Спокойный уголок
Дождь усиливается, когда мы подлетаем к Нью-Мексико. За иллюминаторами разыгрывается стихия - плотные грозовые тучи словно нацелились именно на наш борт, пытаясь прошить его разрядами молний.
Локи наблюдает за этим светопреставлением, а потом поворачивается ко мне. Он звучит спокойно, делая свое предложение, как если бы советовал сменить маршрут такси:
- Оставим самолет, я отошлю экипаж на посадку к ближайшему аэропорту, - на фоне вспышек каждые пару секунд это решение выглядит милосердным. - А мы возьмем курс напрямик.
- О, - я замираю на секунду, осознавая сказанное. От поднявшейся внутри волны адреналина кожа покрывается мурашками. Я бросаю на Локи неопределенный взгляд - смесь изумления и азарта. - Из первого класса в атмосферный фронт?
На его губах появляется усмешка. Но в глазах, пойманных в очередной вспышке молнии, мелькает нечто большее. В этот миг он снова тот самый мальчишка, что превратил куропатку в змею.
- Ты же не против? - его вопрос больше похож на констатацию факта.
За окном - очередной разряд, еще ближе, еще оглушительнее. Я чувствую, как вибрирует пол под ногами, как напрягается тело Локи. Он ждет - но не моего согласия. А страха. Или восторга. Того странного коктейля чувств, что возникает лишь тогда, когда он предлагает невозможное.
Я медленно качаю головой, и на моих губах расцветает не просто улыбка, а нечто предательски восторженное.
Локи смеется, тихим, понимающим смехом. В нем нет ни издевки, ни превосходства. Только удовольствие, чистое, почти детское. И в этот момент буря за бортом перестает казаться мне угрозой.
Он легко, словно невесомый, встает во весь рост, рука уверенно смыкается на жезле. Пилоты начинают разворот, а мы уже движемся к аварийному выходу.
Дверь открывается с шипящим звуком, впуская в салон рев бури. Холодный воздух бьет в лицо. Капли стучат по металлу, как барабанная дробь.
Мы стоим на пороге - Локи, с видом человека, который уже тысячу раз шагал в бездну, и я, пытающаяся думать о радости прошлого полета, а не о высоте.
Первый шаг делает он, растворяясь в неистовстве ветра, будто сам был его частью.
Второй - я. Вцепившись в стилет. Его темные щупальца немедленно обвивают запястье. Их дрожь словно шепчет: «Это безумие». Но в последний миг мне удается сломить их сопротивление и обратить их себе на пользу. Энергия вздымается вокруг, удерживая меня в воздухе.
Буря обрушивается всей своей мощью. Я не могу вдохнуть. Воздух будто разорван ветром в клочья - он то сдавливает грудную клетку, то затем вдруг резко разряжается. Первый же восходящий поток бьет под дых, как удар огромного молота.
Небо и земля меняются местами, желудок подпрыгивает к горлу. Одежда промокает и тяжелеет за секунды. Молнии сверкают так близко, что волосы становятся дыбом от статики.
Воздушные потоки кружат, как в водовороте, пытаясь оторвать нас друг от друга. Я невольно тянусь к шлейфу магии Локи - щупальцами чувствую, как та клубится рядом, живая и яростная. И вплетаюсь в нее, ища у хаоса поддержки.
Локи откликается. По моей спине бежит волна тепла - он не просто усиливает связь, а превращает ее в общее тактильное поле. Фантастический инструмент навигации.
Наша энергия смешалась и теперь я чувствую воздушные ямы за мгновение до падения, а его намерение повернуть отдается легким давлением в висках, словно стрелка внутреннего компаса. Наш полет согласуется. Становится стабильнее.
Мы не просто летим. Это танец. Его сила, раньше беспорядочно кипевшая, теперь формирует мои движения. Магия становится моим партнером, который ведет, но не приказывает.
И когда ветер снова бросается в атаку, я не сопротивляюсь. Поворачиваюсь навстречу. Выписываю пируэт. Вплетаю потоки в свою траекторию.
Лететь сквозь самое сердце грозы оказывается не сложно, когда рядом маг. Даже в густой пелене облаков я различаю его силуэт, очерченный сиянием жезла. Поворачиваю голову - и вот он, совсем близко. Держится ровно в двух футах. Короткими, почти небрежными движениями отводит разряды молний, так же легко, как прогоняют назойливых насекомых.
Сквозь туманную дымку он кажется мне бледнее обычного. С каплями дождя на щеках Локи похож на мраморное изваяние - лицо застыло в предельной концентрации. В мыслях - только холодная решимость. Но в то же время его чары похожи на протянутую мне теплую руку. На молчаливое обещание: «Я не отпущу».
Не сбавляя скорости, он продолжает вести нас вверх, к точке в небе, четко обозначенной в его разуме. Воздушные ямы начинают встречаться все реже, уступая место разрывам в облаках. Это не просто просветы - это целые пещеры и каверны, промытые ветром в небесной породе.
Здесь, в этих гротах, царит своя атмосфера - как на отрезанном от мира острове. Они залиты рассеянным светом, что преломился в мириадах парящих капель. Все вокруг монотонно серое, а воздух - звенит особой тишиной, которую лишь изредка нарушают далекие раскаты грома. Мир будто накрыт огромным куполом.
Найти здесь Тора не составляет труда для Локи - будто сам воздух нашептывает брату о брате. Локи слишком хорошо знает его грозовые пристрастия. Знает его укромные уголки для душевных терзаний - Тор точно так же прятался в детстве, когда маленький братик доводил его до слез своими шарадами.
И мы находим его: громовержец парит в одной из неприметных облачных расщелин - четкий силуэт на фоне серого света. Напротив него, словно живой собеседник, завис в воздухе Мьельнир.
Мы врываемся в эту сцену внезапно, слепо вынырнув из стены облаков. Тор резко вскидывает голову. Черты его каменеют, а в широко распахнутых глазах вспыхивает узнавание. Из легких вырывается выдох - хриплый, почти звериный. Он бросается вперед - так, как сжатая пружина с силой разжимается.
- Локи!!! - сколько же чувства можно вложить в одно имя.
Тор сметает брата, словно удар снаряда. Ветер от их столкновения хлещет меня по глазам, заставляя зажмуриться. Лишь мелькает огромная рука в сияющем наруче - и рядом со мной вдруг становится пусто. А Локи... он опустил жезл, приняв этот удар как должное.
Не замедляясь ни на миг, Тор увлекает брата вверх, будто намерен вышвырнуть того с планеты. Их фигуры стремительно удаляются. Блеск доспехов Тора и темный вихрь плаща Локи - в этот момент солнце прожигает тучу насквозь, выхватывая их как в луче огромного прожектора.
Они врезаются в облачный покров. Я успеваю заметить, что Локи запрокидывает голову в момент, когда они пронзают тучу. Он будто улыбается сквозь боль... Руки Тора сжимаются сильнее, но взгляд Локи устремлен не на брата. Он смотрит ввысь - в то самое место, где солнце слепит как золотые шпили Асгарда.
После них в облаках остается пролом, который бурлит, стремясь затянуться. Я спешу проскочить в закрывающуюся щель. Наверху замираю - здесь царит ослепительный полдень. Я - крохотная точка на белом облачном море. Немой свидетель - выше меня, в свете, режущем глаза, два извечных противника вновь сходятся в поединке.
Каждый удар между ними трещит электричеством. Молнии осыпаются с молота. Воздух дрожит - Тор яростно размахивает Мьельниром. Локи только уклоняется, не атакует. Даже когда пропускает удачный свинг. Он знает: эта битва - часть его неотданного долга.
В нашей с ним связи я чувствую гул старой боли. Тяжесть в груди, когда Мьельнир проносится близко. Знакомый запах озона. Знакомый ритм. Все движения - отточены. Жезл перестал светиться, и лежит в руке безжизненно. Камень разума - оружие против других, не против брата.
Во взгляде Тора не просто гнев - а боль, которую он не может выразить словами. Во взмахах молота - выплеск обид, копившихся с тех самых пор, когда они в первый раз схватились еще детьми. Каждый его шаг выглядит слепым, заученным столетия назад и теперь управляемым лишь мышечной памятью.
Высоко в чистом небе начинают мелькать зловещие молнии - они красные и перевернутые. Выше границ стратосферы сверкают красные спрайты - гигантские, бросающиеся в глаза, словно сигналы бедствия.
И это играет на руку трикстеру. Спустя лишь несколько минут с начала боя на горизонте возникает знакомый пухлый силуэт. Это Квинджет!
«Прямо по расписанию», - мысль змеей скользит в мою голову. В ней - отчетливо слышно удовлетворение. И глухое эхо старых обид, вопреки которым Локи расправляет плечи. Я чувствую, как по всему его существу пробегает волна - он предвкушает главное действие.