Сокровище Главы Мафий

Возвращение домой после нескольких дней, проведённых только вдвоём, ощущалось как мягкий выдох. Эдриан сидел на переднем сиденье, прижимая к себе тёплый плед, а Дамиан вёл машину, периодически бросая на него влюблённые взгляды.

— Соскучился? — спросил он, притихшим голосом.

— По деткам? Очень. А ты?

— Без них было слишком тихо, — усмехнулся Дамиан. — Даже ночами чего-то не хватало... вернее, кого-то.

Как только машина подъехала к особняку родителей Дамиана, дверь распахнулась, и на крыльцо высыпали три комочка радости. Лео и Эйдан наперегонки мчались к отцу, громко выкрикивая:
— Папочка! Папа!
А Лукас чуть отставал, неуверенно перебирая ножками, но с сияющей улыбкой.

Эдриан бросился к ним, опускаясь на колени и открывая объятия. Дети налетели на него всем весом, визжа и пытаясь одновременно рассказать обо всём, что произошло за эти дни.

— Мы кормили щенков!
— Дедушка читал сказку!
— А я скучал! Очень-очень! — пробормотал Лукас, утыкаясь в его грудь.

Дамиан стоял рядом, наблюдая за этой сценой с лёгкой улыбкой. Его сердце сжалось от нежности. Он наклонился, подхватил Эйдана на руки, а Лео сам ловко запрыгнул к нему, обвив руками шею.

— Ну что, домой? — спросил он, целуя макушки малышей.

— Домой! — хором закричали все трое.

Родители Дамиана вышли следом, улыбаясь.

— Всё прошло хорошо? — мягко поинтересовалась его мать.

— Лучше не придумаешь, — ответил Эдриан, бережно поднимаясь с Лукасом на руках. — Спасибо вам за всё.

— Мы всегда рядом, — тепло произнёс отец Дамиана. — Особенно для внуков. Ну и для вас двоих тоже.

Когда вся семья наконец вернулась в особняк, дети тут же устремились к своим игрушкам и щенкам, с восторгом бросаясь в любимые углы. Дом снова наполнился жизнью, топотом ножек, лаем и детским смехом.

Дамиан подошёл к Эдриану, обнял его за талию и прошептал:

— Теперь снова всё на своих местах. Мы дома.
Эдриан устроился на кухне за столом, уютно укрывшись мягким пледом, и с довольной улыбкой ел своё любимое блюдо — запечённую тыкву с карамелизированным луком и специями. Дамиан, стоявший у плиты, наблюдал за ним с нежностью.

— Я знал, что ты соскучился по нормальной еде, — заметил он, вытирая руки полотенцем. — У родителей всё было вкусно, но ты всегда предпочитаешь это.

— Ммм, ты просто гений, — пробормотал Эдриан, втыкая вилку в мягкий ломтик тыквы и поднося его к губам.

Но едва он положил кусочек в рот и начал жевать, как его выражение резко изменилось. Он нахмурился, прижал ладонь к губам, а затем вскочил и стремительно выбежал из кухни.

— Эдриан?! — испуганно воскликнул Дамиан и поспешил за ним.

Он застал его в ванной — Эдриан стоял, держась за раковину, и тяжело дышал, борясь с внезапной волной тошноты. Глаза были расширены, щёки побледнели.

Дамиан осторожно подошёл, обнял его сзади и прижал ладонь к животу, словно уже инстинктивно знал, в чём дело.

— Тише, я рядом... Всё хорошо... — прошептал он, целуя его в висок.

— Мне... резко стало нехорошо... я даже не знаю почему... я же всегда обожал эту еду, — выдохнул Эдриан, не поднимая взгляда.

— У тебя не кружится голова? Не болит ничего? — обеспокоенно спросил Дамиан, помогая ему сесть на краешек ванны.

— Нет... просто... отвращение к запаху... как будто тело само отвергло его...

Молчание повисло на несколько секунд. Затем Дамиан прищурился, внимательно посмотрел на Эдриана и осторожно спросил:

— Эдриан... когда был последний раз, когда ты проверялся?

Эдриан медленно поднял на него глаза, и в них мелькнуло осознание. Он замер.

— Нет... не может быть... Не так быстро...

— А если может?
Уже через полчаса они мчались по улицам города на машине. Эдриан сидел на переднем сиденье, нервно теребя подол рубашки, а трое малышей — Лео, Эйдан и Лукас — устроились на заднем в своих автокреслах. Дети были взволнованы, но не понимали, что именно происходит.

— Мы куда, папочка? — с интересом спросил Лукас, наклоняясь вперёд.

— К доктору, малыш, — мягко ответил Эдриан, оборачиваясь к нему. — Просто... проверить, всё ли хорошо с папочкой.

— Ты болеешь? — нахмурился Эйдан.
— Нет, нет... просто чуть-чуть странное самочувствие, — попытался улыбнуться он.

Дамиан сжал его руку на подлокотнике.

— Всё будет хорошо. Если это то, о чём я думаю... значит, нас снова ждёт чудо, — прошептал он, едва слышно.

Через несколько минут они уже входили в знакомую клинику, где их с радостью встретил врач, хорошо знакомый с их историей.

— Эдриан? Что-то случилось? — врач с обеспокоенным взглядом повёл их в кабинет.

— Внезапное отвращение к еде... и... ну, вы понимаете... у нас были причины... подозревать, — чуть смущённо начал он.

— Понял вас, — доктор понимающе кивнул. — Пройдемте на осмотр.

Пока Дамиан остался с детьми, играющими в углу приёмной, Эдриан прошёл в кабинет. Спустя несколько минут врач снова вышел... и, встретившись взглядом с Дамианом, улыбнулся:

— Поздравляю. У вас будет ещё один малыш.

Дамиан замер. Затем резко выдохнул и, не скрывая счастья, прошептал:

— Чёрт... снова? Это... это чудо.

Он вошёл в кабинет, и Эдриан, увидев его лицо, сразу понял всё. Он протянул к нему руки, и Дамиан, не раздумывая, заключил его в объятия.

— Мы снова станем родителями, — прошептал Эдриан, прижавшись к нему щекой.

— И мне этого мало не будет никогда, — прошептал Дамиан в ответ, целуя его в висок.
Когда они вернулись в приёмную, трое малышей тут же подбежали к ним. Эйдан первым заметил, что папочка улыбается немного по-особенному.

— Папочка, всё хорошо? — спросил он, уцепившись за руку Эдриана.

— Угу, — с мягкой улыбкой ответил Эдриан, опускаясь на корточки. — У меня в животике снова малыш. Вы станете старшими братьями!

— Малыш?! — хором переспросили все трое.

Лукас широко раскрыл глаза и тут же прижался к Эдриану, осторожно обняв его за талию.

— Он там? Уже сейчас?

— Ну, пока ещё совсем маленький, — улыбнулся Дамиан, опускаясь рядом. — Но да. Совсем скоро вы будете помогать нам заботиться о младшеньком.

— Я буду! Я научу его играть в кубики! — гордо заявил Лео.

— А я буду его защищать! Если кто обидит — получит! — добавил Эйдан, сжав кулачки.

— А я... я буду делиться печеньками, — серьёзно пообещал Лукас, чем рассмешил всех.

Эдриан рассмеялся сквозь лёгкую слезу умиления и прижал сыновей к себе. Дамиан протянул руку и нежно провёл по его спине.

— С такими братьями наш будущий малыш точно будет самым счастливым, — сказал он, смотря на Эдриана с любовью.

— И с таким папой... и папочкой, — добавил Лукас, чмокнув Эдриана в щёку.

— Ну что, — улыбнулся Дамиан, поднимаясь, — по такому случаю... едем за мороженым?

— Дааааа! — закричали в ответ малыши, бросившись к выходу.

Эдриан засмеялся, вставая с помощью мужа. Тот незаметно приобнял его за талию и прошептал на ухо:

— Я так счастлив... и снова хочу целый мир построить для тебя. И для них всех.

— Мы его уже строим, — мягко ответил Эдриан.
Кафе, куда они заглянули, было уютным и полным ароматов ванили и свежей выпечки. У окна стоял круглый столик, за которым разместилась их большая, но удивительно сплочённая семья. Дети взахлёб рассматривали витрину с десертами, прижимаясь к стеклу, пока официант принимал заказ.

— Три мороженых с клубникой и одно с шоколадом для Лукасика, — сказал Эдриан, усевшись поудобнее и прикрывая животик ладонью. — А мне чай с мятой.

— И двойной кофе мне, — добавил Дамиан, сидя рядом и не отводя глаз от Эдриана.

Малыши, получив свои мороженые, сразу занялись важным делом: капать, мазать, облизывать и смеяться друг с другом. Лукас, держа ложечку, аккуратно пододвинул своё мороженое ближе к Эдриану.

— Папочка, попробуй. Оно очень-очень вкусное! — просиял он.

Эдриан с нежной улыбкой принял ложечку и сделал крошечный укус.

— Правда вкусное, спасибо, любимый, — погладил он мальчика по голове.

Дамиан смотрел на них с умилением, его рука легла на бедро Эдриана под столом. Он склонился ближе, прошептав:

— Я всё ещё не могу поверить, что мы теперь такие... настоящие. Ты, я, трое непосед и ещё один в пути.

— Это и есть настоящее счастье, — тихо ответил Эдриан, коснувшись его щеки. — И я бы не променял ни один день с вами на весь мир.

— Папочка, смотри, у Лео капает! — воскликнул Эйдан, указывая на брата, который старательно ловил тающий шарик мороженого языком.

— Ай, — хихикнул Лео, — он сбегает!

— Ничего, — рассмеялся Дамиан, — сбежавшее мороженое — это почти как побег из сладкой тюрьмы.

— Папа, ты странный! — фыркнул Лукас, но с улыбкой.

И в этот момент, за стеклом, солнце мягко заливало улицу, а внутри кафе звучал детский смех, щёлканье ложечек и тепло, которое невозможно было ни подделать, ни забыть.
Пока семья наслаждалась уютной атмосферой кафе, возле соседнего столика раздался недовольный голос. Женщина средних лет с ярко накрашенными губами и недовольным выражением лица смерила детей критичным взглядом, а затем громко произнесла:

— Ну надо же! Такие невоспитанные дети. Сами себе мороженое выбирают, всё пачкают, вон — весь стол уже липкий. Родители хоть смотрят за ними?

Эдриан вздрогнул от неожиданности, оглянулся на детей, которые, хоть и были взволнованны, всё же старались быть аккуратными. Лео и Эйдан замерли, испуганно переглянувшись, а Лукас даже прижал ложечку к груди, словно защищая свою порцию.

— Мама, ну почему я не могу взять второе мороженое?! — взвизгнула в этот момент девочка рядом с женщиной. — Я хочу клубничное и шоколадное! И кекс! И...!

— Потому что ты будешь есть то, что я сказала, а не то, что тебе вздумается! — резко отрезала она, после чего вновь бросила косой взгляд на Эдриана и детей. — Вот раньше дети слушались взрослых, а не командовали ими...

Дамиан медленно повернулся в её сторону, его взгляд потемнел. Он поднялся со стула, ростом нависая над женщиной, и с ледяным спокойствием произнёс:

— Наши дети счастливы, в безопасности и любимы. И они — это не ваша забота. Если вас раздражает, как мы живём, вы всегда можете пересесть подальше. Или помолчать.

Женщина открыла рот, будто хотела что-то ответить, но, встретившись с его взглядом, сглотнула и отвернулась, бурча себе под нос.

Эдриан поднял Лукаса на руки, прижав его к груди, и прошептал:

— Всё хорошо, малыш. Вы молодцы, вы — самые замечательные мальчики.

— Мы плохие?.. — тихо спросил Лео, глядя снизу вверх.

— Нет. Вы — самые любимые, — мягко сказал Дамиан, возвращаясь на своё место и приобнимая сразу всех троих.

Маленький Эйдан кивнул, уткнувшись в папину рубашку.

— Тогда мы будем кушать красиво. Но с клубничкой!

И вся их семья вновь погрузилась в уютный мир из десертов, улыбок и тихих слов любви, словно чужое раздражение так и не коснулось их настоящего счастья.