Часть 1. Глава 1-1
Пост: Святые vs QTG Финал Раунд 5 Нереальный килл от Лорда.avi
Спортивный комментатор в видео:
[Играющий за акароса (прим: класс ассасин в этой игре) Лорд смело врывается в тыл противника и добивает Морию! Ух ты, он даже выбрался оттуда живым!
[Остался один, и собирается принять такое решение? Хочется напрямую поинтересоваться: «Откуда в вас такая смелость, Лорд?». У него что, сердце из стали?]
[Я глазам своим не верю, такое идеальное по таймингу убийство. Давайте посмотрим повтор.]
[Посмотрите, как точно он поймал момент, когда Мория на секунду расслабилась и продвинулась вперёд. Лорд мгновенно сокращает дистанцию скиллом прыжка, избегает стана и идеальным расчётом урона добивает противника и уходит! Ах, игра прям как по учебнику ассасинов! Кажется, после этого матча больше людей станут выбирать акароса.]
[Кто вообще рискнёт на такую ходьбу по лезвию ножа в последнем раунде финала? Даже у меня сердце колотится, пока смотрю... Ох... Какой же красавчик.]
[Он сам будто игровой персонаж. Можно было бы просто показывать крупным планом одно лицо Лорда и рейтинги были бы выше, чем у любого из хайлайтов финала.]
[Ха-ха-ха, всё же так не пойдёт. Ведь и играет он всегда невероятно. У Святых появился ещё один шанс благодаря потрясающему выступлению Лорда...]
Текст поста
Охренеть килл тютелька в тютельку...В этом году Лорд снова лордит
Комментарии (148) Развернуть
Предыдущий пост: Сегодняшнее интервью с MVP Лордом в HD...Читать далее
Следующий пост: Когда опубликуют дополнительные записи с 5 раунда?...Читать далее
— Вау, на это можно смотреть вечно. Чистое искусство. — раздалось в фургоне, направлявшемся в аэропорт после выездного матча. Сонджэ, хихикая и листая игровой форум на планшете, внезапно подался вперед, к переднему месту, где сидел Ихён.
— Хён, хён, глянь сюда! — воскликнул он, протягивая планшет.
Ихён привычно отмахнулся, и вместо него ответил сидевший рядом Чжунхви:
— Ли Сонджэ, тебя на форуме ещё матами не обложили? Мы ведь чуть не проиграли пятый раунд из-за тебя.
— Не гони. Кроме одного фейла я отлично отыграл, ясно?
— Если бы не Ихёни-хён, мы бы там проиграли, придурок. (прим: Ихёни – уменьшительно-ласкательный вариант от Ихён)
Голоса двух ровесников, дуэта нижней линии (п.п.: расположение внизу игровой зоны), которые начали подшучивать и спорить, звучали особенно оживлённо. День действительно был особенным. Победа в LOC World Cup, крупнейшем мировом турнире, официально проводимом разработчиками игры, это то, о чём мечтает любой про-геймер в League of Champions. Сегодня они стояли на самой вершине, о которой можно только мечтать.
Ихён рассеянно смотрел на раскрасневшиеся лица товарищей, отражающиеся в окне. Их глаза сияли искренним чувством удовлетворения, тем самым, что испытывают люди, достигшие пика своей карьеры. Чувством, которое ему самому было неведомо. Вместо зависти он ощущал пустоту.
Жизнь Ихёна всегда была лёгкой. Блестящий талант, который всегда возносил его на самые вершины, лишил жизнь азарта. Учёба давалась легко, и это делало её скучной. То же со спортом. Благополучная семья и постоянное внимание окружающих прилагались. Причина, по которой он увлёкся играми, заключалась в том, что это была единственная область, где он не смог легко стать номером один.
Когда такой одарённый парень, которому прочили поступление в лучший университет Кореи, вдруг заявил, что станет профессиональным геймером, никто не понял его решения. Да и как объяснишь? Ихён чувствовал какую-то пустоту и просто хотел попробовать добиться того, что казалось недостижимой целью.
А затем, в свой дебютный год, он заполучил чемпионский кубок. Это оказалось до смешного просто, совсем не так, как он ожидал. В тот день, на интервью с ним как с MVP, его ответы, ставившие репортёра в тупик, не содержал ни капли преувеличения, ни лжи. Люди приветствовали появление дерзкого супер-новичка и были очарованы смелой игрой, которую может показать только тот, кто никогда не знал поражений.
Прошло шесть лет. Теперь одно имя «Лорд» приводило в восторг поклонников киберспорта по всему миру. И посреди всего этого ажиотажа вокруг него, одному лишь Ихёну было трагически скучно.
Может, поэтому так всё и случилось. Когда машина с грохотом перевернулась, и смерть стремительно приближалась, апатично наблюдавший за собственной надвигающейся смертью Ихён, наконец признал: если инстинктивное желание выжить — это тоже проявление упорства и страсти, то видимо, он и в правду до последнего ни разу не испытал их в этой жизни.
Не успел он почувствовать боли, как перед глазами мгновенно опустилась тьма. И в этой тьме блеснул слабый свет, после чего сознание Ихёна втянуло внутрь этого света.
Сейчас.
— Ой-ой-ой, чем я думала, что призвала такого неумёху... — причитая, божество жаловалось на то, что у «незаурядного молодого человека, который из-за избытка таланта потерял даже страсть к жизни», не оказалось реальных сил.
Ихёну пришлось много переосмыслить, чтобы поверить, что эта светловолосая девочка, рыдающая прямо перед ним, это богиня другого мира по имени Ламирак, а это тесное, ветхое место — её святилище. Например, пришлось отказаться от рационального мышления, которое он старательно взращивал, живя на Земле в XXI веке.
Когда он впервые открыл глаза, Ламирак объяснила причину призыва и предложила: поможешь — в целости и сохранности отправлю назад в твой мир. Ихён оставался довольно спокойным, даже пока слушал о положении дел в чужом мире и о тирании империи, но в тот момент, когда она попросила о помощи невероятного масштаба — свергнуть империю, он понял, что что-то здесь не так.
Ламирак, увидев карьерные достижения Ихёна в киберспорте, была абсолютно уверена, что он величайший воин и командующий в его измерении. На то, чтобы развеять это огромное заблуждение, потребовалось гораздо больше времени, чем на то, чтобы Ихён поверил, что она настоящий бог.
Во время долгого разговора этих двух одолевали самые разные чувства. Ламирак, отрицавшая реальность, рыдала навзрыд из-за того, что её последняя надежда, призванная на все оставшиеся очки, не оставив даже на содержание святилища, оказалась обывателем без какой-либо особой силы. А Ихён, узнав из её непрекращающихся стенаний, что его призыв был настолько дешёвым, что вместо нормальной процедуры открытия врат призыва, его просто быстренько вытянули через автокатастрофу, потерял дар речи перед лицом этой мирской изнанки божественного царства и умолк.
— Проклятый немощный бездарь... — всхлипывала она. — Ты хуже жеребца с нестоящим перчиком...
Непонятно, почему она постоянно приводила такие сравнения, но, услышав это уже в сотый раз, Ихён уже почти привык. Он вздохнул, глядя на треснувшую серую стену. Оказалось, он не настолько всесторонне одарён раз даже не обладал талантом успокаивать плачущих детей. Ламирак, которая долго горько плакала, разрывая в клочья какую-то карту, пока та не превратилась в пыль, наконец, кажется, смирилась с реальностью и обратилась к Ихёну.
— Шмыг... Ну и что теперь будем делать? — всхлипнула она.
— ...?
— Ты не слышал, что я сказала? Я же говорила, у меня нет очков, чтобы вернуть тебя в твой мир. Если останемся здесь, то в день, когда святилище рухнет, мы оба дружненько умрем. А так как ты душа из другого измерения, ты даже не сможешь отправиться на перерождение, а просто исчезнешь.
Вопреки колкому тону, на ее лице отразилось нескрываемое чувство вины. Ихён молча смотрел на опухшее лицо Ламирак. Ихёна, у которого не было привязанности к жизни (хотя и энтузиазма совершить самоубийства тоже не было), слова о смерти особо не трогали. Однако он почувствовал толику ответственности за то, что оказался последним оплотом этой несчастной богини, стоявшей на грани исчезновения. Немного подумав, он заговорил:
— Эти очки... их можно заработать только, если свергнуть империю?
— Э? Ну, не обязательно, но...
— ...
— Точно-точно, был же ещё один способ! Он такой старомодный, что я о нём совсем забыла! — воскликнула она.
Прежде чем услышать, что это за способ, Ихён спокойно отцепил Ламирак, которая повисла у него на поясе. Когда их взгляды встретились, она засмущалась и начала извиваться. Увидев это, Ихён почему-то не мог избавиться от мысли, что сам вырыл себе могилу.
— Слушай, — начала она, — вообще-то, моё официальное божественное имя — «Бог похоти Ламирак».
Ламирак объяснила дальше: боги получают свою валюту, священные очки, которые они тратят на разные вещи, разными способами. Самый распространенный — это молитвы и жертвоприношения верующих. Количество очков сильно варьируется в зависимости от искренности молитв и глубины веры. Поэтому бывали случаи, когда боги, чтобы укрепить веру последователей, нисходили в тела людей, избранных святыми, и творили чудеса, или посылали людей из другого мира в качестве апостолов, чтобы прославить свое божественное имя.
В древние времена, когда цивилизация ещё не была достаточно развита и понятие религии только зарождалось, существовал способ, при котором божества получали подходящую им энергию через посредников. Именно этот «классический способ» и имела в виду Ламирак. Например, Бог войны Хашир отправлял посланника, чтобы тот сразился с прославленным воином из мира людей, и, впитывая исходящую от него боевую ярость, зарабатывал священные очки.
А если божественная сущность связана с плотским желанием...
— Не могу.
— А-а, ну почему-у-у?!
Ихён решительно выразил свой отказ, оттолкнув Ламирак, которая прилипла к нему, словно коала. Стать апостолом и собственноручно «собирать» плотские желания? Это казалось ещё более абсурдным, чем задача разрушить империю. В порыве возбуждения Ламирак упомянула и другую информацию, которую Ихён вообще-то вовсе не хотел знать: чем выше статус цели, тем больше очков можно получить за её похоть.
Ихён попытался представить себя, соблазняющего знатных дам другого мира, но тут же отбросил эту мысль. В конце концов, сексуальное желание, как и жажда богатства или стремление к успеху, в некотором роде тоже является частью страсти. Страсть — это было то неизвестное чувство, которое Ихён так старался найти, но так и не сумел, даже перед лицом смерти.
Её положение вызывало сочувствие. Он также чувствовал ответственность. Желание помочь, если это возможно, было искренним. Некоторое время он молча смотрел на макушку Ламирак, едва достающую ему до груди, а затем принял решение.
— Я убью императора.
— А?
— Если вы дадите мне два-три года на подготовку...
— Через два-три года святилище уже рухнет, глупый ты человек!
Видимо, его предложение даже не стоило обсуждения. После того, как перебила его, Ламирак, глядя снизу вверх, словно прикидывая его рост, неожиданно поднялась на цыпочки и протянула руку. Видя, как она отчаянно машет в воздухе своей маленькой ладошкой, Ихён не выдержал и наклонился, и только тогда её рука коснулась его щеки. В таком положении Ламирак спросила:
— Скажи, — спросила она, — как ты меня видишь?
От света, исходящего от ладони на щеке, глаза Ихёна слегка расширились.
— В смысле, «как вижу»?
— Ну, внешность. Посмотри внимательнее. Как тебе?
Услышав это, Ихён рефлекторно посмотрел вниз на юную девочку перед собой. Ламирак, с мягкими распущенными светлыми волосами, была миниатюрного телосложения, а её глаза, смотревшие на него снизу вверх, были такими круглыми и блестящими, что, когда он увидел её впервые, то, к своему стыду, подумал, что она похожа на щенка, которого растил Сонджэ. Маленькая самка йоркширского терьера, у которой, по словам её хозяина Сонджэ даже была родословная.
Ламирак, державшая ладонь на щеке Ихёна, издала ошарашенный вздох:
— Ха-а...С ума сойти. Так вот почему ты сказал, что не можешь? Что это вообще за лицо без капли плотского желания? Ты что, импотент? Ты точно человек? Люди — единственные животные, у которых столько похоти, что они спариваются каждый день даже без брачного сезона, так как ты можешь представлять меня в таком унизительном образе!
«Она только что заглянула в мои мысли?». Из её слов Ихён сделал вывод, который не укладывался в человеческое понимание:
— То есть... ваше лицо выглядит по-разному для каждого человека?
— Ха-а...Верно. Бог отражается в глазах человека в форме, соответствующей его божественной сущности. Поэтому мой облик, облик Богини похоти, должен быть... таким, к которому ты легче всего мог бы испытать вожделение...Тцк, но йорк...Ты хуже дряхлого жеребца...
С трудом сдерживая досаду и гнев, Ламирак отступила на шаг и встала прямо перед ним. Её лицо исказилось, словно она хваталась за гнилую соломинку, но её глубокий вздох выражал решимость.
— Ничего. То, что ты не чувствуешь желание, особо не помешает. Главное, чтобы кто-то испытывал его к тебе. Нужно лишь собрать его одним из «подходящих» способов.
— ...
— Ты ведь должен заработать очки, чтобы вернуться в свой мир, не так ли? Ты правда хочешь умереть здесь? Если ты умрёшь, то исчезнешь, твоя душа разлетится на куски, понимаешь?
Ламирак пыталась его напугать, но, увидев неизменное выражение лица Ихёна, внезапно сменила тактику.
— Я-я не просто так это говорю... Я мельком взглянула на таблицу статистики, и оказалось, что в твоём мире уровень неудовлетворённых односторонних плотских желаний, направленных на тебя, ну прям зашкаливает! Наверное, ты был невероятно привлекательным и сексуальным в своей стезе...Ты же, как его, про-гей...? Вот! Если ты и здесь немного позанимаешься этим и заработаешь очки, я щедро награжу тебя и благополучно отправлю домой. М-м? Всхлип. Пожалуйста...
Ламирак ссутулила плечи и опустила голову, словно щенок, поджавший хвост. Её слова нельзя было назвать убедительными, даже с натяжкой, но в мелкой дрожи, исходящая от руки, крепко вцепившейся в край его одежды, чувствовалось отчаяние — жажда жизни. Эта мольба была для Ихёна чуждой, но от неё в груди защемило.
Он уже знал, какое решение примет.
Глядя на дрожащие пальцы Ламирак, Лорд подумал о том, что за последние года стало для него привычнее всего.
— ...Много заработать вряд ли получится.
Это игра. И финальное условие победы в ней — спасти бога. Так он решил. Ведь он не был великим воином или полководцем, каким она его считала. Он — «про-геймер Лорд».
Больше глав можно прочитать в тг-канале @p2nkmamba, буду очень рада всем ❤