Майя
Перед глазами было темно. Я стояла, опершись спиной о стену, и опустила голову, умоляя зрение вернуться. Слишком внезапно опухоль напомнила о себе. Я практически привыкла отсутствию симптомов, и понадеялась, что угроза отступила. Но, как оказалось, сделав выводы, я слишком поспешила. Смерть не разжимала своих объятий, следуя за мной по пятам, и лишь изредка давала вдохнуть полной грудью.
В висках стучало. Сердце бешено колотилось, билось о ребра, словно желая выбраться наружу. Желудок крутило, тошнота подступила к горлу, а я не имела ни малейшего понятия, в какой стороне находилась уборная, чтобы добраться до нее вслепую.
- Посмотрите-ка. Кто это у нас здесь? Неужто сама Госпожа Нелюдимка? – услышала я голос Наташи неподалеку.
В то же мгновение зрение вернулось, и я подняла на нее взгляд. Девушка остановилась в нескольких шагах от меня и улыбалась обворожительной улыбкой, от которой у меня холодок бежал по коже. Она накручивала прядь волос на палец, как делала при флирте, и невинно хлопала ресничками.
Внезапно я почувствовала прилив сил. Организм отреагировал на внешнюю угрозу, заглушив симптомы внутренней. Я сложила руки на груди.
- Какое тебе дело? Я в твою жизнь не лезу, и ты в мою не вторгайся, будь добра.
- Действительно? – в голосе одноклассницы слышалось неподдельное удивление. – А вот мне кажется, что ты очень постаралась, чтобы Артем принял твою сторону. Молодец, хвалю. Хорошо поработала. А теперь пора прекратить играть в свои игры и посмотреть в глаза реальности.
Постепенно девушка приближалась ко мне.
- Интересно, какой же реальности мне нужно посмотреть в глаза? Той, которую ты сейчас попытаешься мне навязать?
- Забываешься, Эдинберг. Кто тебя вообще создал, а? Кто возился с тобой все время до перехода в старшую школу? Кто помог тебе добиться всего, чего ты тогда добилась? И какова твоя благодарность?
Наташа подошла вплотную и стала передо мной, преграждая пути к отступлению. Только вот я и не собиралась бежать.
- А мне нужно было упасть к твоим ногам и целовать их? – ехидно поинтересовалась я.
Одноклассница сжала зубы от напряжения и злости.
- Оставь Артема в покое, слышишь? Ты можешь сколько угодно играться в свой великий выдуманный мир, и я не буду тебе мешать. Даже забуду, что ты предала нашу дружбу.
- Он не твоя собственность. И я не держу его, как видишь. Он сам выбрал, где хочет находиться.
- У него не было выбора.
- Нет, был, – мой голос стал твердым и холодным. – И ты это прекрасно знаешь. Просто не любишь, когда люди не соответствуют ролям, которые ты для них прописала.
Во взгляде Наташи промелькнул страх. И меня осенило.
- Ты ничего...
- Я знаю. Ты боишься меня, не так ли? Боишься, что те, кто поймут, что ты на самом деле собой представляешь, больше не захотят принимать твою сторону. А узнать они могут лишь от одного человека. От меня. Не так ли, подруга? Ты ведь больше ни с кем не была так близка, как со мной?
Наташа отступила на шаг назад. Я наклонилась к самому ее уху и прошептала:
- Я знаю все твои секреты, Наташа. Только я одна. И это пугает тебя, ведь ты сделала меня своим врагом.
- Ошибаешься. Я не боюсь тебя, – голос девушки дрожал. – Просто ты чертовски бесишь.
- Тогда зачем ты стоишь здесь? Когда меня кто-то бесит, я стараюсь держаться от него подальше.
- Потому что тебя стоит поставить на место, чтобы не выступала.
Я развела руками.
- Я не вторгаюсь на твою территорию, не отбиваю твоих друзей. Я тень, невидимка. Чего тебе еще нужно? Через пять месяцев мы обе окончим школу и больше никогда не увидимся. Разве мало?
Во взгляде Наташи вновь появилась уверенность. Она отстранилась от меня и нацепила на лицо привычную улыбку.
- Не зазнавайся, Эдинберг. Возомнила себя вершительницей судеб? Я не боюсь и никогда не боялась. Стоит лишь пожелать, и все в классе уничтожат тебя. Это тебе следует меня опасаться.
Я фыркнула. Девушка не придала этому никакого значения. Развернулась и направилась прочь.
Она могла миллион раз убеждать меня, что не боялась. Могла толкать длинные речи о своем бесстрашии и уверенности в собственных силах. Она могла говорить все что угодно. Но я знала ее лучше любого в этом классе, даже лучшее ее самой.
Наташа всегда касалась своих волос, когда была напугана.
***
Сон был беспокойным. Я от кого-то убегала и никак не могла спрятаться. Тело била дрожь, и ноги еле держали меня. Какой-то частицей сознания я понимала, что спала, но все было таким реальным, что никак не удавалось очнуться.
Вдруг моих губ коснулись чужие, увлекая в поцелуй. Я отдалась чувствам, позволяя им вести меня. Прикосновения обжигали, и я желала большего. Открыв глаза, я не сразу осознала, что больше не находилась во сне, и что поцелуй был вполне реальным. Пару мгновений ушло на то, чтобы прийти в себя, и я скинула парня с кровати.
Послышалось недовольное бурчание и брань.
- Ты какого фига вообще творишь? – я подорвалась с постели и уставилась на Артема.
Тот потирал ушибленную спину.
- В какой стране парню запрещено целовать свою девушку?
- В моей. К тому же, целовать ее, пока та спит, вообще уголовно наказуемо.
Юноша вздохнул и присел на край кровати.
- Да ладно тебе, Майя. Ты почти весь день от меня бегала.
- У меня были дела.
- Например?
- Я каталась на сноуборде.
- И поэтому не ела? – недоверчиво спросил одноклассник.
- Именно.
Я была рада, что нас окружала тьма. Так было проще лгать, не боясь быть раскрытой. На самом деле, я избегала его, пытаясь унять желания, рождавшиеся внутри при одном взгляде на парня. Это пугало меня и не давало покоя.
- Ты все еще считаешь, что я такой же, как остальные? – в голосе юноши звучала боль.
Я присела рядом с ним.
- Не говори чепухи. Давно уже пора было понять, что я не считаю тебя таким же.
- Тогда что не так? Я знаю, тебе нужно пространство, и я дал его тебе. Ты не любишь, когда давят, и я не давлю. Тогда почему ты сбегаешь?
Я вздохнула и положила голову ему на плечо.
- Потому что ты привык к тому, где просто. А я не совсем такая территория. Я же тебя предупреждала.
Его рука коснулась моей.
- Тогда что ты предлагаешь мне делать? Ждать?
Мои губы расплылись в улыбке.
- А ты сможешь?
- Сколько пожелаешь.
Я отодвинулась и всмотрелась в его лицо. Не было ни намека на шутку. Он действительно был готов. Это заставило меня дать слабину.
Ирина Тимофеевна ушла на свидание с незнакомцем на всю ночь, и мы с Артемом были совершенно одни. Было некого бояться, нечего стесняться, кроме самой себя. Я была свободна в действиях, в мыслях, в чувствах. И позволила им вырваться наружу.
Я накрыла губы Артема своими и зарылась руками в его волосы. Я целовала его так, словно он был кислородом, а я не могла дышать. Голова закружилась, и боль напомнила о себе, но тогда это волновало меня меньше всего. Чужие руки блуждали по моему телу, заставляя дрожать. Я полностью отдалась страсти, не думая о последствиях.
Парень повалил меня на кровать, продолжая целовать. По телу прошлась сладкая дрожь. Я потерялась в ворохе чувств, захвативших меня. Словно все то, что я долгое время держала в себе, вырвалось наружу. И мне не хотелось, чтобы он когда-либо останавливался.
Я любила его. И в то же время, так отчаянно ненавидела. Я хотела, чтобы он был так близко, как только мог, но отталкивала все дальше. Я невыносимо боялась потерять его, но делала все возможное, чтобы он ушел. Боялась. Боялась быть отвергнутой и непринятой. Боялась оказаться недостаточно хорошей.
- Постой, – пробормотала я, отрываясь от его губ.
Горящие глаза Артема смотрели на меня, и даже представлять не хотелось, что же он видел.
- Что случилось?
- Не здесь, – шептала я. – Не так...
Он наклонился и поцеловал меня легко, практически невесомо. Отстранившись, лег рядом и прижал к себе.
- Ты слышала это уже столько раз, что повторять будет глупо. Но я люблю тебя, Майя. Больше, чем ты можешь себе представить.
Усталость навалилась из ниоткуда и придавила своим весом, не давая выбраться. Я прикрыла глаза. Стоило отправить Артема в свою комнату, ведь не лучшей идеей было, чтобы нас застали в таком виде. Но я не хотела, чтобы он уходил. Лежать в его объятьях было уютно и безопасно. Так, как я всегда и хотела.
- Я знаю, – пробормотала я сквозь пелену сна, утаскивающую меня вседальше. – Я знаю...