Обещанная

Черный коридор вел к долгожданной развязке. Группа мужчин двигалась уверенно, точно зная цель. А цель была одна - месть. Ничто не забыто, и за содеянное придется ответить. Наконец, когда они добрались до подвальных залов, тишину развеяли жалобные хрипы. Они казались настолько мерзкими и противными, что руки сами тянулись прикончить жертв прямо здесь и сейчас. Но не все так просто.

Маттео подал команду, и помещение озарил тусклый, едва живой свет. Он был нужен лишь для того, чтобы видеть лица мучителей Эким - и чтобы жертвы корчились от ужаса. Ровно как и она , на цепях висели двое парней. Только их участь была хуже: они не были прикованы к бетонной колонне, а подвешены на перекладине, с цепями, впившимися в запястья. Адская боль выкручивала им суставы, заставляя тела изгибаться в неестественных позах. Их лица кричали о страданиях еще до того, как они успевали открыть рты. Но это было только начало. А теперь побудьте на её месте, уроды .

Маттео медленно подошел к одному из них. Мерзкий тип, с одутловатым, жестоким лицом и противным, скрипучим голосом. По несу было видно - главный. Значит, именно он посмел прикоснуться к его жене. Плюнув ему в лицо, Маттео с яростью схватил его за шею, пригибая ниже. Сорвав с него кляп, он рванул жертву за волосы, заставляя смотреть прямо в глаза.

-  Вы думали, что прикоснетесь к моей жене, и вам это сойдет с рук? Как бы не так!

Удар в живот. Глухой, тяжелый, пробивающий насквозь. Казалось, что внутри что-то хрустнуло, ломаясь. Мужчина согнулся, сплевывая кровь на бетонный пол. Как же он был жалок в этот момент.

Маттео приказал спустить второго. Когда оба сидели на земле, дрожащие и разбитые, он громко, почти рыча, задал вопрос:

- Кому вы служите, и какая у вас цель?

Перед тем как убить этих тварей, ему нужно было узнать больше. Ведь охота на жену наследника Аспид началась не просто так. Те, кто стоял за этим, получат по заслугам. Все замерли в ожидании ответа. Но его не последовало. Парни молчали, сжав зубы.

- Последний раз спрашиваю. Что вы задумали?

Маттео был на взводе, готовый вцепиться каждому в глотку и разорвать ее голыми руками. Но Давид и остальные едва сдерживали его, понимая, что так он не получит нужной информации.

- Мы ничего не скажем... лучше умрем... - прохрипел один из них, явно играя с ними .

Давид хмыкнул, понимая, что им пришел конец. Они все равно скажут. Просто нужно правильно надавить.

Маттео кивнул и вытащил нож. Следом за ним оружие обнажили и остальные: кто-то сжал биту, кто-то навел пистолет. Это значило, что просто так все не закончится. Маттео сам не знал, что делал в этот момент. Он резал плоть, вырезал куски мяса и кожи, пока парни извивались в конвульсиях, умирая от боли и собственных криков. Хруст костей, глухие удары, звук режущей плоти и чавканье крови смешались в пропитанном ужасом помещении. Это была месть. Кровавая, первобытная, не знающая пощады.

Когда главный из них был уже на исходе, едва дыша, Маттео подлетел к нему, хватая за шею. От того, кто еще полчаса назад казался сильным и жестоким, почти ничего не осталось - лишь дрожащий, окровавленный остов. Жить ему оставалось считанные мгновения.

- Говори! - прозвучал его голос, разносясь ледяным эхом по подвалу.

Парень судорожно вздохнул, и воздух с хрипом вырвался из разорванных легких:

- Кристоф... Кристоф Адем... Он мстит за сына. Они хотят добраться до вас и убить. Уничтожить Аспид...

Это были его последние слова. Все, что нужно, уже узнали. И в следующую секунду Маттео одним легким, почти невесомым движением сломал ему шею. Хруст разнесся по всей комнате, заглушая даже тишину. Второй парень, висевший на цепях, смотрел на это с диким ужасом, понимая, что его ждет та же участь. Ох, вы будете купаться в крови. Достав другой нож, Маттео подошел ко второму и медленно, с наслаждением перерезал ему горло - но не до конца, чтобы тот чувствовал каждую секунду боли. Он кричал, захлебываясь кровью, пока его голос не стих окончательно. Теперь пусть знают: с Аспид лучше не связываться.

                                        ***

Был уже вечер. Я сидела в комнате Маттео, бессмысленно глядя в окно. Мне казалось, я приросла к этому дивану за всю эту бесконечную неделю. Дни тянулись мучительно, болезненно, высасывая из меня все силы. Тело ужасно ныло, будто хотело выпрыгнуть из кожи, сбежать от самой себя. Оно больше не принадлежало мне. До сих пор я помнила те мерзкие прикосновения, обжигающие кожу, оставляющие на ней невидимые, но вечные следы. Как бы я ни пыталась стереть эту грязь, у меня ничего не выходило. Ощущения не проходили. Они въелись в меня, в мою память, в каждую клетку.

Я была разбита. Я не думала, что даже то, что делал со мной отец, могло оставить такую глубокую, гниющую рану в душе. Но сейчас я ошибалась. Эта боль была другой - она пожирала меня изнутри. Я смотрела на свои руки, перемотанные бинтами, и чувствовала, как слезы подступают к горлу. Какой же это ужас... Эти шрамы останутся на всю жизнь, вечно напоминая мне о том дне, когда я потеряла себя. Иной раз смотря в зеркало , мне было противно, противно от самой себя. Почему я не смогла себя защитить, почему позволила вновь сделать себе больно. У меня уже есть шрамы , о которых я пытаюсь забыть, а сейчас они снова со мной. Ужасные , уродские . Неужели я настолько ужасная .

Я пыталась отвлечься, смотря на звезды за окном. Они были такими светлыми, чистыми, далекими. Как я мечтала оказаться там, с ними, в их беззаботной невесомости. Я устала. Так устала, что внутри поселилась пустота.

Пора спать. Мой организм больше не выдерживал этой пытки. Мою комнату закрыли, поэтому приходилось ночевать здесь, в комнате Маттео. Но он не спал со мной — по крайней мере, я так думаю. Он же нормальный мужчина, не будет лезть ко мне в кровать, наверное спит в гостевой комнате. Я ложилась рано, когда его еще не было, а просыпалась поздно, когда он уже уходил. Поэтому я была уверена в своей теории. Но пару раз мне снился странный сон: будто я просыпаюсь в его объятиях, чувствуя тепло его тела, слыша его дыхание. Но стоило мне открыть глаза - и все исчезало. Или это был не сон? Маленький ночник тускло освещал комнату, я не могу спать без него , поэтому пришлось забрать его с своей комнаты.Сон медленно забирал меня в свое царство...

Не знаю, сколько я проспала, но проснулась я от резкого звука - громких шагов и непонятного шевеления. Я подскочила, в панике оглядывая комнату. По ней метался Маттео, пытаясь что-то найти. Он случайно скидывал вещи, тут же ловя их на лету. Он был в одних трусах, и его широкая, мускулистая спина открылась моему взгляду. Каким же он был красивым... Эта мысль мелькнула у меня в голове, но я тут же отбросила ее. Я его ненавижу! Я должна его ненавидеть. И вовсе он некрасивый, обычный . Но черт , мой муж реально был хорош своей фигурой.

- Маттео! - крикнула я, привлекая его внимание. - Ты что тут забыл?

Я смотрела на него с недоумением, но в его карих глазах читалось еще большее возмущение. Он переводил взгляд с меня на комнату, будто проверяя, точно ли он попал куда нужно.

- Вообще-то это моя комната тоже! - грубо бросил он и тяжело опустился на край кровати. Матрас прогнулся под его весом.

- И что? Ты сам меня сюда отправил, а мою комнату закрыл! - возмутилась я, стараясь звучать злее, чем чувствовала. На мне был мой тонкий халатик , который открывал вид на мое тело . Маттео это увидел, на его лице появилась улыбка. Заметив это я ахнула и прикрылась . Вот же извращенец !

-Я слежу за тобой после того, что случилось. Поэтому ты здесь. - В его голосе появилась стальная нотка.

- И что, прикажешь спать в одной кровати? - выпалила я, округлив глаза.

Маттео усмехнулся, и на его лице заиграла та самая ехидная улыбочка , от которой у меня внутри все переворачивалось. Вот идиот... О чем он только думает?

- Эким, вообще-то мы спим в одной кровати уже несколько дней, - произнес он с издевкой.

Я замерла. Я ведь ложилась рано и вставала поздно... Неужели мы правда спали рядом? Какая же я дурочка... Глупая, доверчивая Эким.

- Да? И что ты здесь забыл? — попыталась я сохранить остатки достоинства.- Мог бы и поспать в гостевой .

- Это моя комната, и уходить я не планирую, - спокойно ответил он, укладываясь рядом и натягивая плед.

Мы будем спать в одной кровати? Какой ужас... И хотя мы уже спали вместе раньше, я об этом не знала. А теперь, когда осознание пришло, мое сердце забилось быстрее. Я не была этому противна, но прощать его так рано... я не хотела.

- Ложись, - кивнул он на место рядом с собой.

Я помялась для вида несколько секунд и все же легла.

- Только ты меня не касаешься и не поворачиваешься на мою сторону, - указала я строго и демонстративно отвернулась.

- Как скажешь, - тихо ответил он.

Маттео потянулся к ночнику со своей стороны, чтобы выключить его.

- Нет! - громко выкрикнула я, в панике хватая его за руку.

Он замер, непонимающе глядя на меня. Я тут же отпустила его, отворачиваясь к стене.

- Не надо... пожалуйста - повторила я уже тише, почти шепотом.

Наверное, он думает, что я сумасшедшая. Но я просто не могла... не могла остаться в этой кромешной тьме, где воспоминания набрасывались на меня, как дикие звери.

- Ты боишься темноты? - спросил он, и голос его вдруг стал мягче, теплее, утратив прежнюю резкость.

Я не ответила. Притворилась спящей, зажмурившись, хотя внутри все дрожало. Но я еще долго не могла уснуть. Странное чувство - бабочки в животе, тепло, разливающееся по телу от его близости, запах мужского тела, такой родной и чужой одновременно... Я ощущала его дыхание, слышала биение его сердца, и не верила в происходящее. Вот мы снова вместе. Несмотря на все, что было раньше. Несмотря на боль, обиду, кровь и слезы.
Интересно, что будет дальше?.. Но сейчас, в эту секунду, я впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности. И пусть это было странно - я позволила себе просто быть рядом с ним.