Глава 9 признание
После — было только дыхание.
Никаких звуков извне, никаких голосов, ни шагов охраны. Камера словно замерла. Мир за стенами исчез, оставив только их двоих в этом маленьком пространстве, наполненном тишиной и телом.
Минхо лежал на спине, глаза его были полуприкрыты, рука обвивала тонкие плечи Хана, прижимая к себе. Он не хотел отпускать — не сейчас. Хан лежал рядом, уткнувшись носом в его ключицу, и его пальцы медленно рисовали невидимые узоры по груди, по животу, по коже, которая ещё хранила остаточное тепло их прикосновений.
Никто не говорил. Не потому что нечего было сказать, а потому что тишина между ними уже стала частью чего-то большего.
— Ты в порядке? — негромко спросил Минхо, голос его звучал немного хрипло, но мягко.
— Очень, — шепнул Хан, не отрываясь от его тела.
Пальцы продолжали движение. Поглаживали, чувствовали, будто пытались убедиться: он настоящий. Не сон, не фантазия, а живой, рядом, тёплый.
Минхо сглотнул, на секунду закрыл глаза. Что-то внутри него щёлкнуло — как будто больше не было смысла молчать.
— Я... — выдохнул он. — Чёрт... я тебя люблю, Хан.
Хан замер.
Пальцы остановились на середине живота. Минхо чуть напрягся, не услышав ответа, но не двинулся — только ждал. Он не умел говорить такие вещи. Никогда не говорил их. Никому.
— Серьёзно? — наконец, прошептал Хан, приподняв голову.
Минхо посмотрел ему в глаза. Его голос прозвучал ниже, спокойнее:
— Я не знаю, как это говорить красиво. Но да. Я тебя люблю. Не с самого начала, может. Но сейчас — сильно. Целиком. Без остатка. Просто... люблю.
Хан смотрел на него, а потом внезапно улыбнулся — так искренне, так по-настоящему, что у Минхо чуть щемануло сердце.
— Знаешь... — Хан коснулся его лица, провёл по скуле большим пальцем. — Я, наверное, боялся сказать это первым. Но... я тоже тебя люблю.
Минхо выдохнул, будто сбросил с плеч невидимый груз.
— Правда?
— А ты думаешь, я каждый день пускаю кого-то так близко? — Хан тихо засмеялся, снова прижался щекой к его груди. — Нет. Никогда. И не собирался. Пока не встретил тебя.
Минхо обнял его крепче. Рука легла на затылок, пальцы запутались в волосах.
— Значит, мы оба попались.
— Хуже, — усмехнулся Хан. — Мы оба теперь не хотим уходить.
Он провёл рукой по груди Минхо, теперь медленнее, уже не рисуя узоры, а просто чувствуя. Минхо смотрел в потолок, и на его лице было выражение, которое раньше мог видеть только сам в себе — что-то между облегчением и испугом.
— А знаешь, — сказал он, — мне уже всё равно, где мы. Хоть здесь. Лишь бы ты рядом.
— Мне тоже, — ответил Хан. — Главное — не проснуться.
— Тогда не засыпай. Останься со мной.
— Навсегда?
— Навсегда, — повторил Минхо. — Если ты захочешь.
Хан поднялся чуть выше, чтобы дотянуться до его губ, и поцеловал его — нежно, тихо, без спешки. Всё, что надо было сказать — уже сказано.
Теперь между ними была не только близость. Была любовь. Простая, теплая, такая, что согревает даже за железными дверями и решётками.
И в этой тишине, наконец, стало по-настоящему спокойно.
————————————————————
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️