Диггеры. Тайна подземелья

Раньше он не мог сделать выбор, потому что не знал, что будет потом. Теперь он знает, что будет и потому не может сделать выбор.

«Господин Никто»

-И что ты думаешь на этот счет, дед?- мрачно спросил Ярослав, прислонившись к стене.

После того, как он отвел того паренька до поверхности, он и его команда снова собрались в кабинете Главы.

Марат задумчиво рассматривал рисунок бабочки под лупой, а Света, закинув нога на ногу, машинально подкидывала и ловила нож, смотря в пустоту. Кузьмич сидел, уперевшись подбородком на сложенные в замок руки, и тоже напряженно о чем то думал.

-Мальчишка однозначно не причастен к исчезновению вашего наставника, об этом и речи быть не может,- ответил он, предупреждающе взглянул на блондина.- Поэтому даже не думай агрессировать в его сторону, если он вернется к нам.

Ярослав молча сцепил зубы, но отвел глаза.

-Думаешь, он мог по своей воле отдать камень?- спросила Света, ловя нож и убирая в карман.

-Я прекрасно понимаю ваши чувства,- вздохнув, кивнул Кузьма Михайлович.- Потеря наставника и друга - это всегда тяжело, и вы еще молоды чтобы думать об этом спокойно.

-Если бы это сделал Вадим - он не стал бы искать диггеров, а тем более появляться здесь с камнем Шурина.- подал голос разума Марат, не отрываясь от рисунка.- Обсидиан уже давно был бы у того кому надо.

-Значит, Шурин понимал, что не может сбежать, и потому передал камень первому встречному. Еще и с условием чтобы этот встречный хранил камень на поверхности.- предложил догадку Яр.

Кузьмич согласно кивнул.

-Но есть только одно существо, которому нужен камень Шурина...- продолжила Света.- Симаргл. Значит он снова взялся за старое, и Шурин снова его перехитрил.

-Но какой ценой?- задумчиво произнес Марат, поднимая окровавленный лист и глядя на просвет. В некоторых местах кровь насквозь пропитала бумагу.

Послышался громкий звук удара. Все обернулись, увидев, как кулак Ярослава оставил в стене вмятину.

-Сам будешь шпаклевать,- спокойно заметил Кузьмич, отпивая чай.

-Нам нужно найти этого ублюдка и уничтожить,- прошипел Яр, сжимая кулак.- И вызволить Шурина, если... Если он еще жив.- закончил он шепотом. Голос блондина слегка дрожал. Но не от слез, а от ярости.

-Хочешь победить бога?- хмыкнул Кузьмич.- Не думаю, что у тебя хоть когда-нибудь выйдет. Но найти Шурина, живым или мертвым, мы обязаны.

-Но если камень так важен, как мог Шурин отдать его тому мальчику?- подала голос Света.- Он ведь обычный школьник. Симаргл не отступиться от своего, даже если парень будет находиться на поверхности. Один спуск в метро - и он в любой момент может стать покойником!

-Да, это еще одна проблема,- вздохнул Кузьмич, от усталости массируя виски.- Мы все еще не знаем зачем Королю теней этот камень, но учитывая его неотступную охоту за ним... ни к чему хорошему это не приведет. Поэтому, лично я надеюсь... что Вадим станет одним из нас.

Все находящиеся в кабинете диггеры вздрогнули. Даже Марат поднял от рисунка голову.

-Это бред,- хмыкнул блондин.- Тогда ему точно крышка.

-Или же,- Глава Сого встал со своего места, заводя руки за спину. И своей массивной фигурой отбрасывая величесвтенную тень на остальных.- Он сможет раскрыть свой потенциал здесь, став достойным наследником камня. Либо так, либо смерть. Других вариантов нет.

-И кто же сделает из него такого "достойного" диггера? Шурина с нами больше нет,- скептически заметил Яр, скрестив руки на груди.- Он был лучшим из лучших.

-А вы - его достойные ученики,- улыбнулся Кузьмич.- Если парень вернется, у него будет шанс противостять смерти. С вашей поддержкой.

-Ты определишь его в нашу команду?- моргнула Света.

-Верно.- улыбнулся Кузьмич.

-Отлично, будем отхватывать проблем все вместе,- цыкнул недовольно Ярослав.- Почему я не удивлен. Но у нас теперь даже нет главного в команде, Шурин пропал.

-Это я тоже хотел обсудить с вами,- спокойно кивнул Глава станции, садясь обратно в кресло.- Пока мы не найдем Шурина, - а я уверен, что мы отыщем его, - капитаном вашего отряда назначаешься ты, Яр.

Блондин удивленно вскинул голову на своего деда, и тот улыбнулся. Ярослав покорно склонил голову.

- Ты самый старший и опытный в вашем отряде, и лучший ученик. Мой и Шурина. Уверен, он одобрил бы мой выбор. Не подведи.

-Да, Глава.- тихо ответил блондин, закрывая глаза.

-Все свободны, идите спать.- сказал Кузьмич, допивая чай и отставляя кружку в сторону.- Будем надеяться, что у нас еще много спокойных ночей...

***

Вадим вернулся домой только под вечер. За этот день он смертельно устал, ноги, измерившие не один километр тоннелей, гудели. Желание было только одно - завалиться скорее в постель, можно даже без ужина. Но мать встретила его прямо с порога, сложив руки на груди и смотря на сына пронизывающим насквозь взглядом. Вадим понял, что снова попал.

-Привет, мам,- неправдоподобно весело улыбнулся парень. Холодный взгляд матери не изменился.

-Где ты был. Опять,- угрожающе-спокойным голосом спросила она. Вадим ненавидел такой тон - обычно это был верный признак того, что намечается хорошая головомойка.

-У..у Михи,- не сразу нашелся он.

-Не лги,- голос матери и взгляд стали стальными.- Я звонила маме Михаила, ты к ним не приходил. А Миша, кстати, весть день сидел дома. Был наказан за то, что вчера вечером вернулся домой поздно.

Вадим молчал, опустив глаза. И чувствовал, как уши его под непроницаемым взглядом матери загорелись от стыда. Он не так часто ей врал, а еще реже попадался. Молчание затянулось.

-Так где же ты был, Вадимыч?- в воздухе явственно запахло грозой.- И да, ты снова весь в пыли, а кроссовки теперь стыдно даже на помойку нести!

-Мам, ну что, в Москве мало разных мест, куда бы я мог пойти?- в раздражении отозвался парень, поднимая на маму глаза.

-Много. И разных,- не стала спорить мать, кивнув.- Полно и таких, где наркоманы и отморозки тусуются...

-Мама!- вытаращил Вадим глаза.

-Что «мама»?!- грубо отозвалась она.- А как еще а должна реагировать на то, что ты пропадаешь на весь день неизвестно где! Да еще молчишь, как партизан на допросе!

-Прости,- все, что нашелся ответить парень, снова опустив взгляд. Все-таки врать, особенно своей матери, он не любил, и делал это в редких случаях. Но говорить нечто вроде «Мам, да, я клаустрофобик, но при этом уже второй раз спускался под землю, лазил по тоннелям и искал приключения на свою пятую точку. И кажется продолжу, ты не против?» было бы глупо.

Мать тяжело вздохнула и покачала головой:

-Вадим, ответь мне, но только честно: где ты был? С утра и до этого времени.

Он упорно молчал, а мать встревожено продолжала:

-Ответь, я же волнуюсь. Ты не отвечал на звонки, не заходил к Мише. Где же ты был?

Вадим не ответил, словно набрав в рот воды. Под землей связь не ловила, и сообщения о пропущенных вызовах пришли к нему только у самого подъезда, когда он возвращался домой. Язык чесался рассказать матери обо всём, но это звучало бы слишком странно. Все эти монстры, диггеры, Сого... Она все равно не поймет. Или не поверит.

Ольга вздохнула, устало потирая переносицу и закрыв глаза.

-Ничего не понимаю,- тихо произнесла она.- Снова начинаются тайны, тайны... Твой отец однажды доигрался в молчанку. Смотри, чтобы этого не случилось и с тобой.

В груди Вадима что-то непроизвольно сжалось, к горлу подступил тяжелый комок. Он сглотнул его и с трудом ответил:

-Мам, у меня все хорошо. Просто... все, что сейчас происходит, трудно объяснить. Но со мной все хорошо, честно! И все же прости, мам, но я не могу объяснить тебе всего. Не сейчас. Постараюсь, но чуть позже, ладно? Не переживай, пожалуйста.

Женщину как будто сразу же успокоил его тихий, но такой спокойный и уверенный голос сына.

-Хорошо,- кивнула она, внимательно посмотрев на него.- Я доверяю тебе. Но только обещай мне, что это не опасно и никак не связано с наркотиками и тому подобным.

-Обещаю,- улыбнулся Вадим. Хотя, на счет опасности... Тут явно стоял вопрос.

Мать окончательно успокоилась, провела рукой по лицу и устало улыбнулась:

-Прости. Не надо было мне на тебя давить, просто... Ты же знаешь, с твоей болезнью бродить по вечерам очень... опасно.

-Да, знаю,- кивнул парень. В груди опять что-то горько сжалось.- Просто порой мне кажется, что я рожден для чего-то... большего. И боязнь замкнутых пространств и темноты ничего не изменит.

-Где-то я это уже слышала,- покачала женщина головой, нежно улыбнувшись.- Он тоже всегда так считал.

Вадим подался вперед, чувствуя, что это его шанс.

-Мам, кстати, ты так и не ответила вчера: куда делся отец?- осторожно завел он разговор.

Ольга опомнилась и сразу же перевела взгляд на часы, не слушая и не желая слушать.

-Бог ты мой, как уже поздно! Давай, Вадимка, раздевайся, ужинай и отправляйся спать.- затараторила она.

-Но мам, ты таки и не отве...

-СПАТЬ, Я СКАЗАЛА!

Раздражение закипело в парне негодующей волной, но он подавил его, снял куртку и молча направился в свою комнату, хлопнув дверью. Обида продолжала бушевать где-то внутри. У них дома даже не было ни одной с отцом фотографии, так что Вадим мог видеть его размытый образ только в преследующих по ночам кошмарах...

Включив настольную лампу, парень сел на скрипнувшую кровать и достал из-под рубашки медальон. Черный камень с серебряной паутинкой трещины потеплел в его руках, отражая от своих гладких блестящих боков блики света. И все же, Вадим никак не мог отделаться от ощущения, что где-то он уже видел такой камушек...

Проснувшийся сиреневый огонек вылез из кармана и присел на плечо парня, словно бы вопросительно на него смотря.

-Да уж, Лилас, вот такие вот дела,- невесело усмехнулся парень, погладив огонек.- Мало того, что мне и так теперь по самые уши хватает тайн и загадок, так даже у собственной матери от меня секреты!

Вздохнув, Вадим выключил свет и забрался под одеяло. Будь что будет.

Он попытается сам во всем разобраться и найти ответы на все вопросы. Как-нибудь...

Вадим ходил как неприкаянный, натыкаясь на мебель и часто не с первого раза слыша мать, когда она к нему обращалась. Он постоянно «зависал» - как выразилась мама - глядя в одну точку и размышляя. Над тем, стоит ли ему возвращаться к диггерам, или же лучше сделать вид, что последних наполненных странными событиями дней никогда не было.

Однако о чем бы он не думал, и к какому бы решению на данный момент не склонялся, ноги постоянно независимо от его желания шли в комнату, а руки доставали из-под вороха одежды спрятанный в шкафу амулет. Черный камень отзывался на прикосновения теплом, серебряная цепочка как живая льнула к пальцам, и Вадим долго не мог убрать медальон на место. Лишь через силу, будто отрывая от сердца что-то родное, пряча камень обратно.

Парень все ждал какого-нибудь знака, какого-нибудь послания с небес о том, как ему следует поступить. Но увы, ангелы с подробным алгоритмом действий к нему не прилетали, и даже снов никаких не снилось.

Так прошло два дня, и Вадим совсем отчаялся. Уже завтра он хотел дать четкий ответ на вопрос, чего он хочет: стать диггером на свой страх и риск, или же остаться простым обывателем и продолжать мирную, куда в меньшей степени опасную и омраченную проблемами жизнь.

Но на третью ночь ему все же приснился сон.

Сон, который в корне отличался от всех остальных...

***

Маленький мальчик, завернувшись в одеяло, конец которого тащился за ним по полу, шлепал босыми ногами к двери, из-за которой лился тихий и одинокий свет. Молодая женщина сидела на кухне, закрыв лицо руками. Темно-каштановые волосы, до этого забранные в пучок, теперь растрепались и спадали по плечам. Штычок-заколка лежала на полу, видимо, упав. Но девушка этого не замечала, продолжая неподвижно сидеть. Плечи её вздрагивали.

-Мама, что случилось?- спросил ребёнок, заходя на кухню. У стены одиноко валялись осколки разбившейся тарелки.- И где папа?

В упавшем свете кухонной лампы стало видно, что мальчик весь в синяках и ссадинах, а грудь и левая рука у него перевязаны бинтами. Шеей он не мог поворачивать, так как она была закреплена на месте белым медицинским корсетом. Мать вздрогнула и отняла руки от лица. Глаза её покраснели от слез, а несколько капелек ещё стекали по щекам. Она быстро вытерла их.

-Вадимка, ты чего не спишь?- мягко спросила она.

-Мне плохие сны снятся, а ещё из темноты на меня будто кто-то страшный смотрит... Где папа?

-Бедный ты мой,- вздохнула девушка и похлопала себя по коленям.- Иди сюда.

Мальчик забрался к матери на колени и уютно устроился, завернувшись в одеялко. Мать обняла его.

-Мама, где папа?- уже в третий раз повторил ребёнок свой вопрос.- Мне показалось, вы ругались...

Мальчик проснулся не столько из-за страшных снов, сколько от громкого шума на кухне. Он слышал, как мать в истерике кричала на отца, а тот тихим голосом старался ее успокоить. Потом послышался звон разлетевшейся вдребезги, прицельно брошенной посуды, шаги отца в коридоре и щелчок тихо закрывающейся за ним двери.

-Ну что ты,- сквозь снова выступившие слезы улыбнулась она.- Вовсе нет. Просто твой папа... Ты помнишь что-нибудь? Из того, что с тобой произошло?

Мальчик задумался, напрягая память. Помнит парковку, кровь, взметнувшиеся над ним белые когти... А дальше - пустота. И холодный, осязаемый мрак.

-Нет,- покачал он головой.- Почти ничего.

Женщина вздохнула. И, кажется, - с облегчением.

-Ну вот и хорошо,- она прижала ребенка к себе.- Такое лучше забыть. А папа...- она сглотнула, через силу выдавливая.- Твой папа ушел. Ушел, чтобы отыскать то существо и отомстить за тебя.

-Он его найдёт?- Вадим поднял на маму голову.

-Конечно,- улыбнулась мать.

-И вернется?- мальчик лучистыми серыми глазами с надеждой смотрел на нее.

-Обязательно,- на этот раз улыбка девушки покосилась. Голос дрогнул.- Но только после того, как найдёт его и уничтожит. Он... обещал...

***

Вадим распахнул глаза, сквозь плохо зашторенное окно ярким солнцем пробивалось ранее утро. Парень сел. Сердце его отбивало нервный ритм, в зрачках отразились лихорадочные блики. Заспанный Лилас вылез из-под подушки, сонно мерцая.

В голове Вадима черным дымом клубились мысли.

Значит, отец отправился на поиски того существа, и больше не вернулся... Тварь определенно была подземной, получается, что отец тоже спустился в подземелья. Возможно, он как-то связан со всеми этими «диггерами» и, может быть, до сих пор находится где-то там. Как бы то ни было, его надо отыскать!

Но для этого Вадиму в любом случае придется вернуться на Сого...

В крайнем случае, он ведь всегда может уйти оттуда, верно? никто на цепи его держать не станет. Парень достал спрятанный с вчера под подушкой, нагретый от спавшего на нем Лиласа конверт и снова прокрутил в руках. Никаких подписей, никаких обозначений. Разве что в нижнем правом уголке он заметил маленький, оттесаный на бумаге значок, в виде свернувшегося кольцом хамелеона.

"Говорить ей ничего не придется. Просто отдашь ей это..."- эхом пронесся в голове парня голос Кузьмича.

"Как странно,- подумал Вадим.- И чем же этот пустой запечатанный конверт может мне помочь?"

И все же он решился. Тихо, чтобы не разбудить мать, он пробрался на лестничную площадку и засунул конверт в их почтовый ящик. Будь что будет.

Потом вернулся в свою комнату и снова лег спать.

Часов в восемь мама пришла его будить.

-Вадимка, вставай!- весело проворковала она, расталкивая задремавшего сына.- Завтрак почти готов!

Пока мать заваривала кофе и раскладывала по тарелкам горячие оладьи, парень пошел в ванную. А когда вернулся, увидел, что она разбирает за столом свежую почту. Несколько писем от налоговой, газета... И ещё одно письмо, подписанное от руки. Вадим готов был поклясться, что еще утром на нем ничего не было. Мать вскрыла его и начала читать. Пробежав глазами несколько строк, она удивлено подняла голову на Вадима.

-Ты не говорил, что победил в государственном математическом конкурсе и тебе предлагают учиться в школе для одаренных детей!

Не уронить челюсть на пол было очень сложно, однако Вадим справился. Он заглянул матери через плечо и стал читать. Действительно: в письме говорилось, что Сорокин Вадим победил в каком-то там мудрёном конкурсе и теперь ему предлагают начать обучение в новой школе, и жить там же. Она называлась сокращено - СОГО. Тоесть Специальная Организация Государственного Образования. Но Вадим-то знал, что ни в каких математических конкурсах он не участвовал, и что "СОГО" переводиться по-другому...

Мама, прочитавшая письмо несколько раз, была слегка ошарашена. Хотя, нет - очень сильно. Она откинулась на спинку стула и посмотрела на своего сына.

-Вадим, так это и было то, о чем ты не хотел пока говорить?

Парень лучезарно улыбнулся, не растерявшись:

-Я хотел сделать тебе сюрприз.

-Кто бы знал, что ты у меня такой одаренный...

Мать тяжело вздохнула и запустила пальцы в волосы, снова бегая глазами по строчкам.

-Тут сказано, что ты можешь поехать туда когда угодно. Ты точно этого хочешь?

Вадим с секунду колебался, но все же кивнул.

-Ну, хорошо... И когда же ты собираешься туда ехать?

-Завтра с утра,- не раздумывая, ответил парень.

-А ты знаешь, где эта школа находится?- тихим взволнованным голосом спросила мать. Это заявление было для нее слишком неожиданно.

-Конечно, мам. Вот адрес, и это не так далеко, так что я буду часто тебя навещать!

Женщина поджала губы, старательно не смотря в глаза сыну.

-А как же... Как же твоя болезнь? Ведь если что-нибудь случится... Меня не будет рядом... - она отвернулась. Зеленые глаза её стали совсем прозрачными, она часто заморгала.

-Мам,- Вадим с улыбкой подошел к ней и обнял. Парень был уже выше своей матери, но она все еще заботилась о нем, как о маленьком ребенке.- Не беспокойся. Мне давно не шесть лет и я знаю, как с этим бороться. Может быть даже, что смена обстановки поможет мне вылечиться.

Мать опустила глаза. Его слова звучали убедительно.

-Ну хорошо... Только навещай меня почаще, ладно? И отзванивайся.

Парень согласно кивнул.

-Тогда давай садись за стол, а потом я помогу тебе со сборами,- уже более спокойно улыбнулась мама, смотря в его серые глаза.

Хотя даже за завтраком её не покидали смутные мысли, что где-то она уже слышала это необычное сокращение "СОГО". Вот только контекст был чуточку другой...

Ну а парень был очень рад, что все так хорошо обошлось, и с удовольствием поглощал оладьи, запивая их кофе.

Решено, завтра он возвратиться к диггерам!

А будет ли обратный путь?..