Дерево в окне

- Проходь.

Сëмка махнул рукой, на меня не глядя.

В кулаке его что-то жужжало и вибрировало. Будто он поймал гигантского жука, и тот бился в конвульсиях и рвался на свободу из последних сил.

Жуков такого размера в природе не существует, но, если бы Сëмка его где-нибудь раздобыл, я бы ничуть не удивился. С него станется.

И, вероятно, охренел бы я не настолько.

Мне понадобилась минута или больше, чтобы выйти из оцепенения, закрыть рот, а после дверь и запереть оба замка.

- Боишься, что нас украдут? - не отрываясь от зеркала на стене, Сëмка ухмыльнулся. - Типа иноплы похитят?

Он поднёс жужаще-дрожащий кулак к макушке.

- Что с башкой? - мрачно уточнил я.

- Как тебе сказать? - Сëмка провëл машинкой по уже наполовину оголенному темечку. - Возможно, я поспорил на ахулиард денег. Или хочу, чтобы витамин D напитал мой мозг напрямую, а волосы типа служили непреодолимой преградой...

- Не гони, - огрызнулся я и встал сзади.

Сëмка без привычных чëрных непослушных загогулин был как не Сëмка. Нос его удлинился, уши по-эльфийски оттопырились, шея беспомощно вытянулась.

- Воши, - коротко пояснил Сëмка. - Уволили меня, - присовокупил он.

Машинка опять загудела, чёрные вьюшки посыпались на пол, я поймал одну в воздухе, намотал на палец, понюхал. Пахло своим. Сëмкой. Я убрал прядь в карман.

- Будешь гадать на волосах? - поинтересовался Сëмка.

- Ты можешь нормально сказать? - я начал злиться.

Весь день наперекосячный.

И Сëмка ещё.

Вроде не чужие, а говорит загадками. Если бы он рисовался, набивал цену, хотел произвести впечатление, мне бы это даже польстило.

Но Сëмка просто т а к о й.

Наверное, проще забить и смириться, но мне не хотелось.

- Нормальнее типа некуда.

Сëмка проехался машинкой над правым ухом, склонил голову набок, прочертил над левым.

- Откуда тебя уволили и причём тут вши? - очень терпеливо спросил я.

Если Сëмка и сейчас не ответил бы, я сотворил бы какую-нибудь дичную хренотень.

Но он ответил.

- Из барбера. Того, нового, у перика. Пришла мамаша с сыном, говорит: стригани ему патлы покороче. А у парня волосищи до лопаток и толстые такие, типа макарон, что мы позавчера с фрикаделями жрали. Ок, говорю, ноу проблем. Повëл я этого рапунцеля в мойку, чтобы намочить и расчесать, как полагается. Включил воду, полез ему в башку, а там воооот такенные гниды, - Сëмка развёл большой и указательный пальцы. - Народищу - полный барбер, ни одного пустого кресла, и в очереди ещё. Ну я отозвал потихоньку мамашу, чтобы парня не позорить, полуростки типа ранимые, все дела. Говорю так мол и так: тут нужно лечебное полечение. А она кааак завопит: я на вас жалобу и в суд. И барбер ваш закроют. И вообще придёт пидемстанция и всех-всех-всех оштрафуют, а меня типа вообще привлекут к полной боевой ответственности. Психичная, короче, - Сëмка покрутил пальцем у виска.

- Идиотка какая-то! - возмутился я. - И тебя за это уволили?

- Не, уволили за арбуз.

- За чтооо?

- Накануне безлюдно было, я один остался, и так зверски арбуза захотелось. Типа не поем прям щас - безарбузный шок случится. Ну я барбер запер, повесил табличку: ушёл за арбузом. Метнулся до магаза в пять минут, но хозяйке кто-то настучал. Я ей вообще не нравлюсь, так то.

- Какая-то муть.

- До этого я за нектаринами отходил. А ещё до того за жувачкой. Может, потому, - Сëмка задумчиво почесал лоб.

- Ты так и написал, что ли? Ушёл за арбузом?

- Конеш.

- Нафига? Ну отошёл бы просто. Или технический перерыв написал. Хозяйке бы потом чë-нить наплëл, если что.

- Зачем врать, когда можно нет?

- Мне значит гнать всякое можно? - я завёлся по-новой.

Бесило, что мой парень мне не доверяет. Ещё бесило, что своим парнем Сëмку я могу называть только мысленно. Он терпеть не может всякие обозначения и штампы.

- Тебе? - Сëмка искренне удивился. - Никогда тебе не гнал.

- Ну-ну, - я поморщился. - А чего сразу налысо? Может, какие-то средства есть. И вообще не факт, что ты заразился...

- У тебя водились когда-нибудь воши? - Сëмка хмуро посмотрел на меня в зеркало.

- Нет.

- А у меня заводились. И поверь, это типа ад. Башка до крови чешется. Ещё керосином надо помыть.

- Бля, серьёзно?

- Похоже, что шучу?

- И давно ты работаешь в барбере?

Сëмка меняет работы примерно раз в две недели, и я не успеваю следить за процессом. Но мог бы и сказать.

- РаботаЛ. Не очень. С месяц примерно.

- Когда ты стричь-то научился? - не сдавался я. - Какие-то курсы закончил или что?

Хоть что-нибудь мне нужно было от него добиться.

- Если у тебя туча братьев и сестёр, денег хер, а взрослым похер, волей-неволей научишься.

- У тебя есть братья и сëстры? Много? Где они живут?

- Много. Кто где. Разлетелись мухами.

Сëмка потряс башкой, как собака, которая вытряхивает воду из ушей, и придирчиво оглядел свою работу.

- Дай-ка!

Я скинул джинсовку, решительно шагнул к нему и отобрал машинку.

- Как оно тут включается.

Нажал на кнопку, приставил надо лбом, провёл, волосы покрошилсь на плечи.

Вжжж. Вжжж. Вжжж.

Бжжжжжж.

Бжжжжжжжжж.

Я методично сбривал растительность с башки.

Может, и загоны заодно открамсаю.

Сценарий к промо был почти готов, я добивал концовку, когда вдруг зашла мама.

Пришлось прерваться.

Если я торможусь на середине сцены, меня накрывает дурацкое ощущение, что никогда и ничего я не закончу. А если и закончу, никому оно не понравится и не надо.

Но маме с братом точно не нужно знать, что я взялся за старое.

Мама спрашивала что-то обыкновенное, про погоду, настроение и планы, но мне везде мерещился подвох.

Ты созвонился с Серёжей? Он, кажется, ждёт твоего звонка. Она сказала мимоходом, но я сразу понял, что ради этого весь разговор и затевался.

Летом я планировал подрабатывать у брата.

Но с того момента много чего изменилось.

Позвоню, пообещал я. Но маме этого оказалось мало.

Она набрала сама и передала мне трубку.

Мы с Серëгой образцово-показательно поговорили. Примерно как роботы, специально для мамы. Если нас что-то до сих пор объединяет, то это наша общая к ней любовь. И мы оба не хотим её расстраивать.

По пути к Сëмке я написал Серёге, что немного занят и работать у него вряд ли получится.

Брат сразу же перезвонил.

"Ну какой ты ребёнок, Ратмир! Неужели думаешь, что я до сих пор сержусь?"

Он меня, конечно, раскусил.

Я сказал: нет, но на самом деле уверен, что да.

"Можешь приходить в любое время. Я ничего от тебя не требую, поучишься азам, - сказал брат. - Прикинешь - твоë или нет".

Я знал: не моё, но предпочитал не нарываться.

Как всегда стало блевотно от себя и стыдно, я поблагодарил и не отказался. Точка опять превратилась в многоточие.

Мои родные хотят знать про меня, но не знают. Я хочу знать про Сëмку и тоже не знаю.

Чем больше хочешь кого-то знать, тем сильнее его желание закрыться.

Наверно, так.

Я счистил с футболки мелкие волосинки и убрал машинку в коробку под зеркалом.

- Теперь от нас за километр исходит гейский вайб, - заметил Сëмка, наблюдавший за моими манипуляциями.

- Чë за вайб?

- Ну мы с тобой типа как заболевшая раком Саманта и её бойфренд.

- ...

- Ты не смотрел "Секс в большом городе"?!

- Не, а должен был?

- Все типа смотрели.

- Я не все.

- Я в курсе.

Сëмка закатил глаза и повëл меня в ванную.

Мылись мы не керосином, но каким-то жутко вонючим целебным экстрактом.

Потом, чтобы заглушить отвратительный запах, Сëмка вылил на меня полбутылки шампуня. Пролил за шиворот, пришлось раздеваться.

Не долго думая, я залез в ванну, затащил к себе Сëмку и стянул с него свою футболку.

Мы обливались водой, ржали и трахались, а после мне полегчало.

Стало хорошо и безмятежно.

Я собрался обсудить один эпизод, который не срастался, а Сëмка всегда что-то подсказывает одним своим присутствием.

Но тут он объявил, что срочно нужно сходить в одно место.

- Если ты пойдёшь, я не против, - сказал Сëмка и прибавил со вздохом, когда я вопросительно поднял брови. - Мне типа нужна твоя помощь.

Как вы думаете, мог я после такого не пойти?

Сëмка ни разу - то есть вообще НИ РАЗУ - не просил меня помочь.

Тогда как сам постоянно что-то делал для меня, просил я того или нет.

Я тоже хотел для него что-нибудь делать, но понятия не имел, чего он хочет.

Сëмка не похож ни на одного человека, которого я знаю.

Я вихрем оделся, через несколько минут мы вышли из дома.

- Не хочешь вернуться в универ? - спросил я.

- Не, там скучно, - Сëмка зевнул.

- А работа? Есть что-то на примете?

Я глупо подумал, что могу попросить Серëгу взять к себе моего парня.

- Буду тренером по щенячьей йоге. Или смотрителем острова в Тихом океане. Или дегустатором пива. Или пойду чесать енотов в анти-кафе.

- То есть - нет?

- Сегодня - нет, а завтра я заработаю на водяной матрас с рыбками-хамелеонами внутри.

- Хочешь водяной матрас?

- Да не.

Сëмка сунул руки в карманы и нахохлился.

Везде умопомрачительно пахло чем-то сладко-цветущим. Сëмка назвал этот запах "кошмар аллергика".

Вокруг луны висело облако, похожее на призрака. Мы решили, что это лизун и он хочет проглотить луну, но ничего не выйдет.

Мне начало казаться, что мы просто гуляем, как все парочки. Очень захотелось прижать Сëмку к себе, уткнуться носом ему шею, зашептать на ухо какую-нибудь романтичную ерунду.

Тем более, и улица была в полном нашем распоряжении - пустая и гулкая.

Мы обогнули круглую многоэтажку. Сëмка остановился у чёрной вывески с белыми ножницами и бородатыми лицами.

- Нам сюда зачем? - я насторожился.

- Кое-что забрать. Своё типа.

Сплошные полоски жалюзей плотно прикрывали тёмные окна. По всему было видно - закрыто.

- Обязательно ночью? - я занервничал.

- Очень обязательно.

Сёмка направился к следующей двери, я тащился за ним и отчаянно паниковал.

- Хочешь грабануть барбер?! - я догнал и схватил его за плечо. - За такое можно уехать далеко и надолго! Оба присядем!!

Я уже представлял, как к моей заднице подбирается бугай с наколками-куполами на мясистой груди. Но я-то ладно, живым не дамся.

А Сëмка? Он сообразительный, но в таких условиях всякий растеряется.

- Мне впадлу искать работу, вот и решил на дармовую пожить. Сколько можно пахать, ммм?

Сëмкин подбородок дёрнулся.

- Я тебя никуда не пущу! - я стиснул его руку.

Даже если Сëмка будет орать, сопротивляться и кусаться, я сильнее. И пусть кто-то вызовет ментов и нас увезут в отделение. Главное, отсюда подальше.

Сëмка прищурился и насмешливо уставился мне в лицо.

- Сделаешь потом так же.

- Сделаю - что? - не понял я.

- Ну вот так: сграбастаешь меня, типа полицай задерживает опасного преступника. И скажешь толстым голосом: не пущу.

Я не нашёлся что ответить.

- У меня привстал, - Сëмка отцепил мою ладонь, положил себе на ширинку.

От всей абсурдности ситуации я растерялся. Сëмка ловко вывернулся, нажал на звонок.

- Ты куда? Эй! Опять наёбываешь?!

- Ты сам себя наёбываешь, - возразил Сëмка. - Я типа хочу поскорее тут закончить и пойти кончить по-человечески. Тебе в рот.

- Где закончить? Я думал, ты барбер вскрыть хочешь!

- Не вскрыть, а открыть, - Сëмка опять утопил звонок в стене. - Всё прилично и в рамках закона.

- А здесь-то чего... - начал было я.

Дверь распахнулась. В тёмном проёме появился человечек ростом нам обоим по грудь.

Гном.

- Трезвонишь как к обедне! - потирая сонные глаза, заворчал человечек.

- Я по-шурику, - Сëмка выставил ладонь вперёд, сложил пригоршней.

Человечек порылся в карманах форменных брюк с лампасами.

- Не шалите, - он смерил меня оценивающим взглядом и передал Сëмке ключи.

- Дома пошалим.

Сëмка подмигнул, развернулся и устремился назад.

- Это вообще кто?

Сëмка ковырялся в замке, а я искоса наблюдал за ним и одновременно стоял на шухере.

- Коллега бывший. Вместе в мини-баре работали.

- В мини-баре?

- Ну такой бар, где коктейли мешают и подают карлики. Тарас типа актёр, домового играл в фильме про Бабу-Ягу. И злыдня ещё.

- Кого?

- Мелкий гад такой, под половицей живёт, еду тырит. Может, дашь ему когда-нибудь главную роль.

Сëмка наконец победил: пружина щёлкнула, замок поддался.

Мы просочились в коридор, миновали диван и стойку администратора.

В зале царил загадочный полумрак. Наши тени отражались в зеркалах чëрными пятнами.

Стулья и столы по стенам напоминали таинственных зверей. Я подумал, что неплохо бы включить нечто подобное в будущий фильм. Вплести какой-нибудь призрачно-загробный лес. Или параллельную реальность...

- Руки вверх!

Я вздрогнул и шарахнулся назад.

- Сëм!

В моём воображении Сëмку уже вязали и заковывали в наручники.

- Не бойся, коршун! Это я!

Сëмка завозился в углу между кулером и пластиковым столиком на колёсах.

Я посветил телефоном и увидел клетку. Бледно-зелёный попугайчик перепорхнул с жердочки на качели.

- Волнистый?

- Волнистый и учёный! Герань словов знает больше, чем мы с тобой!

Сëмка попытался снять клетку с подставки, но ничего не вышло.

- Так ты за ним пришёл?

- Ну а за кем?! Я своих не бросаю. Он тут мучается. Его выпускают, он зажучится вон в том углу и сидит. Когда я был, у меня на плече сидел. Или на голове. Балаболил не затыкаясь. Всем пофиг на него, окно нараспашку открывают, он улетит рано или поздно, а на воле пропадёт. Неприспособленный. Его хозяйка принесла, типа детям её надоел, - Сëмка опять взялся за клетку.

Я бросился помогать.

- Так, может, она бы сама его отдала? - предположил я.

- Мне она и молока из-под козла не отдаст.

Клетка поддалась и оторвалась от подставки, Сëмка вручил её мне.

- А если она в полицию заяву напишет? - я опять заволновался.

- Не напишет! - убежденно заявил Сëмка. - Если и напишет, ищи меня свищи, как ветра в погребе.

Он закинул ножку-подставку на плечо, как дровосек топор.

- Не боись, Герань, скоро дома будем. Ратка дотащит тебя в лучшем виде. Как императора.

Я боялся, что на выходе нас уже ждут машины с мигалками и копы со стволами и громкоговорителями. И нам придётся поднимать руки, падать на землю и сдавать оружие. То есть попугая.

Мы вынесли клетку с Геранем. Сëмка рванул закрывать и отдать ключи, я изображал человека, который просто-напросто выгуливает попугая.

И только попробовал бы мне кто-то что-то предъявить.

- Почему его так странно зовут?

Весь обратный путь мы почти бежали.

- Он зелёный и сожрал всю герань в горшках на окнах. У хозяйки его Кешей звали. Но какой он Кеша, если Герань?! Я его назвал, и он сразу подхватил - понравилось типа. Я попугаекрëстный! - гордо заключил Сëмка.

- А я кто? - отдуваясь и стараясь не трясти, я поднял клетку повыше.

Пусть Сëмка не считает меня своим парнем, но я-то его считаю. И попугая помогал спасать от чистого сердца.

- Ты - попугаячий дядюшка, - определил Сëмка и пропустил меня в подъезд.

***

Герань сидел на люстре и талдычил: чëрт, чëрт, чëрт, лысый чëрт.

Мы валялись на кровати голова к голове и следили, как попугай постепенно обживается на новом месте.

- Это он про нас, - усмехнулся я.

- У него апробация. Привыкает.

- Адаптация? - переспросил я.

- И адаптация тоже! - согласился Сëмка.

Он набрал воздуха и принялся дуть мне в затылок.

Стало щекотно, я перекатился к Сëмке лицом, пощупал его уши и кожу на макушке и над висками. У нас тоже была адаптация и апробация.

Друг к другу.

- Вшам не разгуляться, - заметил я.

- В нашем блоке у всех были воши, - край века у Сëмки завибрировал, но он продолжал улыбаться.

- В каком блоке?

- В доме одиночных детей.

- Одиночных детей?

- Ну которые настолько самостоятельные от одиночности и одиночные от самостоятельности, что посерели и стали прозрачными. Разъединились с миром типа.

Сердце скакануло к горлу, я перестал дышать.

- А... Ты тоже? - выдавил я. -Разъединился?

- Не, я мирный. Очень типа заземлённый.

Некоторое время мы молча смотрели друг на друга.

- Ты... долго там жил? - я сглотнул.

- Не знаю. Не очень. Пару лет. Четыре месяца. Восемнадцать дней. Десять часов. И... минут тридцать девять.

Сëмка зачмокал и засвистел Гераню.

Я сосредоточенно думал и ничего больше не спрашивал. На сегодня хватит.

Наступила моя очередь.

- Я переспал с девушкой брата, хотя она мне даже не нравилась. Мне вообще никогда не нравились девушки. С тех пор мы с Серёгой не можем нормально общаться. У меня... У меня как будто больше нет брата. То есть он есть, но это даже хуже, чем нет, - выпалил я.

Сëмка покосился на меня и ухмыльнулся.

- Скорее есть, - он облокотился мне на плечо, подпёр подбородок кулаками. Без волос, лукаво покусывающий нижнюю губу Сëмка напоминал кота-сфинкса. - Твоему брату повезло - ты типа подставился. Устроил проверку на паршивость.

- Мне бы не понравилась такая проверка, - я вздохнул.

- Я бы и не стал трахаться с твоим братом, - хмыкнул Сëмка. - Хотя... У него большой?

Я зарядил в него подушкой. Сëмка увернулся и заржал. Я впечатал его в матрас, сжал запястья, наклонился к лицу.

Чëрт, чëрт, чëрт, лысый чëрт, тараторил над нами Герань.