[BL] Я поцеловал этого парня...

Я не думаю, что когда-либо раньше просыпался с таким удивительным чувством. И дело было не только в том, что это были выходные и солнце припекало мое лицо. Это оттого, что, когда я открыл глаза, Дэнни лежал рядом со мной и крепко спал, уткнувшись лицом в промежуток между подушкой и моей грудью. Он так свернулся, что был прижат ко мне, и его тело грело меня.

Так что вчерашняя ночь действительно случилась. А ведь я и не мечтал об этом.

Я действительно сделал это с Дэнни Картером!

Вздохнув с облегчением, я нежно обнял его, и оберегая больное запястье, прижал его к себе, наслаждаясь каждым моментом. Он действительно ощущался таким маленьким и хрупким в моих руках, и во сне выглядел совсем невинным. Его темные ресницы контрастировали со светлой кожей щек, губы слегка приоткрылись во сне, и он дышал так тихо и спокойно. Я даже чувствовал, как ровно в его груди бьётся сердце. Я хотел бы наблюдать за ним вот так целый день. Но, конечно, Дэнни проснулся уже через несколько секунд.

Сначала его глаза медленно открылись, все еще демонстрируя остекленевши взгляд ото сна, прежде чем он моргнул несколько раз и пробормотал что-то бессвязное. И только тогда он, казалось, понял, что я сплю рядом с ним.

Я ожидал, что парень выпрыгнет из постели и взбесится, но вместо этого он просто сонно зевнул.

— Который сейчас час? — пробормотал он.

Я бросил взгляд через плечо на часы, потом снова повернулся к нему.

— Одиннадцать утра.

— М-м-м....

— Хочешь еще немного поспать?

— М-м-м... — я воспринял это как «да», когда он снова откинулся на подушку, закрыв глаза. Но прежде чем я успел подумать об этом, его дыхание снова стало ровным.

Я закатил глаза, слегка ухмыльнувшись, а затем осторожно соскользнул с кровати и отправился в ванную. Я супер быстро принял душ, потому что какая-то часть меня почти боялась, что Дэнни исчезнет, как только я выпущу его из виду. Но когда я вышел, он все еще крепко спал в моей постели, прижимаясь к моим подушкам и завернувшись в моё одеяло. Я сделал мысленный снимок, прежде чем оделся в черные джинсы и спустился вниз.

Проследовав за сладким запахом французских тостов на кухню, я обнаружил Вика, стоящего у плиты, а взглянув в сторону, увидел Рика, который потирал виски и стонал от боли. Я изогнул бровь, когда заметил синяк на его скуле.

— Что, черт возьми, с тобой случилось? — спросил я, хотя на самом деле мне было все равно. Он просто выглядел так, будто ему было больно, и это меня забавляло.

Мой брат, казалось, догадался об этом и, пригвоздив меня смертоносным взглядом, сказал:

— Брат твоего приятеля случился.

Мои брови удивленно приподнялись.

— Девин? — не поверил я.

Он нахмурился и сгорбился еще больше, прикрыв глаза от боли, когда его пальцы коснулись кисти. Вик рассмеялся, заставив меня взглянуть на него.

— Я просто знал, что когда-нибудь кто-нибудь не поддастся чарам твоего брата. Похоже, у Дэнни умный брат. У пацана хороший правый хук, который попал в лицо Рику, когда этот идиот попробовал на него насесть, пытаясь обманом заставить его пойти с ним домой. Думаю, мы можем смело сказать, что это был полный и абсолютный провал, — объяснил он.

Я не удержался и рассмеялся, заставив Рика выругаться, но мне было все равно. Я находил это забавным. Черт возьми, Рик наконец-то получил то, что заслужил.

— Как бы то ни было, — фыркнул Рик, отталкиваясь от столешницы и вставая, — я ему определенно нравлюсь. Я это точно могу сказать. Хотя бы кто-то меня любит.

— Не питай надежд, — ухмыльнулся я.

Рик кинулся на меня, но Вик метнул свою могучую лопатку и ударил его в грудь.

— Успокойся, шут. Иди прими душ, а затем спускайся вниз завтракать. Я уверен, что французские тосты идеально подходят для похмелья, позора и отрицания, — сказал ему Вик.

П/п: в оригинале автор использует вместо шута Bessy – имя классического персонажа английских народных танцев и пьес, которого играет мужчина, одетый как женщина. Мне показалось, что шут будет звучать гармоничнее.

Рик застонал и прикрыл рот рукой, оттолкнувшись от меня, направился в ближайшую ванную, чтобы вырвать.

— Ты выглядишь прекрасно этим утром. Как прошло твое свидание с

Дэнни? — спросил Вик, кладя несколько ломтиков французских тостов на тарелку и передавая её мне.

Я взял их и сел за остров, счастливо вздыхая.

— Вероятно, это лучший день в моей жизни. Хочешь спросить почему?

— Рик сказал мне, что вчера вечером ты привел Дэнни сюда.

— Ага.

— Он все еще наверху?

— Ага.

— Вы, ребята, сделали это?

— Ага.

— Хорошо. О, за исключением того, что ты сам стираешь эти простыни. Я бы не тронул их и десятифутовым шестом, — добавил Вик, притворно вздрогнув.

Я закатил глаза, но вдруг почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом от ощущения кого-то позади меня. Когда я повернул голову, то увидел Дэнни стоящего в дверях. Он выглядел немного неловко и был одет... чертовски горячо.

На нем были мои пижамные штаны, которые ему пришлось завязать на талии шнурком, иначе они спали бы ему до щиколоток. Волна удовольствия захлестнула меня, когда он слегка зевнул, очень медленно двигаясь к стойке, но не садясь.

— Доброе утро, соня, — с ухмылкой поприветствовал его Вик, протягивая ему французские тосты, — вот твой завтрак.

— Спасибо, Вик, — пробормотал Дэнни, все еще немного сонный, но взял тарелку и стал есть стоя.

Я не винил его. Наверное, он все еще чувствовал некоторую болезненность. Вик многозначительно посмотрел на меня, прежде чем выйти из кухни, чтобы проверить Рика, при этом оставив меня наедине с Дэнни.

— Твоя мама хочет, чтобы ты вернулся домой в ближайшее время? — спросил я.

Дэнни пожал плечами, лениво взглянув на ближайшие часы, прежде чем проглотить очередной кусок тоста.

— Эх. Сразу после полудня, — она сказала, что у нее какой-то чокнутый книжный клуб с мамой Эмили и Терри, и она хочет, чтобы я был дома, чтобы помочь с обустройством гостиной. Но после этого я свободен. Может ты хочешь заняться чем-нибудь позже?

— Конечно. Как насчет кино? — предложил я.

Его лицо просветлело.

— Я слышал, что они сделали третье паранормальное явление! Мы можем пойти посмотреть это?

— Конечно.

— Отлично! Я люблю такие фильмы. В том смысле, что они такие явно надуманные, я надеюсь. Но все равно они крутые, и мне нравится, как там вопят на людей. Но если серьезно, если бы я услышал такой звук, то убежал бы в горы, и ни за что не пошел бы на расследование, — фыркнул он.

Но он по-прежнему улыбался, как будто идея посмотреть фильм со мной доставляла ему удовольствие. Что, в свою очередь, заставило улыбнуться меня.

Вау, это действительно сработало! Все это. Он не злился и не ненавидел меня. На самом деле, казалось, что я ему нравлюсь даже больше, чем раньше! Честно, это заставило мое сердце наполниться счастьем.

Вскоре после завтрака мы вернулись наверх, и, пока он принимал душ, я сменил простыни, засунув грязные в стиральную машину, а потом разложил его одежду. Он вышел, в одном полотенце, вытирая волосы, а потом просто оставил их так, что они торчало во все стороны.

— Ты никогда не расчесываешь волосы после душа? — спросил я, приподняв бровь.

Он покачал головой, и глупая люцерна закачалась у него на макушке, заставив меня ухмыльнуться.

— Нет, не по выходным в любом случае. Это мое ленивое время... Эргх, — он зашипел, когда немного размял спину, морщась и придерживая руками поясницу, — как долго это будет еще болеть вот так?

Несмотря на то, что он спросил это небрежным тоном, его лицо снова стало ярко-розовым при упоминании об этом. Я пожал плечами:

— Возможно, еще немного. Просто будь осторожен и не позволяй своим родителям догадаться о нас, — добавил я себе под нос.

Дэнни вздрогнул от этой мысли, натягивая через голову толстовку.

— Поверь мне, они не узнают, — ответил он, а потом натянул джинсы и был готов идти.

Мы спустились вниз, не обращая внимания на Рика, который осыпал меня оскорблениями.

— Какая у него проблема? — спросил Дэнни, садясь в машину, слегка морщась и неловко ерзая на своем месте.

Я успокаивающе улыбнулся, завел машину и выехать с подъездной дорожки.

— У него застряла палка в заднице, потому что Девин яростно отказал ему.

— Вау, серьезно? Этот синяк был от Девина?

— Видимо.

— Зачетно. Мне придется очень хорошо обращаться с Девином до конца дня, по крайне мере пока он не будет лезть в мои дела. Меня бесит, как он продолжает говорить, что ты ему не нравишься. Я не понимаю, почему кто-то может тебя ненавидеть... — сказал он тихо, и его голос дрожал от возмущения.

Я тихонько рассмеялся, качая головой и продолжая следить за дорогой.

— Люди меня не знают. Они просто предполагают, что я урод. Жуткий растлитель, курящий травку, который много раз сидел в тюрьме, даже не подозревая об этом.

— Это отстой.

— Черт возьми, да, но меня это не беспокоит. В любом случае, я больше никогда не увижу этих идиотов, так что меня это не беспокоит. Половина из них будет мертва, а другая половина будет иметь дерьмовую роботу и дерьмовую жизнь, — объяснил я.

Дэнни моргнул.

— Ты же не думаешь, что я буду таким же, не так ли?

— Неа.

— Хорошо. Пожалуй это будет неловко, когда мы придем на встречу выпускников, — фыркнул он.

Я рассмеялся в ответ, как раз въезжая на его подъездную дорожку. Когда мы вышли, я заметил машину отца Дэнни недалеко от дома и приготовился молча слушать и кивать. Мы подошли к двери, и Дэнни открыл её, впуская нас внутрь.

— Ма! Я дома! — крикнул он.

Ему ответило молчание, и он нахмурился, склонив голову, чтобы прислушаться. Я ничего не сказал и просто последовал за ним, пока мы не оказались на кухне.

Мама Дэнни неподвижно сидела на одном из стульев в столовой, рядом с ней стоял Девин, бледный, как привидение, и... Боже милостивый, если бы взгляды могли убивать, отец Дэнни убил бы нас обоих здесь и сейчас.

— Вау, какого черта? — спросил Дэнни, сбитый с толку.

У меня появилось неприятное ощущение внизу живота, когда Эйс скрестил руки на груди.

— Куда ты ходил прошлым вечером? — спросил он.

Дэнни даже немного отшатнулся от сурового тона в голосе отца.

— На ответный матч.

— Ты пошел с ним?

О, нет! Эйс только посмотрел на меня, и я сразу понял, что происходит. Мой желудок опустел, потому что Дэнни, казалось, все еще не осознавал сложившейся ситуации.

— Ну да. Он, Девин, Эмили и...

— О нет, я почти уверен, что ты пошел именно с ним, — протянул Эйс, снимая ноутбук со стола и поворачивая его так, чтобы мы увидели появившуюся страницу в Facebook, — это по всему Интернету и следовательно распространилось почти по всему городу.

Он нажал на фото, и у меня в горле образовался ком. Лицо Дэнни побледнело, и он перестал дышать. Выражение его лица было для меня как удар в грудь, когда я увидел, как он смотрит на фотографию, на которой мы с ним целуемся за раздевалками.

О, Боже!

— Мистер Картер...

— Заткнись, — отрезал Эйс, перебивая меня, — я не собираюсь слушать твои объяснения. Дэниел Картер, а вот тебе лучше объяснить это прямо сейчас. Если это какой-то глупый розыгрыш... — его голос звучал очень угрожающе, и Дэнни был явно в ужасе.

— Я-я не... Я не... Я имею в виду, я сделал... Нет, я не делал. Ну... на секунду... я просто... — Дэнни задохнулся, и я увидел, как его глаза наполнились слезами.

Он сделал небольшой шаг назад, когда его отец с громким щелчком захлопнул ноутбук.

— Вон, — скомандовал он.

— Эйс! — воскликнула Черри, вскакивая на ноги.

Девин уже был на ногах и выглядел теперь немного испуганным тем, что сказал его отец. Я почувствовал, как тяжелый груз только что упал на мои плечи, когда Дэнни сжался еще больше.

— Я не хотел! — Дэнни заплакал.

— Что ты думал, когда собирался участвовать в этом отвратительном проявлении непристойности не с кем-нибудь, а с мальчиком? Даниэль, ты хоть представляешь, что это значит? — резко спросил Эйс.

Дэнни вздрогнул, и мне показалось, что я смотрю фильм ужасов. Все, что касалось Дэнни прямо сейчас, так сильно трогало мои сердечные струны, что я мог поклясться, что они разрывались в этот момент на части.

— Я... это не неприлично! Я-я имею в виду, я не думал, что кто-то...

— Наблюдает, — ледяным тоном добавил Эйс. — О, дело не только в том, что тебя поймали, Даниэль. Дело в том, что ты делал. Ты хоть представляешь, насколько это неправильно? Как ты додумался, что это вообще возможно, а? Мужчины не должны быть с другими мужчинами, это просто неправильно. Ты когда-нибудь задумывался о том, насколько испорченным это тебя делает? Ты знаешь, что происходит с такими людьми, когда они умирают, Дэниел? А ты думал, что происходит с такими, пока они живы, Дэниел?

Его тон настолько повысился, что теперь я мог сказать, что он был просто в бешенстве. И это заставляло Дэнни казаться все меньше и меньше. Он выглядел так, будто вот-вот сломается, разлетится на куски прямо здесь. Вероятно, ему потребовались все его силы, которые он еще мог собрать, чтобы просто стоять здесь и принимать все это.

— Эйс, — отчаянно закричала Черри, резко хватая его за руку, — остановись! Ты не облегчаешь задачу! Пусть он уже объяснится. Ты швыряешь в него бомбы быстрее, чем он успевает среагировать. Дай ему, наконец, объясниться.

— Ты что, шутишь? Черри, мальчик не может выговорить даже одно нормальное предложение. Мы пробудем здесь до ночи, прежде чем он придумает какое-нибудь нелепое оправдание этому — этому отвратительному преступлению! — огрызнулся на нее Эйс, от чего Черри вздрогнула.

Все это время Девин молчал, глядя на Дэнни с непроницаемым выражением лица. Все это время я чувствовал, как нарастает мой гнев, и понимал, что сейчас было не время для этого, но я не мог контролировать это.

— Дэнни, дорогой, — мягко сказала Черри, делая шаг вперед, — пожалуйста, объясни нам это. Мы пытаемся понять. Мы не причиним тебе вреда, милый пирожок. Помнишь, что мама говорила тебе? Я буду любить тебя независимо ни от чего, и, поверь, говоря так, я имею в виду именно это.

Думаю, именно ее слова немного успокоили Дэнни, хотя он все равно не делал ни шага вперед, держась как можно дальше от отца.

— Я... я не хотел говорить вам, ребята, — дрожащим голосом выдавил Дэнни, — то есть пока нет. Это случилось буквально неделю назад. То есть не то фото, а просто... я не знаю. как это правильно объяснить. Мы с Блейком начали тусоваться из-за английского проекта, и я не знаю... Я не хотел, чтобы это зашло так далеко, и даже не думал, что это произойдет. Это просто... что-то вроде этого. И вчера вечером мы просто говорили о чем-то, а потом... это... Я не думал, что кто-то смотрит. Я просто... Мне нравится Блейк... Ну, очень нравиться.

Часть меня была так счастлива, что он признал это вслух, но другая часть меня была... напугана. Я боялся за Дэнни и за то, как отреагирует его семьи. И, черт возьми, у меня было полное право на это, потому что лицо Эйса было практически в красных пятнах от ярости.

— Он тебе нравится? Мало того, что ты только что встретил его, так он еще и мальчик, но все равно тебе нравится? Что, черт возьми, с тобой не так? Ты попал в автокатастрофу и как-то скрыл это от меня? Ты просто издеваешься надо мной?

— Нет, — запротестовал Дэнни, — я... я говорю правду! Он мне нравится, ну и что с того, что он мальчик? Какое это имеет значение?

— Какая разница? Какая разница?! Если ты не заметил, ты тоже мальчик! В жизни так не бывает, Дэниел. Это грех. Ты будешь наказан за это! Но ты зная об этом, все равно поступил так. Следующее, я предполагаю, ты собираешься рассказать, что ты сатанист, верно? Достаточно, я больше не собираюсь иметь с этим дела.

— Эйс, дорогой...

— Уходи, Даниэль. Убирайся, — приказал Эйс твердым голосом.

Дэнни был убит горем. Я понял это по его заплаканному лицу, когда его губы слегка приоткрылись, как будто он собирался заговорить, но затем он просто поджал их. Наконец, я стиснул зубы и крепко сжав кулаки.

О, чудесно... Прощай, последний шанс для мир.

— Что это за фигня? — спросил я.

Глаза Эйса остановились на мне.

— Ты не имеешь права голоса. Ты дьявол, который его совратил.

— Так подайте на меня в суд! Я готов признать, что у меня с Дэнни есть что-то, но и что с того? Так какого черта вы не собираетесь делать это? И, к вашему сведению, я читал Библию и чертовски уверен, что там говорится, что Бог любит всех своих детей. Или вы пытаетесь сказать мне, что эта книга - просто полна противоречий? Не смейте отвергать его за то, над чем он не властен. Если бы вы были немного умнее, то знали бы, что это не совсем то, чем можно управлять. Он ваш сын. Ваша плоть и ваша кровь. Как вы посмели так на него нападать! Если бы вы были настоящим отцом, вы бы приняли его таким, какой он есть, а не стали бы действовать как стереотипный, лицемерный фанатик!

Дерьмо. Эйс смотрел на меня глазами-кинжалами. У Черри были слезы на глазах, и она сделала шаг вперед, но Эйс остановил ее.

— У меня не будет испорченного сына, — с ненавистью прошипел Эйс, отчего у меня по спине пробежал холодок, — убирайтесь. Вы оба. Сейчас же, или я вызову полицию, и вас уберут силой.

Мне больше нечего было сказать. Я просто повернулся, взял Дэнни за руку и осторожно потянул его за собой, но он отстранился, не желая двигаться. Я скривился, наблюдая, как слезы, которые он так старался сдерживать, покатились по его лицу.

— Я не... хотел, чтобы это произошло... Я не... Пожалуйста, не ненавидь меня, — умолял он, и мое сердце разрывалось из-за него, когда он давился слезами, — я... я не урод, я тоже не испорчен. Пожалуйста...

— Уходи, Даниэль. – приказал Эйс.

Черри тоже начала плакать, слезы текли по ее лицу, когда она зажала рот рукой. Девин съежился, прислонившись к дальней стене и наблюдая с бледным потрясенным лицом.

— Давай, Дэнни. — мягко сказала я, заставив его повернуться и последовать за мной.

Он был упрям и все время пытался отступить. но я в конце концов вытащил его за дверь, и он сломался, буквально упав на колени и потащив меня за собой. Я скривился, когда он всхлипнул.

— Они ненавидят меня! Я знал, что они меня возненавидят! Почему это должно было случиться? Это не моя вина!

— Я знаю, Дэнни... я знаю, — тихо сказал я.

Я хотел держать его в своих объятиях и баюкать, пока он не перестанет плакать, не перестанет чувствовать эту боль, но этого не случилось бы. Это была одна из тех вещей, которые требовали времени, чтобы исцелиться. Много времени. Все, что я мог сделать, это сидеть и слушать, как он плачет, и это разламывало меня на части. После того, как он доплакался до приступа кашля, мне пришлось отвести его к машине, боясь, что его отец проверит, там ли мы еще.

Мы ехали в полной тишине, и прежде чем я успел это осознать, наплакавшийся Дэнни уснул прямо в моей машине. Мне пришлось отнести его наверх в свою комнату, где я уложил его на кровать и натянул на него одеяло, сняв с него только обувь.

Я спустился вниз и обнаружил, что Вик стоит в коридоре у лестницы, выглядя немного обеспокоенным.

— Они узнали? — спросил он.

Чуваки, он был умен. Я медленно кивнул. Он поморщился, скрестив руки на груди.

— Ладно... Хорошо, он может оставаться здесь, сколько хочет.

— А школа? Вик, он не может вернуться в школу. Эта фотография по всему Интернету. В прошлый раз ему сломали запястье. Что они решат сделать теперь? — спросил я, прислонившись к столбу лестницы и закусив нижнюю губу.

Вик вздохнул, проведя рукой по волосам.

— Я не знаю, Блейк. Вы, ребята, не можете просто пропустить остаток года. Это твой последний год.

— И его предпоследний. Ему придется иметь дело со всем этим дерьмом еще два года... Вик, что мне делать? — спросил я, бессильно опуская руки по бокам.

Его ответ не очень помог.

— Я не знаю, Блейк... я действительно не знаю.

______________________

Следующая глава огромная, не уверена, что успею завтра сделать. так что пока сушите платочки...