моей голове? — дьявольский хохот стал подтверждением моим словам. Тихо цокнув языком, я шокировано осознала, что вкус у моей матушки прискорбный. Не удалось мне вдоволь предаться размышлениям и представлениям о том, как моя мама могла вести роман с таким омерзительным ангелом, в мою голову прилетел точно такой же бумажный комок, как в Мими пару минут назад. Скомканный лист бумаги укатился в мои ноги и я с недовольным вздохом принялась его доставать, а моя горе-соседка ещё и толкнула меня своим крылом, чтобы я слетела. Кинув на дьяволицу гневный взгляд и зацепив очередное послание от Ади, я выпрямилась и раскрыла бумажный лист, с остановившимся сердцем понимая, что кинутое послание было совершенно не от него. Невероятно красивый почерк точно не относился к рыжику, который пытался достучаться с задних парт до Сэми. Мими заинтересованно придвинулась ко мне и через плечо прочитала содержание.
"Мне нравится, что ты так старательно делаешь вид, будто бы не замечаешь меня."
Убейте меня. Просто убейте.
— Я сейчас заверещу, — Мими уже в открытую показывала своё восхищение, пока я прятала свои покрасневшие щёки каштановыми волосами, — Он точно хочет привлечь твоё внимание.
А я хочу, чтобы он полетел на все четыре стороны, но он же не летит.
Трепещущими крыльями ощущаю прожигающий меня взгляд алых огней и смущаюсь ещё хлеще, под издевательские шуточки Мими, чтобы сильнее меня раззадорить, или же позлить. Я бы хотела ответить на его взгляд, но уровень опасности слишком велик и рисковать своей тайной и тем, какое влияние он на меня на самом деле оказывает - не собираюсь. Люцифер прочтёт меня по глазам, как открытую книгу.
— Мими, научи меня блокировать разум. Просьба произносится сама собой и даже я слегка удивляюсь своему накатившему желанию, которое вполне объяснимо. Мне надоело, что моим разумом постоянно управляет Зепар, которому от меня точно чего-то нужно, да и ещё перед Люцифером рискую сильно.
— Попроси лучше своего ангелочка, — дьяволица кинула на Дино пожирающий взгляд и она эротично провела языком по нижней губе,
— Я бы с ним погрешила. Всё ясно, от Мими пользы ноль. После удушливого урока, который наконец-то закончился, Ади выловил нас с Мими в школьном коридоре, когда мы направлялись в общую комнату, чтобы передохнуть. Следующее занятие у нас всех будет в Аду, а если вспомнить, что это мой первый полёт туда, то отдых мне точно не помешает. Рыжик втиснулся между нами и повис на наших плечах, смиренно шествуя рядом. По его виду было можно уверенно сказать, что дьяволёнка что-то гложет, расстраивает, и под этим "что-то" подразумевается тихий ангел, след которого быстро простыл.
— Мне кажется или Сэми сегодня тебя как-то странно сторонится? — задаю вопрос. Пока дьяволица кокетливо подмигивает симпатичным Непризнанным, то Ади со вселенской грустью взглянул на меня, прислоняясь своей макушкой к моей. И вот не скажешь, что час назад он радостно трепал языком с Люцифером.
Люцифер. Бр-р-р.
— Сегодня ко мне ночью заполз паук, — начал рыжик, — Я так завизжал, что разбудил Сэми, который со страху ударился головой о спинку кровати, — Ади хохотнул над своим воспоминанием, а Мими пихнула его в бок, чтобы продолжил рассказывать, — Короче, я попросил его убрать это восьмилапое исчадие ада и пока Сэми возмущённо пытался поймать паука, я не выдержал и сжёг его.
— Кого? Сэми, что-ль? — Мими усмехнулась, а Ади хлопнул по лбу.
— Паука, — я рассмеялась, представляя как бедный Сэми носился по комнате за несчастным насекомым,
— И потом этот ангелок чуть ли меня не сжёг за это кощунственное убийство, — рыжик исказил свой голос и сделал такую смешную гримасу лица, что тут не выдержала даже Мими.
— Вот. Ну, я решил разбавить ситуацию шуткой, мол я просто его кремировал, а Сэми надулся ещё больше. Конец истории. На звонкий хохот демоницы оборачивались практически все и я просто не могла не поддержать её смех. Даже Ади заметно повеселел и приободрился, смотря на наши улыбки. Дьяволёнок крепче сжал нас в своих объятиях и мы вместе потопали в комнату, разговаривая о будущем занятии.
***
Расщелина в Ад встретила всех учеников обжигающим жаром и яркими искрами. Многие Непризнанные боязно отходили назад, с ужасом во взгляде провожая учеников, которые прыгали в обрыв, словно в само жерло вулкана, хотя так оно и было на самом деле. Здесь совершенно нечем дышать, в носу стоял запах гари и дыма, а на крылья то и дело оседал пепел. Лора боязно придерживалась Энди, во взгляде которого читался ярый восторг как искреннего любителя экстрима и прочего сумасшествия. И я, смотря на его горящие от предвкушения глаза, заразилась его желанием и мне не терпелось окунуться в адское пламя. Может я окончательно чокнулась, а может это всё влияние Мими с Ади, но тьма так крепко начинает обволакивать моё сердце, что я просто не могу ей противиться. Хватит с меня правильной жизни, пора меняться. Дочь Мамона прошла мимо меня и подмигнула, эффектно раскрывая крылья и уносясь прочь, в саму бездну. Вообще Мими являлась одной из самых сильнейших дьяволиц среди школы по крылоборству и полётам, это я по собственному горькому опыту говорю, когда грациозная Мими положила меня на лопатки, стоило мне только взлететь. Ей много раз предлагали стать членом команды демонов, но девушка считала это пустой тратой времени и зависала со мной. — Боишься, чертёнок?
Ади с блеском в глазах посмотрел на меня и хитро улыбнулся, замечая, что крылья то у меня всё-таки слегка дрожат от неведения и неизвестности, которая меня сейчас настигнет там, внизу. С одной стороны безумно хотелось ощутить на себе весь градус расщелины, а с другой стороны, хотелось вернуться обратно на свежий воздух.
— Если только чуть-чуть. Рыжик ободряюще похлопал меня по плечу и стал подходить к искристой бездне лицом ко мне, не сводя горящих зениц. Дьявол смешно отсалютовал мне и крикнул, что ждёт мою задницу внизу, затем шагнул в пустоту и также эффектно прыгнул вниз.
Позер.
Не обращая внимания на удивлённые взгляды, ступаю следом за чертёнком и смотрю в пропасть, прикрывая лоб от волны жара, больно обжигающего кожу. Ноги тряслись не от страха, а от желания спрыгнуть и поймать раскалённый до предела воздух, разрезать его крыльями, которым точно сейчас достанется и вздохнуть поглубже, чтобы опалило сами лёгкие. Бесстрашно прыгнув вниз, я даже закричала от восхищения, которое сейчас меня переполняло. Перья нещадно подгорали, лицо жгло неимоверно, а глаза слезились, но я чувствовала себя как никогда живой и свободной, словно я нахожусь сейчас там, где и должна была всегда. Я жёстко приземлилась на землю, чуть мыча от дискомфорта и любезный Ади помог мне подняться, притягивая за локти к себе. Меня трясло от адреналина и дикого желания повторить этот полёт, на что Мими лишь рассмеялась и показала палец вверх. Некоторым Непризнанным досталось больше чем мне, так как забыли раскрыть крылья. Вон, Энди вообще стоял сейчас с разбитой бровью, но было видно, что ни о чём этот сумасшедший парень не жалеет и готов только повторить, как и я. По дороге в библиотеку, в которой будет проводиться сегодняшнее занятие, Геральд рассказал об истории Ада и о многих войнах, которые были величественно и грозно вырисованы на алых стенах коридоров. По сравнению с нудным Фенцио, Геральд говорил просто, но вместе с тем захватывающе и интригующе, а также отвечал на вопросы Непризнанных, без излишней строгости.
— Сегодня мы поговорим о демонических способностях, — профессор встал по середине, позволяя нам разойтись кругом, чтобы ничего не пропустить. Мими крепко держала меня за локоть, боясь выпустить из виду и потерять меня, а Ади встал позади нас, хохоча с каким-то мне незнакомым демоном. Я невольно пробежалась взглядом по окружающим и не увидев знакомые алые глаза, выдохнула спокойно. Правда недолго длилось моё спокойствие, так как в следующий момент на меня злобно скалилась Ости, мысленно кидая в моё тело самые острые клинки из её хранилища.
— Все прекрасно знают, что стихия демонов - это огонь и этим огнём они могут отлично владеть, — Геральд кинул на понурую Мими красноречивый взгляд и продолжил:
— Не все конечно, но большинство.
Ости со своей шайкой едко посмеялись над оскорблённой Мими, которая гордо держала подбородок и бесстрашно отвечала на вызывающий взор зелёных глаз, мерцающих словно звёзды. Мне стало немного неловко и неуютно, но я всё же решилась спросить:
— Мими, ты не умеешь владеть огнём?
Было видно по опечаленным глазам, что ей непросто было говорить об этом, однако дьяволица ответила:
— Умею, но очень слабо. Выходит не всегда.
Мими посмотрела на учителя, ясно давая понять, что не желает разглаго́льствовать на эту тему, поэтому я сделала то же самое, пока Ади злорадно над ней посмеивался, то и дело зажигая на своём указательном пальце огонёк, чтобы побесить брюнетку сильнее.
— Мне нужен один доброволец со стороны демонов, — Геральд махнул рукой к себе, приглашая встать рядом. Ости первая сделала уверенный шаг вперёд и соблазнительно качнув пышными бёдрами, подошла к учителю, который протянул ей листок старинного, но видимо бесполезного пергамента.
— Покажи Непризнанным, что значит иметь контроль над огнём.
Брюнетка кивнула, выхватила из рук пергамент и специально повернулась лицом ко мне, чтобы я видела её во всей своей красе. Демоница нарочито медленно поднесла указательный палец к бумаге, не сводя с меня убийственного взгляда и подожгла его, вместе с ним воспаляя сам пергамент. В её хищных зелёных глазах сверкали и отражались искры, жадно поедающие пожелтевшую бумагу. Ости смотрела прямо на меня, показывая всем своим видом, что была бы не против, если на месте жалкого куска пергамента - находилась я сама. Этот фарс, который она устроила, считалось предупреждением в мою сторону и демонстрацией своей силы.
— Показушница, — шёпот Мими прямо сквозил обидой и чёрной завистью и Ади погладил подругу по волосам, успокаивая. Когда пергамент закончил догорать, то Ости сдунула дотлевающий пепел прямо в мою сторону, с наслаждением наблюдая, как искристые кусочки подлетают к моим ногам и тают. Демоница провела тем же горячим пальцем горизонтально по своей шее, чуть отводя голову. Её недружелюбный жест прямо кричал: "Подойдёшь ко мне - я тебя прикончу".
— Спасибо, Ости, — Геральд показал ей рукой встать обратно на своё место и продолжил лекцию:
— Владеть и управлять огнём могут только рождённые демоны, никак иначе. Непризнанные, которые когда-то приняли тёмную сторону могут только ненадолго поджечь любую часть тела, никак не по-другому . Свита сучьей Ости снова разразилась едкими насмешками, когда демоница показушно окликнула мою подругу:
— Мими, детка, а ты уверена, что родилась дьяволицей? А то у тебя задатки прямо как у ничтожных Непризнанных, такие же слабые, — на этих словах она с отвращением оглядела меня, — Позор для твоего горячо любимого отца. Вкус острого перца пронзил моё горло, а значит, что Мими была готова уничтожить Ости прямо сейчас за её дерзкий выпад. Шайка демонов дали друг другу пять, одобряя слова своей любимицы, а глаза дочери Мамона уже искрили на всю, только больше раззадоривая пышногрудую дьяволицу.
— Держи меня, Ади, потому что сейчас я выцарапаю этой стерве глаза.
Ади присвистнул, но покорно обвил её тело своими крыльями, чтобы Мими не воплотила свои сказанные слова в реальность. Профессор продолжал вещать всем присутствующим об огненной магии, а я незаметно прошмыгнула назад, к книжным полкам, скрываясь за высокими стеллажами от внимательных глаз. Провожу ладонью, по запылённым, ветхим корешкам книг и вдыхаю запах сухости и пепла, оседающего на всех предметах. Погружаюсь глубоко в свои размышления о том, как сильно отличается земная библиотека от адской и насмешливо фыркаю. Как можно вообще сравнивать это место с Землёй?
— Мне тоже интересно. Голос Люцифера звучит как штормовое бедствие, от которого я стремительно пытаюсь всё убежать. Дьявол расслабленно сидит в алом кресле, сложив ногу на ногу и держит в правой руке книгу в чёрном, бархатном переплёте. Алые глаза не выражают никакой агрессии и изучающим взглядом скользят по стёртым строкам неизвестного мне произведения.
Игнорировать.Игнорировать.Игнорировать.
Плевать, что он снова влез ко мне в голову и бессовестно прочитал мои размышления, хотя сейчас мне как раз стоит начинать опасаться его силы и влияния, которое он всегда оказывает на мой разум. Желаю оказаться как можно дальше от него, но мой взор небесных глаз останавливается на его руках, изрисованных татуировками.
Рукава его повседневной рубашки были загнуты, поэтому я могу без труда разглядеть каждую синюю венку, красиво расположенную под кожей. Его ладони с выступающими костяшками - это отдельный вид искусства, как и все набитые рисунки, хранящие в себе вековую историю. А как красиво он держал эту дурацкую книгу, хоть бери и срисовывай, что мне безумно захотелось. Запоминаю каждую костную ямочку, каждый изгиб кисти, чтобы потом реализовать эту картину на бумаге. Я вообще люблю красивые руки и мне всегда нравилось рисовать их на зачётных работах в университете, когда мы проходили анатомию человека. Руки, это как глаза. Только глаза горят эмоциями, а руки разговаривают касаниями, которые я так люблю изображать. Отошла на шаг и резко очнулась, словно ото сна. Давай, Уокер, слови ещё фетиш на руки сына Сатаны, тебе же мало того, что с тобой происходит? Видимо, да.
— Я не против.
И снова эта гадкая усмешка, приносящая лишь покалывающее раздражение. Необходимо вообще перестать думать, пока он находится рядом со мной, поэтому, чтобы занять свой разум чем-нибудь полезным, хватаю книгу наугад и читаю её название.
"Родственные души."
С интересом провожу по выпуклым буквам и открываю книжное содержание, совсем не замечая как Люцифер приподнимается с кресла. Все оглавления были мне уже знакомы, так как обычные люди знают практически тоже самое, что и здешние жители, однако один пункт надолго приковал моё внимание.
"Способы разрыва родственной связи."
Разрыв связи? Неужели такое возможно? Тогда, почему Мими мне об этом ничего не говорила. И так не успев ничего прочитать, дьявол наглым образом вырывает мою книгу из рук, громко захлопывает и возвращает на прежнее место, под мой злобный взгляд.
— Не будь идиоткой, Уокер. Никто ещё на свете не разрывал родственную связь.
Идиоткой.
Четвертый порез медленно разрезается в области руки и я стараюсь не морщится, да и вообще даже не думать о нём, чтобы Люцифер не смог прочитать мои мысли. Ну или мог, но только не об этом. Мысленно радуюсь, что поверх водолазки я успела накинуть на себя длинную кофту, и дьявол снова подкалывает меня в излюбленной форме:
— Не слишком ли легко ты оделась для Ада? — оценивающе пробежался по мне, пока я стыдливо прятала свой взгляд в книгах, к которым резко потеряла интерес, — Могла ещё зимний пуховик с собой прихватить. Ладно, хорошо, я действительно рассмеялась и не смогла спрятать улыбки, но это ничего не значит, ясно? Это просто нервы и желание отойти от надоедливого демона подальше, который почему-то слишком близко, прямо непозволительно близко стоял рядом со мной, облокачиваясь плечом о книжный стеллаж, и не опуская своего жаркого взгляда с меня.
— Могла, — гордо вздёрнула подбородок, читая перед собой имена неизвестных мне авторов, — Я кажется просила не подходить ко мне, Люций. Улыбается, нахал.
— Я не виноват, что твои ноги сами несут тебя ко мне.
Ха-ха, клоун.
Сдерживаюсь и глупо улыбаюсь, сдерживаюсь и просто глупо улыбаюсь, совершенно не думая о неприятном покалывании в области руки. Вообще не смотрю на его вытянутую ладонь с его обалдеть какими красивыми татуировками на руке, достающую классическое произведение.
— Что же, — неловко пячусь назад и всё также избегаю его взгляда алых искр, хитро поблескивающих в темноте помещения, — Мне пора, — я даже уже не злюсь на его последнее оскорбление, потому что оно вполне оправдано, честно. Разворачиваюсь к нему спиной и слышу глухой шлепок упавшей на пол книжки. Не успеваю рассмотреть предмет, как его быстро поднимает наследник престола, всё также едко ухмыляясь. Чувствую, что карман моей кофты заметно полегчал и с ужасом смотрю, как мой любимый блокнот для рисования оказывается в лапах хищника.
Да вашу ж мать.
— Твои детские картиночки? — он осмотрел книжицу, — Занятно.
Дьявол открыл блокнот и его взору предстал мой первый рисунок, именно то море, которое я рисовала пару неделями ранее, когда сидела с друзьями на улице. То море, которое мне теперь не видится во снах и именно то море, где я в последний раз была свободна, потому что на моей шее не висела петля родственной связи, как сейчас.
— Там нет ничего интересного, — встаю в уверенную позу и скрещиваю руки на уровне груди, пока Люцифер продолжает листать мои рисунки. Он всё смотрел и смотрел, пока в один момент улыбка его не растянулась шире, а меня словно ледяной водой окатило, когда я вспомнила про то, что Люциферу видеть совершенно нельзя.
— Так уж, ничего? — задерживает пальцами страницы и поворачивает ко мне его же портрет, так случайно нарисованный во время утреннего урока. Казалось бы, мне ниже уже падать было некуда, ведь я в Аду. Но видимо нет, потому что я падала в бездну стыда, желая провалиться ещё глубже. Куда-нибудь в конец света вообще. Ну или на край мира, пожалуйста.
— Не дурно, признаюсь. Не
дурно? Люцифер, это катастрофа.
Всё также улыбался, да искрил своими зеницами, а я краснела и смотрела куда угодно, но только не на него. Дышать и так было нечем, а сейчас вообще кислород исправился под высоким градусом под именем:Люцифер. Внимание привлекает разорванный шелест бумаги и я с ужасом наблюдаю, как Принц Ада вырывает мой рисунок из блокнота, складывает его пополам и прячет в заднем кармане брюк. Затем с невозмутимым выражением лица протягивает мой же блокнот обратно и подмигивает, кидая на последок:
— На память.
И уходит, как уходила неделю назад я. Ровно семь дней назад, сто шестьдесят восемь часов.
Я избегала Люцифера неделю. И схлопотала не только четыре пореза, но и запомнила его яркие искры заинтересованности во мне.