Лжец на кушетке

— Ты долго, — заметила Марта, встречая Тимура в прихожей. Её руки, скрещенные на груди, выражали укор, но лицо оставалось спокойным.

— Оно того стоило. Теперь всё должно быть в порядке.

Тимур еле сдерживал улыбку и, чтобы Марта не заметила произошедшие в нём изменения, сел на пуфик и низко наклонился, расшнуровывая ботинки.

Он был счастлив. Чёрт возьми, он по-настоящему был счастлив! Переполнявшие его радость и довольство рвались наружу. Ему хотелось восторженно кричать о том, что с ним произошло, но он мог лишь молча ликовать про себя.

Когда он ехал домой, он заглядывал в глаза каждому прохожему, стремясь безмолвно поделиться нахлынувшим на него чувством, о существовании которого спустя многие годы брака он и думать забыл. Он не верил, что подобное возможно — по крайней мере не с его наклонностями и не в его возрасте, но сознание любви и глубокой привязанности незвано обрушились на него, и он, поначалу бесплодно борясь с бурным потоком, в конечном счёте поддался его нечеловеческой силе.

Тимур сдался, и это принесло ему столь сильное облегчение, что, казалось, его совершенно перестало что-либо волновать. Понимание того, что Руслан питал к нему ответное влечение, захлестнуло его мощной приливной волной и он был согласен захлебнуться в этом губительном водовороте, лишь бы испытываемая им лёгкость не покидала его.

Единственное, что всё же терзало Тимура, заключалось в том, что он не смог остаться с Русланом на ночь. Однако на фоне произошедшего между ними объяснения необходимость вернуться к жене виделась мелочью.

Отныне Тимур знал: он не уходит и не прощается, а только покидает Руслана на время. Теперь Руслан тоже мог быть в этом уверен.

Проснувшись поздним вечером, по-прежнему заключённый в объятьях Руслана, Тимур осторожно выпутался из его рук и сел на край кровати. Руслан спал и мирно сопел с той безмятежностью, которая доступна разве что детям. Тимур был не в состоянии оторвать взгляд от его совсем ещё по-юношески мягких черт, пока усилием воли не заставил себя уехать.

На прощание он поцеловал Руслана в щёку и, несмотря на то, что спящий не слышал его, сказал: «До встречи».

Тимур скинул пальто и собрался было пройти на кухню, чтобы смочить пересохшее от тёплых воспоминаний горло, но Марта преградила ему путь.

— Не поделишься, что такого страшного могло случиться с твоим пациентом, если бы ты остался дома? — Марта приложила ладонь ко лбу Тимура. — Хотя температуры нет, тебе стоило бы оставаться в постели.

Тимур, выпивший перед возвращением домой жаропонижающее, отвёл её руку.

— Я намного лучше себя чувствую, а один мой пациент, страдающий суицидальными наклонностями, нуждался в экстренной помощи. Мы с ним видимся регулярно, и мне удаётся стабилизировать его эмоциональное состояние, но сейчас из-за моего длительного отсутствия ему стало хуже.

Лжи в словах Тимура было не больше, чем правды. Он действительно опасался, что Руслан мог навредить себе, поэтому не считал сказанное обманном.

— И всё-таки, неужели ты не мог передать его кому-нибудь из коллег? Не пойми меня неправильно, но ты же не единственный врач-психиатр на всю Москву, который непременно должен срываться всякий раз, когда один из его клиентов...

— Не говори о том, в чём не разбираешься, — оборвал её Тимур. Рассуждения Марты вызвали у него негодование, словно подобными речами она принижала значимость Руслана и его жизни. — Для выступления доверительных отношений и терапевтического альянса нужно немало времени, и пациент не пойдёт в одно мгновение на контакт с незнакомым врачом и тем более не станет его слушать.

Марта поджала губы.

— Да, извини, я в самом деле не смыслю во всех тонкостях твоей работы. Просто... Иногда мне кажется, что ты живёшь со своими пациентами, а не со мной.

Ещё большее раздражение укололо Тимура. Он мог остаться у Руслана, но вернулся домой, как и подобало в его положении, и ему меньше всего хотелось выслушивать упрёки.

— Не говори глупости, — пересилив себя, Тимур обнял жену. — Моя работа действительно требует большой вовлечённости, но ты всегда будешь для меня на первом месте.

Марта прижалась к нему, и Тимур услышал аромат шампуня, исходивший от её волос. Он старался представить на её месте Руслана, но слишком сладкие и приторные ноты не предоставляли ни единого шанса отключиться от реальности.

— Я люблю тебя, Тимур.

Тимур ничего не ответил, и только крепче прижал Марту к себе.

***

— Обалдеть, какие люди на проводе!

Наступил май, и Тимур, полностью оправившись, вернулся на работу. Он стоял в своём кабинете возле окна, наблюдая за неспешно прогуливающимися по больничному скверу людьми, и сжимал в руке телефон.

— Эй, док, ты там? Или номером ошибся?

Желание позвонить Руслану в разгар рабочего дня подступило слишком внезапно. Тимур не раздумывал о том, что собирается сказать, и просто набрал номер, чтобы услышать голос Руслана.

— Ну, всё. Я кладу трубку, раз ты молчун.

— Нет, постой.

— О, так ты всё-таки на связи.

— Да.

— Чего звонишь? Снова соскучился, сладкий, а?

Тимур улыбнулся.

— Не называй меня так. Но да, соскучился. Я тут подумал... — Тимур остановился. Что он подумал? Ведь совершенно ничего. Это был обычный звонок, и ничего более.

— Подумал и...?

— Сегодня вечером, — выпалил Тимур.

— Чего?

— Давай сходим куда-нибудь сегодня вечером? — подавив волнение, более настойчиво спросил Тимур, чувствуя, как его ладонь, в которой он сжимает телефон, становится влажной.

— Опа-па, док. Это ты что же, решил опять нарушить нашу договорённость. Это я тебе сообщаю, когда и куда мы идём, забыл?

— А это не по договорённости. Это просто так.

— О-о-о, неужели на свиданочку зовёшь?

Тимур поморщился от такой формулировки, хотя Руслан попросту назвал всё своими именами.

— Да. Я подумал о том, что до этого только ты меня куда-то приглашал, и мне захотелось сводить тебя куда-нибудь.

— Без вопросов. Только, док, умоляю, никаких опер, крикетов и извращений в смокингах.

— Как насчёт того, чтобы просто поужинать?

— Поесть на халяву — это я всегда за.

— Отлично. Подъедешь к клинике к шести? Здесь рядом есть неплохой ресторан.

— Замётано.

Руслан отключился, и Тимур с облегчением выдохнул.

Он никого не звал на так называемые «свиданочки» со времён университета и мало помнил, насколько волнительным это было. Должно быть, если бы на месте Руслана был кто-то другой, кто-то, кто был более серьёзным и требовательным, Тимур бы сгорел от смущения, как неопытный школьник, и слова бы не смог произнести. С Русланом же всё было довольно просто, и Тимур в очередной раз был рад его добродушному нраву и оптимистичному настрою.

Тимур и сам хотел бы отбросить все свои сомнения, однако следом за воодушевлением от принятого приглашения он почувствовал, как в его горле сжался тугой ком.

Он пригласил Руслана в общественное место. Насколько странным это будет выглядеть со стороны? Он, мужчина средних лет, за одним столом с мальчишкой неформального вида — куда уж более необычно может быть. Даже не столько необычно, сколько неправильно. Что вообще могут подумать люди, увидев их вместе?

— К чёрту. К чёрту всё это, — сказал себе под нос Тимур, вынимая из нижнего ящика стола флягу с виски. — Всё будет нормально.

Весь оставшийся рабочий день Тимур продолжал убеждать себя в том, что всё пройдёт хорошо, и для закрепления этой мысли время от времени прикладывался к фляге. Он не ощущал подступающего опьянения, но к вечеру голова потяжелела, а в ушах слабо звенело.

Перед выходом из клиники Тимур умылся прохладной водой. Это едва ли помогло избавиться от неприятных симптомов, однако Тимуру удалось достигнуть поставленной цели — он не переживал о предстоящем вечере. Почти.

Руслан ждал его, сидя на лавке в сквере. Издалека увидев Тимура, выходившего из дверей клиники, он поднялся и с растянутой до ушей улыбкой помахал ему.

— Хэо, док!

— Привет, — пробормотал Тимур, приблизившись к Руслану.

— Ну так что, куда идём? Веди.

Руслан взял Тимура под руку, отчего он вздрогнул.

— Здесь недалеко.

Тимур постарался набросить на себя невозмутимый вид и, не отталкивая Руслана, вышел с ним за территорию клиники. Когда они оказались на пешеходной улице, Тимур невольно ускорил шаг и смог замедлиться только после того, как они свернули в более безлюдный проулок, где располагался ресторан. Раздумывая над тем, куда сводить Руслана, Тимур в конечном счёте намеренно выбрал не очень популярное заведение с приглушённым освещением и столиками, отгороженными плотными перегородками. Зайдя внутрь, он почувствовал себя более свободно и почти не смутился перед хостес, проводившей их до столика, скрывшегося в самом углу.

Оба изучали меню и молчали. Тимур было неловко начинать разговор, а Руслан, очевидно, был слишком озадачен содержимым меню, чтобы болтать.

Не выдержав затянувшейся тишины, Тимур подозвал официантку.

— Уже определились с заказом?

— Пока ещё выбираем, но хотели бы заказать напитки.

Девушка перевела взгляд с Тимура на Руслана, и на её лице пробежало некоторое замешательство. Тимуру оно не понравилось.

— Виски, пожалуйста. А мой друг... — Тимур осёкся, давясь комом в горле, который, казалось, полностью заткнул собой гортань. — Руслан, что будешь?

— Мохито, — бросил Руслан и, многозначительно взглянув на Тимура, добавил: — Безалкогольный.

Официантка ушла, и Руслан наконец прервал молчание.

— Док, ты сам не свой, ты в курсе?

— Я знаю.

— Для чего нужно было звать меня потусить, если тебе было известно, что ты будешь не в своей тарелке? Думаешь, мне самому по кайфу, когда ты как на иголках?

— Когда это ты научился видеть меня насквозь? Тут я вроде психиатр, а не ты, — попытался отшутиться Тимур, но сам дёрнулся оттого, что Руслан вдруг накрыл ладонью его лежавшую на столе руку.

— Давненько, — Руслан бесстыдно погладил запястье Тимура. — И что же предложишь с тобой таким делать?

— Для начала убери руку, пожалуйста.

Делая вид, что не понимает, о чём речь, Руслан хохотнул:

— Думал, ты будешь более решительным, док.

— Прекрати.

— Что прекратить? Ты об этом? — Руслан поднес руку Тимура к своему лицу, из-за чего кончики пальцев скользнули по его губам.

Тимур выдернул руку и вскочил из-за стола. Быстрым шагом он двинулся в туалет и слишком громко для человека, пытавшегося держать себя в руках, захлопнул за собой дверь.

Он опёрся на раковину и растерянно уставился на себя в зеркало. В отражении на него смотрели два блестящих остекленевших глаза, искрящихся подступавшим безумием.

— Нет, нет, я ничего с собой не сделаю. Не сейчас, — прошептал Тимур своему отвратительному двойнику и принялся умываться ледяной водой, чтобы сбросить наваждение.

За шумом воды Тимур не услышал скрип двери. Выключив воду, он снова мельком взглянул в зеркало и на этот раз увидел в отражении ещё одного человека.

— Руслан, — просипел Тимур онемевшими от холода губами. — Я уже иду.

Руслан хмыкнул и, уткнувшись подбородком в плечо Тимура, обнял его со спины. Несмотря на тёплый жест, его взгляд в отражении был острым и внимательным.

— Док, может, нахер это всё? Пойдём отсюда, а?

Тимур не мог выразить словами, как он был благодарен ему в эту минуту.

Ничего не говоря, Тимур повернулся к Руслану и неожиданного для самого себя впился в его губы. Пронизывающий холод тут же отступил, и на его место пришёл испепеляющий жар. Руслан в ответ обхватил его шею и упёрся бедром в его пах.

— Пойдём отсюда. Есть идея получше, — выдохнул Тимур, разрывая поцелуй, не имея сил устоять перед откровенной провокацией.