Майя
Забрав сумку из класса, я побежала к гардеробу. Слезы катились по щекам, мешая видеть, но это меня не беспокоило. Ноги сами неслись в сторону выхода, и я позволила им управлять мной. Ученики были в столовой, и никто не мог видеть мгновение моей слабости.
Схватив пуховик, я укуталась в него, обмотала шею шарфом и выскочила на улицу. Морозный воздух тут же наполнил легкие, а щеки защипало. Я пыталась убраться как можно дальше от того места, от Артема, от всего, что произошло. От мыслей, которые никак не оставляли мою голову, заставляя снова и снова прокручивать в голове мгновения, помнить которые я не желала.
Губы горели от его поцелуя. Я чувствовала жар, исходящий от парня, который передался и мне, и ненавидела его за это. Зачем он делал подобное? Зачем пытался добраться до меня? Зачем причинял невыносимую боль, которая убивала изнутри? Разве не замечал, что я не хотела его видеть, не хотела подпускать слишком близко? Я просто не хотела все портить. Но вновь делала это.
Я не могла рассказать ему все. Болезнь стала моей тайной, которую я поклялась хранить, несмотря ни на что. И я определенно принесу ему боль. Все в классе приняли мое безразличие, а потому не расстроятся, умри я в один из дней. Но Артем не хотел становиться обычным человеком из класса. Он желал большего. Того, чего я не могла ему дать.
Ему стоило бы бежать. Как можно дальше от меня и всего, что связывало его со мной. Да и мне стоило просто убраться прочь, ведь люди никогда не оставались рядом. Я не хотела оказаться с разбитым сердцем, когда в один из дней, попав в больницу, узнаю, что Артему рассказали, и он сбежал. Я боялась этого.
Я пришла в себя лишь около мастерской Риппера. Даже не заметила, как быстро добралась до нее. Юноша стоял на улице и курил. Я замерла в нерешительности. Стоило ли рассказывать все ему? Парень не успел меня заметить, поэтому еще было время убраться. Но все мое существо отчаянно желало толики понимания.
Я практически снесла Риппа с ног, налетев на него, и позволила всем эмоциям выйти наружу. Я уткнулась лицом в его грудь и рыдала, не сдерживаясь, не пытаясь подавить все в себе. Я знала, что застала друга врасплох, и он недоумевал, что произошло, но мне необходимо было молча выплакаться, прячась от всего мира.
Почувствовала, как парень отбросил сигарету в сторону и приобнял меня, гладя по волосам и успокаивая. Он не говорил ни слова, не обещал, что все наладится, что все будет в порядке. Пустые слова утонули в безмолвии, и нас объяла тишина, в которой я так отчаянно нуждалась.
Когда слезы высохли, я сделала пару шагов назад и встретилась с недоумевающим взглядом юноши.
- Прости, это было неожиданно, да? – неуверенно пробормотала я.
- Поверь мне, это было более чем просто неожиданно. С тобой все нормально? Врачу показывалась?
В голосе парня слышалась насмешка. На душе стало легче. Жизнь возвращалась в привычное русло. Рядом был тот, кому я доверяла, и он шутил, как прежде.
- Чёрт бы тебя побрал, Рипп. Совсем манер никаких, – проворчала я, вытирая щеки от слез и улыбаясь.
- Так-то лучше. Нечего повышенную влажность разводить, – друг взлохматил мои волосы.
Я недовольно поморщилась и постаралась их пригладить.
- Зайдешь?
Я кивнула и направилась внутрь вслед за юношей. Риппер поставил чайник и принялся рыться в шкафчиках в поисках заварки. Я присела на стул, поджала ноги под себя и уставилась на стол. Внутри все еще было гадко и противно, хоть и полегчало от рыданий.
- В честь чего ты меня затопить решила, ммм? – послышался крик парня из кухни.
Я вздохнула. Стоило ли ему рассказывать?
- Один надоеда никак не уберется из моей жизни, – ответила я, продолжая изучать трещинки на столешнице. – Сегодня он перешел границы дозволенного.
На пороге появился Рипп с чашками и поставил их на стол. Я обхватила свою пальцами, грея руки.
- Тот самый парень?
- Угу.
Повисло неловкое молчание. Я не знала, что еще говорить. Признаваться в том, что чувствовала, мне не очень хотелось, а друг молчал, ничего не спрашивая.
- Он нравится тебе?
- Вы все сговорились что ли? – в сердцах воскликнула я. – Почему всем кажется, что я что-то к нему испытываю?
Риппер вздохнул.
- Ты действительно хочешь знать, почему я так думаю?
- Да!
Он отставил чашку в сторону и поднял на меня серьезный взгляд. Мне стало немного не по себе.
- Я знаю тебя уже чуть больше года, Третья. И то, что я успел заметить, это твое нежелание подпускать людей слишком близко. Ты делала так всегда, хоть многие пытались пробиться сквозь эту стену. Даже в случае со мной. Не я тебя выбрал, а ты меня, несмотря на то, что вокруг было множество людей. Так же было и с Хоуп. Ты позволила ей стать ближе, а не она растопила лед в твоем сердце. Она и я каким-то образом запали тебе в душу, выделились из толпы, и ты приоткрыла для нас дверь в свою жизнь. Так же и с этим парнем. Если бы он был тебе противен, ты не подпустила бы его так близко. Избавилась бы раньше, чем он успел пригласить тебя на свидание. Ты обманываешь саму себя, утверждая, что не желаешь его видеть.
Он умолк. Я опустила взгляд.
- Что, если я боюсь?
- Чего ты боишься, Третья? Та девушка, которую я знаю, никогда ничего не боится. Она несется навстречу неприятностям и трудностям, не считаясь с чужим мнением. Что же так напугало тебя, что я больше не вижу ее?
Я рассматривала собственные пальцы, отгоняя навязчивые мысли.
«Он прав, чертовски прав», – то и дело крутилось в голове.
Но я старалась игнорировать слова, заглушить их чем-то другим. Только шепоту разума не удавалось перекричать вопль сердца.
- Я боюсь, что не смогу дать ему того, чего он желает. Я боюсь, что не оправдаю его ожиданий. Я боюсь остаться с разбитым сердцем, когда он узнает меня настоящую. Я боюсь сгореть в том огне, что уже давно жжет меня изнутри.
***
На следующий день я избегала Артема. Выбегала из класса, как только урок заканчивался, и возвращалась со звонком. Я не знала, от чего именно бежала. Убеждала себя, что так будет лучше и для меня, и для него. Но видеть взгляд, полный боли и отчаяния, устремленный в мою сторону, было невыносимо. И я то и дело пряталась в книге, стараясь не смотреть.
На большой перемене было труднее всего. Только я хотела выскочить из класса, как юноша схватил меня за руку и повел прочь. Как и за день до этого. Я пыталась вырваться, но он сжимал свои пальцы сильнее вокруг моего запястья, не давая выбраться. Старшеклассники глазели на нас, а мои щеки пылали. Мне были безразличны сотни взглядов, обращенных в нашу сторону. Меня волновал парень, держащий мою руку.
На этот раз он отвел меня в спортзал. Там никого не было, так как все направились в столовую. Я умоляла всевозможные высшие силы, чтобы нам помешали. Но Вселенная не хотела отвечать.
- Отпусти меня, – я снова постаралась вырвать руку.
И он подчинился, разжав пальцы. Я прижала запястье к груди и отступила на несколько шагов назад, увеличивая расстояние между нами.
Юноша стоял ко мне спиной. Я ощущала тоску, исходящую от него, и эта атмосфера угнетала.
- Я не должен был так поступать вчера.
Казалось, он боялся обернуться и взглянуть на меня. Боялся увидеть жестокость и безразличие в моем взгляде. Но их там не было. Именно поэтому я молилась, чтобы он не оборачивался. Ему не следовало видеть того, что происходило со мной.
«Скажи ему! – звучало в голове. – Ты должна сказать. Ты обязана».
Но я молчала. Сильнее закусывала губу, чтобы не поддаться. Рядом с Артемом я чувствовала все. Я была живой. То, что ранее давали лишь гонки, стало возможным рядом с одноклассником. Это пугало меня. И влекло еще больше.
- Нам не стоит общаться, – прошептала я.
Не это! Ты должна сказать ему вовсе не это!
- Ты хочешь, чтобы я ушел?
Нет!
- Да.
Я убеждала себя, что спасаю его. Пыталась доказать, что делаю доброе дело. Я всеми клеточками своего тела желала, чтобы так оно и было.
Лгунья!
- Ты будешь счастлива, если я не буду лезть в твою жизнь?
- Да.
Чёрт возьми, Майя! Что ты несешь? Какого хрена ты вообще делаешь?
- Ладно. Но мне казалось, мы...
- Тебе казалось, – перебила я парня.
Я направилась прочь из спортзала. Умоляла себя не оглядываться. Я не должна была. Стоило просто уйти, не смотреть, не знать. Но сердце болело, щемило в груди. Я хотела знать, что он чувствовал. Я хотела видеть его лицо.
И обернулась.
Артем сгорбился и опустил голову. Я не могла разглядеть его лица, хотьотчаянно пыталась. Он выглядел таким беззащитным. Все во мне противилось,кричало, что я должна быть честной с собой. Но как я могла? Я умирала, инадеяться на счастье было слишком эгоистично. Я отказалась от этой мысли болееполутора лет назад. Только почему в тот момент казалось, что, оттолкнув Артема,я поступила как эгоистка?