Глава 36. Вина..
Се Лянь, дрожа от напряжения, открыл клетку и вытащил безжизненное тело Ши Циньсюаня. Хуа Чэн стоял в дверях, пристально следя за коридорами, готовый к любой опасности.
Ши Циньсюань очнулся не сразу. Когда его глаза, полные слез и неверия, сфокусировались на луже крови, а затем на лице Се Ляня, его охватил животный ужас.
Он не произнес ни слова. Он просто оттолкнул Се Ляня, его тело было поражено чистым, невыносимым горем. Не оглядываясь, не обращая внимания на свое обессиленное состояние, Ши Циньсюань выбежал из здания. Он бежал от крови, от мести, от предательства друга, которое разрушило его мир.
— Стой! — крикнул Се Лянь, пытаясь броситься за ним, но его тело, измотанное лихорадкой, гробом и недавней борьбой с Хуа Чэном, не слушалось. Он сделал всего несколько шагов и остановился, беспомощно глядя, как Ши Циньсюань исчезает в ночной темноте портового города.
— Гэгэ, не надо, — Хуа Чэн подошел к нему и властно, но осторожно взял его за руку. — Ты не догонишь его. Сейчас нам нужно уходить.
Они покинули место преступления быстро, двигаясь через тени и переулки. Здание Черновода, где час назад разыгралась трагедия, осталось позади, полное трупов и неизбывной боли.
Оказавшись в относительной безопасности на улицах, Се Лянь рухнул на колени. Он не плакал, но его тело дрожало.
— Я не смог спасти никого, — его голос был сломан. Он поднял глаза на Хуа Чэна, в них была чистая, самобичующая боль. — Это моя вина, Сань Лан. Я не смог сдержать обещание, я не смог вмешаться. Я должен был быть быстрее.
Он начал задыхаться, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить свое поражение.
— Я знал, что это ловушка, но я не смог ничего сделать. Я... я нарушил твое условие, Сань Лан, но даже это не помогло.
Хуа Чэн опустился перед ним на одно колено, чтобы их глаза были на одном уровне. Он не пытался отрицать ужас ситуации, но его взгляд был полон защиты.
— Нет, Гэгэ. Это моя вина, — твердо сказал Хуа Чэн. — Я знал, что такое Хэ Сюань. Я знал, каков его план. Я должен был остановить его до того, как ты увидел все это. Я подвел тебя.
Впервые Се Лянь увидел, как тяжело Хуа Чэну. Его обычно непроницаемое лицо было омрачено, он взял на себя вину за чужую месть.
— Не говори так, Сань Лан, — Се Лянь протянул руку и осторожно коснулся его щеки. — Не грусти. Пожалуйста. Я... я не хочу, чтобы ты грустил.
Хуа Чэн прикрыл его ладонь своей и прижался к ней щекой.
— Ты не должен извиняться за свою доброту, Гэгэ. Но ты должен понять, — Хуа Чэн поднял голову, и в его единственном глазу мелькнуло что-то жесткое и холодное. — Даже если бы ты не нарушил наше условие, даже если бы я позволил тебе бежать, ты бы не успел. И я не мог вмешаться, потому что это была его расплата.
Се Лянь замолчал, осознавая ужасающую правду. Хуа Чэн не мог вмешаться, потому что его лояльность и его обещание защиты не распространялись на врагов. И он не мог предать своего друга, Хэ Сюаня, в последний момент его многолетней мести.
Се Лянь медленно выдохнул. Вина немного отступила, уступая место горькому, холодному принятию.
— Ты прав, Сань Лан, — прошептал Се Лянь. — Я должен был понять, что не стоит лезть в это дело.
Хуа Чэн поднялся, взял Се Ляня на руки и крепко прижал к себе. Он не стал ждать, пока прибудет полиция. Он унес Се Ляня прочь из портового города, прочь от места, где его друзья лишились жизни, рассудка и чести. Они оставили этот кошмар позади, направляясь обратно в безопасность, которая теперь ощущалась как их общая тюрьма.
Заметки автора:
Не расстраивайтесь. Скоро будет поцелуй хуаляней! 😘