Глава 18: "Взрыв в ванной"
(от первого лица)
Дверь закрыта.
В тесноте ванной — мир сжимается до одного дыхания.
Он прижимает меня к холодной плитке.
Я чувствую, как напряжено его дыхание — тяжёлое, сдерживаемое, как будто он удерживает себя от чего-то.
— Что ты делаешь? — шепчу.
— Я не могу... видеть, как ты целуешь кого-то ещё.
Его губы накрывают мои резко. Мы сжимаемся друг в друге. Его язык пробивается внутрь, целует, рвёт, требует. Я хватаюсь за его рубашку, тяну вниз, расстёгиваю пуговицы — пальцы дрожат.
Он опускается ниже — целует шею, оголяет плечи. Я скидываю платье, почти не чувствуя, как ткань падает.
Его ладони на моей груди, пальцы мнут, касаются, ласкают — и я не могу сдержать стон.
Я слышу, как он хрипло выдыхает у меня на коже:
— Ты всё такая же... тёплая, мягкая, моя.
Он приподнимает меня — я обвиваю его бёдрами. Он прижимает меня к стене, и я чувствую — он твёрдый, возбуждённый, готов.
— Я не должен... — говорит он. — Но я не могу иначе.
— Делай, — отвечаю. — Мне плевать, что правильно.
Его рука между моих ног — уверенно, точно. Он касается, дразнит, проводит пальцами по влажности, которую сам вызвал.
— Ты хочешь этого? — спрашивает прямо.
— Да. Чонгук, да.
Он резко входит.
Я вскидываюсь, выдыхаю — горячо, глубоко, резко.
Стенка за спиной холодная, но я горю.
Он двигается во мне — сильно, жадно, как будто выдавливает из себя всё, что копил.
Я тону в этом ритме, в этих толчках, в его ругани, шепоте, в его «твоё тело — всё ещё моё...»
Мы срываемся одновременно.
Я хватаю его за плечи, вцепляюсь, и теряюсь в оргазме — разрывающем, полном, настоящем.
Он застывает внутри, сдавленно стонет мне в шею, дергается. Кончает.
Никаких слов. Только тяжёлое дыхание.
Он опускает меня. Мы скользим по стене на пол — голые, сбитые, живые.
— Скажи, что это не конец, — выдыхает он.
Я молчу. Не знаю ответа.
Но знаю — я всё ещё чувствую его внутри.