Сокровище Главы Мафий

Дамиан

Новости пришли, как звон победы.

Я сидел в своём кабинете, удобно откинувшись в кресле, с бокалом тёмного рома в руке. Мой помощник только что закончил доклад. Всё сработало. Маркус Тейлор — золотой мальчик с фальшивой улыбкой и слишком дорогими костюмами — был раздавлен. А главное, растоптан тем, кто раньше доверял ему больше всех — Эдрианом.

Идеально.

Я закрыл глаза, ощущая, как приятное тепло разливается по груди. Это был не просто успех. Это была тщательно спланированная атака, хладнокровная и точная. Один удар за другим — и весь его блестящий фасад рухнул. Я даже не прикасался к нему напрямую. Только натянул нужные ниточки. Он сам всё сделал — ссорился, грубил, пил, ударил того, кого должен был защищать. А потом... анонимный слив. Пусть думает, что это случайность. Пусть гниёт в сомнениях.

Я отпил рома и тихо усмехнулся.

— Всё слишком просто, — пробормотал я, глядя в темноту за окном. — Ты не был мне соперником, Маркус. Ты был пешкой. И свою роль ты сыграл до конца.

Телефон завибрировал на столе. Я не спешил поднимать. У меня было предчувствие, кто это. Несколько гудков — и вот он, мёртвый голос на другом конце.

— Ты знал... — прошипел Маркус. — Ты всё это устроил.

— Убедись, что говоришь точно, — ответил я спокойно. — Я никого не заставлял ударять Эдриана. Никто не мешал тебе держать язык за зубами и руки при себе.

— Я потерял всё!

— Ты никогда ничего не имел.

Я сбросил звонок.

Он был закончен. Его больше не существовало в этой игре.

Теперь остался он — Эдриан Блейк. Загадка. Огненное сердце за маской фарфора. Он слишком долго жил в своём театре, и теперь настало время показать ему, кто пишет сценарий.

Я встал, поправил манжеты, подошёл к окну. Тени города словно шептали мне на ухо: Теперь ты один на сцене, Вольф. И он придёт сам.

И тогда начнётся настоящее.

Телефон завибрировал снова. Сообщение.

Я не спешил открывать его — в такие моменты важно не терять ритм. Я стоял у окна, наслаждаясь тишиной, словно дирижёр перед началом финального аккорда. Потом, медленно, нажал на экран.

Фотография.

Маска. Черная, глянцевая, с вытянутыми ушами — кролик. Но я бы узнал его даже в полной темноте. Даже если бы он стоял среди сотни.

Эдриан Блейк.

Он был в подпольном клубе — одном из тех, куда вход открыт лишь тем, кто дышит тенями. Он сидел во главе длинного стола, окружённый теми, кто раньше кланялся Маркусу. Теперь они смотрели только на него. Ожидали его слов. Его приказов.

Без Маркуса. Без прикрытия. Сам.

— Значит, ты решил играть до конца, — медленно выдохнул я, чувствуя, как внутри меня поднимается хорошо знакомое волнение.

Не страх. Восторг.

Я нажал кнопку вызова.

— Подготовьте меня к приёму. Костюм — чёрный, классика. Машину — незаметную. Я хочу быть там, но незамеченным. Пока.
— Банкета? — уточнил помощник.
— Да. Того самого, где появится Блейк. И пусть мои люди будут внутри. Но только наблюдать. Без приказа — ни шага.

Я отключился.

Если он думает, что может вести войну в маске, я надену свою. Но моя будет из стали, не фарфора.

Сегодня он увидит, что бывает, когда волк входит в логово кролика.

Роскошный особняк был утоплен в мягком свете хрустальных люстр. Воздух пропитан ароматом дорогих духов, шампанского и скрытой власти. Вечер, как и подобает высшему свету подполья, обещал быть многослойным — вино, улыбки, сделки... и интриги.

Дверь открылась бесшумно.

Высокий мужчина в идеально сидящем чёрном костюме вошёл, словно часть тени. Его движения были выверены, как у охотника, который знает — добыча рядом. Волк в шкуре джентльмена.

Дамиан Вольф.

Ни один мускул на его лице не дрогнул. Он прошёл мимо пар, официантов, разговоров. Никто не узнал его — маска закрывала половину лица. Простая, чёрная, с гладкими линиями. Но глаза... зелёные, колющие, будто могли прожигать насквозь.

Он знал, что Эдриан будет здесь.

И вот — как будто сцена выстроилась специально для него.

На возвышении, среди столов, в кресле, обитым чёрным бархатом, сидел он. В чёрной маске-кролике, спина прямая, взгляд — направленный в самую суть происходящего. Эдриан выглядел иначе. Спокойный. Опасный. Как шахматист, сделавший первый ход и терпеливо ждущий ответа.

Вокруг него — новые союзники. Мужчины и женщины в масках, затаённые взгляды. Но Дамиан видел главное — он был один. Без Маркуса.

И Дамиан знал — он приложил к этому руку.

Он не стал подходить. Нет. Слишком рано.

Он наблюдал.

А Эдриан, будто почувствовав это, повернул голову, задержав взгляд на толпе... и на мгновение — прямо на нём. Маска не скрыла лёгкую улыбку, коснувшуюся губ Эдриана.

Он знал.

Игра началась.

В воздухе словно застыло электричество. Люди продолжали смеяться, чокаться бокалами, вести деловые разговоры, а между двумя мужчинами, стоящими на разных концах зала, уже разгоралась невидимая дуэль.

Дамиан остался в тени. Он стоял у мраморной колонны, откуда открывался идеальный обзор. Его зелёные глаза не упускали Эдриана ни на секунду. Он читал каждое его движение, каждую наклонённую голову, каждый взгляд, которым тот одаривал гостей.

Но тот не смотрел больше на всех. Только иногда — почти невзначай — снова и снова его взгляд возвращался к Дамиану.

Как вызов.

Как игра.

Как будто Эдриан прекрасно знал, кто скрывается за этой чёрной маской. Будто чувствовал его присутствие кожей, как хищник чувствует другого хищника.

И каждый раз, когда их взгляды сталкивались в воздухе, между ними будто пробегал разряд. Глухой, напряжённый. Ни один не отвёл глаз первым. Это был немой разговор, куда громче слов.

Эдриан с лёгкой грацией взял бокал с вином, поднял его в сторону Дамиана, будто в тосте, не отводя взгляда. Уголки его губ едва заметно дрогнули в лёгкой, хищной усмешке.

Дамиан не пошевелился.

Он лишь медленно склонил голову в ответ, принимая вызов. В груди что-то закололо — не раздражение. Это было... азартом. Инстинкт, пробуждённый давно забытым интересом.

"Он знал," — мысленно отметил Дамиан. "И он играет. Чёртов кролик."

Но Волк не играет по чужим правилам.

Прошёл почти час.

Банкет продолжал своё неспешное течение: новые гости сменяли тех, кто уже уходил, официанты наполняли бокалы, звуки фортепиано мягко рассыпались по залу. Но для Дамиана весь этот блеск был лишь фоном — шумом, гаснущим перед одной фигурой.

Эдриан.

Он заметил, как тот, неторопливо допив вино, оставил бокал на подносе и скользнул сквозь толпу. Лёгкий поворот головы, мягкая улыбка кому-то из гостей — и вот он уже у выхода из зала.

Дамиан сразу понял, куда он направляется.

Он оторвался от стены, отставил недопитый бокал и пошёл следом, не привлекая внимания. Шаги уверенные, плавные, словно хищник, идущий по следу. Ни один мускул на лице не дрогнул, когда он вошёл в тёмный коридор, ведущий к уборным и техническим помещениям.

Тишина.

Глухой свет ламп, дорогая отделка. Дамиан остановился у двери, приоткрытой едва-едва — тень мелькнула внутри. Он знал, что Эдриан не спешит. Слышал звук воды, короткий щелчок замка, как тот закрылся изнутри.

Он подошёл ближе, опёрся плечом о стену. Ждал.

Дверь приоткрылась спустя минуту.

И вот он — Эдриан. Без маски. С влажными прядями, лёгкая влага на губах, глаза сияют. Не удивление, не испуг — нет.

Улыбка.

— Ты следишь за мной, Волчонок? — мягко, почти шепотом. Его голос отдался в грудной клетке Дамиана глухим ударом.

Они стояли почти вплотную.

Дамиан медленно выпрямился, глаза в упор впились в лицо омеги. Молча.

— Или хочешь убедиться, что я точно один? — Эдриан наклонил голову, почти дразня. В его взгляде была насмешка, но не легкомысленная — тяжёлая, острая. Он знал, что делает.

Молчание между ними становилось тягучим, как дым.

И вдруг, тихо, с ледяным спокойствием Дамиан произнёс:

— Ты знаешь, кем я был. Но ты понятия не имеешь, кем я становлюсь рядом с тобой.

Эдриан чуть хмыкнул, сделал шаг назад — в тень комнаты, будто приглашая.

— Тогда войди и покажи.

Дверь за ним мягко закрылась, поглотив весь шум банкета, оставив их наедине — в полумраке роскошной уборной, где стены были выложены чёрным мрамором, а свет падал золотыми бликами на мокрую кожу Эдриана.

Он стоял, облокотившись на раковину, всё ещё слегка влажный после воды, расстёгнутая манжета рубашки оголяла запястье, а лёгкий аромат парфюма — терпкий, с пряными нотками — дразнил чувства.

— Ну? — Эдриан лениво провёл пальцами по влажной пряди, откидывая её назад. — Ты вошёл. Что дальше, Дамиан? Ты собираешься угрожать мне в полутёмной комнате? Или у тебя другие планы?

Дамиан молча шагнул ближе. Он видел, как у Эдриана дрогнули губы — не от страха, нет, — от внутреннего напряжения. От того, как медленно, по-хищному он приближался, не отводя взгляда.

— Ты бросаешь вызов, — тихо сказал он, — как будто не понимаешь, что играешь с огнём.

— Я не боюсь обжечься, — с усмешкой ответил Эдриан. Его голос был низким, чуть хрипловатым. — Особенно если огонь такой... интересный.

Дамиан подошёл вплотную. Между ними не осталось воздуха.

Он провёл пальцем по вороту рубашки Эдриана, медленно, лениво — как будто примеряя, насколько тот готов. Эдриан не отпрянул. Наоборот. Его грудь чуть поднялась от вдоха, взгляд скользнул по лицу альфы, остановившись на губах.

— Ты не похож на тех, кто теряет контроль, — выдохнул он, — но сейчас... кажется, ты на грани.

— Я всегда на грани, — голос Дамиана стал ниже, почти рычанием. — Просто никто не осмеливался толкнуть меня за неё.

Он медленно наклонился, их лица оказались на одном уровне. Эдриан дёрнулся было — будто вот-вот поцелует... но остановился, оставив дыхание Дамиана на своей щеке.

— Ты хочешь меня, — прошептал он. — Но пока не можешь взять. Правда?

Дамиан усмехнулся краем губ.

— Я не беру. Я заставляю хотеть.

Эдриан провёл пальцем по скуле Дамиана — медленно, как в первый раз, в ту ночь. Потом отступил на шаг, поправляя манжету, будто ничего не было.

— Тогда заставь, — бросил он с вызовом и, не дожидаясь ответа, вышел за дверь, снова растворяясь в блеске банкета.

А Дамиан остался стоять, чувствуя, как внутри бушует нечто дикое. Жар. Голод. Инстинкт.

Он больше не мог смотреть на этого омегу как на цель. Теперь это была одержимость.

Игра началась по-настоящему.