Глава 12
- Ну, здравствуй, сынок!
У него галлюцинации? Что происходит? Этот человек не может быть его отцом, умершим пятнадцать лет назад. Так не бывает!
Он его оплакивал! Переживал, что ничего не смог сделать, ведь был подростком. Он боготворил этого человека и каждый день мечтал увидеть хоть на миг. Образ отца, воспетый так наивно и искренне в детстве, стал рассеиваться.
Все его цели и желания мести всплыли в голове. Всё было зря! Он сделал больно Кирстен, унижая ее так долго. Подавлял в себе чувства, стыдился их. Потому, что они противоречили всей жизненной философии. Каждый кирпичик жизни оказался пылью.
Вот он, его отец, целый и невредимый. Более того, живой и довольный собой. Это что, насмешка какая-то? Где он был все это время? Почему появился только сейчас? Черт, столько вопросов, а силы задать их нет. Рот будто онемел и не хотел двигаться.
- Так ничего и не скажешь? - родитель не выдержал первым.
- А что...откуда ты здесь? - голос звучал глухо и неуверенно.
- Не такое приветствие я ожидал!
- А какое? На что ты рассчитывал? Черт, я даже не верю, что это ты, мой отец тут стоишь! - перешел на крик.
- Может, обнимешь, для начала? - сам подошел ближе и притянул сына.
Уже совсем вблизи, после неловких объятий, он рассмотрел своего отца. Митч Холстед совсем не изменился. Немного седины, несколько борозд морщин и все. В остальном он такой же, каким был, когда исчез из их жизни. Мысль о матери, до сих пор оплакивающей любимого мужа, заставила сделать шаг назад. Видимо, это прочлось в его лице.
- Как Мэгги?
- А ты как думаешь? - за нее было обидней всего.
Хотя, что там, тот мальчик, которым он был, тоже безумно страдал. Отец был его опорой и героем. В его смерти винился кто угодно, а больше всего, отец Кирстен.
- Никки, я все расскажу, обещаю. Поехали к тебе?
Везти в свой дом не хотелось. Почему то. Странное чувство. Так мечтал вернуть отца, а теперь противно его видеть. Тем более, сидеть с ним в своей берлоге, в которой даже мать была пару раз. Нет уж, не заслужил этот человек.
- Останемся тут. - закрыл дверь на ключ.
- Как скажешь.
Он захватил два бокала и графин с виски. Садиться с Митчем возле камина не хотелось. Это было место Кирстен. Кроме нее, никто не сидел в этих креслах. Указал на место напротив своего стола. Разместился и в напряжении ожидал историю пропажи и возвращения. Что может рассказать человек такого, чтоб ему простили пятнадцать лет отсутствия?
- Ну? Я жду! - залпом осушил одну порцию виски и полез за второй.
- А ты стал таким, как я и мечтал! Сильный, уверенный...
- Прекрати эти сантименты! Переходи к сути!
- Помнишь, тебе было лет десять, когда к нам в гости пришел мой близкий друг с женой и двухлетней дочерью? Эта малышка весь вечер таскалась за тобой, пока ты не смирился и не начал с ней играть. А до того очень раздражала и злила тебя.
- К чему это воспоминание? - сейчас его злил и раздражал человек напротив.
- Кирстен выросла и стала очень красивой девушкой. И, таки, нашла подход к тебе через двадцать лет, сынок.
- Что? - его глаза сузились до возможного предела.
- После того вечера, - проигнорировал его вопрос отец и продолжил, - мы стали отдаляться от семьи Паулсон. Генри пришел тогда предупредить о надвигающейся опасности. Посоветовал, прекратить наркоторговлю и стать честным представителем общества. Я его не послушался и мы поругались. Еще несколько лет мой картель был самым сильным в Чикаго, пока испанцы не начали набирать обороты. Чем дальше, тем сложнее все становилось, пока в один момент меня не приперли к стенке. Я тогда пролежал в больнице почти месяц, если ты помнишь.
- Да, за полгода до твоей "смерти". - и нарисовал кавычки в воздухе.
- Именно. Тогда, Генри был уже выбран окружным прокурором и пришел ко мне в больницу с предложением. Его условия были просты: я сдаю испанцев, сливаю всех своих, имитирую свою смерть, подпадая под "закон о свидетелях". Он поможет мне сохранить все деньги для тебя и, самое главное, заботится о тебе до твоего совершеннолетия. - отец залпом выпил виски и продолжил. - думал я все время, что там лежал, проигрывая все возможные варианты. Отказаться - мы все умрем. Исчезнуть втроем - догадаются и найдут. "Умереть" одному и вас оставить в безопасности - был единственный вариант. Который я и выбрал.
Как все логично и складно получается. Добрый отец семейства идет на жертвы. Почему тогда так гадко внутри?
- Зачем ты вернулся?
- Сам не знаю.
- Просто замечательно! - вспылил Николас и встал со своего места. - Тебя не было половину моей жизни. Мать до сих пор носит траур по своему мужу. Я ненавидел всю жизнь Генри Паулсона. А ты - жив и здоров, зачем вернулся не знаешь.
- Я...
- Нет уж! Сейчас я говорю, а ты слушаешь! - указал пальцем и в упор посмотрел на отца. - твоя история попахивает дерьмом, отец! Насмотрелся дешевых боевиков и сочинил новую биографию. Я буду рыть землю и искать подтверждение или опровержение твоих сказок. А пока, будь добр, вернись туда откуда пришел! И не смей даже приближаться к матери! Клянусь, пожалеешь.
- Но, сынок...
- Уже поздно. На этом прошу тебя откланяться и оставить меня одного. - указал на дверь. - Можешь оставить номер, по которому смогу тебя найти. И до свидания, папа.
Митч чирканул номер на первой же бумажке и вышел из кабинета сына. Да уж, мальчик явно подрос и возмужал. В нем смешались гордость за сына и сожаление от его упрямства. Ну, ничего, он найдет подход. Уже садясь в свою потрепанную машину, позвонил по телефону:
- Радостной встречи отца и сына не состоялось. Переходим к плану "Б"!
*****
Николас со злостью разбил стакан о дверь, которая только что закрылась. Какой-то чертов ад развернулся под ним и теперь нужно задумываться над каждым шагом.
Как же не вовремя в его жизни появился блудный отец. Пятнадцать лет тоски по нему вычеркнулись за пару часов. Столько лет злости желания мстить... Агрессии на весь окружающий мир... Дистанция с мамой... И все - зря!
Черт, Кирстен! Он мстил ни в чем не повинной девушке! Да, физической боли не было, но кого это волнует? Три месяца целенаправленных унижений хуже, чем удары. Как теперь смотреть ей в глаза? Что, черт возьми, делать?
Ему нужен Джек и немного поспать. В таком состоянии невозможно принять какое-то решение. Все после сна. Который был весьма сумбурным - ему снилась малышка, с немым укором глядящая на него.