Поцелуй Печали

Габриэль

Любви нельзя добиться силой, любовь нельзя выпросить и вымолить. Она приходит с небес, непрошенная и нежданная....

***

— Каэлла, — тихо произнес я, глядя ей в глаза, — иногда мне кажется, что мир вокруг нас останавливается, когда ты рядом.

— Ты правда так думаешь? — спросила она, и я заметил, как ее сердце заколотилось быстрее. — Иногда мне кажется, что я просто мечтаю, и это всё не может быть реальностью.

— Это реальность, — уверенно сказал я, подойдя ближе. — Каждое мгновение, проведенное с тобой, настоящая магия. Я не знаю, как объяснить, но без тебя моя жизнь кажется пустой.

— Я тоже это ощущаю, — призналась она, слегка улыбнувшись. — Но что делать с нашими страхами? Они словно тень, преследуют нас на каждом шагу.

— Мы не обязаны их бояться, — ответил я, беря её за руку. — Давай просто будем собой. Я хочу пройти эту дорогу вместе с тобой, шаг за шагом, несмотря на непогоду.

— Ты всегда знаешь, как поднять мне настроение, — сказала она, и я увидел, как внутреннее тепло заполнило её глаза. — Мне нравится думать о том, что мы можем создать что-то удивительное.

— И я верю в это, — сказал я с мягкой улыбкой. — Ты и я, Каэлла. Вместе мы можем преодолеть всё.

— Да, вместе, — согласилась она, глядя в мои глаза. — Это действительно важно для меня.

— Тогда давай не будем терять ни мгновения, — произнес я, наклонившись ближе. — Ты готова к этому путешествию?

— Более чем готова, — шепнула она, и в этот момент всё вокруг словно замерло, оставив только нас двоих и нашу надежду на будущее.

Я почувствовал дрожь.

Я проснулся......

— Боже , почему это сон?

Почему?

Почему? Почему ?

Блять!

— Сука! — тихо произнёс я. — Я жажду быть с ней!

Я подошёл к окну и задержал взгляд на окружающем мире. Прозрачное стекло отражало яркие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь зелёные листья деревьев. За окном разворачивалась картина: улица была полна жизни — дети весело играли, взрослые спешили по своим делам, а вдали слышался шум автомобилей. Небо было ясным, с лёгкими облаками, которые плыли, как белые корабли, и я почувствовал, как радость заполняет мою душу, глядя на эту сцену, полную движения и света.

Я не мог оторвать взгляд от этой картины: утренний свет мягко касался зданий, придавая им золотистый оттенок. Прохожие, закутавшись в весенние куртки, спешили по тротуарам, каждый из них, казалось, был частью большого целого, работающего в унисон с ритмом города.

Вдалеке я заметил, как пара воробьев, весело щебеча, сновала возле корма, оставленного доброй бабушкой неподалёку. Они клевали семечки, озорно подбираясь к друг другу. Я улыбнулся этой сцене, вспомнив, как сам в детстве любил наблюдать за красивыми птицами.

Снова посмотрев на улицу, я уловил запах свежеиспеченного хлеба — местная пекарня начала свой день. Это напоминало мне о домашних утренниках, когда аромат горячих булочек наполнял дом, создавая атмосферу уюта и тепла. В этот момент я ощутил, как прошлое и настоящее сливаются воедино, словно я был частью этой непрерывной жизни.

Мир за окном продолжал свое движение: уличные музыканты начинали готовиться к выступлению, а яркие вывески магазинов манили прохожих. Я задался вопросом, какая история скрыта за каждым лицом, мимо которого проносятся мои мысли. Каждый человек — это отдельная вселенная, и я вдруг захотел узнать больше о тех, кто наполняет этот город жизнью.

Больше всего на свете я мечтаю быть с феечкой, с Каэллой. Её присутствие словно наполняет воздух магией; её смех звучит как музыка, а её глаза сверкают, как звёзды на ночном небе. В её облике есть нечто чарующее: лёгкий, словно порыв ветра, силуэт, окружённый нежным светом, который играет с её волосами, придавая им оттенки золота и малинового.

Когда она летает вокруг, оставляя за собой лёгкий след из искрящихся пыльцевых частиц, мир вокруг наполняется яркими красками. Я вижу, как она танцует, паря над цветами, которые расцветают от её прикосновений, как будто каждая травинка и лепесток ждут её волшебного касания. В эти моменты, когда Каэлла оказывается рядом, любой серый день преображается в сказку, и я переживаю волшебство, о котором мечтаю с детства.

***

— Габриэль! Просто возьми её и утащи! — произнёс парень, которому было около двадцати восьми лет. Его голос был полон настоятельности и тревоги, а его выражение лица выдавалось сильным желанием действовать. Солнце светило так ярко, что его тёмные волосы аккуратными прядями развевались на ветру, создавая эффект ветерка, поднимающего часть его непокорной прически.

Его зелёные глаза, как два глубоких изумруда, сверкающие в лучах света, устремлённые на меня, полны решимости и невольной тревоги. В них читалась искренность, а моменты колебались между призывом к действию и беспокойством.

Я заметил, как его мускулистая фигура слегка наклонилась вперёд, словно он был готов вскочить с места и броситься в бой. На его руках, покрытых лёгким затемнением от солнечных лучей, набухли мышцы, выдавая его спортивное телосложение — всё это создавало образ человека, готового взять на себя ответственность.

Становилось очевидным, что в его призыве скрывается нечто большее, чем просто настоятельная просьба. В воздухе витала напряжённость, словно часы отсчитывали последние мгновения перед бурей. Я чувствовал, как адреналин наполняет меня, а его взгляд, полный надежды, обещал действия, которые перевернут нашу судьбу.

— Дань, ты что, совсем начитался книг по манипуляциям? — произнёс я, взглянув на него с удивлением и легким раздражением. Мой голос звучал резко, отразив все те эмоции, которые нарастали внутри меня, как мощная волна.

Даня, с его весёлым и беззаботным выражением лица, казался абсолютно неосознанным, смешно потирая руки, будто готовился к какому-то шалости. Его светлые волосы, беспорядочно растрепанные, развевались на ветру в унисон с его глупыми идеями. Я не мог поверить, что он предлагает такое безумие.

— Я не буду этого делать! — продолжал я, стараясь сдержать нарастающее раздражение. Внутри меня бушевали противоречивые чувства: моя жизнь, окруженная тайнами и опасностями, уже была достаточно сложной без того, чтобы осложнять её похищением любимой. Я понимал, что, возможно, я являюсь сыном главы мафии, но это не давало мне права бездумно причинять боль людям, которых я любил.

Мысли о том, что я должен взять на себя диктаторскую роль и управлять судьбами тех, кто мне дорог, вызывали у меня внутренний конфликт. Я чувствовал, как сердце учащённо стучит, и в голове пронзительно звучала мысль: это не тот путь, по которому я хочу идти, даже если моя фамилия подразумевает иные обязательства.

— Похищать любимую я не собираюсь! — произнёс я уже с полным упреках в голосе, уставившись на Даню, который, казалось, не понимал всей серьезности ситуации. Я смотрел ему в глаза с решимостью и несомненным страхом за то, что могу потерять, а его весёлый взгляд встречал меня как будто с бесконечным оптимизмом.

— Не мог представить, что ты, тренер хоккейной команды, будешь предлагать похищать людей! — добавил я с легким недоумением, не сдерживая своего удивления. Мой голос звучал, словно на лезвии ножа, колюче и иронично, поскольку вся ситуация казалась абсурдной.

Я не мог избавиться от мысли о том, как этот человек, которого я знал как строгого и дисциплинированного тренера, способен выдвигать такие безумные идеи. Его образ — спортивный, сильный, с харизматичной улыбкой, которая обычно вдохновляла хоккеистов во время тренировок, сейчас выглядел настолько нелепо, что я даже не знал, как реагировать.

— Черт , ну я не знаю ! — Поговори с ней !

— Говорил , бесполезно...

— Да , друг , ты попал .

Я посмотрел на Анненкова с яростным презрением, его самодовольная улыбка вызывала у меня только раздражение. И с тоном, наполненным холодом, произнёс: "Я и без тебя знаю."

"Как же я люблю тебя,

им не понять.

Как же я боюсь тебя потерять!

Кажется, что матрица не хочет нас замечать.

Мне хочется закричать, тихо тебе закричать."

"Я 808, не перегруз.

Не ревновать я не научусь.

Я ебал все их реновации чувств.

Как они любят — Я так не хочу"

"Как же я люблю тебя,

им не понять.

Как же я боюсь тебя потерять!

Кажется, что матрица не хочет нас замечать.

Мне хочется закричать, тихо тебе закричать."

***

— Для этого проекта нам потребуется как минимум год! — настойчиво произнёс я, пытаясь донести до собеседника всю серьёзность ситуации. Я понимал, что время на исходе, но моё чувство неуверенности нарастало.

— Я понимаю, но мы не сможем! Наиль Михайлович, мы просто не в силах это сделать, — продолжал я, стараясь говорить уверенно, несмотря на внутренний дискомфорт. Наиль Михайлович был нашим новым клиентом, и я понимал, что важно оставить хорошее впечатление. Однако реалии проекта нависали как неотвратимая тень.

МОЁ сердце стучало быстрее, когда я произносил последние слова. Я ждал ответа, осознавая, что за каждым его словом может последовать либо поддержка, либо давление, с которым нам ещё предстоит справиться.

напряжённо слушал тишину на другом конце провода, чувствуя, как время медленно тянется, а обстановка наполняется ожиданием. Наиль Михайлович известен своей прямолиненостью и требовательностью, и его реакция могла решить судьбу нашего сотрудничества.

— Я понимаю вашу обеспокоенность, — наконец произнёс он, его голос звучал уверенно, но в его тоне я уловил лёгкую нотку раздражения. — Но мне важно, чтобы этот проект был завершён в срок. У нас есть обязательства перед нашими партнёрами, и задержка недопустима.

Я вздохнул, сжимаю руки в кулаки, пытаясь сохранить спокойствие. Наиль Михайлович не осознавал, насколько этот проект сложен для нас, насколько требуется продуманный подход и время для его реализации.

— Я понимаю, Наиль Михайлович, — ответил я, стараясь говорить ровно и убедительно. — Мы готовы работать интенсивно, но для достижения желаемого результата нам нужно больше времени. Если мы будем спешить, это может негативно сказаться на качестве.

Казалось, каждое слово застыло в воздухе, и я мысленно проклинал обстоятельства, которые привели к этой ситуации. И хотя я осознавал всю важность проекта, меня гораздо больше заботило то, как объяснить это Наилю Михайловичу.

— Вы должны понять, что создание чего-то действительно значимого требует времени. Мы слишком ценим репутацию вашей компании, чтобы рисковать ею ради поспешного завершения, — продолжил я, надеясь, что мои слова найдут отклик.

На мгновение повисло молчание, и я начал переживать, что мог перешагнуть черту. Но вскоре из динамика донёсся его глубокий вздох.

— Хорошо, я ценю вашу преданность делу, — произнёс он, и в его голосе ощущалась новая нотка понимания. — Давайте обсудим реальные сроки и возможности. Я не против компромисса, если он будет разумным.

В этот момент я почувствовал, как на сердце стало немного легче. Главное — сохранить диалог открытым и честным. К тому же у нас были все шансы на успех, если мы будем работать вместе.

Дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошла Каэлла. На ней был элегантный костюм нежно-голубого цвета, который подчеркивал её грацию и утонченность. Её русые волосы свободно спадали на плечи, ловя свет и создавая мягкий блеск. Когда наши взгляды встретились, я заметил, как в её глазах пробежала искорка удивления, придавая её лицу ещё больше очарования. В этот миг время словно замерло — она выглядела восхитительно, и загадка в её взгляде заставила моё сердце забиться быстрее.

— Габриэль Андреевич, что за шум? — спросила она, приоткрыв дверь и с любопытством заглянув внутрь.

— Ничего, Каэлла, — ответил я, стараясь скрыть смущение.

— Нет, — она не сдавалась, её голос стал настойчивым. — Что-то произошло. Что именно? Скажешь мне?

Её озабоченное выражение лица и искренний тон напоминали о том, что она действительно беспокоилась.

Как же я боюсь тебя потерять!

Я вздохнул и, отводя взгляд, почувствовал, как у меня на душе становится легче.

— Хорошо, — наконец сказал я, решив не скрывать правду. — Дело в том, что насчёт проекта возникли некоторые сложности. Я просто не хотел тебя беспокоить.

При этих словах её брови слегка нахмурились, и она шагнула ближе, словно ища поддержку в моём взгляде.

— Какие сложности? — спросила Каэлла, её голос стал мягче, но в нём всё ещё звучала озабоченность. — Ты знаешь, что можешь поделиться со мной. Мы команда.

Её уверенность добавила мне смелости. Я собрался с мыслями и продолжил:

— Мы недооценили объем работ и сроки. Новые требования клиента слишком высоки, и я боюсь, что не сможем перевыполнить обещания.

Она кивнула, принимая информацию, и в её глазах я увидел понимание.

— Ясно. Это действительно сложно, — произнесла она, задумчиво потирая подбородок. — Но мы сможем справиться с этим вместе. Давай соберем команду и обсудим возможные решения.

Её слова окрасили моё откровение надеждой. Я никогда не сомневался в её способности действовать с ясностью в трудных ситуациях, и сейчас особого стимула это было необходимо.

— Да, ты права, — согласился я, ощущая, как напряжение постепенно уходи.— Мы должны собраться и наметить план. Спасибо тебе за поддержку, Каэлла.

Она улыбнулась, и это мгновение помогло мне понять, что вместе мы сможем преодолеть любые преграды.

Я шагнул ближе к Каэлле, чувствуя, как сердце стучит в груди с каждой секундой. Наша близость словно наполнила воздух электрическим напряжением. Осторожно, но уверенно я взял её подбородок в свои руки, обратив внимание на теплое, нежное прикосновение. Её глаза светились мягким светом, и в них читалось ожидание.

Собравшись с мыслями, я прошептал, стараясь сделать свой голос как можно спокойнее:

— Можно? Поцеловать?

Я нежно дотронулся до её губ большим пальцем, словно лаская лепестки хрупкого цветка, и на мгновение весь мир вокруг нас исчез. Время остановилось, и только мы вдвоём существовали в этом волшебном моменте.

Она слегка прикусила губу, а в её взгляде появилась искорка уверенности, и я почувствовал, что ответ уже близок.

— Да, — произнесла она, наполненная уверенной нежностью и искренними чувствами.

В этот миг я осознал, что между нами возникло нечто большее, чем просто желание. Это была связь, о которой я мечтал, момент, который ты ждёшь всю жизнь, и я стремился запечатлеть его в своей памяти.

Услышав её согласие, я почувствовал, как внутри меня вспыхнула волна радости, которую сложно было описать словами. Казалось, весь мир замер, и только звук нашего дыхания наполнил пространство вокруг. Я медленно наклонился к ней, ощущая её аромат — сладковато-цветочный, как утренние рассветы, и он манил меня всё ближе.

Наши губы почти соприкоснулись, и в этот момент всё вокруг словно расцвело. Я видел, как её глаза закрываются от ожидания, а ресницы касаются её щёк, создавая мягкую тень, подчеркивающую её красоту. Я нежно провёл пальцами по её шее, чувствовал, как её дыхание становится быстрее, и это придавало мне уверенности.

Наконец, когда расстояние между нами исчезло, наши губы встретились. Этот поцелуй был наполнен нежностью и легкой дрожью, плавно растекаясь по всему телу, как первый солнечный луч весной. В тот миг всё вокруг потеряло значение. Время, проблемы, тревоги — всё осталось позади, и мы остались только вдвоём в этом моменте, затянутом в состояние блаженства.

Я поцеловал её осторожно, чтобы не напугать, словно боялся, что этот миг может исчезнуть. Она ответила мне с нежностью, и наше дыхание слилось в единой мелодии. Я чувствовал, как она расслабляется, отвечает на мой поцелуй, и всё внутри меня наполнилось теплом.

Когда мы, наконец, отстранились друг от друга, я взглянул в её глаза, глубже, чем когда-либо прежде. В них я увидел не только удивление, но и ту самую искорку, которая говорила о том, что между нами что-то важное, что-то, что может стать началом чего-то замечательного.

— Каэлла... — едва сможете произнести я, но слова застряли в горле. В этом моменте не нужно было ничего говорить. Наша связь говорила сама за себя.