Глава 13 : Мой
Каэлла
Ты мой, а я твоя, души, что бьются в едином ритме, Взаимным взглядом, нежным словом мы даём чувствам свободу. Ни время, ни пространство, ни злоба, ни холодная могила Не властны над нами, когда мы сильно любим друг друга.
***
Я сидела на лекции, окружённая шумом студенческих голосов и шелестом бумаги. Профессор, увлеченный рассказом о какой-то сложной теории, жестикулировал, рисуя в воздухе невидимые формулы. Но мои мысли были далеко от университетских стен, от этого зала, от этого дня.
Я думала о встрече с Ясей, о её яркой улыбке, о ее неповторимом обаянии. Я вспомнила, как мы сидели в «Ястребе», как делились новостями. Я почувствовала тепло её руки в своей, и в сердце затеплилась радость от её приезда.
И вдруг мое состояние спокойствия и радости было нарушено резкой вибрацией телефона в кармане. Я быстро достала его, и на экране появилось сообщение. «Выходи из университета и иди в сторону Цветочного, одна!»
Я вздрогнула. Сообщение было анонимным, и в нем слышалась не только угроза, но и некоторое злорадство. Я невольно вздрогнула. Кто это мог быть? Что им нужно?
Я посмотрела на профессора, который продолжал говорить о чём-то важном, но я уже не могла сосредоточиться на его словах. В моём сердце звучала не только тревога, но и лёгкая паника. Я чувствовала, как по спине пробежал холодный ручеек пота.
Я быстро спрятала телефон в карман и попыталась собраться с мыслями. Что делать?
Я кивнула профессору, словно соглашаясь с его словами, но мои мысли были далеко от лекции. Я думала о том, как бы покинуть университет, не привлекая к себе внимания.
Я посмотрела на часы. До конца лекции еще полчаса.
Я быстро собрала свои вещи и незаметно вышла из аудитории.
Я шла в сторону Цветочного, словно в тумане. Я не знала, что меня ждёт, но чувствовала, что что-то не так. Я ощущала на себе взгляды незнакомых людей, словно они тоже чувствовали мою тревогу, словно они тоже знали, что со мной что-то не так.
Я быстро шла, словно пытаясь убежать от неизвестности, от страха, от этого неприятного предчувствия.
В этот момент я почувствовала, как чьи-то сильные руки схватили меня за локоть, и оказалась в крепкой хватке. Я резко оглянулась, но в темноте ничего не разглядела. Я пыталась вырваться, закричать, но слова застряли в горле, словно от ужаса у меня отнялся язык.
Меня тащили в неизвестном направлении, и я беспомощно упиралась, словно пытаясь остановить этот безумный бег. Но мои силы были бессильны против неизвестной силы, которая тащила меня в темноту, в неизвестность, в страх.
Я почувствовала резкую боль в голове, как будто кто-то ударил меня по затылку. Все вокруг закружилось, и я потеряла сознание.
Я очнулась привязанной к стулу в тёмном помещении. Воздух был холодным и влажным, пахло пылью и плесенью. Я пыталась подняться, но мои руки были бессильны. Я была привязана к стулу крепкими верёвками, которые больно впивались в запястья, напоминая о моей беспомощности.
Я огляделась, но в темноте ничего не разглядела. Лишь слабый луч света проникал из неизвестного источника, освещая пыльные стены и углы помещения.
Я попыталась закричать, но голос застрял у меня в горле. Я была одна, беспомощная, и в моём сердце звучала не только тревога, но и лёгкая паника. Что со мной случилось? Кто привёл меня сюда? Чего они от меня хотят?
- Так, так, так, - послышался голос из тёмного угла. Голос был грубым, хриплым, как у человека, который выкуривал по пачке сигарет в день и не отказывал себе в крепких напитках.
Я невольно вздрогнула, словно уловив в его тоне не только интерес, но и некоторую угрозу. Я попыталась повернуть голову, чтобы увидеть говорящего, но верёвки резко натянулись на моих запястьях, напоминая о моей беспомощности.
Из темного угла вышел мужчина. Он был высоким, с широкими плечами и крепкой походкой. Его лицо было покрыто сетью морщин, словно от долгих лет, проведённых в борьбе и беспокойстве. Его глаза, глубокие и тёмные, словно два колодца, в которых отражалась вся глубина его души, быстро осмотрели меня с головы до ног.
В этих глазах я увидела не только узнавание, но и некоторое презрение.
- Как твои дела, дорогая? - спросил он, и в его голосе слышалась не только забота, но и некоторое издевательство.
Я не могла отвести от него взгляд. Я узнала его. Это был отец Габриэля. Я вспомнила его грубый голос, его суровый взгляд, его поведение.
Он подошёл ко мне ближе, и я почувствовала запах табака и дорогого коньяка. Я невольно вздрогнула.
- Что вам нужно? - прошептала я, и в моем голосе слышалась не только тревога, но и слабая надежда. Я попыталась увидеть в его глазах хоть каплю доброты, но там была только пустота, словно в этих глубоких колодцах давно закончилась вода.
- Ничего такого, - ответил он, и в его голосе слышалось не только спокойствие, но и некоторое пренебрежение. - Ты просто должна расстаться с моим сыном, Алиссия.
- Каэлла! - крикнула я, и в моем голосе слышалось не только раздражение, но и легкая паника. - Меня зовут Каэлла!
- Но как же? Алисс, это имя дала тебе мать. Твою маму ведь звали Алиссией, - сказал он, и в его голосе слышалась не только уверенность, но и некоторое злорадство.
Я невольно вздрогнула. Он словно хотел заставить меня поверить в его слова, в то, что он знает мою тайну, моё прошлое.
- Я не понимаю, о чём вы говорите, - прошептала я, и в моём сердце звучала не только тревога, но и слабая надежда. Я пыталась взять себя в руки, но мои руки дрожали, и я чувствовала, как потеют ладони.
- Не притворяйся, Алиссия, - сказал он, и в его голосе слышалась не только уверенность, но и некоторое презрение. - Я знаю о тебе всё. Я знаю, кто ты такая.
Он подошел ко мне еще ближе, и я почувствовала, как от него пахнет властью и силой. Я невольно зажмурилась, и в моем сердце звучала не только тревога, но и легкая паника.
Он приподнял мой подбородок большой грубой рукой, словно хотел заставить меня посмотреть ему в глаза. Его пальцы были холодными и жесткими, как стальные клещи, и впивались в мою нежную кожу, напоминая о моей беспомощности.
- Алиссия, ты должна расстаться с моим сыном, - сказал он, и в его голосе слышалась не только уверенность, но и угроза. - Если ты хочешь, чтобы ты и Габриэль, а также твой отец жили хорошо, без всякой опасности в жизни, дорогая Каэлла. Ты меня поняла?
Я не могла отвести от него взгляд. В его глазах я увидела не только угрозу, но и некоторую жалость. Как будто он хотел помочь мне, пусть и не напрямую, но по-своему, жёстко и непривычно.
- Поняла, - прошептала я, и в моем голосе слышалась не только уверенность, но и слабая надежда. Я попыталась сдержать слезы, но они все равно потекли по моим щекам.
- Что ты? - спросил он, и в его голосе слышалось не только удивление, но и некоторое презрение. - Пожалуешься в полицию?
Я не могла ответить. Я поняла, что он прав. Что я могла сделать?
Он отпустил мой подбородок, и я невольно вздрогнула. Я чувствовала, как по моей спине пробегает холодный ручеек пота. Я была в ловушке и не знала, как из неё выбраться.
Он повернулся и пошёл к выходу из помещения, словно желая оставить меня наедине с моими мыслями.
- Подумай хорошенько, Алиссия, - сказал он, не оборачиваясь. - Твоя жизнь, жизнь Габриэля и твоего отца в твоих руках.
Он открыл дверь и вышел. Я осталась одна, привязанная к стулу, в тёмной комнате. Я чувствовала себя беспомощной, одинокой и напуганной. Что же мне теперь делать?
Внезапно я услышала щелчок замка, и дверь открылась. Я невольно вздрогнула, словно ожидая увидеть его снова, но в дверном проеме никого не было.
Потом я услышала шаги, которые приближались ко мне. Я невольно зажмурилась, словно пытаясь защититься от неизвестности.
Я почувствовала, как веревки, связывавшие мои запястья, ослабли, и невольно вздрогнула. Я открыла глаза и увидела, как мужчина отвязывает меня от стула.
- Уходи, - сказал он грубым голосом, словно не желая тратить на меня время. - И больше не появляйся на пути моего сына.
Он отошёл в сторону, и я быстро встала со стула. Мои ноги дрожали, и я чувствовала, как по спине стекает холодный пот.
Я быстро пошла к выходу из помещения. Я не оглядывалась, я не хотела смотреть ему в глаза, я не хотела видеть в них угрозу и пренебрежение.
Я выбежала из помещения и оказалась на улице. Я глубоко вдохнула свежий воздух и попыталась собраться с мыслями.
Моё сердце билось в груди, как бешеный мотор, каждая клеточка моего тела трепетала от страха и нерешительности. Я не могла допустить того, что он сказал, но и отказаться от Габриэля я тоже не могла. Я любила его, и эта любовь была сильнее всего, что было во мне.
Но я должна была что-то сделать, чтобы сохранить им жизнь, и себе тоже. Я должна была пожертвовать своим счастьем, чтобы уберечь их от опасности.
- Прости, мой робот, - подумала я. - Я знаю, что ты хочешь счастья для меня, но я не могу его получить. Не сейчас. Не пока вы в опасности.
Я шла по улице, и каждый мой шаг отзывался болью и тревогой в моём сердце. Я не знала, как буду жить дальше, что будет с нами. Но я знала одно: я должна была сделать выбор, и я должна была сделать его сейчас.
***
Я сидела на кровати, закутанная в теплый плед, словно в кокон из любви и уюта. Рядом со мной лежал Габриэль, его рука обнимала меня, словно защищая от всех невзгод.
Я смотрела на него, на его спокойное лицо, на его длинные ресницы, отбрасывающие на щеки нежные тени, и в моём сердце звучала не только любовь, но и лёгкая тревога.
- Может, нам стоит расстаться? - слова сорвались с моих губ, тихие и дрожащие, словно шепот ветра.
Он обернулся, и его взгляд стал тёмным, как ночное небо, усеянное звёздами. Его глаза застыли надо мной, словно хищник над добычей. Но в них я увидела не гнев, а глубокую боль.
- Нет, даже не думай об этом, фея, - прошептал он, и его голос стал хриплым, как скрип старой скрипки. - Ещё раз скажешь это, и я буду вынужден приковать тебя к этой постели, чтобы ты всегда была рядом.
Моё сердце замерло, я не знала, что ответить. Он был так силён, так властен, но в то же время так раним. Я видела в нём не тирана, а любящего человека, которого страх заставлял говорить такие жестокие слова.
- Ты моя, фея, - прошептал он, положив руку мне на лицо, и я почувствовала тепло его дыхания. - Ты будешь принадлежать только мне и никому больше.
Я не могла отвести от него взгляд. Я была уверена, что он говорил искренне, что он действительно боялся потерять меня, что он действительно любил меня всем сердцем.
Но я не могла не думать о том, что сказал его отец. Я не могла не думать о том, что может случиться с нами, с Габриэлем, с моим отцом.
Я была в ловушке и не знала, как из неё выбраться.
Я не могу , боже !
Не могу расстаться с ним .
Но я должна .
А то я потеряю его на веки .
***
- Почему ты не можешь рассказать ему? - спросила Саша, и в ее голосе слышалась не только забота, но и некоторое недоумение. Она сидела напротив меня, держа в руках чашку горячего чая, и внимательно смотрела на меня, словно пытаясь прочитать мои мысли.
- Он будет в опасности, Саша! - ответила я, и в моём голосе слышалась не только тревога, но и лёгкая паника. Я пыталась взять себя в руки, но мои руки дрожали, и я чувствовала, как потеют ладони.
- Но он мафиози, и это его отец, пусть сам с ним и разбирается, - ответила Саша, и в её голосе слышалась не только уверенность, но и некоторое пренебрежение. Она не понимала, что я чувствую, что я переживаю, она не знала правды.
- Нет, я не могу так поступить с ним, - прошептала я, и в моём сердце звучала не только любовь, но и слабая надежда. - Лучше расстаться и сохранить всем жизнь, чем остаться с ним и подвергать опасности его, папину и мою жизнь.
Я посмотрела на Сашу, и в моих глазах она увидела не только отчаяние, но и некоторую решимость. Я не могла пожертвовать своим счастьем, но я могла пожертвовать собой, чтобы уберечь их от беды.
- Каэлла? - раздался голос Габриэля, и я невольно вздрогнула. Его голос был спокойным, но в нем слышалось некоторое волнение. Он стоял в дверном проеме, и в его глазах я увидела не только радость, но и некоторую тревогу.
- Габриэль! - воскликнула я, и в моем голосе слышалась не только радость, но и легкая паника. Я быстро вскочила с дивана, словно пытаясь убежать от своих мыслей, от своей тревоги, от своей боли.
- Ты хочешь расстаться со мной? - спросил он, и в его голосе слышалась не только боль, но и некоторое недоумение. Он стоял передо мной, и в его глазах я увидела не только любовь, но и некоторую тревогу.
- О чём мы говорили? Помнишь? - продолжил он, и в его голосе слышалась не только надежда, но и лёгкая мольба. Он хотел понять, что произошло, что заставило меня так резко измениться.
- Да, - прошептала я, и в моем голосе слышалась не только боль, но и некоторое отчаяние. Я не хотела говорить ему правду, я не хотела причинять ему боль.
- Так почему? - спросил он, и в его голосе слышалась не только боль, но и некоторое недоверие. Он не мог понять, что происходит, не мог понять, почему я хочу уйти.
- Мы просто должны расстаться, Габриэль! - крикнула я, и в моем голосе слышалась не только боль, но и некоторое отчаяние. - Я все сказала!
- А я - нет, фея, - ответил он, и в его голосе слышалась не только уверенность, но и легкая угроза. Он подошёл ко мне ближе, и я почувствовала тепло его руки на своём плече.
- Я не отпущу тебя, Каэлла, - прошептал он, и в его голосе звучала не только любовь, но и некоторое отчаяние. Он не хотел меня терять, он не хотел меня отпускать.
Я посмотрела на него, и в моём сердце звучала не только любовь, но и слабая надежда. Я не хотела причинять ему боль, но должна была сделать это ради них, ради их безопасности.
- Прости, Габриэль, - прошептала я, и в моем голосе слышалась не только боль, но и некоторое отчаяние. - Я не могу быть с тобой.
Я повернулась и ушла, не оглядываясь. Я не хотела видеть его боль, я не хотела видеть его отчаяние.
Я знала, что это будет нелегко, но я была полна решимости. Я должна была сделать это, чтобы спасти их, чтобы спасти себя.....