Глава: 33 [Кикдаский океан]
(╯°□°)╯︵ ┻━┻
___________________________________________
— Хэй, что-то случилось? Выглядишь, мягко говоря, не очень, — слегка обеспокоенно поинтересовалась рыжеволосая девушка, смотря на свою подругу.
— Да забей, просто устала от этой стажировки, — Каори натянула себе на лицо безмятежную улыбку, хлопая по плечу Кендо.
Однако в своей слегка дрожащей руке, Аи крепко сжимала свой телефон, на котором было отображено:
«Контакт "Масаши" отклонил аудиозвонок(7)»
Каори стиснула челюсть, немного скрипя зубами.
— Почему ты не отвечаешь?... —
***
— Рда мда со эёзда? («Что это за место?»), — Ю взглянул на Масаши, выражая полное безразличие.
— Дёпл ыё таяшыа мда йыдёхёзафодъ («Тебя не должно это интересовать»), — слегка грубовато ответил Гото, но после вздохнул, понимая сказанные собой слова — Мда эёзда – чхоыйяйцё фзёда, рда л бёхёшйя, рёэ л шйфю й рёэ пютю шйдъ тояъжё. Мда ыё лфялёдзл роздъу эайч збазапыаздёи, мда... Батохаг ад гаё-гака. Ф рёздъ азапака зяюрол («Это место – хранилище всего, что я пережил, чем я живу и чем буду жить дальше. Это не является частью моих способностей, это... Подарок от кое-кого. В честь особого случая»), — Масаши не стал вдаваться в подробности, явно не желая ворошить прошлое.
Хёк открыл рот, чтобы кое-что сказать, но парень в очках опередил его:
— Мда ыё тхлыыол тёфго («Это не дрянная девка»), — после он замолчал, дальше ступая по лестничному переплёту.
Оба Дайки переглянулись меж собой, пытаясь понять о ком идёт речь.
Вдруг Хёк вздрогнул и произнёс с неподдельным страхом:
— Ыёюшёяй мда?... («Неужели это?...»), — проклятие, неспособное чувствовать, ощутило дрожь.
— То («Да»), — буркнул парень с очками, делая очередной поворот по лестнице и не желая вдаваться в подробности.
Внезапно в голове пролетела давно сказанная фраза, источаящая надменность и веселье:
— Так жалок и беспомощен... То что нужно... —
Гото остановился и скривился, чувствуя как мурашки пробежали по его коже от ностальгии и лёгкого испуга с отвращением.
После Масаши замолчал и спокойно продолжал свой путь, не издавая лишних звуков. Ю и Хёк также ничего не говорили, скованно ступая за спокойно идущим зелёноволосым парнишей.
В воздухе летали различные предметы, словно находясь в невесомости. Копьё из древней Греции, какой-то обычный персиковый пирог или браслет, сделанный и подаренный самими пришельцами. И среди всего этого больше всего внимания привлекали старые листы бумаги, создающие ощущения того, что их вырвали из очень древних книг.
Ю поймал один из листков, начиная читать содержимое. Хёк же стукнул его по плечу, говоря взглядом "Не трогай ничего". Мальчик с кричащим голубым оттенком волос никак не отреагировал на действия своего брата, продолжая читать. Достаточно проанализировав лист, он произнёс:
— ... Мба хёщёбд аяотюжёг («...Это рецепт оладушек»), — если бы проклятия могли чувствовать намного лучше, то голос Ю звучал бы очень разочаровано и озадаченно.
— Зёхъесыа? («Серьёзно?»), — Хёк тоже ожидал большего от этого листа, который мог развалиться от любого грубого прикосновения.
Гото хмыкнул.
— Ыйгда, гхаэё эёыл, ыё збазапёы бхарйдодъ ыоздалцйи дёгзд йс тхёфыйч гыйк. Сопняй? («Никто, кроме меня, не способен прочитать настоящий текст из древних книг. Забыли?»), — произнёс Масаши, как будто братья Дайки должны были знать это.
— Сыорйд, мда ыобйзоя дн? («Значит, это написал ты?»), — спокойно и робко поинтересовался Хёк.
На это сероглазый лишь кивнул, наконец-то, останавливаясь.
— Эн бхйжяй... Тфёхъ ф 513-юу фзёяыыюу («Мы пришли.. Дверь в 315-ую вселенную»), — произнёс старший, готовый уже открыть дверь, но после опомнился, вздыхая — Фн шё бхагялдъл, о эехдфни тхогаы ыо тыё Гйгтозгака агёоыа зфлйцёыыни... Зёгюытаргю («Вы же проклятья, а мёртвый дракон на дне Кикдаского океана священный... Секундочку»), — Очкарик щёлкнул.
Из неописуемого огромного количества предметов в воздухе начали стремительно пробираться три предмета, расталкивая остальные. Эти вещи настолько ярко светились, что было невозможно даже понять их размер.
И вот, резко и неожиданно, перед братьями Дайки появилось три браслета, помеченные печатью: фиолетовый со звездой, красный с солнцем и бежевый с пером.
Один из Дайки хотел уже задать вопрос, но Гото его опередил:
— Мдй пхозяёдн бхйдюбялуд фыёжыйё мввёгдн, зфлсоыынё за зфлцёыынэй зйяоэй. Ф щёяаэ, аый збазапын бхахяшйдъ чадъ 0005 яёд, ыа ёзяй юрёздъ да, рда эн пютёэ фахажйдъ эехдфюу дюжю зфлуёыыака тхогачо, да, ыатёузъ, йч чфодйд чадл пн ыо 3 розо («Эти браслеты притупляют внешние эффекты, связанные со священными силами. В целом, они способны прослужить хоть 5000 лет, но если учесть то, что мы будем ворошить мёртвую тушу священного дракона, то, надеюсь, их хватит хотя бы на 3 часа»), — пояснил парень, протягивая им браслеты.
Проклятия осторожно взяли браслеты: Ю предпочёл фиолетовое со звездой, а Хёк бежевое с пером.
Сероглазый крепко сжал красный браслет, начиная покрывать его защитным барьером.
— Сорёэ дёпё дхёдйи пхозяёд? («Зачем тебе третий браслет?»), — проклятье с синими волосами прервало тишину.
— Мда тял Ка («Это для Го»), — спокойно произнёс Гото, но в его глазах мелькнуло то, что было похоже на беспокойство.
Масаши запихнул браслет во внутренний карман пальто и крепко обхватил рукой ручку двери, ведущую в 315-ую вселенную. Вселенную с одним из самых больших существующих океанов на всё свете — Кикдаский океан. Братья Дайки моментально надели браслеты, показав свою полную готовность к столь опасному и волнительному приключению.
Гото открыл дверь и все они прыгнули в пространство, скрывающееся за дверью. Сначала было темно настолько, словно попали в то время, когда света ещё не существовало. Затем раздался кричащий яркий свет, заставляющий прикрыть глаза на пару мгновений. И только после всего этого перед ним показался огромный океан, неимеющий ни конца ни края.
— ... Эозожй («...Масаши»), — Ю позвал названного парня.
— Рда? («Что?»), — отозвался названый.
—— Л бяофодъ ыё юэёу («Я плавать не умею»), («Я плавать не умею»), — произнёс Ю.
—— Л дашё ыё юэёу («Я тоже не умею»), («Я тоже не умею»), — добавил Хёк.
—— ...О хоыъжё згосадъ ыёяъсл пняа? («...А раньше сказать нельзя было?»), («... А раньше сказать нельзя было?») — устало сказал Гото, говоря с оттенком негодованием.
***
— ХВАТИТ РЖАТЬ, ТУПОГОЛОВЫЙ СТОЛБ!!! — рявкнул со всей силы Бакуго.
За это Бест Джинс стукнул его по голове, продолжая невозмутимо расчёсывать волосы ученика геройского курса.
— Я? Смеюсь? Бред не гово-Пха! — Йошито намерено отвернулся, чтобы больше не лицезреть зализанного блондина, иначе он может упасть на пол от смеха.
Вдруг Кацуки хмыкнул, говоря со злорадством:
— У меня хотя бы не крашеные волосы, — блондин смотрел на Ито со злобной ухмылкой, тыча пальцем в чёрные волосы ученика общего курса.
— .... Лучше иметь крашеные волосы, чем напоминать глобус, — Йоши скрестил руки на груди, показывая своё превосходство.
Бакуго хотел уже подняться и вмазать бывшему блондину, но герой №3 не позволил этому случиться, обвязывая Кацуки и спокойно расчёсывая зализанные волосы студента.
— Кья-я-я~! Йошито-кун, ты лучший! — Кеки начала вертеться вокруг вышеуказанного парня.
Ито с напряжением и раздражением взглотнул, мысленно отмечая:
— ...Бесит... Да и Масайчик не отвечает... Чёрт, что-то уже случилось? —
***
— Дёбёхъ ыахэояъыа? («Теперь нормально?»), — поинтересовался Масаши, чувствуя как руки проклятий крепко обхватывают его туловище со спины.
— Око («Ага»), — одновременно подтвердили братья Дайки.
Вокруг головы очкарика был вакуум из воздуха, напоминающий шлем акваланга. На головах двух оставшихся было тоже самое. Это позволяло дышать и разговаривать под водой, о чём Гото немного пожалел.
— Оэёхйго («Америка»), — сказал Ю.
— Охгдйго («Арктика»), — следом заявил Хёк.
—Оыдохгдйто («Антарктида»), — Ю.
—Офздхояйл («Австралия»), — Хёк.
—...Лпяарыни збоз («... Яблочный спас»), — Ю.
— Ыёяъсл. Эн кофахйэ кёакховйрёзгйё апьёгдн («Нельзя. Мы говорим географические объекты»), — напомнил Хёк.
—Чэ-э-э... Лбаыйл («Хм-м-м... Япония»), — исправился Ю.
— ...Лпяарыни збоз («... Яблочный спас»), — Хёк.
— Дог ыё хопадоёд («Так не работает»), — пригрозил Ю.
— Эыё эашыа («Мне можно»), — Хёк.
— Мда ёце барёэю? («Это ещё почему?»), — Ю.
—Л здохжё («Я старше»), — Хёк.
— Дн здохжё фзёка-ыофзёка ыо 7000,0 зёгюыт («Ты старше всего-навсего на 0,0007 секунд»), — Ю.
— Фаапцё-да ыо 8000,0 («Вообще-то на 0,0008»), — Хёк.
— Гогол хосыйщо? («Какая разница?»), — Ю.
— Хосыйщо ф 1000,0 зёгюытю («Разница в 0,0001 секунду»), — Хёк.
— Фа йэл эаёи збйын, со гадахюу фн тёхшйдёзъ эёхдфаи чфодгаи, бфожю, соэаярйдё юшё («Во имя моей спины, за которую вы держитесь мёртвой хваткой, прошу, замолчите уже»), — волчливо прошептал Гото, продолжая плыть ко дну.
— ...Яотыа («…Ладно»), — одновременно согласились братья Дайки.
Масаши продолжал молча плыть ко дну, приходясь пользоваться максимальным минимумом своих сил: если будет использовать слишком много магии, то во-первых – жители этой вселенной заметит их присутствие и им несдобровать, во-вторых — Милиса могла их заметить, а в-третьих – из-за всплеска магии браслеты могут сломаться, следовательно, Ю и Хёк умрут. Насчёт Го было трудно определить: он тоже мог умереть от этого, но находился слишком далеко. Однако Го мог умереть из-за того, что мёртвый священный дракон медленно пожирал его изнутри аурой и поэтому, даже самый слабый и отдалённый всплеск магии, мог убить его.
Вдруг Гото замер, смотря перед собой: там, внизу, виднелся небольшой лучик света среди всей тьмы глубины, создавая ощущение последней и угасающей надежды.
— ... Нашёл, — он пробормотал это с убеждённостью и настороженностью.
Масаши начал плыть быстрее, желая как можно скорее достать оттуда своего товарища, который прямо сейчас страдал от адской боли из-за священного дракона. Однако бесплатный сыр есть только в мышеловке. Гото на секунду потерял бдительность и за эту секунды копьё, острое и напоминающая гарпун, проткнуло ногу зелёноволосого парня.
Он вскрикнул и из-за этого вакуум воздуха, оберегающий его от воды и обеспечивающий ему воздух, лопнул, позволяя солёной воде моментально залиться в ноздри и рот. Масаши вынужденно заткнул рот и моментально сжал нос, чтобы окончательно не захлебнуться.
— Χτύπα! Έμειναν δύο! («Попадание! Осталось двое!»), — голос, напоминающий скрежет металла и грохот грома, яростным и бешеным эхом раздался где-то слева от них.
Это были жители этой вселенной – подводные люди. Те люди, у которых кожа сморщилась от долгого и принудительного нахождения под водой, без возможности выйти наружу. Те, у которых кости выпирали из-под тонкой и бледной кожи. Те, которые лишались своей человеческой внешности, имея на хрупком позвоночнике плавник, на дряблых руках чешую и ласты на тонких ногах. Вот они – настоящие русалки. Русалки, заставляющие содрогаться от их внешнего вида и желания разорвать любого на части для того, чтобы почувствовать тёплую и сладкую кровь, которая больше не течёт в жилах подводных людей. Но больше всего в них пугала желание поклоняться мёртвому священному существу. Поклоняться мёртвому священному дракону.
Рана на ноге Масаши начала стремительно гнить и смердеть от яда, который покрывал острый наконечник копья. Очкарик начал осторожно, но уверенно и достаточно быстро, доставать из своей ноги оружие, чувствуя невыносимую боль.
— Чёрт. Это было опасно. Попали бы чуть ближе к сердцу и всё. Жизнь закончилась, — негодовал сероглазый парень в мыслях, ощущая удушье от невозможности дышать.
Он сжал зубы до предела, рывком вырывая из себя отравленное оружие.
— Не об этом сейчас думать надо. Нужно защитить Ю и Хёка, а после... После... Агх! Дышать не могу, не сосредоточиться! — Гото сжал горло рукой, чувствуя адское напряжение в теле и неспособность контролировать себя из-за яда и пульсирующей гниющей раны.
Масаши попытался снова создать вакуум, но он не мог этой сделать из-за гнетущей ситуации.
— Μια βολή! («Выстрел!»), — снова раздался животный голос рулалки, за которым последовало очередное ядовитое копьё.
Очкарик, услышав звук выстрела, постарался отплыть от холодного и ядовитого оружия как можно дальше. Он ели как уклонился, но копьё, желавшее его убить, всё же задело его живот, оставляя довольно глубокую рану.
Парень жаждал кричать от столь сильного и мучительного яда, очень чётко ощущая то, как яд начинает поражать его внутрение органы. Он перевёл взгляд назад, желая подать знак братьям Дайки, чтобы они попытались отплыть либо наверх либо подальше. Но стоило ему заметих двоих проклятий, то его тело замерло, почувствовав шок вместе с замешательством.
Копьё, которое задело сероглазого недавно, теперь было наполовину воткнуто в плечо Ю, а Хёк с неподдельной паникой пытался как можно осторожнее и быстрее достать оружие из плеча брата, но оно не доставалось, доставляя тупую боль проклятью с ярко-голубым оттенком волос. Браслеты на их запястьях начали потихоньку рассыпаться, так и не наравясь исчезнуть в любое мгновение. Русалки довольно оскалились, выставляя свои гнилые и чёрствые зубы на показ. Именно поэтому Масаши ненавидел эту вселенную: вселенную, в которой нет ни законов ни правил. Словно дикий и неизученный мир, оторванный от цивилизации. Что, кстати, так и было. Иерархия по силе и могуществу, поклонение тому, кто даже не являлся человеком. Люди, потерявшие не только свой внешний вид, но и человеческие ценности.
Это происходило и во многих других мирах, но 315-ая вселенная отличалась от всех них. И за это отличие парень с зелёным оттенком волос ненавидел этот мир: здесь, русалки, были предназначены только для одного...
— Σκοτώστε κάθε ξένο! («Убить каждого чужестранца!»), — одна из русалок своим тошнотворным голосом прокричала их единственное предназначение.
Убить того, кого видят впервые. Убить того, кто не является частью их рода. Убить и не задавать лишних вопросов. Вот почему Милиса отправила Дайки Го именно сюда.
Парень с серыми глазами снова взглянул на лучик света, который неуверенно мигал, создавая ощущение того, что этот огонёк находился на грани жизни и смерти. Го находился на грани. Ю находился на грани. Хёк находился на грани. Масаши находился на грани.
«Чтобы успокоиться надо глубоко дышать»
Но Масаши не мог дышать. Не мог успокоиться. Что он мог сделать, чтобы не стало ещё хуже? Чтобы все выжили? Чтобы его никто не заметил?
.
.
.
.
.
Ответ нашёл себя быстрее, чем ожидалось
.
.
.
.
.
Он медленно начал поворачиваться, наконец-то в состоянии создать вакуум из воздуха. Рана на ноге ужасно гнила, а рана на животе неприятно покалывала, позволяя ощутить в полной мере гниение тела и разложения трупа. Руки дрожали, но не от страха. Не от боли. Не от шока ситуации или тому подобного. Нет, это было более глубокое и сильное чувство. Чувство, которое было невозможно контролировать. Как минимум, не сейчас.
Глаза Масаши упали на русалок, которые пытались как можно быстрее зарядить ещё одно копьё, ели как держа его своими дряблыми и слабыми руками. Если так подумать, то люди считали русалок прекрасными, таких как Ариэль или русалка на дубе том. Русалки прекрасны? Они никогда таковыми не являлись. Что за идиот представлял их прекрасными и обворожительными? Это смешило, но смех не вырывался изо рта. Парень не контролировал свои мысли. Но ясно осознавал, что не пожалеет о своих действиях.
Хёк всё же смог достать копьё из плеча своего брата, но не тут-то было. Очередное оружие уже летело в его сторону, оставляя за собой след из мелких пузырьков. Проклятье с синим оттенком волос зажмурилось, уже готовясь принять удар на себя. Но этого не случилось. Гото смог успеть схватиться за острое лезвие копья, из-за чего его ладонь начала моментально гнить и адски болеть от проникающего яда. Он взглянул на русалок, которые до этого осмелились выстрелить в Хёка, в Ю и в самого парня.
Слева раненые братья, снизу медленно помирающий Го, а прямо впереди – русалки, жаждующие убить их всех. На лице Гото появилась лёгкая и гнусная ухмылка, которая не позволяла понять, что он замышлял. Его глаза приобрели пустоватый и зловещий оттенок. Масаши крепко сжал в руках ядовитое оружие, несмотря на гниющую от этого яда ладонь, открыл рот и прошептал ровным и чётким голосом, заставив русалок замереть от услышанного:
— Θα σας σκοτώσω όλους. («Я убью вас всех»), —
___________________________________________
Вот и сказочное конец, а кто слушал – молодец (✿◠‿◠)
НАШ МАЛЬЧИК
ᕦ(ò_óˇ)ᕤ
До скорых встреч, мои хорошие 🥰
Ps: возможно, встретимся в этом месяце~💞🤭
Написано:
02.05.25~12.05.25.
Опубликовано:
12.05.25.
2401 слово