Родовое Пламя.

Заснеженный сад Блэк-Мэнора стал свидетелем не только их первого поцелуя, но и рождения нового, хрупкого мира между Адель и Сириусом. Возвращение в Мэнор, а затем и в Хогвартс, было окутано странной, интимной аурой. Они держались за руки в тайном убежище до поздней ночи, делясь остатками горячего шоколада и молчанием, наполненным тысячами невысказанных слов. Каждый взгляд, каждое случайное прикосновение было наполнено новым смыслом.

Рождество прошло в блаженном тумане, прерываемом лишь редкими, но теперь уже не такими невыносимыми, вопросами о свадьбе. Слова "будущая жена" и "будущий муж", которые раньше были проклятием, теперь, казалось, приобрели сладковатый привкус. Они обменивались улыбками, которые никто другой не понимал, и их тайный сговор углублялся.

Когда они вернулись в Хогвартс, праздничная атмосфера все еще витала в воздухе, но для Адель и Сириуса она быстро сменилась нарастающей тревогой. Всего через несколько дней после их возвращения, во время одной из их тайных встреч в скрытой комнате, "Ключ" вдруг замерцал. Его страницы, обычно наполненные спокойным светом древних знаний, начали дрожать. Руны на гримуаре, который лежал рядом, исказились, словно под воздействием невидимого жара.

Адель схватила "Зеркало судьбы". Оно мгновенно потемнело, его обычно прозрачная поверхность затуманилась, а древние узоры внутри закрутились в хаотичный вихрь.

— Что происходит? — прошептала Адель, её голос был напряженным.
Сириус склонился над гримуаром. На одной из страниц, которая до этого была пустой, проявилось новое изображение. Это было "Родовое пламя" в подземельях, но теперь оно горело не спокойным, а каким-то лихорадочным, рваным огнём. Вокруг него извивались черные, похожие на дым, щупальца, которые, казалось, вытягивали из него жизнь.

— Оно… оно снова слабеет, — произнес Сириус, его голос был полон беспокойства. Он взял Адель за руку, крепко сжимая её пальцы. — Хуже, чем раньше.

"Ключ" вспыхнул и на его страницах, словно кровью, проступили новые строки: *"Разделение усиливается. Чуждая Тень наступает. Пламя умирает. Если не остановить – магия будет поглощена. Хогвартс падет. Британия погрузится во мрак."*

Глаза Адель расширились. Это было не просто предупреждение, это был приговор. Угроза, которая, как им казалось, временно отступила, настигла их с новой, ужасающей силой. Она почувствовала, как рука Сириуса сжимает её руку в ответ, его тепло и нежность передавались ей.

— Что такое "Чужая Тень"? — прошептала Адель.
Сириус покачал головой.

— Гримуар не говорит. Но это нечто, что активно вытягивает силу из Пламени.

Они переглянулись. В их глазах читался общий страх, но и общая решимость. Их романтика только-только начала расцветать, но теперь на неё легла тяжелая тень новой угрозы. Это было не только спасение магии, это было спасение их будущего, их только что найденного счастья.

Дни после возвращения в Хогвартс были наполнены лихорадочными поисками. Адель и Сириус проводили каждую свободную минуту в своей скрытой комнате, погруженные в гримуар и "Ключ". "Зеркало судьбы" служило им проводником, мерцая и указывая на те разделы книг, которые были наиболее важны.

"Ключ" начал раскрывать более подробную информацию о "Чужой Тени". Оказалось, это не была внешняя сущность в привычном смысле. Это было нечто, рожденное из самого глубокого раскола между родами Блэков и Малфоев. Когда их предки, хранители Пламени, отказались от истинного союза и погрузились в одержимость чистокровной чистотой и властью, они невольно породили эту "Тень" – магическую дисгармонию, которая постепенно росла и питалась их раздорами.
И теперь, когда Пламя ослабло из-за их долгого пренебрежения, эта Тень стала настолько сильной, что начала активно вытягивать из него магическую энергию, угрожая самому существованию Хогвартса и всей магии Британии.

— Значит, это не внешний враг, — прошептала Адель, пробегая пальцами по строкам, которые появлялись на "Ключе". — Это наше собственное наследие. Наши ошибки.
Сириус кивнул, его лицо было мрачным. Он почувствовал прилив вины.

— Как и моя семья. Все эти годы они только усугубляли это, со всей своей чистокровной ерундой.
Адель взяла его за руку, нежно поглаживая большим пальцем его костяшки.

— И моя тоже, Сириус. Мы все в этом.
Их совместное горе и осознание общей ответственности лишь сблизили их. Теперь они не просто делили общую тайну; они делили общую вину и общую надежду.

"Ключ" указал на необходимость найти "Символ Единства" – древний артефакт, который был создан первыми хранителями, чтобы поддерживать равновесие между родами и Пламенем. Символ был потерян во время Великого Раздела, когда семьи полностью отвернулись друг от друга. Его нужно было найти и использовать, чтобы "отогнать Тень".

"Зеркало судьбы" показало нечеткое видение – темную, заброшенную библиотеку, скрытую под Хогвартсом, где, предположительно, находился этот Символ. Это не была Запретная секция, а нечто гораздо более древнее.

— Забытая библиотека, — пробормотал Сириус. — Я слышал о такой. Говорят, она полна проклятий и запретных знаний.
Адель кивнула.

— Именно поэтому её и забыли. Наши предки, погрязшие в своей гордости, скрыли всё, что напоминало им об их истинном предназначении.

Пока они планировали, как попасть в эту библиотеку, их личные отношения крепли. Они стали более открытыми друг с другом, делясь не только стратегиями, но и своими страхами. Сириус часто находил её в библиотеке, когда Адель засиживалась до поздна. Он приносил ей горячий чай, или просто садился рядом, предлагая молчаливую поддержку. Адель, в свою очередь, стала чаще спрашивать его мнение, а не просто констатировать факты, и даже позволяла ему отпускать шутки, которые раньше вызвали бы её гнев. Она заметила, что он начал избегать встреч с друзьями Мародёрами в те моменты, когда она нуждалась в его помощи, что говорило о многом. Он выбирал её.

Однажды ночью, Сириус, закончив просматривать старые карты, заметил, как Адель потирает виски.

— Устала? — спросил он, его голос был мягким.
Адель кивнула.
Сириус подошёл к ней и, прежде чем она успела что-либо сказать, начал массировать ей шею и плечи. Его прикосновения были уверенными и неожиданно нежными. Адель вздрогнула от неожиданности, но затем расслабилась под его пальцами. Это было удивительно приятно.
— Мы справимся, — прошептал Сириус, его голос был низким. — Вместе.
Адель закрыла глаза, позволяя себе на мгновение забыть обо всем. Она доверяла ему. Полностью.

***

С каждым днём, "Чужая Тень" становилась всё более ощутимой. Хогвартс, этот оплот магии, начал меняться. И не к лучшему. Атмосфера в замке сгущалась, становясь тяжелой и давящей.
Обычные заклинания давали сбой. Котел на зельеварении у профессора Слизнорта взорвался без видимой причины, забрызгав стены слизью и вызвав панику. Студенты всё чаще спотыкались на ровном месте, невербальные заклинания часто приводили к непредсказуемым эффектам. Магия стала капризной, словно сам замок был болен.

Отношения между студентами также ухудшились. Мелкие ссоры вспыхивали чаще, перерастая в агрессивные конфликты. Друзья вдруг начинали ругаться из-за пустяков, а старая вражда между факультетами, которая всегда была частью Хогвартса, теперь обрела неприятный, почти жестокий оттенок. Слизеринцы стали ещё более высокомерными, гриффиндорцы – агрессивными, хаффлпаффцы – подозрительными, а равенклововцы – замкнутыми. Профессора пытались взять ситуацию под контроль, но даже они выглядели растерянными и подавленными.

Адель и Сириус чувствовали это сильнее всех. Их 98% совместимости и связь с Пламенем делали их особенно чувствительными к этим изменениям. Каждый раз, когда магия в замке давала сбой, они ощущали резкий, неприятный толчок в груди, словно их собственное магическое ядро было затронуто. "Чужая Тень" была вездесущей.

Однажды вечером, во время ужина в Большой Зале, когда потолок, имитирующий звездное небо, вдруг замерцал и погас, погрузив зал в полумрак, Адель почувствовала, как её прожигает взгляд Сириусом. Она подняла на него глаза. В его глазах читалось то же беспокойство, что и в её собственных.

— Это становится хуже, — прошептала она, столкнувшись с ним в коридоре после ужина.
Сириус кивнул.

— Нам нужно найти эту библиотеку. Быстрее, чем я думал.

Их тайные встречи стали ещё более частыми и напряжёнными. Они работали практически круглосуточно, прокладывая маршрут к Забытой Библиотеке с помощью древних карт и "Зеркала судьбы". Символ Единства, который им предстояло найти, казался единственным спасением.

Теперь, когда угроза нависла над ними так ощутимо, они перестали притворяться. Они были командой, которая должна была работать как единое целое.
В их общении стало больше личных моментов. Сириус стал чаще заботиться о ней, принося ей тёплый плед, когда она засыпала над книгами, или просто молча сидел рядом, позволяя ей облокотиться на его плечо, когда она была слишком усталой. Адель, в свою очередь, стала более открытой, делясь с ним своими опасениями и даже редкими проблесками юмора, которые раньше она никому не показывала.

Однажды, когда они изучали старые схемы подземелий, Сириус заметил, как Адель зябко поёжилась. Он тут же снял свой гриффиндорский шарф и небрежно накинул ей на плечи.

— Холодно, Малфой, — пробормотал он, избегая её взгляда.
Адель посмотрела на него. Шарф был теплым, и пахнул… им. Она никогда не думала, что гриффиндорский шарф может быть таким приятным.

— Спасибо, Блэк, — тихо произнесла она, и в её голосе была искренняя теплота.

Сириус кивнул, его уши слегка покраснели. Между ними повисла неловкая, но очень нежная тишина. Их отношения были такими же сложными, как и древние руны, которые они изучали. Но с каждым днём они всё больше зависели друг от друга, находили утешение в присутствии друг друга, и их совместная миссия, вместо того чтобы оттолкнуть, лишь ещё сильнее связывала их.