Глава 8
Это был самый эпичный Новый год в моей жизни.
Сначала я сбежала из дома. Потом ждала Олега в темноте, чтобы сделать ему сюрприз. Затем подслушала его разговор с поехавшим братцем, а в конце и вовсе феерично появилась из-под стола и размазала-таки торт по морде Дениса. Последнее я сделала с огромным удовольствием. Конечно, лучше бы я размазала Дениса катком по асфальту, но вынуждена была обойтись более гуманными методами.
Я старалась казаться смелой и бодрой, даже улыбалась, но на самом деле мне не было весело. Я слышала их разговор от начала и до конца — более того, я аккуратно записала его на камеру, слегка высунув телефон из-за барной стойки. Однако мне по-настоящему было страшно. Так страшно, что тряслись руки и плавилось сердце. Денис угрожал Олегу расправой со мной. В фильмах такие вещи решались иначе — с драками, перестрелками, угрозами и похищениями. Злодеи шантажировали главных героев их любимыми женщинами или детьми, взятыми в заложники, и заставляли делать разные вещи. Но в реальности все оказалось иначе. Просто двое взрослых мужчин сидели в гостиной в канун Нового года, и один из них говорил такие вещи, что волосы на руках становились дыбом.
Дело было не в том, что он говорит, а как. Обыденно. Словно привык совершать преступление. Словно зло стало его повседневным орудием. И словно он сам был злом — только в человеческом обличии. Я слушала его и понимала — вот она какая, Снежная Королева. Это не прекрасная женщина с холодной внешностью. И не прекрасный мужчина с покрытыми инеем волосами. Это не Денис Дворецкий, которому жизнь дала все, но которому всегда было бесконечно мало ее даров. Снежная Королева — это не человек. Это жадность, презрение, злость, ненависть, боль. Это то, что нас разрушает.
И когда я это поняла, страх притупился. Не исчез, а отступил куда-то на второй план. И я сказала себе, что буду той самой Гердой, которая спасла Кая. И сделаю все, чтобы освободить его из лап Снежной Королевы.
Не знаю, когда и откуда во мне взялась смелость появиться из-под стола, размазать торт по наглой роже Дениса и достать свой газовый пистолет, за который я уже в который раз благодарила папу. Наверное, она появилась тогда, когда я услышала голос Олега, который выбрал меня.
Это было так глупо. Так странно. И это было так важно, что я вдруг поняла, что не ошиблась. Не ошиблась в человеке, которого полюбила.
Слова Олега грели сердце. Он действительно выбрал меня, а не карьеру и имидж, которые были так для него важны. Несмотря на то, что Денис мог обманывать его, Олег выбрал мою безопасность, а не свою невиновность. Он действительно меня любил. И осознание этого сделало меня сильной.
Я решила, что не собираюсь прятаться от Дениса всю жизнь. Не позволю сломать ему мою жизнь или жизнь Олега из-за наследства бабки. Я сделаю все, чтобы боялся он, а не мы.
Я была уверена — не только в себе, но и в нас.
Капитан Светлов и еще несколько сотрудников в штатском приехали достаточно быстро и забрали Дениса, который то и дело разражался очередной тирадой о том, какой у него крутой отец и друзья, и как он всем нам покажет. А в прихожей Денис и вовсе стал орать на всю квартиру. Оказалось, что один его ботинок был мокрым — кто-то из Прелестей перепутал его с лоточком. Несло от ботинка впечатляюще, словно в него нагадила не маленькая кошечка, а здоровенный скунс. Полицейские и Олег не смогли сдержать хохот, а я театрально зажала нос двумя пальцами. Денис, который до этого держался надменно и даже нагло, принялся истерить еще больше и заявил, что ботинок надевать не будет.
— Иди босиком, — пожал плечами Светлов. — Или вон у хозяина пакет попроси. Привяжем тебе к ноге.
От пакета Денис гордо отказался и все-таки напялил облюбованный кошкой ботинок, ибо Олег свою обувь жертвовать ему отказался.
— Сочувствую, крысеныш, — напоследок сказала я ему. — Я не шучу, когда говорю, что мой папа сделает из тебя котлету по-дворецки.
Он попытался что-то гавкнуть в ответ, но полицейские в штатском быстро его приструнили и увели вон. Мы с Олегом, наконец, остались наедине, и я, не выдержав, обняла его, крепко прижимаясь и ощущая жар его тела сквозь одежду. Олег заключил меня в объятия, и я почувствовала себя защищенной. Влюбленной. Счастливой.
— Мое маленькое чудовище, — вздохнул он, целуя меня в висок. — Откуда ты здесь взялось?
— Я приехала приготовить тебе еду, — ответила я. — Стас сказал, что ты будешь дома после обеда, и я приехала, чтобы приготовить тебе кое-что и убраться. Хотела сделать сюрприз и спряталась под столом. А ты пришел не один.
— И ты решила подслушать разговор, — продолжил Олег.
— Я услышала свое имя. И… вышло, как вышло. Спасибо, что выбрал меня, — прошептала я, уткнувшись ему в плечо лбом.
— А я мог поступить иначе? — усмехнулся Олег.
Я потерлась лбом о его плечо, а он коротко поцеловал меня, заставив на некоторое время забыть обо всем на свете, но когда я попыталась сделать поцелуй более чувственным, не в силах сдерживать жар в груди, Олег мягко отстранился, и я не стала настаивать. Знала, что у нас впереди еще много времени.
Я снова просто обняла его — любимого и родного. На моей душе, наконец, стало спокойно. На плечах больше не лежал тяжелый груз, и даже дышать стало легче. Олег в безопасности. Он со мной. И ему больше ничего не угрожает.
— Там было очень плохо? — жалобно спросила я. — Я очень переживала, очень.
— Было нормально, правда, кормили ужасно, — рассмеялся он. — По сравнению с этой едой даже твой кекс из смеси показался бы пищей богов.
— Ты так и не попробовал мой торт, — прикусила я губу.
— Ничего, — успокоил он меня, — у тебя еще будет много возможностей приготовить его мне. И… Таня, — вдруг хрипло сказал он, отстраняясь от меня. — Это что?
— Где? — удивилась я, нехотя отпуская его.
— Там.
Я обернулась — позади сидела Прелесть номер один, таращилась на нас круглыми зелеными глазами и била хвостом. Где-то в полутора метрах от нее сидела Прелесть номер два, и тоже посматривала на нас, вылизывая заднюю лапу.
— Почему их две? — потрясенно спросил Олег, и мне стало смешно — у него был такой вид, словно он увидел не кошек, а двух драконов.
— Так вышло, — уклончиво ответила я.
— В смысле так вышло? Таня, говори. Откуда в моем доме две одинаковые кошки?
Я вздохнула и поведала ему печальную историю о том, как мы решили, будто бы Прелесть сбежала, искали ее по всему району, а в итоге нашли другую кошку — тоже черную и зеленоглазую. А Прелесть была у проректора дома.
Олега рассказ впечатлил. Особенно та его часть, в которой я упоминала Кайрата. В моей интерпретации наших совместных приключений он был самым ярым защитником Олега Владимировича, сначала искал кошку по всему району, потом всюду возил меня и вообще проявил с лучшей стороны. О том, что Кайрат крошил пиццей на диван и ковер Олега, я предусмотрительно промолчала. Так сказать, меньше знаешь, меньше ненавидишь других.
— В общем, Кайрат помог мне больше всех, — подытожила я. — Поставь ему зачет в подарок.
— В какой еще подарок, Татьяна? — внимательно посмотрел на меня Олег.
— Новогодний, какой еще. Кайратик так старался ради тебя, что и тебе нужном постараться ради него.
— Твой Кайратик хотя бы один билет выучил для начала.
— Мой Кайратик нашел Прелесть! — парировала я.
— Чужую, а не мою, — уточнил Олег.
— Какая разница? В тот момент мы думали, что она твоя. Олег, правда, он очень старался. Помоги ему всего разочек.
— Я подумаю, — смилостивился он и взял Прелесть номер один на руки — она совершенно не была против, видимо, соскучилась по хозяину и даже замурлыкала. Олег задумчиво посмотрел на вторую кошку.
— И куда мне ее девать?
— Себе оставь, — посоветовала я.
— Чтобы сойти с ума? — рассмеялся он, отпустил Прелесть номер один и присел на корточки с Прелестью номер два. Она прижала уши к голове — видимо, испугалась, но убегать не стала. И дала ему себя погладить.
— Хозяев надо поискать, — решил Олег. — Сколько она тут, почти два дня?
— Да, она живет в твоей комнате, — кивнула я. — Но она чистоплотная. Ничего плохого не сделала. Правда. Ее проректор ходил кормить. Ну и лоток убирать заодно. И за Прелестью убирал, да, Прелесть? Кстати, твоя кошка довела его Пончика до трясучки.
— Я вроде бы приехал домой, а такое чувство, что попал в «Мире животных», — весело сказал Олег и выпрямился. — Ладно, пусть пока эта кошка побудет у меня. Но если у них с Прелестью начнутся драки, я от нее избавлюсь. Поняла?
Я лишь кивнула в ответ, и мой взгляд совершенно случайно упал на часы. Сердце едва не остановилось. Шел восьмой час, и я должна была быть дома! Я схватила телефон, который теперь был без карты памяти — ее я отдала полиции, заблаговременно переслав видео с Олегом и Денисом себе на почту, и включила его. Звонков от родителей оказалось несколько — я не слышала их, поскольку поставила телефон на беззвучный режим. Папе я звонить побоялась, и перезвонила маме. Коротко объяснила ей, что сейчас нахожусь у Олега, и что скоро приеду домой. Не скажу, что она была очень довольна, но кричать на меня не стала, из чего я заключила, что рядом, скорее всего, гости, которые традиционно приезжают к нам на Новый год.
— Пожалуйста, приезжай домой скорее, — попросила она меня, прежде чем отключиться.
Отпускать меня одну Олег не согласился. Заявил, что сам довезет меня до дома — благо Стас позаботился о его машине и попросил пригнать на парковку около дома. Я видела, что он измотанный и уставший, и стала отказываться, но Олег не соглашался. Сказал, что проследит, чтобы я в безопасности добралась до коттеджного поселка, и точка. Спорить с ним было бесполезно.
— Заодно в машине мне все подробно расскажешь, — сказал он и добавил. — Единственная просьба — подожди немного, я приму душ, хорошо? Хочу отмыться от этой грязи.
— Конечно, — кивнула я. — Я кофе пока сделаю. И поешь обязательно, хорошо? Мне кажется, у тебя лицо осунулось.
Олег лишь отмахнулся и ушел в ванную комнату. Как и обещала, я сделала ему горячий кофе, но он все не возвращался. И тогда я сама пошла к нему, на ходу придумывая коварный план. Олег снова забыл закрыть дверь — привычка человека, который много лет живет один. Недолго думая, я осторожно распахнула ее и скользнула внутрь. Олег стоял перед зеркалом — кажется, он только что закончил бриться. Из одежды — лишь полотенце, обернутое вокруг бедер. Все ровно, как в прошлый раз, когда я впервые попала в его квартиру. Только тогда я случайно вломилась в ванную, а сейчас пришла сюда специально.
Я невольно засмотрелась на Олега — подтянутый, сильный, с рельефной мускулатурой и крепким прессом. Мужественный. Красивый. Мой.
И я не собиралась отпускать его просто так.
— И что ты здесь делаешь? — услышала я его насмешливый голос. Олег повернулся ко мне, нанося на лицо лосьон после бритья, который пах мятой и кедром. Его темные влажные волосы полукольцами падали на лоб, и мне это казалось ужасно притягательным. Честное слово, Олег выглядел как модель из рекламы этого самого лосьона, который держал в руке. И я не могла думать ни о чем другом, кроме него. Даже дыхание сбилось.
— Решила, что слишком сильно скучаю по тебе, — ответила я, смело стягивая с себя футболку.
— И что ты делаешь? — с интересом следил за мной Олег.
— Олег Владимирович, ну что за глупые вопросы? Что делают в ванной комнате? Принимают душ, — хитро улыбнувшись, ответила я. — Может быть, вы мне поможете?
— А вы сами не справитесь, Ведьмина? — включился он в игру. Его темные глаза заблестели.
— Боюсь, что нет.
Я хотела сказать ему что-то дерзкое, что-то провокационное, но Олег вдруг шагнул ко мне и прижал к стене из черного кафеля, задирая мои руки над головой и обездвиживая собственным телом — так крепок он прижимался ко мне, давая возможность в полной мере почувствовать тепло своего тела.
— Снова играешь со мной? — прошептал он мне на ухо и поцеловал в обнаженное плечо, заставив вздрогнуть.
— Нет, Олег Владимирович, — прошептала я, — всего лишь хочу получить свое. Тебя.
Кажется, эти слова стали последней каплей.
Он буквально запечатал мой рот поцелуем — требовательным и жадным, и таким головокружительным, что я бы точно, наверное, не удержалась на ногах, если бы Олег не подхватил меня на руки. Олег целовал мне шею, ключицы, спускался ниже, заставляя откидывать голову в сторону, и там, где моей кожи касались его губы, сияли звезды.
Это было нашим маленьким общим безумием.
Не помню, как на мне не осталось одежды, как мы оказались в душевой кабине, как я повторяла его имя в полузабытье. Ничего не помню, кроме его дыхания и терпких губ. Кроме своих приглушенных полувскриков. Кроме наших переплетенных пальцев, прижатых к стеклу.
Теплая вода стекла по разгоряченному телу, жаркие поцелуи заставляли сходить с ума. Нас обоих заполняло нестерпимое желание быть рядом и жажда любви. Я прижималась спиной к стеклу, позволяя ему делать с собой все, что он хотел, и снова, и снова шептала его имя, то ли как молитву, то ли как заклятье.
— Скажи, что любишь, — вдруг прошептал Олег мне на ухо.
— Люблю, — тихо-тихо ответила я, цепляясь за его шею и зная, что ему хорошо со мной так же, как и мне с ним. Мы нашли друг друга — он и я.
Мы вышли из ванной комнаты, держась за руки и улыбаясь друг другу.
А потом просто лежали на диване в полутьме. По стенам скользили блики зеркального шара и мерцали гирлянды. Впервые за эти дни я чувствовала спокойствие и могла дышать полной грудью.
— Если бы в одного человека можно было бы влюбляться несколько раз, я бы влюблялась в тебя каждый день заново, — сказала я, обнимая Олега вновь и прижимаясь горячей щекой к его влажной груди. Мне не хотелось отпускать его ни на минуту.
— Не знаю, смог бы я это пережить или нет, — весело отозвался он, и я в шутку ударила его по плечу.
— Ты должен был сказать, что тоже хочешь влюбляться в меня несколько раз, — возмутилась я.
— Так не бывает.
— А как бывает?
— Один раз и навсегда, — невозмутимо ответил Олег.
— Конечно один раз, — сказала я со смешком. — До второго ты просто не доживешь. Узнаю, что смотришь на кого-то, и... — я многозначительно провела пальцем по его шее, а он поймал меня за руку и поцеловал в ладонь.
— Ты угадал, — сказала я, тая от нежности.
— Что? — удивленно спросил Олег.
— Не что, а с чем. Духи те самые, — ответила я.
— Нашла? — догадался он.
— Нашла на следующий день после обыска, когда убирала квартиру. И послушала твое послание, — призналась я. — Я слушала его каждый день. И каждый раз мое сердце замирало, — кажется у меня сорвался голос и Олег крепко-крепко прижал меня к себе.
— Спасибо тебе, Таня, — сказал он. — Не умею благодарить красиво. Просто спасибо за все то, что ты сделала.
— Ты бы поступил также. Зачем твой брат все это натворил? — со вздохом спросила я.
— Банальная жадность. Но, он мог бы придумать что-нибудь поумнее, — усмехнулся Олег.
Я была уверена – план Олега по устранению конкурента был бы идеальным.
— Тупость человека прекрасна и необъяснима. Как звезды, — вздохнула я.
— Что необъяснимого в звездах? — хмыкнул Олег. — Астрофизика продвинулась далеко вперед и может объяснить многие процессы.
— Даже появление звезд теперь можно объяснить. А вот чужую тупость - до сих пор нет, — еще печальнее вздохнула я. — Просто мистика какая-то.
— Кстати о мистике. Мне кажется, время рядом с тобой идёт быстрее, Татьяна, — вдруг опомнился он. — Тебя там родители не заждались? Уже почти десять.
На этих словах все наше романтическое волшебство закончилось. Меня словно ужалили десять пчел одновременно — и все в пятую точку. Я стала носиться по квартире с воплями — нужно было посушить волосы, одеться, собраться, привести себя в порядок, и, самое главное, скорее доехать до дома. На телефоне я так и не удосужилась включить звук, и снова пропустила кучу звонков от родителей. Пришлось перезванивать маме, объясняться, искусственно всхлипывать и придумывать отмазки, чтобы она смягчилась.
— Ты все еще с Олегом? — в какой-то момент просто спросила она.
— С ним, — слабым голосом ответила я.
— Он привезет тебя домой до Нового года? — продолжала мама. — Вообще я бы советовала ему это сделать, ибо твой отец ужасно зол.
— Да, мы уже выезжаем, — выкрикнула я.
— Тогда приведи его к нам, — вдруг сказала она.
— Что? — В моем голосе появилось не просто удивление, а потрясение.
— Пусть он останется у нас, — повторила мама.
— А папа? Он его случайно не убьет?
— Я с ним поговорю, Таня. В конце концов, если у тебя с твоим Олегом действительно все серьезно, нам стоит начать общаться. Только ради всего святого, приезжай домой.
— Мы уже выходим! — выкрикнула я и повернулась к Олегу.
— Мама сказала, что ждет нас обоих. Мы обязательно должны успеть приехать до двенадцати.
— Успеем, — задумчиво ответил Олег. — Единственное, меня пугает встреча с твоим отцом. В последнюю нашу встречу он был не просто зол. Он был чертовски зол. Не то, чтобы я боюсь его, но… Если он начнет меня бить, я не смогу ему ответить. Он же отец моей девушки. — На его губах появилась улыбка.
— Мой папа не будет тебя бить, — неуверенно сказала я. — По крайней мере, при гостях.
— Очень утешительный прогноз, — покачал головой Олег.
— Слушай, если не хочешь ,не езди, — спохватилась я. — Тебе нужно поспать.
— Все в порядке. Едем, — настоял Олег. — Думаю, нам с твоим отцом действительно нужно поговорить. Только, — вдруг нахмурился он, — у тебя волосы мокрые.
Я вспомнила, почему они были мокрыми – мы с Олегом, как ненормальные, целовались под душем и тогда мне было все равно, что будет с волосами. А сейчас я поняла, что без фена высушить их не смогу. В итоге, Олег со вздохом отправился к проректору и попросил у него фен. Вернее, у его жены. Я торопливо привела себя в порядок, Олег переоделся в костюм и мы, наконец, вышли из его квартиры. Его подарок я забрала с собой.
По дороге мы заскочили в цветочный магазинчик, который почему-то все еще работал, и Олег взял три зимних букета — маме, бабушке и сестре. А для папы прихватил из дома бутылку какого-то дорого коллекционного коньяка.
Мы умудрились приехать за час до Нового года, и с опаской вошли в дом, полный народу: к нам приехали папины друзья с семьями и мамина сестра с мужем и дочкой — моей кузиной Дашкой, которая тотчас бросилась ко мне на шею. Мне пришлось представлять Олега как своего молодого человека, и все нам улыбались. Все, кроме папы. Он делал вид, что не замечает меня. Зато на Владыко смотрел так, как смотрят на кровных врагов, которым мечтают открутить голову. Даже коллекционный алкоголь его не задобрил — вместо того, чтобы поблагодарить Олега, папа мрачно велел ему идти за ним в кабинет.
— Что это с дядей Володей? — удивленно спросила Даша. — Ему твой парень не нравится?
— Не знаю, — со вздохом ответила я.
— Он его бесит, — радостно поведал Арчи, вклинившись между нами. — А мне кажется, что он крутой. Олег Танькиному бывшему рыло начистил.
— Констанции? — оживилась сестра, которая была в курсе этой истории. — А этот Олег мне нравится все больше. Тань, а это он тебя? — Она указала пальцем на мою шею. Оказывается, там остался красный след и я тот час прикрыла его. Вот ведь.
Дашка и Арчи стали подкалывать меня вдвоем – у них это хорошо получалось. А я, стащив с кухни тартолетку, пыталась найти Ксю. Ее нигде не было.
Я поднялась в свою комнату и переоделась в малахитового цвета кружевное платье с длинными рукавами и высоким воротом, а волосы собрала в пучок. Я вышла из комнаты и забежала в спальню Ксю. Дверь оказалась открытой и я вошла внутрь. Сестра сидела на кровати по-турецки скрестив ноги и разговаривала с кем-то по телефону. Я сразу поняла с кем.
— Мне кажется, я знаю тебя целую вечность. А ведь прошло так мало времени, — тихо говорила она.
Когда она меня увидела, на ее лице появилась улыбка – уставшая, но светлая.
— Ты с Андреем разговариваешь? — шепотом спросила я.
Ксю кивнула.
— Передай ему мою благодарность. А еще, что он козел. Ты спустишься вниз к гостям?
— Попозже, — ответила сестра.
Я кивнула и вышла из не спальни. Пусть разговаривает со своим Андреем.
Когда я вернулась на первый этаж, оказалось, что Олег и папа все еще разговаривают в кабинете. Они не выходили оттуда почти до самого боя курантов, и я то и дело прислушивалась к тому, что происходит за закрытой дверью — вдруг папа решит побить Олега? Однако в кабинете все было тихо.
В гостиную они вышли ровно в тот момент, когда я в очередной раз пыталась подслушать, что там происходит, и приложила ухо к замочной скважине, за что едва не поплатилась. Дверь распахнулась и я чудом успела отскочить в сторону.
Папа сердито на меня уставился.
— Как дела? — широко улыбнулась я, пытаясь оценить по внешнему виду Олега, как он. Он почему-то мне подмигнул — разумеется, незаметно от папы.
— Отвратительно, — заявил отец. — Я бы вообще с тобой не разговаривал, но в честь Нового года, так и быть, буду. Надо же, убежала! Нарушила домашний арест!
Я вздохнула. Хорошо, что папа не знает, что я нарушила его в третий раз.
— Я не специально, папа, — жалобно сказала я. — Так вышло.
— У тебя всегда так выходит. Я с тобой завтра поговорю, как следует, Татьяна, — пригрозил он мне, выразительно глянул на Олега, пригрозив ему пальцем, и наконец ушел к гостям.
— Вот видишь, папа тебя не бил, — прошептала я.
— Но кажется, очень хотел, — усмехнулся Олег.
— О чем вы говорили? — спросила я Олега, взяв его за руку.
— О разном, — уклончиво ответил он. — Твой отец в курсе всего происходящего. Даже видео успел посмотреть — ему свой человек из отдела его прислал. Кажется, он впечатлился.
Еще бы! Я бы тоже впечатлилась.
— Обещал содействовать в деле моего дорого братца. Очень уж ему не понравилось, как он говорил о тебе, — продолжал Олег. — Кажется, твой отец довольно умный человек. Он не стал угрожать мне и говорить, чтобы я бросил тебя. Просто сказал, что будет следить за мной. И заявил, чтобы я не смел приставать к тебе до свадьбы. А потом добавил, что свадьбы, разумеется, не будет, потому что его дочь за меня не выйдет, но он готов потерпеть наше общение. А потом мы говорили об инвестировании.
— Вот как, — вздохнула я и украдкой поцеловала его — пока на нас никто не обращал внимания.
Новый год мы встретили шумно и весело, сидя за огромным дубовым столом в гостиной. По одну сторону от меня находилась Ксю, которая то и дело переписывалась с Андреем, по другую — Олег, и мы украдкой держались за руки, как подростки, пока никто не видел. Напротив сидели мама и бабушка. Папа возсидал во главе стола, и то и дело произносил тосты. Арчи втихую пытался налить себе и сыну папиного друга шампанское, а Дашка им помагала. Под столом курсировали туда-сюда собаки и их постоянно подкармливали сердобольные гости.
Я чувствовала себя счастливой. И свободной — ведь там, где счастье, там всегда есть свобода.
В моем счастье не был ничего невероятного — звон бокалов, бокалов, аромат мандаринов, подарки под елкой. Треск огня в камине. Переливы новогодних украшений. Веселые голоса родных и близких, собравшихся вместе. Их теплые взгляды и улыбки. Их любовь. Даже папа сменил гнев на милость — от души поздравил меня и обнял, шепнув, что я балбеска, но он мною гордиться.
— А за твоим Олегом я буду просматривать, — сообщил он мне.
— Он хороши, пап, — прошептала я. — Как ты. Ну, почти.
— Вот именно, что почти, — проворчал он.
Через пару часов после боя курантов мы традиционно вышли все вместе на улицу — запускать фейерверки, за которые отвечали папа и дядя.
Взявшись за руки, мы с Олегом смотрели на то, как в черном небе рассыпаются разноцветные искры и тают в воздухе.
— Почему ты мне поверила? — спросил вдруг Олег.
— Что? — повернулась я к нему.
— Почему поверила, что я невиновен? — повторил он.
— Потому что ты мне однажды поверил, — улыбнулась я. — Когда я сказала, что не имею никакого отношения к проколотым шинам. Помнишь?
— Помню.
— Я сказала, что это не я. И ты поверил. Почему ты это сделал?
— Потому что знал, — признался Олег.
— И я знала, — отозвалась я эхом.
— А я тоже кое-что знаю, — встрял между нами Арчи, который умудрился подкрасться к нам со спины.
— Что, мой альтернативно одаренный? — вздохнула я. Все типичные младшие братья мешают сестрам, когда те с парнями. Мой — не исключение.
— Что твой долг растет не по дням, а по часам! Учти, в новом году проценты выше! — захохотал брат и унесся, а Олег положил руку мне на плечо, но тут же убрал, увидев, как пристально смотрит на него папа.
Это был мой лучший Новый год. Один из тех, которые мы проведем вместе с Олегом.
* * *
Василина поднялась по трапу. Поздоровалась с улыбающимися стюардессами и спешно прошла в салон бизнес класса, который уже был заполнен. Она едва не опоздала на рейс Москва Нью-Йорк. Самолет из родного города вылетел с задержкой, но Василина совершенно не переживала, напротив, она была рада. Это чудо, что она успела купить билет на этот рейс.
Сегодня тридцать первое. Скоро наступит Новый год, а она сбежала. Просто взяла и сбежала из дома, собрав небольшой чемоданчик, прихватив ноутбук и кое-какие украшения. О побеге не знала только сестра, которая полностью не поддержала. Да еще и денег дала.
Как это получилось, Василина и сама не понимала. Она встретилась утром с тем парнем – Петей, как просила Ведьмина. Даже разрешила ему себя поцеловать. А потом разревелась, как дурочка. Шла домой и ревела. Не понимая, как и зачем ей жить. В голове стояли слова Тани – резкие, но справедливые. Да и слова, которые она прислала ей раньше, не выходили из головы.
«Свобода – это не только выбор, это еще и воля. Воля делать то, что ты считаешь нужным. Может быть, тебе стоит проявить волю?»
Неужели у нее нет воли?
Василина не знала. По крайней мере, до утра. А потом вдруг, когда мать сказала, что ей нужно познакомиться с одним обеспеченным парнем, ведь Ведьмин уже познакомил свою младшую дочь с его братом, Василина поняла – у не есть воля. Она поссорилась с мамой и тогда та, громко хлопнув дверью, в очередной раз посетовала, что ее дочь не такая успешная, как Таня, пошла собирать вещи.
Купить билеты сначало на рейс до Москвы, а потом до Нью-Йорка оказалось уже делом техники. Когда она была в аэропорту, ей позвонила Лина и Василина снова расплакалась. А сестра поддержала ее и даже успела приехать вместе с Виталиком, чтобы проводить. Сестра пообещала, что сама поговорит с родителями.
Василина принялась устраивать на верхней полке ручную кладь и чуть не уронила ноутбук, однако его вовремя подхватил какой-то светловолосый парень с татуировками на сильных руках.
— Спасибо, — улыбнулась она ему и вдруг поняла, что его лицо ей знакомо. Быть не может. Перед ней стоял бывший Ведьминой.
— Не за что, — ответил он. — Мы ведь виделись раньше. Ты подруга Тани.
Василина нехотя кивнула.
Лететь почти десять часов вместе с ним? Сомнительное удовольствие. Это все Ведьмина виновата. Приследует ее. Однако, пересесть Василина не могла. Все, что ей оставалось, это застегнуть ремень безопасности и вместе с Костей взмыть в небо.
Уже через пару часов она поняла, что не такой уж и он противный, как она думала вначале. Еще через пару – уснула, положив голову ему на плечо. А еще через пару недель в ее Инстаграме появился короткий пост.
«Иногда, встретить своего человека можно там, где ты никогда не думал»