Глава 18
Николас до сих пор не мог понять, как отцу хватило смелости заявиться домой. Это был сущий кошмар. Мама, которая не могла понять что происходить и на каком свете она находится. Кирстен, вжавшаяся в кресле и вздрагивающая от любого шороха. И он, который разом оказался средь трех огней.
Мэгги долго приходила в себя, трогала и проверяла Митча. Это было безумно волнительно, когда мать поняла, что ее муж жив и здоров, стоит посреди гостиной. Все причитала:
- Где же ты был раньше? Почему не приходил?
А это скотина смотрела на все равнодушно и безразлично повторял:
- Так было необходимо.
Пришлось бедную женщину напичкать успокоительным и уложить спать. По-другому никак не приходила в себя. Еще и с этим подонком поднялась наверх, чтоб с ним побыть.
Ника беспокоила такая бурная реакция матери. Ни виски не помогал, который он глушил. Ни Кирстен, обнявшая его на диване. Вся эта ситуация выводила из равновесия. Нельзя было Митчу заявляться и так пугать дам.
За все время его малышка ничего не сказало. Что было более пугающим, чем истерики матери. Интересны ее мысли, мнение, хоть что-то. Она следила за отцом, как коршун. Болезненно реагируя на слезы матери своими.
- Скажи мне свои размышления. - не выдержал тишины.
- Не знаю, малыш. Все так запутанно. - выдохнула ему.
- Какие-нибудь выводы? - для него было важным, чтоб она поделилась с ним.
- Уверен? - кивнул ей. - Мне он не нравится. - уверенно и четко проговорила. - Ни его позиция во всем, ни реакция на встречу с женой. Никаких эмоций, одна сплошная математика.
Черт, как же точно она все охарактеризовала. Их мысли абсолютно сошлись. Ну не доверял он собственному отцу. Возможно, они все не правы и мужчина реально прятался ото всех. Да, уж слишком гладкая история, не подкопаешься. Так не бывает. С другой стороны, чего они ожидали? Несовпадений? Тоже было бы подозрительно.
- Тебе не понравилось то, что я сказала? - тихо спросила Кирстен.
- Нет, малышка. Ты права. Мои выводы такие же.
- Что будешь делать?
- Не знаю. Только забрать его отсюда вряд ли получится. Мама не отпустит.
- И что теперь?
- Посмотрим, что будет утром. Пошли спать.
Других вариантов у них сейчас нет. Придется ждать завтрашнего дня и разбираться. Пока Кирстен была в душе, он сидел и думал еще и том, что пришло время все ей рассказать. Это пугало его до чертиков. Она могла уйти и оказалась бы права. Умолчать уже нельзя, Митч мог проговориться в любую минуту. Или, что еще худе, этим манипулировать.
- Малыш, подай мне полотенце.
Голос любимой вывел из раздумий. На сегодня нужно прекращать этот мозговой штурм. Пока все хорошо, а проблемы решаются по мере их поступления. Взяв полотенце из шкафа, зашел в ванную комнату и замер.
Кирстен сидела абсолютно голая на столешнице и призывно на него смотрела. Черт, если в голове что-то и оставалось, то полностью улетучилось, глядя на эту картину. Она была прекрасно в своем желании его отвлечь.
- Тебе не холодно? - спросил с усмешкой, видя ее напряжённые соски. Снял рубашку.
- Немного. Ты же меня согреешь в горячей воде? - черт, эта малышка становился весьма опасной штучкой.
- А мое тело тебя устроит? - полностью разделся и подошел впритык.
- Абсолютно. - выдохнула она, обняв его шею руками и взяв талию в захват своими шикарными ножками.
Сил играть дальше не было. Он жадно обрушился на ее губ, подхватив девушку под зад. Стоит ли говорить, что мылись они дважды. Оказывается, даже в душевой кабине можно очень запачкаться.
Проснулся, на удивление, отдохнувшим и спокойным. Его девочка научилась очень недурно успокаивать. Приподнял голову и облокотился на одну руку. Наблюдать за ее сном становилось любимой привычкой. Она становилась такой хрупкой и ранимой в эти моменты. Самое прекрасное было в слежка за пробуждением. Кирстен всегда потягивалась и медленно открывала глаза. Потом искренне улыбалась ему и говорила:
- Доброе утро, любимый. - как сейчас.
Да уж, прекрасное в этом доме будет только пробуждение. В пределах этой комнаты у ни был свой мир и в нем вс замечательно. Жаль, только, придется покинуть и встретиться с реальностью. В которой его пропавший отец нарушил их покой.
- Доброе, родная.
- Не хмурься. Ты становишься таким злюкой. - и рассмеялась, глядя на его удивлённое лицо.
- Злюкой? Это что еще за выражение такое? - поиграл бровями, чем вызвал больший смех. И сам за ней начал смеяться.
- Зато, я достигла своей цели.
Зарычал и набросился на нее со щекоткой. Вскрикнула "нет, пожалуйста" и начала выкручиваться из-под него. Кирстен уже плакала от смеха и молила о пощаде.
- Будешь знать, как злить большого серого волка. - и нежно поцеловал ее.
- Я люблю тебя.
- Я тебя больше.
Выход из комнаты решили немного отложить. Ведь, в таком настроении всегда находятся дела поважнее. Например, изучение других участков, которые подвержены щекотке. Чем не причина?