Глава 37 Дождалась
Каждый день был похож на предыдущий. Какой-то день сурка! Поздний завтрак, можно сказать уже обед, отработка изученного, подготовка к занятию, само занятие и возвращение домой. Это самое угнетающее! Стены давили своей мощью, сокращая поступление воздуха в лёгкие, сердце глухо билось, раздаваясь эхом по огромной квартире. Пустой квартире без него. Каждый вечер Юна зарывалась в его одежду, которую вынимала из гардеробной и раскладывала на кровати. Девушка долго не могла уснуть, ворочаясь в постели и вдыхая любимый аромат. Она обещала держаться. Нет, она не нарушит свое обещание! По крайней мере, она очень старалась.
Заходя в гардеробную девушка обессиленно опустилась на пол, прислоняясь к двери и вдыхая такой красивый, родной и необходимый аромат айдола. Прикрыв глаза Кан пыталась восстановить сбившееся дыхание, дыша как можно ровнее. Еще одна ночь без его горячих объятий, и он вернётся. Надо потерпеть! Но чувства вырывались наружу и девушка залилась слезами. Горячие капли падали на тёмный пол комнаты, блестя словно бриллианты в свете ламп. Юна судорожно сняла свою одежду и бросила на пол. Подползя на коленях к стойке с одеждой айдола, она сорвала первую попавшуюся вещь, не разобрав сквозь пену слез, что именно она достала. Сделав несколько глубоких вдохов с лонгсливом возле лица, девушка без раздумий надела его. Поднимаясь на ноги, Кан прошлась влажными ладошками по остальной одежде на вешалках, часть из которых упала на пол. Устала, как она устала без него! Нет сил на то, чтобы навести порядок в гардеробной, поэтому Кан на трясущимися ногах направилась к кровати, где упала прямо поверх одеяла. Провал. Она уснула моментально.
Осеннее ранее утро встретило группу темнотой и туманом. Солнце еще не взошло над Сеулом, а они спешили по пустым улицам, каждый думая о своем. Юнги мечтал застать Юну еще в постели и улечься под бок, наслаждаясь теплотой девичьего тела. Тэхен думал лишь о звонке Китти и ее изумрудных глазах, в которых он был готов тонуть вечно. Чимин и Чонгук дремали, прижавшись друг к другу. Хоби задумчиво смотрел в окно, потирая сонное лицо и строя планы на сегодняшний вечер. Джин мечтал о горячей ванне, бокале вина и хорошем сне. И лишь у Намджуна их возвращение вызывало противоречивые чувства. Он безумно хотел вновь увидеть Ан Мину, но вот повод для встречи вызывал мандраж. Его бросало то в жар, то в холод лишь от одной мысли, что он станет вестником дурных новостей. В том, что вести будут не по душе Мине, Ким был уверен на сто процентов. Судя по ее отзывам о «женихе», Ан Мина испытывала к нему если не влюбленность, то симпатию однозначно. Намджун откровенно боялся. Боялся причинить боль, боялся разрушить хрупкое взаимопонимание между ними, боялся не увидеть ее больше никогда.
— В общежитие? — уточнил водитель оборачиваясь к мемберам на светофоре. Улицы были пусты, ранние пташки Сеула еще не отправились на работу, лишь просыпаясь и выбираясь из теплых постелей.
— Можно мне на следующем перекрестке? — крутя головой в разные стороны и пытаясь понять, где находится, спросил Нам.
— Куда ты в такую рань? Она еще спит, — потирая переносицу, тяжело выдохнул Юнги. Глаза нещадно слипались, но он боролся с самим собой, мечтая увидеть своего маленького мышонка.
— Да, ты прав, еще слишком рано, — бормотал Намджун, продолжая крутиться на месте и рассматривать утренний город через окно. Через пару кварталов он все-таки не выдержал и выскочил наружу, махнув друзья на прощание.
— Куда он? — приоткрыл один глаз Чимин, услышав шум.
— Думаю, к Ан Мине, — оборачиваясь на оставшегося стоять посреди тротуара Кима, нахмурился Юнги.
— Так рано? — удивленно приподнял брови Чимин. Его сонное лицо было невероятно милым с приподнятыми бровями и взлохмаченными волосами.
— Спи давай, — улыбнулся Юнги, подталкивая Пака к плечу Чонгука, на котором он до этого мирно дремал.
— Хён, встретимся вечером? — устраиваясь поудобнее, тихо спросил Чимин.
— Давай позже решим, — неуверенно отозвался Юнги.
Какое-то непонятное внутреннее волнение не давало ему покоя с момента приземления на корейскую землю. Вчерашний вечерний разговор с Юной был вполне обычным. Юнги, конечно, заметил ее нервозность и усталость даже через видео звонок, но сказать что ей было плохо... Вовремя перелета он отключился, лишь только голова коснулась кресла, зато сейчас. В груди что-то клокотало и подрагивало, сердце учащенно билось о грудную клетку, но Мин не мог понять причину.
Солнце еще не взошло, поэтому Мин передвигался на цыпочках по тихой квартире, боясь разбудить своего мышонка. В спальне темнота. Юнги прошел наощупь в ванную комнату, разделся и встал под душ. Тёплые струи воды смыли усталость от перелёта. Сейчас он заберётся под одеяло, обнимет свою любимую девочку и уснёт, уткнувшись в ее макушку. Обмотав бедра полотенцем и открыв дверь, Юнги застыл на месте. Солнце уже бросило первые лучи, озаряя комнату тусклым светом сквозь туман, а на кровати лежало его любимое чудо.
Она спала прямо поверх одеяла в одном его лонгсливе, под которым ни чего не было. Шуга засмотрелся на худенькие длинные ножки, тонкие пальчики и стройную фигурку, которая присматривалась через объёмную одежду. Переведя взгляд на личико, Мин заметил припухшие глаза и нос. Плакала. Он быстро зашел в гардеробную и обалдел. Что здесь произошло? Почему часть его одежды на полу? Юнги начал развешивать одежду по местам, заметив джинсы и толстовку Юны на полу. Она даже не дошла до ванной комнаты! Ей было плохо? Мысли роились в голове айдола, обгоняя одна другую. Как вдруг тонкие пальчики коснулись его обнажённых плеч. Мин вздрогнул от неожиданности. А девичьи руки обвили талию молодого человека. Шуга боялся пошевелиться, не спугнув своего мышонка. Такого он ни как не ожидал. Тёплые губы девушки оставили легкий поцелуй вначале на его правой лопатке, а потом на левой. Мин напрягся, мурашки носились как стадо диких лошадей, поднимая мелкие волоски по всему телу.
— Мышонок, — простонал Юнги, чувствуя прикосновение девичей груди к своей спине через тонкую ткань одежды. — Я... Ты... Плакала? — мысли сбились в голове в один сумасшедший ком, не давая нормально сформулировать вопрос. А горячие поцелуи обжигали кожу, отдаваясь волнами возбуждения. — Малыш... — хрипло простонал айдол, облизывая губы. — Я... Ты... Не... Готова... — задыхаясь от каждого поцелуя, пытался выговорить одно предложение. Юна остановилась, а Мин почувствовал холод на разгоряченной коже без ее соблазнительных губ.
— Юнги~я, я больше не могу без тебя! — прошептала Кан, опять возвращаясь к поцелуями. — Я... — после паузы продолжила девушка. — Готова, — обходя ошарашенного парня, девушка без стеснения посмотрела прямо в глаза напротив. Пол шага и она припала своими сладкими губами к его. Пальчики скользили по обнаженному торсу айдола, разрывая его от дикого желания. Мин захватил инициативу в поцелуе, проникая языком в ротик мышонка, притягивая ее еще ближе, практически вдавливая в свое тело. Юна обвила мускулистую шею парня, поднимаясь на носочки. Сердца обоих набирали бешеный ритм, отдаваясь в висках. Мин чуть наклонился вперёд, подхватывая бедра Кан, а она обвила его талию своими тонкими ножками. Поцелуй не прерывается ни на секунду. Юнги направился к кровати. Бережно опустив девушку на мягкий матрас, айдол навис сверху, наконец оторвавшись от таких желанных губ.
— Мышонок, — еле шевеля губами прошептал Юнги. — Ты уверена? Боюсь, потом я не смогу остановиться, — блуждал взглядом по раскрасневшемуся личику девушки. Щечки порозовели, губки припухли от поцелуев, глаза полуприкрыты. Такая красивая, такая желанная, такая его. Только его!
Вместо ответа на свой вопрос он получил сладкий поцелуй. Она сама, сама его поцеловала! Это не просто детский чмок, как в прошлый раз в больнице. Это самый настоящий взрослый поцелуй, ее тёплый язычок коснулся его, от чего Юнги пробило словно током. Такого нападения в столь ранний час он никак не ожидал, но от этого действия не менее приятны. Голова шла кругом, путая мысли окончательно. Бешеный ритм пульса буквально заглушал все звуки вокруг, кроме частого девичьего дыхания. Мин впился в девичьи сладкие губы, блуждая длинными пальцами по желаемому телу любимой.
«Неужели это происходит на самом деле?» — последняя мысль сорвалась с утеса безграничного желания раствориться в любимой. Губы Юнги сместились на шею и ключицы Кан, оставляя розовые цветы, от чего хрупкое тело девушки выгибалось, требуя большего.
Юна не могла молчать. Столь долгое отсутствие любимого человека, человека, чей запах сводил с ума, чье присутствие гарантировало спокойствие, давало о себе знать. Через каждый пару секунд Кан произносила имя любимого снова и снова, словно не верила ни своим глазам, ни своим ощущениям. Она цеплялась пальцами за его напряженные мышцы, стараясь приблизить как можно сильнее. Хотя куда уж ближе? Юнги и так буквально втирался в девичье тело, осыпая открытые участки кожи огненными поцелуями. Он медленно поднял края ее футболки, отбрасывая ее в сторону. Юна, закусив нижнюю губу, теряла последнюю волю, полностью растворяясь под его горячими губами. Она вздрогнула, ощутив прохладу на оголенной коже, но как только Юнги в очередной раз оставил россыпь поцелуев, откинулась на спину, прикрывая глаза от новых ощущений. Так хорошо ей еще никогда не было. Стон вырвался сам собой, от чего Юна удивленно распахнула глаза. Она никак не ожидала от себя таких звуков. Юнги усмехнувшись продолжил свое дело, понимая, что выбрал правильное направление.
— Я люблю тебя, девочка моя! — собирая непрошеные слезинки с зардевшихся девичьих щек, прошептал Юнги. Он старался быть предельно осторожным и причинить как можно меньше боли. — Мышонок, прости! — притянул ее к своей груди и обнял.
— Юнги~я, я люблю тебя! — протянула руки к мужской груди, укладывая растрёпанную макушку на его плечо попутно целуя его оголенную грудь. — Я в порядке, — тихо ответила Юна, прижимаясь еще ближе. Казалось бы куда ещё-то ближе? — Спасибо. Я так сильно соскучилась... Я не могла больше ждать, — оправдывалась Кан. — Каждый день был похож один на другой. Просыпалась без тебя, готовила без тебя, ела без тебя, все делала без тебя. Я не могла уснуть без тебя. Но ты вернулся... Я продержалась, — облегченное выдохнула девушка.
— Да, ты молодец, — гладя обнаженное влажное тело любимой, ответил Мин. — Дождалась! Умница моя! Люблю тебя, мышонок мой! Ты теперь полностью моя! — целуя, опухшие и искусанные губки Юны, зарылся носом в ее волосы. — Только моя! — укрывая обнажённые тела сбившимся в ноги одеялом, утверждал Юнги. — Давай поспим немного.