[BL] Я поцеловал этого парня...

Следующий день был, наверное, вторым худшим днем за всю мою жизнь на этой планете. Хотя уже все проснулись, в доме стояла жуткая тишина. Дэнни за завтраком ни проронил ни слова, да ему и не нужно было. Я и сам чувствовал это.

Он был явно расстроен.

К тому же он выглядел крайне измученным, как будто так и не сомкнул глаз прошлой ночью. Его припухшие веки постоянно опускались, под глазами были темные круги, и он зевал каждые десять секунд, что, в свою очередь, заставляло зевать всех остальных.

Черт, я хотел зевать, просто думая о том, сколько раз он это сделал!

Поездка на машине в школу была не лучше. Он все время молчал, и пока мы шли к машине и пока ехали в школу. Дэнни тихо сидел, не сводя своих сонных глаз с окна, и я чувствовал, как у меня сжимается сердце. Я не должен был набрасываться на него прошлой ночью. Это сделало ситуацию еще хуже. Как будто всех этих насмешек над ним в школе было бы недостаточно, конечно, он постарается теперь избегать меня.

Я это знал!

И я не собирался его переубеждать. Провести несколько дней вдали друг от друга было лучшим решением. У нас было бы время все исправить, забыть и надеюсь, простить.

После того, как мы подъехали и вышли, я начал было что-то говорить, но Дэнни просто повернулся ко мне спиной, и я чувствовал, как волна раздражения пробегает по мне от макушки до пят, пока смотрел ему вслед.

Я легко догнал его, схватил за руку и потянул на себя. Он слишком резко развернулся лицом ко мне и мы оба застыли на месте.

— Что?! — закричал Дэнни в явном раздражении, затем вырвал руку из моей хватки и, отшатнувшись от меня, сделал большой шаг назад.

Я не мог выдержать внутреннюю боль, которую почувствовал в этот момент и, вздрогнув, немного сжался.

— Дэнни, послушай! Прости меня за то, что я сделал прошлой ночью. Я не должен был этого делать. Я набросился на тебя ни с того ни с чего и...

— Стоп, — перебил Дэнни, подняв руку и глубоко вздохнул, — это... я не хочу думать об этом прямо сейчас, понимаешь?

Он оглянулся на учеников, которые шли в школу, и я, поняв его беспокойство, не стал продолжать. Нахмурившись, я просто наблюдал за тем, как Дэнни нерешительно переминается с ноги на ногу, снова делая это лицо!

Сморщив свой милый носик и глядя себе под ноги, он несколько мгновений молча играл пальцами, а затем попросил:

— Можем мы просто сделать перерыв? Например, не будем разговаривать пару дней? Мне серьезно нужно привести голову в порядок, потому что ты... — его голос вдруг сорвался.

Я в упор смотрел на него некоторое время, а затем медленно кивнул. Я не знал, что он не стал договаривать. Но я очень хотел, чтобы он закончил это предложение.

Я что? Придурок? Извращенец? Мразь?!

Он не стал договаривать и также только кивнул в ответ, затем натянул капюшон своей темно-серой толстовки на голову, прежде чем развернуться и уйти. Я не последовал за ним. Сейчас мне больше всего хотелось вернуться в свою машину и поехать домой. Какой был смысл идти в школу, если я не могу видеть Дэнни? Это была единственная причина, по которой я сегодня приехал сюда.

Я знаю, что это было глупо. Но я был глупым человеком. Какой умный человек будет шантажировать того, кто ему нравится? Кто еще вот так набросится на понравившегося ему человека? И кому в здравом уме понравится такой эгоцентричный, легкомысленный, накаченный мальчишка, как Дэнни Картер?

Ой! Верно. Это был бы я.

Я устало вздохнул и, наконец, дотащился до здания школы. Из динамиков наверху грохотала музыка, люди вокруг громко смеялись и жизнерадостно болтали. Ах, звуки «возвращения домой». Это как головная боль, которую раздают на блюдечке бесплатно.

А вот что лично меня порадовало, так это то, что сегодня все, казалось, избегали меня еще больше, чем обычно. Как будто у меня была чума или что-то в этом роде. Если я проходил мимо, они отворачивались и замолкали, ожидая пока пройду, как будто их разговоры, имели для меня хоть какое-то значение.

В свое время так и было. Но теперь этого меня нисколько не трогало. Потому что единственное, что у меня было на уме — Дэнни.

С ним тоже также сейчас обращаются? Или над ним издеваются? Я не до конца уверен, как бы я справился с этим. Вероятно, со стулом над головой и языком вокруг горла.

Проклятие!

Я вдруг обнаружил, что у меня оказывается есть такая неприятная собственническая черта. Эта мысль заставила меня скривиться, как раз вовремя, потому что начался мой первый урок.

Я все больше становлюсь похожим на Рика. Ох, это было последнее, в чем я нуждался прямо сейчас, да и во все времена тоже.

Ну, в общем, так и прошел остаток первой половины дня. Я двигался как зомби и ни на что особо не обращал внимания, думая только о Дэнни. Я уже начинал ненавидеть то, как сильно я его люблю.

Почему я не могу выкинуть этого сопляка из головы?

Стало еще хуже, когда я вошел в класс на свой четвертый урок, а Дэнни сидел там, забившись в дальний угол. Совсем один, с натянутым на голову капюшоном, скрывающим его лицо, он черной ручкой что-то строчил в своем блокноте. Никто не подходил к нему. И даже пара его так называемых друзей, вошедшая только что в класс, демонстративно свернула налево, чтобы найти место, которое не было бы даже отдаленно рядом с ним.

Я почувствовал, как сердце в моей груди сжалась. Дерьмо! Я хотел пойти туда и врезать его друзьям, а потом на глазах у всех сесть рядом с ним, но это было так по-детски. Мы больше не учились в средней школе. Это была старшая школа и мы были на шаг ближе к высшей лиге. Не говоря уже о том, что я слишком хорошо знал его, и понимал, что он бы сильно разозлился, вмешайся я в это дело. Вопреки тому, что в данный момент все во мне кричало, чтобы я подошел и сел с ним, мне пришлось «припарковаться» в противоположном углу позади его друзей, которые были настолько заняты сплетнями и глупым хихиканьем друг с другом, что вообще не замечали меня.

Это причиняло мне боль, правда!

/То, что он не мог сесть рядом и защитить Дэнни./

— Ха-ха, я знаю, да, — хихикнула Кэти, откинувшись на колени Стоуна, который сидел прямо на столе, — но это должно быть так больно, правда же? То есть, реально?! Это ведь так неправильно. Боже, мне всегда казалось, что с ним что-то не так.

Стоун, Терри и Джосс рассмеялись в унисон, а Эмили перекинула волосы через плечо и немного наигранно прикрыла руками румянец на своих щечках. Лукавая ухмылка изогнула уголки ее хорошеньких розовых губ. Ее бойфренд, Майк, спокойно стоял, прислонившись к столу, за которым она сидела, и наблюдал за ней, видимо, задаваясь вопросом, как его девушка может оставаться такой серьезной в этой ситуации.

— Знаешь, что я еще слышала? Я слышала, что это не единственный парень, которого он любил. Говорят, что у Картера раньше были и другие бойфренды! А знаете, что самое ужасное?

Она сделала паузу, с удовольствием наблюдая, как все жадно глазеют на нее, ожидая продолжения. Это напомнило мне группу детсадовцев, ожидающих, пока их учитель закончит рассказывать сказку. Они были такие жалкие.

— Он всегда снизу!

Все засмеялись, но я заметил, что Джосс немного съёжился.

Эта мысль, вероятно, вызывала у него отвращение. Меня это только еще больше разозлило. Я откинулся на спинку стула и с грохотом закинул ноги на стол, чтобы они узнали, что я здесь. Эмили подпрыгнула от неожиданного шума и обернулась, чтобы посмотреть на меня. Когда она наткнулась на мой пронзительный взгляд, ее лицо побледнело, даже несмотря на толстый слой румян.

— Какого черта ты здесь делаешь, отверженный? — прошипела она.

Кэти сразу усмехнулась, и ее губы скривились демонстрируя явное отвращение. Стоун обхватил Кэти за плечи, словно пытаясь удержать ее из-за страха, но на его лице было написано такое же отвращение. И все это слишком хорошо совпадало с настроением Джосса, Терри и Майка. Я поднял бровь и сложил руки за головой.

Я ненавидел таких парней, как они. Кучка жалких светских львят, которые думали, что они крутое дерьмо, пока старшая школа не вышвырнет их на улицы реальности, и они не будут сбиты с толку парой небольших проблем.

— Сиди. Или это слишком сложное слово для тебя? — спросил я.

Щеки Эмили покраснели от раздражения, когда она сузила глаза, слишком явно стиснув зубы. Майк тут же встал ровно на ноги, готовый в любое мгновение встать на ее защиту. Но он был для меня не слишком страшен.

Хотя, Майк был крупным крепким футболистом, но он был и одним из тех пижонов, кто носил ужасно уродливые клетчатые фланелевые рубашки в тон рваным деревенским джинсам и грязные ботинки, а также ему нравилось носить свой пиджак только накинутым на плечи.

— Отвали, Змеёныш Блейк, — решил он подразнить меня.

Кэти хихикнула и тут же зачирикала, как птичка:

— Змеёныш Блейк! Змеёныш Блейк! — пела она.

Я закатил глаза и, скосив глаза, презрительно взглянул на Майка.

— Серьезно? Это лучшее, что ты мог придумать? Я тебя умоляю, даже моя бабушка-католичка могла бы придумать оскорбление получше, чем это. Попробуй еще разок, — подначивал я его, следя за тем, чтобы их насмешки сменили курс и теперь стали целить в меня, а не в Дэнни.

— О, перестань корчить из себя крутого, — упрекнула Эмили, качая головой, так что ее светлые волосы рассыпались по плечам, — ты на самом деле худший человек на свете. Сколько тебе лет, кстати? Разве ты не должен был уже закончить школу?

— Лет десять назад! — добавил Терри, рассмешив своих друзей.

— Разве это не делает тебя педофилом? — Кэти вставила свои пять копеек.

/у автора два цента, меня улыбнуло/

И бомбежка гадостями продолжилась с новой силой, но я их все игнорировал. Меня просто радовало, что они больше не злили Дэнни. И я, надеялся, что этот ребенок так и не поймет, что это благодаря мне. Я осмелился бросить быстрый взгляд, притворяясь, что смотрю на Майка, когда на самом деле краем глаза смотрел мимо него, фокусируясь на Дэнни.

Он сидел на своем месте, низко опустив голову, и все еще был напряжен. Я понял это по его позе и по тому, как он сжимал ручку, резко строчя на белых страницах.

Я снисходительно оглядел эту стаю идиотов. Мне больше не нужно было выслушивать их детские насмешки, потому что вошла учительница и начала урок, игнорируя смешки в классе и привычно заставляя всех замолчать.

Я заставил себя не смотреть на Дэнни на протяжении всего урока, хотя и очень хотел увидеть выражение его лица, но он продолжал скрывать его.

Он намеренно скрывал это от меня или от других? Или, может быть, от всех нас? Я почувствовал, как внутри меня все завязывается в узел.

Прекрасно!

Когда мы впервые встретились, я не мог перестать думать о нем. Поэтому я придумал для себя дурацкое оправдание и обманом заставил его тусоваться со мной, решив, что если узнаю, каков он на самом деле, то смогу возненавидеть его.

Рад, что ничего не вышло... И сейчас, когда мы всего лишь не разговариваем, мне даже больнее, чем до того, как мы начали тесно общаться.

То, что я не мог перестать думать о прошлой ночи только усугубляло моё плачевное состояние. Так же, как ненавидел себя за это, я чувствовал себя невероятно счастливым, что был так близко к нему. Я все еще чувствовал его запах, как в тот момент, когда притянул его к себе. Его тело идеально прилегало к моему, и руки крепко сжимали меня в ответ. Его язык, казалось, не знал, что ему делать и куда идти, поэтому просто послушно следовал за тем, что я делал с ним. Его мягкие карамельные волосы легко скользили между моими пальцами, и я все еще чувствовал, как моя рука скользит по его спине, опускаясь все ниже и ниже...

Звонок с урока прервал мою фантазию. И слава Богу, что это произошло, потому что если бы это продолжалось долгое время, я бы кончил, с той палаткой, которая уже была у меня в штанах. Пробормотав себе под нос проклятие и поднялся, ожидая, пока Дэнни выйдет из классной комнаты первым и только потом пошел за ним. Но неожиданно учительница позвала меня, заставив вернуться обратно.

— Блейк, нам нужно поговорить о твоих оценках, — вздохнула она, сдвинув очки на нос.

Я быстро взглянул на дверь и увидел, как Дэнни исчезает в коридоре, словно растворяясь в толпе.

— Ты теряешь концентрацию на уроке и падаешь все ниже. Ты умный мальчик, я знаю, но...

— Слушайте, мы можем поговорить об этом позже? У меня сейчас есть кое-что важное.

— Нет, мы не можем. Блейк, мы говорим о твоем будущем.

— Нет, мое будущее только что вышло за дверь, и я тороплюсь за ним. Увидимся позже.

Я быстро отсалютовал ей и, не обращая внимания на румянец, выступивший на ее щеках, и недоверчивое выражение лица, опрометью кинулся к двери и выскочил в коридор, который был битком набит людьми даже больше, чем обычно.

Потом я понял, почему. Группа школьников шла по одному из центральных коридоров, играя на трубах и барабанах под нашу школьную песню. Все вокруг аплодировали и кричали, но я просто проигнорировал общее веселье и быстро протиснулся сквозь толпу, чтобы попытаться определить, куда делся Дэнни. Я поискал поверх голов и прошелся по нескольким боковым коридорам пару раз туда-обратно, но не смог его найти.

Я собирался сдаться и просто нырнуть в пустой спортзал, чтобы съесть свой ланч, избежав толпы в столовой, но тут, наконец-то, заметил Дэнни, идущего по одному из наименее людных коридоров в противоположной от меня стороне. Я бросился бежать, но снова столкнулся с толпой людей и, раздраженно стиснув зубы, вынужден был проталкиваться мимо них.

Это заняло некоторое время, но в конце концов, спотыкаясь, я вбежал в коридор, и увидел, как спина Дэнни скрывается за дальним углом. Мне пришлось спешить, чтобы догнать его, но я резко затормозил прямо на углу, когда неожиданно услышал голоса.

— Отвали, — голос Дэнни оборвался, и послышались немного торопливые шаги.

— Не так быстро, педик, — это был голос Стоуна.

_________________________________

Я уезжаю на четыре дня, постараюсь выкладывать хотя бы частями, но если будут задержки, не обессудьте. Всех лю!