Harley and the Joker

    Нем­но­го отой­дя от все­го, Хар­ли вста­ла с ку­чи белья и пос­мотре­ла на ча­сы, ви­сящие на сте­не: бы­ло поч­ти три ча­са дня. В жи­воте ужас­но за­ур­ча­ло, и она по­няла, что ела нор­маль­но очень дав­но — ес­ли бы здесь бы­ли ве­сы, она бы обя­затель­но вос­поль­зо­валась ими и уви­дела, что три-че­тыре ки­лог­рамма её мы­шеч­ной мас­сы не­мину­емо про­пало.

      Спус­кать­ся вниз не хо­телось: все-та­ки не­из­вес­тно, где хо­дил сей­час Джо­кер — хоть она и слы­шала звук отъ­ез­жа­ющей ма­шины, не факт, что у­ехал имен­но он. Но чувс­тво го­лода бук­валь­но рос­ло с каж­дой ми­нутой.

      В дверь пос­ту­чали, от­вле­кая её от че­лове­чес­ко­го же­лания. Она рез­ко под­ня­лась на но­ги и от­сту­пила к кро­вати. Взгляд стал сос­ре­дото­чен­ным, а те­ло та­ким нап­ря­жен­ным, буд­то го­тови­лось бе­жать кросс два ки­ломет­ра.

      Дверь при­от­кры­лась, и по­каза­лась тём­ная го­лова Шей­ли. Хар­ли вы­дох­ну­ла с об­легче­ни­ем и се­ла на кро­вати, при­тяги­вая к се­бе но­ги. Брю­нет­ке бро­сил­ся в гла­за бар­дак в ком­на­те, и, прой­дясь взгля­дом по раз­бро­сан­ны­ми ве­щам, она пос­мотре­ла на блон­динку.

      — Хар­ли? Что слу­чилось? — Шей­ли прош­ла бли­же и вста­ла око­ло кро­вати.

      — Прос­то… — шес­те­рен­ки в го­лове де­вуш­ки зак­ру­тились. Ска­зать ей о том, что здесь бы­ло, — зна­чит по­казать се­бя с худ­шей сто­роны, и вро­де как по­жало­вать­ся. «Ду­май, Хар­ли! Ду­май». — Я прос­то бы­ла нем­но­го не в се­бе. Не знаю, что на ме­ня наш­ло. Но иног­да та­кое бы­ва­ет.

      На­тяну­тая улыб­ка по­яви­лась на её ли­це, она под­ня­ла гла­за и пос­мотре­ла в го­лубые ому­ты Шей­ли. Они не пре­рыва­ли зри­тель­но­го кон­такта, и, ка­жет­ся, Шей­ли по­няла все без лиш­них слов. Все бы­ло оче­вид­но как дваж­ды два. Се­кун­да, и она под­бе­жала к де­вуш­ке со сло­вами: «О, Хар­ли, мне так жаль…», и зак­лю­чила ее в объ­ятия.

      Блон­динка ут­кну­лась но­сом в пле­чо тем­но­воло­сой, но слё­зы дер­жа­ла при се­бе. Гор­дость не поз­во­ляла боль­ше пла­кать.

      — Шей­ли, все нор­маль­но… прав­да… Кста­ти, я знаю, где мо­жет быть Джон, — Хар­ли отс­тра­нилась и на гу­бах сно­ва за­иг­ра­ла сла­бая улыб­ка.

      — Где?

      — Джо­кер дер­жал ме­ня в од­ной из сво­их ком­нат вни­зу. Я ду­маю… воз­можно, Джон там. Нуж­но лишь удос­то­верить­ся в этом.

      — Я поп­ро­бую взять клю­чи от ком­нат, по­тому что их Джей да­ёт толь­ко ох­ранни­кам. Я прав­да поп­ро­бую. Ес­ли по­лучит­ся, я при­ду за то­бой ве­чером, так как од­ной мне не спра­вить­ся.

      — Хо­рошо. И, Шей­ли… Не мог­ла бы ты при­нес­ти мне нем­но­го по­есть? — ска­зала Хар­ли, но тут же её взгляд стал пус­тым и по­терян­ным, а паль­цы силь­но вжа­лись в тон­кую ко­жу рук брю­нет­ки. Пе­ред гла­зами про­мель­кну­ла вспыш­ка, ко­торая не оз­на­чала ни­чего хо­роше­го.

      — Что с то­бой, Хар­ли? Я мо­гу поз­вать ко­го-ни­будь! — Шей­ли не на шут­ку ис­пу­галась.

      — Прос­то ухо­ди. Не сто­ит, — она сжа­ла че­люс­ти, ска­лясь от пу­та­ющих­ся мыс­лей в го­лове, и заж­му­рилась. Но че­рез мгно­вение пос­мотре­ла на брю­нет­ку гла­зами с бе­га­ющи­ми зрач­ка­ми, ко­торые то рас­ши­рялись, то су­жались. — Ухо­ди! Не го­вори ни­кому! Ай-ай-яй! Быс­трее!

      От стра­ха Шей­ли под­ско­чила и по­бежа­ла к две­ри. Воз­можно, она дол­жна бы­ла ос­тать­ся и по­мочь ни в чем не­повин­ной де­вуш­ке, но что-то ей под­ска­зыва­ло, что прос­то так ей не спра­вить­ся с со­шед­шей с ума Хар­ли.

      Она хо­тела ки­нуть­ся к мис­те­ру Джею, но вов­ре­мя ос­та­нови­ла се­бя, го­воря се­бе, что это да­леко не луч­шая идея. Уви­дев его, Хар­лин ста­нет толь­ко ху­же.

      Брю­нет­ке ис­крен­не бы­ло жаль де­вуш­ку, но что она мог­ла сде­лать, кро­ме как пос­лу­шать её? Ей нуж­но бы­ло най­ти Джо­на, а дей­ство­вать не­об­хо­димо бы­ло сей­час.

      В это вре­мя Хар­ли си­дела в ком­на­те, сжи­мая в ру­ках мат­рац, смот­ря в од­ну точ­ку, но взгляд был сов­сем пус­тым и не­видя­щим.

      —Смот­ри­те, кто это тут? Не­уже­ли это на­ша ма­лыш­ка Хар­лин? — Квин­зель ока­залась в той же ком­на­те и смот­ре­ла на про­тиво­полож­ную се­бя. Гла­за бы­ли тем­ны­ми, поч­ти чёр­ны­ми, под ни­ми кра­сова­лись тус­клые кру­ги, те­ло ху­дое, ру­ки кос­тля­вые, сжа­тые в ку­лаки. Одеж­да, ес­ли это мож­но бы­ло так наз­вать, бы­ла сор­ва­на и ис­пачка­на.

      — Не смей тро­гать ме­ня, — го­лос был ре­шитель­ным. Хоть она и бы­ла мо­раль­но сла­ба, но сил, что­бы спра­вить­ся с ос­ла­бев­шей со­бой, у неё хва­тало.

      — Ми­лая, я толь­ко хо­тела ска­зать, что… Ой, что это? Си­няки у те­бя на за­пясть­ях? А это вро­де как за­сос на шее? — она по­дош­ла на два ша­га бли­же. — Он что, из­на­сило­вал на­шу ма­лень­кую де­воч­ку? Ка­кая жа­лость. Сна­чала ма­ма, по­том брат, по­хище­ние, а те­перь и на­силие? Ц-ц-ц, — цок­ну­ла блон­динка. Злая ух­мылка не схо­дила с её ли­ца, и это раз­дра­жало.

      — Это те­бя не ка­са­ет­ся.

      — Не­уже­ли? Не за­бывай, ми­лая, я — это ты, а ме­ня ка­са­ет­ся все, что про­ис­хо­дит с то­бой. Ведь это все про­ис­хо­дит и со мной… — От­ку­да ни возь­мись, по­зади су­мас­шедшей по­яви­лось крес­ло. Она се­ла на не­го, по­вер­ну­лась, от­ки­нулась спи­ной на де­ревяш­ку, а на дру­гую за­кину­ла но­ги. — А зна­ешь, что он бу­дет ещё те­бя на­сило­вать? И с каж­дым его дей­стви­ем я, до­рогая, бу­ду ста­новить­ся силь­нее и силь­нее.

      — Зна­чит, я бу­ду бо­роть­ся с то­бой до пос­ледне­го… — сквозь зу­бы про­цеди­ла Хар­ли.

      — До ка­ких пор? До пос­ледне­го? Что это зна­чит? Это зна­чит, что ты ли­бо ум­рёшь из-за не­го, ли­бо по­любишь его. Но я не поз­во­лю слу­чить­ся вто­рому. Я бу­ду все­ми си­лами де­лать те­бе боль­но и про­яв­лять се­бя, но ты ни­ког­да не смо­жешь по­любить его, пе­рес­ту­пив че­рез се­бя.

      Сто­ило ли го­ворить, что для нор­маль­ной Хар­ли её сло­ва зву­чали слиш­ком стран­но. По­любить его? Она сме­ялась где-то ещё глуб­же в се­бе от этих слов. Но в то же вре­мя это бы­ло спо­собом ос­во­бодить­ся от су­мас­шедшей. Раз­ве эта её реп­ли­ка мо­жет быть прав­дой? Как она мо­жет ве­рить су­щес­тву, жи­вуще­му под кор­кой её го­лов­но­го моз­га?

      По­любить то­го, кто из­на­сило­вал её и при­чинил фи­зичес­кую боль? По­любить вра­га, сдав­шись в его плен? Нет. Ка­тего­ричес­ки нет. Дру­гого от­ве­та быть не мо­жет.

      Она ре­шила для се­бя, что бу­дет сра­жать­ся, бу­дет сто­ять до кон­ца.

      — Сра­жать­ся са­ма с со­бой, род­ная? — сме­ялась в крес­ле свет­ло­воло­сая. — Ты хоть по­нима­ешь, о чем го­воришь? Ты уже сош­ла с ума. Ве­рить мне или нет — те­бе ду­мать, но ты вспом­нишь мои сло­ва… Бу­дешь вспо­минать их каж­дый гре­бан­ный раз, ког­да он бу­дет мед­ленно уби­вать те­бя. Он ни­ког­да не вы­пус­тит те­бя из сво­его до­ма. Ни­ког­да боль­ше ты не вер­нешь­ся в свою квар­ти­ру. Не уви­дишь фо­тог­ра­фию бра­та. Ты зас­тря­ла. Ты слов­но меж­ду дву­мя ми­рами, как дух, ме­та­ющий­ся из од­но­го уг­ла в дру­гой. Ты те­перь при­над­ле­жишь ему. Ты ду­мала сбе­жать? От не­го? Он най­дёт те­бя, и ты это зна­ешь. Он най­дёт и убь­ет. Бу­дет пы­тать те­бя мед­ленно и боль­но. И ты ни­ког­да не смо­жешь по­любить его! Ни­ког­да в жиз­ни! День за днём он бу­дет до­казы­вать те­бе, что ты — нич­то­жес­тво! Иг­рушка со сро­ком год­ности!

      — Зат­кнись! Не хо­чу те­бя слу­шать! Не смей мне та­кое го­ворить! Я не хо­чу его лю­бить! — Хар­лин хо­дила из сто­роны в сто­рону, по­ка дру­гая она рас­си­жива­лась в крес­ле.

      — Я го­ворю лишь то, что ты ду­ма­ешь. Я прос­то рас­шифро­вываю те­бе и по­казы­ваю все твои са­мые тём­ные мыс­ли. Ес­ли бы ты зна­ла, нас­коль­ко они прав­ди­вы…

      — Зак­рой свой рот, тварь! Ты ник­то! Те­бя прос­то-нап­росто нет! Ты лишь плод мо­его во­об­ра­жения! И ты не смо­жешь сде­лать мне ни­чего серь­ёз­но­го! Я по­беди­ла те­бя раз! Я мо­гу по­бедить и ещё один!

      В это вре­мя Шей­ли проб­ра­лась в один из пун­ктов ох­ра­ны, где рас­по­лага­лись клю­чи от всех ком­нат в этом до­ме. Прик­ры­ва­ясь тем, что дру­гая Шей­ли поп­ро­сила её при­нес­ти чай, она прош­ла в ма­лень­кую ком­на­ту и по­дош­ла к сто­лу с ящи­ками. Она взя­ла клю­чи от трёх раз­ных ком­нат в под­ва­ле, и быс­тро вы­бежа­ла, ос­тавшись не­заме­чен­ной.

      Спус­тившись вниз под пред­ло­гом «Джо­кер при­казал», она ста­ла ис­кать нуж­ные две­ри. От­во­рив пер­вую, в ком­на­те ни­кого не ока­залось — она бы­ла пус­той, страш­ной и тем­ной, с кро­ватью у про­тиво­полож­ной от две­ри сте­ны.

      Вто­рая так же бы­ла сво­бод­на и у неё ос­та­лась на­деж­да толь­ко на третью… Мыс­ленно мо­лясь, что там бу­дет хоть кто-то, а имен­но Джон, она по­вер­ну­ла за­моч­ную сква­жину три ра­за и ти­хонь­ко при­от­кры­ла дверь.

      Ка­ково бы­ло удив­ле­ние уви­деть пус­тую кро­вать. Это мог­ло оз­на­чать толь­ко то, что ли­бо Джо­на Джо­кер от­пра­вил до­мой, ли­бо убил… Вто­рое ни­как не ук­ла­дыва­лось в её го­лове, и Шей­ли быс­трым ша­гом нап­ра­вилась вверх по лес­тни­це, пря­миком в ком­на­ту Хар­ли, но, за­думав­шись, с кем-то стол­кну­лась.

      Гром­ко шик­нув, она по­тёр­ла мес­то уда­ра ру­кой, а точ­нее лоб, и пос­мотре­ла на че­лове­ка пе­ред со­бой. В гла­зах зас­ты­ло удив­ле­ние.

      — Джон! С то­бой все хо­рошо! — она от пе­ре­из­бытка эмо­ций ки­нулась к не­му на шею. Прос­то­яв се­кун­ду, не ожи­дав­ший та­кого по­рыва Джон, об­нял ста­рую под­ру­гу.

      — Да. Все нор­маль­но.

      — Это от­лично. Там… Хар­ли… Ей пло­хо… — сло­ва пу­тались, Шей­ли жа­лоб­но смот­ре­ла на пар­ня, на­де­ясь, что тот смо­жет что-то сде­лать. В его гла­зах бы­ли сом­не­ния, а мыс­ли мож­но бы­ло про­честь как бе­гущую стро­ку.

      — Я дол­жен ска­зать… об этом Джо­керу, — вы­палил тот, нах­му­рив­шись.

      — Нет! Ни в ко­ем слу­чае! Толь­ко ни ему!

      — Он чуть не убил ме­ня, ког­да я в прош­лый раз умол­чал о сос­то­янии Хар­ли. Он и прав­да смо­жет что-то сде­лать. Мы в этом бес­силь­ны, по­тому как ни ты, ни я не яв­ля­ем­ся су­мас­шедши­ми.

      — Он из­на­сило­вал её. — Его взгляд сра­зу по­терял­ся и стал бе­гать из од­но­го мес­та в дру­гое.

      — Все рав­но… Я по­нимаю, что ты ду­ма­ешь: что ни­чего не бу­дет ес­ли мы про­мол­чим, но это не так. — Слу­шая Джо­на, брю­нет­ка за­кати­ла гла­за, вспом­нив, что в нес­коль­ких де­сят­ках мет­ров от них на­ходит­ся Хар­ли, ко­торой яв­но пло­хо.

      — Лад­но! Лад­но, хо­рошо! Нам нуж­но ска­зать ему. Я мо­гу это сде­лать. Иди к Хар­ли, — с эти­ми сло­вами она бро­силась по лес­тни­це на тре­тий этаж, ша­гая пря­мо к ка­бине­ту мис­те­ра Джея.

      Джон, вдох­нув глу­боко, во­шёл в ком­на­ту к блон­динке.

      Она ле­жала на аб­со­лют­но пус­той кро­вати, сжи­мая се­бя ру­ками за пле­чи и тя­жело ды­ша. Гла­за бы­ли зак­ры­ты, а на лбу на­ходи­лась ис­па­рина.

      — Эй, ти­ше, де­воч­ка, ти­ше… — он по­дошёл к ней, при­сев на край, дот­ра­гива­ясь до её во­лос, за­девая ко­жу ли­ца. Она бы­ла ле­дяной.

      — Джон? — про­гово­рил сло­во хрип­лый и ти­хий го­лос, сор­вавше­еся с блед­ных губ.

      С мо­мен­та, ког­да все на­чалось, прош­ло око­ло двух ча­сов, и все это вре­мя Хар­ли неп­ре­рыв­но ве­ла борь­бу с со­бой.

      В ком­на­ту че­рез се­кун­ду вле­тел нап­ря­жен­ный Джо­кер. Отод­ви­нув Джо­на, он сел на его мес­то. Ру­кой кос­нулся её лба и за­тем ус­мехнул­ся.

      — И вы при­вели ме­ня ра­ди это­го?

      — Но ей пло­хо… — Шей­ли ти­хо сто­яла око­ло две­ри, наб­лю­дая за всем этим со сто­роны.

      Взгляд зе­лено­воло­сого по­тем­нел, ког­да де­вуш­ка в бре­ду про­из­несла:

      — Нет! Не тро­гай ме­ня! Ухо­ди! — её гла­за рас­кры­лись, и она бе­зум­но пос­мотре­ла пря­миком в ому­ты нап­ро­тив. В свя­зи с чем отод­ви­нулась на кро­вати и пос­мотре­ла на не­го, све­дя бро­ви.

      — Зат­кнись!

      — Не смей тро­гать ме­ня! Я не хо­чу те­бя ви­деть!

      — Ус­по­кой­ся! Я хо­чу по­мочь!

      — По­мочь?! Ты и по­мочь? Се­бе по­моги!.. Ай! — она от­ки­нулась на мат­рац, вы­гибая на­зад шею и кри­ча из-за бо­ли в го­лове.

      — Жар нач­нется, — Джо­кер пос­мотрел на ча­сы на сво­ей ру­ке, — че­рез час при­мер­но. К это­му вре­мени на­бери­те ван­ну тёп­лой во­ды, но не го­рячей! И по­ложи­те её ту­да. Ес­ли прис­ту­пы не прек­ра­тят­ся, зна­чит, она не справ­ля­ет­ся. Вы дол­жны бу­дете свя­зать ей ру­ки, преж­де чем по­ложить в во­ду, ина­че она не ру­ча­ет­ся за свои пос­тупки. Это все. — Он встал и бро­сил хо­лод­ный взгляд на де­вуш­ку, а по­том вы­шел из ком­на­ты.

      — Смот­ри, он ушёл. Он ос­та­вил те­бя, — сме­ялась су­мас­шедшая по­луле­жа в крес­ле.

      — И сла­ва Бо­гу! Жду не дож­дусь, ког­да уй­дёшь и ты, — сла­бая Хар­ли си­дела на по­лу, об­хва­тив се­бя ру­ками и рас­ка­чива­ясь из сто­роны в сто­рону. Она так мно­го слы­шала о се­бе за пос­ледний час. Все нас­толь­ко пло­хо, но она дер­жа­ла се­бя в ру­ках, хоть и же­лала на­кинуть­ся на тон­кое гор­ло про­тив­ни­цы и свер­нуть ей шею. Но при­кос­нуть­ся к ней, зна­чит про­иг­рать. Да и дру­гая не осо­бо же­лала воз­вра­щать­ся в те­ло, но это толь­ко по­тому, что де­вуш­ка бы­ла не сов­сем сла­ба. Ей ну­жен был мо­мент. И она жда­ла его, ос­лабляя Хар­ли каж­дым сво­им сло­вом.

      — Ин­те­рес­но, твоя мать бы­ла та­кая же су­мас­шедшая? Или это толь­ко её до­чур­ке пе­реда­лось? Твоя ма­моч­ка же бы­ла не в се­бе?

      — Ещё хоть сло­во, и я выр­ву твой язык! Не смей го­ворить ни­чего про мою мать!

      — По­чему же?

      — По­тому что она и твоя то­же! — блон­динка под­ле­тела к сту­лу и хо­тела уда­рить или сде­лать хоть что-то для то­го, что­бы зат­кнуть это су­щес­тво. Но вов­ре­мя ос­та­нови­лась. Взгляд стал хит­рым, и она от­верну­лась от се­бя, за­тем че­рез се­кун­ду по­вер­ну­лась и тол­кну­ла крес­ло на­зад. Не ус­то­яв, оно нав­зничь упа­ло вмес­те с хруп­ким те­лом.

      — Дрянь! Ты поп­ла­тишь­ся! — под­ско­чила про­тиво­полож­ность и за мгно­вение ока­залась око­ло ли­ца хо­зяй­ки.

      — Да что ты? Хо­рошо! — Обыч­ная Хар­ли обош­ла её в два ша­га, но вмес­то крес­ла уви­дела на по­лу стул, и, не те­ряя вре­мени на хоть ма­лей­шие ду­мы об этом, схва­тилась за его нож­ки, под­ня­ла и прок­ру­тилась, уда­рив в бок про­тив­ни­цу. Та упа­ла. Во­лосы зак­ры­ли её ли­цо, ру­ками она опер­лась о пол. Хар­ли ус­лы­шала ужас­ный смех. 

      Тем­пе­рату­ра и прав­да на­чалась под­ни­мать­ся, и за­ранее наб­рав теп­лую во­ду в ван­ну, Шей­ли раз­де­ла до белья соп­ро­тив­ля­ющу­юся де­вуш­ку, ко­торая ма­хала ру­ками и но­гами, не да­вая сде­лать все это ак­ку­рат­но.

      Ког­да лоб стал дос­та­точ­но го­рячим, Джон взял лёг­кое те­ло на ру­ки и от­нес в ду­шевую, пред­ва­ритель­но за­вязав ру­ки Хар­ли за спи­ной ве­рев­кой.

      Она дро­жала, и ус­по­ко­илась толь­ко тог­да, ког­да ока­залась в во­де.

      Джон и Шей­ли нем­но­го вы­дох­ну­ли, ког­да блон­динке ста­ло лег­че, и се­ли на пол у её те­ла, сле­дя за тем, что­бы тем­пе­рату­ра во­ды ос­та­валась та­кой же, иног­да под­ли­вая го­рячую во­ду.

      В ко­торый раз про­верив тем­пе­рату­ру, брю­нет­ка вздрог­ну­ла, ког­да те­ло Хар­ли дер­ну­лось. Она пе­реве­ла взгляд на поб­леднев­шее ли­цо и за­мер­ла, уви­дев ши­роко от­кры­тые го­лубые гла­за.

Примечания:

Простите за такую маленькую мутотень… я обещаю исправиться… мы потихоньку подходим к главным событиям… затишье перед бурей… 
Спасибо вам, я вас люблю❤