глава 3
Мы подъезжаем к двухэтажному, светлому дому. Чимин паркуется прямо перед его входом.
– Не уверен, когда вернется Тэхён, но экскурсию по дому могу провести и я, - говорит он, параллельно нащупав связку ключей в кармане, чтобы впусти нас внутрь.
Я стояла рядом, не зная, куда деть руки. Чимин отворил дверь, рукой прося меня войти первой. Я благодарно кивнула ему и на секунду прикрыла глаза, прежде чем переступить порог дома. Моего нового дома.
– Можешь не разуваться, - он щелкает выключателем, и длинный коридор тут же наполняется ярким светом потолочных ламп. Он смотрит на меня через плечо. – Идём, я покажу тебе где, что находится.
Я следую за ним, не упуская возможности разглядеть интерьер. Всё сделано в строгом минимализме, как я себе и представляла: чёрно-белые картины обнаженных женских фигур, кожаная мебель и куча дополнительных предметов по типу ваз, светильников и статуэток. Готова поспорить, что они стоят целое состояние.
– Это гостиная совмещенная с кухней, - Чимин обводит рукой кухонный островок из мраморного камня с правой стороны и плазму, что занимает почти всю противоположную стену. – Эта прозрачная дверь ведет на задний двор, - мы проходим немного дальше, и он тыкает в крутую лестницу, что ведет вниз. – Внизу игровая комната и спортзал. Хочешь взглянуть?
– Я не увлекаюсь подобными вещами, - я вежливо улыбаюсь, теребя ремешок сумки, висящей на плече.
– Стоит тебе однажды сыграть в "Mortal Kombat", как пути назад уже нет. - он прочищает горло, расправляя плечи. – Тогда, может, осмотрим второй этаж?
Я киваю, поправляя ремешок сумки.
Мы возвращаемся обратно, к деревянной лестнице, что ведет на вверх. Чимин перепрыгивает через ступеньку, и делает он это так естественно, как если бы он вырос в этом доме.
– Итак, - он останавливается, поворачиваясь ко мне лицом. – На втором этаже расположено шесть комнат. Комната позади тебя, - он указывает за мою спину на чёрную, глянцевую дверь. – Это кабинет Тэхёна, где он проводит бóльшую часть своего времени. - я облегченно выдыхаю. Значит, нам не придется пересекаться так часто. – Тут же находятся три гостевые комнаты, два туалета, небольшая библиотека и, - он рукой указывает в самый конец коридора. – Спальня.
Я поджимаю губы, медленно кивая. Мы всё равно не станем делить эту спальню на двоих. К счастью, в доме ещё три гостевые комнаты, так что я смогу расположиться в одной из них. Всё же, то, что он страшно богат, не так уж и плохо.
– Вот чёрт, - Чимин бросил взгляд на свои наручные часы, затем посмотрел на меня. Выглядел он растерянно. – Прости, но мне надо бежать. Ты ведь разберешься со всем остальным, правда? - не успела я открыть рот, как он продолжил. – Дом, конечно, большеват, но вряд ли ты в нем заблудишься. - он опустил мне руку на плечо, несильно его сжав. – Я очень рад нашему знакомству, Дана. Ещё увидимся.
Он пулей слетел по лестнице, а затем я услышала резкий хлопок двери.
Он ушёл.
Я обняла себя руками, неуверенно зашагав по длинному коридору. Всюду висели картины: от самых крошечных, до тех, что достигают почти двух метров в длину. Такие обычно вешают над камином в гостиной. Впрочем, над камином в гостиной уже висит картина, написанная маслом: ночное время суток, полная луна в густой дымке облаков, лес с кучей колючих ёлок и небольшой ручей, что протекает до самого правого её угла. Эта картина привлекла меня сразу. Когда смотришь на неё, ты будто слышишь отдаленное карканье ворон.
Я приоткрыла первую дверь: это оказалась одна из гостиных комнат. Просторная, светлая, с чистыми простынями и большими окнами, сквозь стёкла которых пробивался мягкий, дневной свет. В голове промелькнуло: здесь. Я хочу расположиться именно здесь.
Оставшиеся две гостевые несильно отличаются от первой, однако моя комната превосходит первые две в расположении окон. Окна в ней большие, встроенные прямо в середину стены, так, что свет касается почти каждого уголка комнаты. А белый, пушистый ковёр под ногами приятно щекочет ноги.
Только бы он не стал возражать и предлагать мне другую из комнат. А что, если он будет настаивать на своей спальне? Тогда я согласна обустроиться в спальной комнате в углу, где мало света. Я согласна даже на кожаный диван в гостиной, лишь бы не... Боже. Я просто... я ещё не готова.
Библиотека, пусть и уступает в размере остальным комнатам, но её книжные, массивные шкафы, забитые от потолка до пола всевозможной литературой... завораживают. Мягкие диваны и удобные кресла, абажуры и широкий подоконник, где можно сидеть, свесив ноги и читать свою любимую книгу, наблюдая за тем, как меняется погода за окном! От одной только мысли, что я смогу коротать свои вечера в этой уютной комнате, мой пессимистический настрой как рукой сняло.
Я бродила от одной полки к другой, кончиками пальцев касаясь корешков книг: кожаных, слегка потрепанных, совсем новых и тех, где от частого чтения стерлось название рассказа и имя автора. Не удержавшись, я вытянула одну из тех, где было практически невозможно разобрать буквы на корешке и обложке. Открыв её, я пролистала первые три страницы, а на четверной мне удалось прочесть название. «Дневник Памяти», роман Николаса Спаркса. Я читала её, когда мне было ещё семнадцать - возраст, в котором ты ещё не успел ощутить, прочувствовать, осознать, что же такое любовь на самом деле, однако несмотря на это, она, любовь - является для тебя самой красивой вещью на свете, благодаря прочитанным тобою книгам. Помню, как сильно плакала, намочив последние страницы.
Я примостилась в мягком кресле у окна; чтение - лучше всего при дневном свете. Я уложила книгу на колени и внезапно почувствовала такое... необъяснимое спокойствие. Как если бы то, что я делаю - правильно. Словно всё идёт своим чередом.