Harley and the Joker

Прош­ло нес­коль­ко дней с мо­мен­та встре­чи Хар­ли и бан­ды и, на­конец, нас­та­ло то чис­ло, ког­да она вы­тащит Джея из ка­меры. Ве­ро­ят­ность то­го, что план не сра­бота­ет, при­мер­но был ра­вен се­ми про­цен­там, из ко­торых два: ре­бят, по­мога­ющих ей, по­садят; че­тыре: их убь­ют, а один ос­та­вал­ся на все­мир­ный апо­калип­сис.

      План был го­тов: кар­та боль­ни­цы сос­тавле­на, пер­со­нал под­куплен и ору­жие най­де­но. Ос­та­валось де­ло за ма­лым.

      Квин­зель не спа­ла ночью, по­тому как раз­ные мыс­ли прос­то не да­вали ей сде­лать это. Во­роча­ясь с од­но­го бо­ка на дру­гой, она от­ки­дыва­ла оде­яло в сто­рону, ук­ры­валась сно­ва, вы­совы­вала ру­ки или толь­ко но­ги, но все ста­ло бес­по­лез­ным, ког­да лу­чи сол­нца на­чали про­бивать­ся сквозь ок­на.

      Умыв­шись, де­вуш­ка на­лила сок и по­дош­ла к ок­ну в гос­ти­ной. Ру­ки дро­жали, ког­да она ду­мала о Джее, а жид­кость прос­то не лез­ла в гор­ло. Хо­телось скрыть­ся от все­го ми­ра и си­деть где-ни­будь в за­ко­ул­ках сво­ей па­мяти.

      Бы­ло еще слиш­ком ра­но для то­го, что­бы ид­ти на уче­бу, по­это­му ре­шение пой­ти по­гулять приш­ло в го­лову блон­динки спон­танно.

      Соб­рав все ве­щи, схва­тив пис­то­лет и ки­нув его в сум­ку, она на­дела бе­лый ко­рот­кий пу­ховик, джин­сы и са­поги.

      Но­ги пле­лись са­ми по се­бе, и ей ос­та­валось лишь смот­реть на те мес­та, с ко­торых все на­чалось, прок­ру­чивая ку­чу вос­по­мина­ний в сво­ей го­лове…

      «Спус­тившись на лиф­те на пер­вый этаж, Хар­ли выш­ла на ули­цу и сра­зу же бы­ла ох­ва­чена хо­лод­ным дож­дём. Он слов­но об­ни­мал её. И ей нра­вились та­кие объ­ятия. Все, че­го она хо­тела сей­час, — это ид­ти и вспо­минать мо­мен­ты с бра­том.
За сво­ими ду­мами она не за­мети­ла, как заш­ла в нез­на­комый пе­ре­улок. На ули­це бы­ло уже до­воль­но тем­но, и ей ста­нови­лось как-то не по се­бе. Ус­лы­шав по­зади се­бя шум, она по­вер­ну­лась и по­няла, что это все­го лишь кош­ка сва­лила му­сор­ное вед­ро. С об­легче­ни­ем вы­дох­нув, де­вуш­ка при­бави­ла свой шаг.

      Дождь не пе­рес­та­вал лить, и её одеж­да бы­ла нас­квозь мок­рая. Те­ло нем­но­го под­ра­гива­ло и пок­ры­валось му­раш­ка­ми, но она ста­ралась не об­ра­щать на это вни­мания. Ког­да раз­да­лись муж­ские го­лоса и то­пот, она не ста­ла по­вора­чивать­ся, а лишь опус­ти­ла го­лову и пос­та­ралась сос­тро­ить своё обыч­ное „су­мас­шедшее ли­цо“, на­тянув стран­ную улыб­ку».

      Сей­час буд­то то, что ви­тало у Хар­ли в ра­зуме, прев­ра­тилось в се­рую мас­су со­бытий, ко­торые раз­де­ляли все на «до» и «пос­ле».

      Она пом­ни­ла, ка­жет­ся, все. Все, что пов­ре­дило её жизнь. Го­ворят, мы са­ми ви­нова­ты в том, что ког­да-то при­чини­ло нам боль, и она бы­ла уве­рена, что так оно и есть. Ведь ни­чего бы не слу­чилось, ес­ли бы в тот ве­чер она не за­хоте­ла гу­лять. А хо­рошо ли это? Бы­ло бы луч­ше? Бы­ла бы она той, кем яв­ля­ет­ся сей­час? Нет. Все бы­ло бы иным. Се­рым и скуч­ным.

      «На сле­ду­ющий день, ве­чером, де­вуш­ка от­кры­ла гла­за и вздох­ну­ла с об­легче­ни­ем, ког­да не по­чувс­тво­вала яр­ко­го ре­жуще­го све­та. По­вер­нув го­лову, она пос­мотре­ла в ок­но. Чёрт, у неё жут­ко бо­лело все те­ло. Осоз­на­ние то­го, что она ле­жит не на сво­ей кро­вати, приш­ло с опоз­да­ни­ем, а то, что она на­ходит­ся во­об­ще не в сво­ей квар­ти­ре — ещё поз­же. С ужа­сом Хар­ли под­ня­лась на лок­тях и ста­ла ос­матри­вать­ся: яр­ко-ро­зовое крес­ло в уг­лу ком­на­ты, обои в крас­ный и чёр­ный ромб, пол пок­ры­вал алый вор­систый ко­вёр, на ок­нах — тем­ные за­навес­ки; взгля­нув на по­толок, она уви­дела ос­ле­питель­ную рос­сыпь дра­гоцен­ных кам­ней, ско­рее все­го, это бы­ли брил­ли­ан­ты; ря­дом с кро­ватью сто­яла тум­ба и пок­ры­тый зо­лотым ла­ком све­тиль­ник. Пос­тель с та­кого же цве­та пок­ры­валом. Слиш­ком стран­ная ком­на­та для нор­маль­но­го че­лове­ка».

      «Он не был нор­маль­ным. Она слиш­ком поз­дно это по­няла. Бы­ло ли что-то хо­рошее, что ос­та­лось в го­лове Хар­ли, свя­зан­ное с ним? Слиш­ком труд­но ска­зать. Труд­но во­об­ще что-ли­бо го­ворить, ду­мая о нем». 

      «Да кто ты, чёрт возь­ми, та­кой?!

      — Для те­бя — мис­тер Джей. — Он ужас­но зас­ме­ял­ся и вы­шел, опи­ра­ясь на свою трость, из ком­на­ты.

      Мис­тер Джей… Иди ты к чер­ту, мис­тер! Я не бу­ду его слу­шать! Ещё че­го!» 

      А Хар­ли не сдер­жа­ла сво­его обе­щания… Ви­димо, да­же са­мую строп­ти­вую ло­шадь мож­но по­корить. И Джо­керу это уда­лось. Он сло­мал её и пос­тро­ил для се­бя. От та­ких мыс­лей у блон­динки все сжа­лось внут­ри, но шан­са вер­нуть все вспять у нее не бы­ло.

      «По­ра за­кан­чи­вать с глу­пыми раз­мышле­ни­ями», — по­дума­ла де­вуш­ка. Вер­нувшись об­ратно в квар­ти­ру, она взя­ла сум­ку и по­бежа­ла на собс­твен­ное за­дание. Все дол­жно бы­ло прой­ти ров­но и глад­ко, а что­бы бы­ло имен­но так, Хар­ли дол­жна ос­та­вать­ся со­бой.

***

      — Здравс­твуй­те, док­тор Квин­зель, — поз­до­ровал­ся муж­чи­на в ха­лате.

      — Здравс­твуй­те. Как он? — го­лос нем­но­го дро­жал, но док­тор спи­сал все это на то, что де­вуш­ка прос­то за­мер­зла.

      — Стран­но, но он опять ве­дет се­бя слиш­ком ти­хо. Ду­маю, бла­года­ря вам он из­ле­чива­ет­ся, хо­тя… Что это я та­кое го­ворю? Он чувс­тву­ет се­бя луч­ше. И с этим не пос­по­ришь. Я в ко­торый раз пов­то­рюсь: будь­те ос­то­рож­ны! — Он от­крыл пе­ред ней дверь и ото­шел, про­пус­кая ее внутрь.

      Сер­дце ко­лоти­лось слиш­ком быс­тро и силь­но для обыч­но­го сос­то­яния, ка­залось, что она прос­то сор­вется сей­час и ис­те­рика пог­ло­тит ее, но Хар­ли вош­ла и се­ла на стул. Ни­чего не го­воря, они смот­ре­ли друг дру­гу в гла­за. Единс­твен­ный кон­такт, с по­мощью ко­торо­го они мог­ли пе­редать что-то боль­ше, чем сло­вами. Про­ходи­ла ми­нута, две, мо­жет, се­кун­ды. Буд­то вре­мя ос­та­нови­лось.

      Блон­динка ко­рот­ко кив­ну­ла, и взгляд Джо­кера смяг­чился. Пос­мотрев на ча­сы и вы­дох­нув, Хар­ли опус­ти­ла го­лову к сум­ке, сжи­мая в ру­ке пис­то­лет.

      — Итак, как ты се­бя чувс­тву­ешь? — Она сно­ва бы­ла об­ра­щена к се­рог­ла­зому, не уби­рая ру­ки со ство­ла.

      — Все хо­рошо. Я на­де­юсь на то, что у те­бя то­же все хо­рошо, — го­ворил он двус­мыслен­но, и Хар­ли ка­залось, что от нап­ря­жения, ко­торое ца­рило в воз­ду­хе, у нее ско­ро лоп­нет го­лова.

      — Это от­лично. — Лег­кая улыб­ка кос­ну­лась её губ, а гла­за вновь наш­ли стрел­ки ча­сов. Раз. Она рез­ко вы­дох­ну­ла. Два. Сжа­ла до по­беле­ния кос­тя­шек пис­то­лет. Три. Под­ня­ла гла­за на не­го. Взрыв! Она дер­ну­лась, ког­да ос­колки по­сыпа­лись на нее.

Beyonce — Crazy In Love 

      Хар­ли дос­та­ла пис­то­лет и под­бе­жала к две­ри, что­бы от­крыть ее. На по­роге сто­ял Джон. Пер­вый по­рыв улыб­нуть­ся или ки­нуть­ся в дру­жес­кие объ­ятия ка­нул в ле­ту, ког­да он про­тянул ру­ки и дёр­нул на се­бя, схва­тив ее за лок­ти.

      — От­пусти! Джон, это я! Джон, что ты де­ла­ешь?! От­пусти! — Пов­сю­ду раз­да­вались выс­тре­лы, лю­ди бе­гали по ко­ридо­рам, буд­то не за­мечая пар­ня и де­вуш­ку, ко­торую та­щили. Пре­одо­лев нес­коль­ко по­воро­тов, он за­тол­кал Квин­зель в от­кры­тую ком­на­ту и зак­ры­вал за со­бой дверь.

      — Что ты тво­ришь, блять?! Джон! Ты с ума со­шел?! Ты дол­жен был вы­вес­ти его! Гос­по­ди! — Она схва­тилась за во­лосы, ко­торые рас­тре­пались. Он мол­чал, стоя воз­ле вхо­да с ав­то­матом в ру­ках. Пос­мотрев в не­боль­шое ок­но, он по­дошёл к ней, сжал пле­чо и тол­кнул к ка­кой-то стран­ной ку­шет­ке с рем­ня­ми. Она чем-то на­поми­нала тот стул, на ко­тором ей про­мыва­ли моз­ги.

      Нес­коль­ко че­ловек заш­ли в ком­на­ту. Квин­зель не зна­ла их и не мог­ла ви­деть их ли­ца, так как они бы­ли в кос­тю­мах. Её те­ло при­жали к глад­кой по­вер­хнос­ти, а ру­ки прис­тегну­ли рем­ня­ми.

      — Не тро­гай­те ме­ня! Не тро­гай! — Она кри­чала од­но­му из муж­чин, ста­ра­ясь выр­вать­ся.

      — Мол­чи, Хар­ли! — при­казал Джон, нап­ра­вив на нее ав­то­мат. Она пос­мотре­ла на не­го с нес­кры­ва­емой зло­бой и от­вра­щени­ем. Боль пре­датель­ства раз­ры­вала грудь. Хо­телось зап­ла­кать и спря­тать­ся где-ни­будь по­даль­ше от это­го ми­ра.

      — Так, так, так… Что тут у нас ин­те­рес­но­го? — хрип­лый го­лос Джо­кера зас­та­вил сжать­ся ма­лень­кое те­ло. Хар­ли под­ня­ла на не­го свои гла­за. На нем уже не бы­ло то­го ком­би­незо­на — толь­ко спор­тивные шта­ны.

      — Что они де­ла­ют со мной, Джей?! — ска­зала она, ры­дая пе­ред ним. Она так на­де­ялась, что он при­шел спас­ти ее.

      — Ох, дет­ка, все хо­рошо. Мы прос­то нем­но­го по­иг­ра­ем с то­бой в док­то­ра и па­ци­ен­тку. — Он по­вер­нул на нее лам­пу, что так яр­ко ос­ве­тила ли­цо.

      — Джо­кер, ка­кого чер­та?! Что про­ис­хо­дит?! Я сде­лала все, что тре­бова­лось! Я!.. Я же!.. Спа­си ме­ня. — Нес­коль­ко сле­зинок ска­тилось по глад­кой ко­же щек.

      — Что?! Я не слы­шу? Что ты ска­зала?! — Ли­цо Джея ис­ка­зила гри­маса су­мас­шес­твия.

      — Ты убь­ешь ме­ня?

      — Нет, я все­го лишь сде­лаю те­бе очень-очень боль­но. — В его ру­ках блес­нул элек­тро­шокер, и че­рез се­кун­ду ком­на­ту ог­лу­шил прон­зи­тель­ный крик.

      Те­ло Квин­зель про­шиб­ло нес­конча­емой вол­ной бо­ли, а се­рые гла­за за­кати­лись. Мыс­ли ста­ли пу­тать­ся. До­гад­ки сме­шива­лись с вос­по­мина­ни­ями, тем са­мым раз­ру­шая всё прош­лое блон­динки.

      Ма­ма. Крис. Джей. Дом. По­хище­ние. Из­на­сило­вание. Её из­на­сило­вал брат, а за­тем про­дал Джо­керу? Джо­кер из­на­сило­вал ее и пос­ле по­хитил? Она са­ма приш­ла к не­му? Её мать из­де­валась над ней? Она пом­ни­ла се­рый под­вал и ру­ки, при­вязан­ные к сту­лу, и свою мать, дер­жавшую в ру­ках два элек­тро­шоке­ра. Или это был ее брат?.. Джо­кер всег­да лю­бил её и ни­ког­да не де­лал ей боль­но. Она бы­ла глу­пой, что не за­меча­ла это­го рань­ше. Убе­гала от не­го. Он все­го лишь хо­тел по­мочь ей за­быть ужас­ное прош­лое. Он по­мог ей стать но­вой де­вуш­кой. Она обя­зана не­нави­деть весь мир и всех лю­дей, жи­вущих на этой пла­нете и в этом го­роде, за то, что пос­ме­ли заб­рать у нее ее Пу­дин­га. Пу­дин­га? Очень ми­лое проз­ви­ще. Он, ве­ро­ят­но, по­хож на пу­динг, ведь его зе­леные во­лосы пе­рели­ва­ют­ся так, как и пу­динг в та­рел­ке, ко­торый она лю­била, ког­да бы­ла ма­лень­кой. Она бы­ла ма­лень­кой… Её мать не лю­била её и из­би­вала, а брат за­пирал в ком­на­те. Од­нажды ей да­ли пу­динг. Стран­но, но он был зе­леным… Как же­ле. Она пом­нит этот вкус. Джо­кер хо­роший. Все, что де­лал её ма­лыш, — все для то­го, что­бы быть счас­тли­вым. Он уби­вал и уби­ва­ет лю­дей, но они ему не нра­вились, а зна­чит он пра­виль­но пос­ту­пал.

      Боль за­кон­чи­лась и пос­леднее, что Квин­зель пом­ни­ла, — это се­рые лю­бимые гла­за.

      — Доб­ро по­жало­вать в но­вый мир, — он про­шеп­тал ей на ухо и взял на ру­ки.

5 ме­сяцев спус­тя или Эпи­лог

      — Ми­лый, ку­да ты? — Хар­ли се­ла на кро­вати.

      — Я ско­ро вер­нусь, — го­лос был гру­бым, как и всег­да, но это нра­вилось блон­динке.

      Квин­зель сно­ва от­ки­нулась на по­душ­ки, ко­па­ясь в вос­по­мина­ни­ях прош­лой но­чи. Все бы­ло так прек­расно. Не бы­ло на­силия или наг­лости. Хо­тя вто­рое, ко­неч­но же, при­сутс­тво­вало, но она уте­шала се­бя тем, что Джо­кер все рав­но пы­тал­ся сдер­жи­вать се­бя. Она це­лова­ла его так, как ник­то не це­ловал, быть мо­жет. Он был та­ким го­рячим.

      — О чем ты ду­ма­ешь, Хар­ли? — Он вер­нулся в ком­на­ту че­рез пол­ча­са. Единс­твен­ное, что на нём бы­ло «на­дето», это по­лотен­це, дер­жавше­еся на бёд­рах. С во­лос сте­кали ка­пель­ки во­ды, ко­торые па­дали на блед­ную ко­жу спи­ны, плеч и гру­ди. Она пе­реве­ла взгляд на та­ту­иров­ки на шее, гру­ди, ру­ках. Они бы­ли пот­ря­са­ющи­ми.

      — Я хо­чу та­ту­иров­ку. — В гла­зах пля­сали бе­сеня­та, ког­да она смот­ре­ла на не­го.

      — Я мо­гу на­бить те­бе ее. — Джо­кер по­дошел к кро­вати и мед­ленно лег ря­дом, пе­река­тив­шись и пос­ле на­вис­нув над ней.

      — Это бы­ло бы прек­расно, Пу­динг.

      — Не на­зывай ме­ня пу­дин­гом, Хар­лин. — Он пре­дуп­режда­юще на нее взгля­нул и нак­ло­нил­ся к шее. — Я мо­гу на­бить те­бе ее здесь. — Он по­цело­вал неж­ную ко­жу, чуть при­кусив. — Или же здесь, — пе­решел на клю­чицы. — Мо­жет, ты хо­чешь вот тут? — Джей за­цело­вывал весь путь от гру­ди до ни­за жи­вота. Хар­ли выг­ну­лась в спи­не, за­рыв­шись в его во­лосы.

      — Да…

      — Тут? — Он язы­ком про­вел ли­нию от од­ной та­зовой кос­точки к дру­гой. Она про­мыча­ла что-то в знак сог­ла­сия и упа­ла на кро­вать. Блон­динка по­тяну­ла его к се­бе, и че­рез мгно­вение их гу­бы наш­ли друг дру­га.

      Его паль­цы прош­лись по внут­ренней сто­роне бед­ра и сжа­ли ко­жу че­рез ткань тон­ко­го ниж­не­го белья. С губ сор­вался пер­вый стон.

      — Ты уже та­кая мок­рая…

      — Это ты так дей­ству­ешь на ме­ня. — Она про­вела язы­ком по его ниж­ней гу­бе, за­тем слег­ка при­куси­ла неж­ную ко­жу зу­бами, тем са­мым рас­па­лив его еще силь­нее.

      Джо­кер вда­вил те­ло блон­динки в кро­вать, про­водя ру­кой от бед­ра к гру­ди. Ему нра­вилось ка­сать­ся ее мяг­кой бе­лой ко­жи, ос­тавляя ро­зовые от­ме­тины. Но­сом он пог­ла­дил её ще­ку, при­казы­вая дать ему боль­ший дос­туп к её шее. Она бы­ла стран­ной на вкус. Не та­кой, как все, что бы­ли с ним до нее. Слад­кая с неж­ным мо­лоч­ный прив­ку­сом. Он слов­но сли­зывал это со­чета­ние с её те­ла.

***

      — Пу­динг, я ус­та­ла, — ны­ла блон­динка, еле пе­ред­ви­га­ясь на сво­их вы­соких каб­лу­ках пос­ле клу­ба к ма­шине.

      — По­тер­пи, ма­лыш­ка, ско­ро бу­дем до­ма. — Зе­лено­воло­сый сел на во­дитель­ское си­денье сво­его пур­пурно­го лам­бор­джи­ни.

      — Но я не хо­чу до­мой. — Хар­ли стран­но улыб­ну­лась и взгля­нула на Джея, пе­реда­вая в гла­зах все свои су­мас­шедшие идеи.

      — А ку­да же ты хо­чешь?

      — От­ве­зи ме­ня ку­да-ни­будь! В Ир­ландию! Или в Лон­дон! Мы мо­жем по­ехать в Нор­ве­гию! — Она схва­тила его за ру­ку, ко­торую он дер­жал на пе­рек­лю­чате­ле пе­редач.

      — Обе­щаю, так и бу­дет, ку­кол­ка… Толь­ко ты и я! — На удив­ле­ние, се­год­ня у Джо­кера бы­ло хо­рошее нас­тро­ение, не смот­ря на то, что он убил гро­милу в клу­бе, ко­торый пос­мел прит­ро­нуть­ся к его Хар­ли.

      — Я хо­чу сей­час. — Она на­дулась и от­верну­лась к ок­ну.

      — Сей­час у нас есть за­нятия по­ин­те­рес­нее. — Он на­давил на пе­даль га­за до упо­ра, из-за че­го же­лудок Квин­зель при­жал­ся к поз­во­ноч­ни­ку.

      — Мне так хо­рошо с то­бой, лю­бимый! — Она вскрик­ну­ла и по­тяну­лась к Джею. Он по­вер­нул го­лову и лег­ко чмок­нул блон­динку в гу­бы, а за­тем в лоб.

      Он не по­жалел о том, что сде­лал с Хар­ли. Она слиш­ком нра­вит­ся ему та­кой. От­рывной и не­уго­мон­ной. Они нес­коль­ко раз за эти пять ме­сяцев чуть не по­уби­вали друг дру­га, но че­рес­чур го­рячее при­мире­ние спа­сало де­ло. Он за­бывал­ся с ней.

      Им приш­лось сме­нить особ­няк, что­бы ник­то не смог най­ти их. Те­перь все бы­ло нам­но­го слож­нее, опас­нее и за­путан­нее, но, тем не ме­нее, он обес­пе­чил бе­зопас­ность Хар­ли. Он был уве­рен, что ник­то не пос­ме­ет нав­ре­дить ему и оби­деть его де­воч­ку.

      Шей­ли и Джон бы­ли вмес­те. Те­перь офи­ци­аль­но. Пос­ледний ви­нил се­бя за то, что под­ста­вил Хар­ли, но она не пом­ни­ла это­го, а зна­чит не мог­ла оби­жать­ся на не­го. Это бы­ло низ­ко, са­мо со­бой.

      Од­нажды Хар­ли так ра­зоз­ли­лась, что зас­тре­лила че­лове­ка. Они с Джо­кером в оче­ред­ной раз пос­со­рились, и ник­то не хо­тел ид­ти на ком­про­мисс. Тог­да она прос­то выс­тре­лила в пар­ня, ко­торый ска­зал ей что-то. Джей уди­вил­ся, уз­нав про ее вы­ход­ку, но еще боль­ше — ког­да в её гла­зах он не уви­дел со­жале­ния. Тог­да Джо­кер по­нял, что смог сде­лать ее для се­бя. Сло­мать и пос­тро­ить за­ново — имен­но та­кой бы­ла его цель.

      Они еха­ли по до­роге и прос­то сме­ялись. Два су­мас­шедших в од­ной ма­шине на пол­ной ско­рос­ти. Это уже слиш­ком. Но они бы­ли счас­тли­вы, но счастье не мог­ло быть веч­ным.

      Стук на кры­ше ав­то­моби­ля зас­та­вил их на се­кун­ду за­мол­чать. Взгля­нув в зер­ка­ло зад­не­го ви­да и за­метив ма­шину Бэт­си, Джей на се­кун­ду нас­то­рожил­ся, но пос­ле сно­ва зас­ме­ял­ся.

      — У нас гос­ти. — Он чуть нак­ло­нил­ся к Квин­зель, ко­торая не мог­ла пе­рес­тать сме­ять­ся.

      — Мыш­ка, мыш­ка, мыш­ка. — Она дос­та­ла из сум­ки свой ре­воль­вер. Ког­да силь­ный удар заг­лу­шил му­зыку, она не вы­дер­жа­ла: — Ту­пая мышь, ис­порти­ла нам сви­дание!

      Хар­ли на­жала на ку­рок под неп­рекра­ща­ющий­ся смех мис­те­ра Джея. Пос­ле че­го пе­реве­ла гла­за на до­рогу и ах­ну­ла. Они дви­гались пря­миком к об­ры­ву.

      — Джо­кер! Я не умею пла­вать! — Она ус­пе­ла лишь глот­нуть воз­ду­ха, преж­де чем ло­бовое стек­ло про­бил на­пор во­ды, а её те­ло за­жал ре­мень бе­зопас­ности. Стран­но… Она ни­ког­да не прис­те­гива­лась, но в этот раз вдруг ре­шила.

      Шок — пер­вое, что Хар­ли ис­пы­тала. От силь­но­го уда­ра об во­ду она чуть ли не по­теря­ла соз­на­ние.

      Даль­ше все бы­ло слов­но в ту­мане. Она пом­ни­ла, как ее го­лову под­нял Бэт­мен, как по­пыта­лась ца­рап­нуть его чем-то, что пер­вым по­палось под ру­ку. Ка­жет­ся, ос­колком стек­ла. Он вы­рубил ее, за­тем пус­то­та.

      Боль­ше ни­чего. Все обор­ва­лось на од­ной мыс­ли.

      Джея не бы­ло ря­дом. 

      Ко­нец.

Примечания:

Я не могу поверить, что ставлю «Закончен»...
Думаю здесь наши пути разошлись. Это все, что я хотела написать и сказать. Я просто очень долго собиралась с мыслями, потому как, как только я начинала писать эту главу, я начинала плакать. Мне очень грустно прощаться с этим фанфиком. 
Каждый диалог, каждое действие было взято из головы, как отдельный пазл, который в итоге сложился в картину. Замечательная она или нет, судить вам. 
Я рада, что у меня есть вы все. Все, кто читал; все, кто комментировал; кто поддерживал меня... 
Думаю, что чуть позже напишу отдельные благодарности и отвечу на некоторые ваши вопросы, которые возникнут, после прочтения. Пишите мне их в личку. 
Ну а пока вопрос такой: как вы относитесь к сериалу Skam/Стыд? Думаю следующая работа будет именно по этому фандому;)
До скорых встреч, любимые мои:3
Спасибо всем и каждому. 
Люблю вас всех, как Харли любит Джея<3

Ваша Алсу:) *плачу*