Chapter ten
Приближались зимние каникулы. Этот месяц Питер жил как ни в чём не бывало: ходил на учёбу, общался со всеми и приветливо улыбался, знакомился с новыми людьми, на вопросы про Фреда отвечал, что понятия не имеет о том, что с ним (это удивляло собеседников, зато честно).
Но когда оставался наедине со своими мыслями, то вся их тяжесть накатывала волнами. Этот вечер был не исключением. Этим вечером он гулял по заснеженному парку в электрическом свете гирлянд и думал. Думал о том, что чувствует к Тони, куда подевался Фред после той страшной ночи и как дальше жить. И признаться, прогнозы его не утешали.
Потому что Питер понятия не имел, что дальше. Эти два года он привык жить в напряжении и с чувством, что задыхается от людей, которые не могут помочь и от жизни, которой он живёт. И сейчас для него было слишком много свободы, слишком много выбора и путей, слишком много людей, на которых он может обратить внимание, не боясь ущемлений и побоев.
После отношений с Фредом Паркер не доверял людям. Хотя понимал, что не все в мире поднимут на тебя руку, словно на жалкую дворняжку. Отчасти юноша корил себя за то, что он допустил унижения со сторы человека, которого некогда любил. Но ведь мы не можем, думал он и немного дрожал от холода, предугадать, как поведёт себя человек через секунду. Потому что он может сегодня любить и боготворить тебя, а завтра оказаться холодным и чёрствым по отношению к тебе.
Думая обо всём этом, Питер не заметил, как дошёл до дома. Юноша так и не ответил ни на один из этих вопросов, но надеялся хотя бы на толику ясности.
-- Питер, -- Паркер услышал, как его окликнули.
Пит обернулся и увидел подбегающего к нему Тони. Паркер так рад был, что друг, хоть и внезапно, но оказался рядом.
Парни дружески обнялись.