Опасные Игры с Огнём (кпоп)

В комнате царила тишина, нарушаемая лишь мягким шелестом ткани. Лиса стояла посреди просторной гардеробной, окружённая десятками платьев. Роскошные, дорогие, элегантные. Каждый наряд был подобран лучшими стилистами, но ни одно из них не казалось ей своим.

На комоде стоял поднос с недопитым кофе — он уже давно остыл, как и её интерес к этому процессу. Воздух был наполнен тонким ароматом духов, принесённых вместе с платьями, но Лиса не чувствовала их, слишком погружённая в свои мысли.

Она задумчиво провела рукой по одному из платьев, ощущая прохладу ткани. Всё это напоминало сцену из чужой жизни. Как будто она — актриса, которой велели сыграть роль идеальной дочери влиятельного человека.

Дверь чуть скрипнула, и в комнату заглянула служанка.

— Госпожа, вы выбрали платье?

Лиса посмотрела на девушку, потом снова на наряды. Её губы дрогнули, словно она собиралась сказать что-то, но в итоге только устало вздохнула.

— Нет... Пока нет.

Служанка робко посмотрела на Лису, заметив её задумчивый взгляд, и нерешительно заговорила:

— Госпожа, в холле осталась ещё одна сумка. Возможно, там есть что-то, что вам понравится. Я сейчас принесу.

Лиса лишь молча кивнула, не оборачиваясь, и услышала, как дверь за служанкой тихо закрылась. Она снова взглянула на себя в зеркало.

Платье, что было на ней, выглядело идеально: дорогая ткань, утончённый крой, подчёркивающий её фигуру. Всё было так, как должно быть... Но ей в этом было холодно.

Она провела ладонями по своим плечам, будто надеясь найти хоть каплю тепла, но внутри была пустота. Этот наряд не её, не для неё. Красивый, но бездушный, как всё вокруг.

Лиса вздохнула и опустила руки. Она знала, чего ей не хватает. Огня, который зажигал в ней Чонгук. Тепла, которое дарили его руки, его голос, его взгляд. Всё здесь было дорогим, Служанка вернулась, неся в руках последнюю сумку. Она бережно развернула упаковку и достала элегантное чёрное платье.

— Госпожа, вот ещё один вариант, — сказала она с лёгкой улыбкой, подавая наряд Лисе.

Лиса взглянула на него, провела пальцами по ткани. Простое, но с характером. Оно не кричало о богатстве, но в нём была своя сила, скрытая элегантность. Она поймала своё отражение в зеркале и почувствовала, как внутри что-то щёлкнуло.

Это платье... Оно не обязывало быть кем-то, кем она не является. Оно подчёркивало её, её суть.

Она взяла его в руки и, не раздумывая, направилась переодеваться.

Лиса поспешила к зеркалу, едва успев застегнуть замок. Ей хотелось скорее увидеть, как этот наряд смотрится на ней. Когда её взгляд скользнул по отражению, сердце замерло, а затем забилось быстрее.

Чёрное платье воплощало изысканную элегантность с лёгким налётом дерзости. Короткая длина сочеталась с длинными рукавами, подчёркивая изгибы её фигуры и её стройность, создавая эффект утончённой строгости. Спущенные плечи открывали ключицы и верхнюю линию груди, добавляя мягкую чувственность и хрупкую открытую уязвимость. Линия декольте, обрамлённая плавными складками ткани, делала образ ещё выразительнее, а аккуратный, чёткий крой добавлял силуэту архитектурной собранности.

Лиса провела руками по бокам, ощущая приятную ткань, и наконец позволила себе лёгкую улыбку. Это платье было в её характере. Сильное, смелое, но сдержанное. Именно таким и должен быть её образ завтра.

Платье сидело на ней идеально, словно было создано специально для неё. Её ключицы и шея и плечи — те самые места, куда Чонгук особенно любил оставлять свои поцелуи, — теперь были полностью открыты.

Она почти физически ощущала его горячее дыхание на своей коже, как в те моменты, когда он медленно склонялся к ней, задерживаясь у самого основания шеи, а потом оставлял нежный, но властный поцелуй, заставляя её затаить дыхание.

«Чонгук бы оценил...» — подумала Лиса, чуть прикусив губу.

Перед глазами вспыхнули воспоминания: как его руки уверенно обхватывали её талию, как его взгляд становился тяжелее, когда он видел её в чём-то особенно эффектном. Как его голос становился ниже, когда он шептал ей что-то только для неё.

Сердце забилось быстрее.

Лиса вздрогнула, когда служанка аккуратно нарушила её мысли:

— Вам понравился наряд, мисс?

Она моргнула, возвращаясь в реальность. Отражение в зеркале всё ещё смотрело на неё — сильная, уверенная, грациозная.

— Да... — тихо, но твёрдо ответила Лиса, проводя рукой по гладкой ткани. — Он идеален.

Служанка одобрительно кивнула, но не смогла скрыть лёгкой улыбки, заметив, как девушка задумалась перед ответом.

— Я знала, что он вам подойдёт. Вы выглядите потрясающе.

Лиса сжала губы, чтобы не улыбнуться шире. Но внутри что-то тёплое разлилось по груди.

***

Толпа мерцала огнями камер, блеском украшений и приглушённым гулом голосов. Лиса глубоко вдохнула, прежде чем элегантно выйти из машины. Она ступила на холодный мрамор дорожки, держа спину ровно, подбородок чуть приподнятым — словно с детства знала, как именно должна выглядеть дочь Ким Тхэджуна.

Рядом оказался отец, и, не теряя ни секунды, он мягко положил ладонь ей на спину, направляя вперёд. Его уверенная поступь не оставляла места сомнениям — он знал, куда ведёт свою дочь, а она, несмотря на внутреннее нежелание быть здесь, подчинилась.

Лиса скользнула взглядом по сверкающему фасаду особняка, залитому золотистым светом. Шаг за шагом она шла в самую гущу этого вечера, скрывая за идеально ровной осанкой свою настоящую бурю эмоций.

Как только они вошли в просторный зал, наполненный светом роскошных люстр и звоном бокалов, Тхэджун сразу начал окидывать помещение внимательным взглядом. Его цель была очевидна — найти хозяина вечера, партнёра, который пригласил его сюда.

Лиса шагала рядом, ощущая на себе любопытные взгляды гостей. Кто-то уже узнал её как дочь Ким Тхэджуна, кто-то просто оценивал её присутствие с профессиональным или даже личным интересом. Она же сохраняла невозмутимость, хоть внутри чувствовала себя не на своём месте.

— А, вот он, — тихо сказал Тхэджун, слегка наклонившись к дочери, прежде чем уверенно направился вперёд.

Партнёр Тхэджуна стоял в центре зала, ведя оживлённую беседу с кем-то, чьё лицо пока оставалось скрытым за его широкой фигурой.

Тхэджун уверенно направился к нему, Лиса следовала рядом, стараясь сохранять невозмутимость. Как только они подошли ближе, Ким слегка приподнял голову и заговорил:

— Рад видеть тебя, мой друг.

Партнёр, услышав знакомый голос, тут же повернулся к ним, открывая взору своего собеседника.

Чонгук.

Мгновение длилось вечность.

Глаза Чонгука вспыхнули живым огнём, когда он увидел Лису. Он не ожидал встретить её здесь. Ещё несколько часов назад он был уверен, что Лиса остаётся запертой в особняке отца. А теперь она стояла перед ним — в изящном чёрном платье, гордая, холодная, но с той самой искрой в глазах, что заставляла его сердце биться быстрее.

Лиса тоже замерла, её взгляд расширился всего на долю секунды, но затем она быстро взяла себя в руки. Её лицо оставалось спокойным, но внутри всё перевернулось.

Тхэджун же нахмурился. Он явно не ожидал увидеть здесь Чонгука, но, как и Лиса, не подал виду.

Они оба держались сдержанно, скрывая удивление за масками спокойствия. Но напряжение между ними нарастало, как натянутая струна, готовая лопнуть от одного неверного движения.

Партнёр Тхэджуна широко улыбнулся, пожимая ему руку.

— Ким, рад видеть тебя. Давно не встречались.

Затем его взгляд скользнул к Лисе, и вежливая улыбка на мгновение сменилась любопытством.

— А это кто? — спросил он, переводя взгляд с Тхэджуна на девушку.

Лиса почувствовала, как внимание всех троих мужчин сосредоточилось на ней. Она держалась уверенно, но внутри напряжение только нарастало.

Тхэджун, не теряя своего хладнокровия, кивнул в её сторону.

— Это моя дочь, Лалиса.

Партнёр удивлённо приподнял брови.

— Ваша дочь? Не думал, что у тебя есть дочь которая тоже участвует в делах бизнеса.

— Лиса очень талантлива, — спокойно ответил Тхэджун. — Я хочу, чтобы она познакомилась с нужными людьми.

Чонгук всё это время молча наблюдал за ними, его взгляд неотрывно держался на Лисе. Её присутствие здесь... Он всё ещё не мог до конца осознать этого. Он не мог оторвать взгляд от неё. Лиса выглядела... слишком красивой. Завораживающей.

Чёрное платье идеально подчёркивало её фигуру, элегантный вырез открывал то самые места куда он всегда любил прикасаться губами. Тёмные волосы мягкими волнами ложились на плечи, а уверенный, но в то же время холодный взгляд делал её ещё более недосягаемой.

Он сглотнул, стараясь скрыть свои эмоции. Но предательский огонь в глазах всё же выдал его.

Лиса тоже заметила его реакцию. И хотя её лицо оставалось бесстрастным, внутри что-то затрепетало. Её сердце стучало быстрее обычного, но она быстро взяла себя в руки, не позволяя себе ослабить хватку над своими эмоциями.

Тхэджун, конечно же, не мог не заметить, как Чонгук смотрит на его дочь. Его взгляд чуть сузился, но он ничего не сказал, предпочитая вести разговор дальше.

— Что ж, думаю, Лисе будет полезно познакомиться с правильными людьми, — сказал он партнёру.

Чонгук, наконец, перевёл взгляд на Тхэджуна, но образ Лисы всё ещё стоял у него перед глазами.

Партнёр кивнул, соглашаясь с Тхэджуном:

— Да, Лиса действительно должна знакомиться с важными людьми. Кстати, вот и один из них!

Он махнул рукой кому-то в толпе. Лиса повернула голову, чтобы посмотреть, о ком идёт речь, и замерла.

К ним направлялся мужчина в дорогом костюме, с самодовольной улыбкой. Тот самый, кто после её презентации предлагал ей работать на него.

Чонгук сразу узнал его. Внутри вспыхнуло раздражение, быстро перерастающее в гнев. Он помнил, как тот смотрел на Лису тогда, с каким интересом и восхищением. И вот теперь он снова здесь.

Чонгук сжал бокал в руке так сильно, что костяшки пальцев побелели. Его взгляд потемнел, а челюсть сжалась. Лиса тоже почувствовала напряжение рядом с собой, хотя даже не смотрела на Чонгука.

Мужчина подошёл ближе, улыбаясь:

— Кого я вижу! Лалиса, какая приятная встреча.

Мужчина заметил Чонгука и усмехнулся:

— Чонгук, вы тоже здесь! Давно не виделись.

Тхэджун удивлённо перевёл взгляд с одного на другого:

— Вы знакомы?

Мужчина кивнул, не сводя самодовольного взгляда с Чонгука:

— О, ещё как. Мы с Чонгуком уже давно пересекались в бизнесе. А вот Лалису Манобан я узнал сравнительно недавно.

Он выделил имя Лисы с особой интонацией, словно смакуя каждую букву, заставляя её внутренне напрячься. Чонгук резко поднял на него взгляд, сдерживая гнев.

Мужчина же, заметив его реакцию, лишь усмехнулся, словно нарочно провоцируя.

Партнёр Тхэджуна приподнял бровь, переводя взгляд с Лисы на её отца:

— Манобан?

Тхэджун спокойно ответил:

— Да. Она решила остаться под фамилией матери. Хотела достичь вершины сама, без тени богатой семьи.

Мужчина одобрительно кивнул, улыбаясь:

— Амбициозно. Это достойно уважения. Уверен, она далеко пойдёт.

Лиса чуть наклонила голову в знак благодарности, но внутри у неё всё сжалось. Она почувствовала на себе взгляд Чонгука и украдкой посмотрела на него. Их глаза встретились лишь на секунду, но этого хватило, чтобы сердце предательски дрогнуло.

Чонгук тоже уловил этот момент, но быстро отвёл взгляд, возвращая холодное выражение лица.

Партнёр с лёгким интересом перевёл взгляд на мужчину, который знал и Лису, и Чонгука:

— А вы откуда её знаете?

Мужчина усмехнулся, бросив короткий взгляд на Лису:

— Как секретаря Чонгука.

В воздухе словно что-то треснуло. Тхэджун резко повернулся к дочери, его взгляд потемнел от злости. Но прежде чем он успел что-то сказать, мужчина продолжил:

— Но, признаюсь, она справилась просто превосходно с трудной задачей в одном из проектов. Тогда я сказал Чонгуку, что он зря теряет её талант к бизнесу, оставляя в приемной.

Тхэджун открыл рот, чтобы заговорить, но Лиса его опередила. Её голос прозвучал ровно и спокойно, но в глазах вспыхнула упрямая искра:

— Это было нужно для одного из проектов. Я хотела понять ситуацию со стороны секретаря. Маркетолог должен знать своего клиента и его нужды. Я проработала в этой роли всего лишь три дня.

Она взглянула на отца, удерживая его напряжённый взгляд. Тхэджун сжал губы, но ничего не сказал. Лиса понимала, что этот разговор ещё продолжится, но не здесь и не сейчас.

Партнёр Тхэджуна снова одобрительно кивнул, усмехнувшись:

— Впечатляющий подход. Не каждый рискнёт так погрузиться в детали работы.

Лиса сохраняла невозмутимое выражение лица, но внутри почувствовала лёгкое облегчение. Она чуть кивнула и спокойно ответила:

— Я работаю в отделе маркетинга. А наш спонсор просто видел меня во время проекта.

Она сделала лёгкий акцент на слове спонсор, чтобы напомнить, что этот мужчина — всего лишь часть бизнеса, а не кто-то более значимый в её жизни.

Чонгук внимательно наблюдал за её манерой держаться. Её уверенность, спокойствие, способность выходить из ситуации без лишних эмоций — всё это восхищало его. Но ещё больше его задел тот факт, что этот мужчина действительно заметил Лису и, возможно, пытался заполучить её в свою компанию.

Тхэджун молчал, но было видно, что в его голове уже складывается определённое мнение.

Чонгук, который до этого молча наблюдал за разговором, решил вмешаться. Он сложил руки за спиной, немного наклонил голову и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Лиса — действительно отличный специалист и... «ценный сотрудник компании».

Он специально выделил эти слова, зная, что только Лиса поймёт скрытый смысл. Это было не просто признание её профессионализма, но и напоминание о тех моментах, что связывали их двоих — о тёплых вечерах, когда они оставались допоздна, работая вместе, об их переглядываниях, о её упрямстве и о том, как он однажды сказал эти же слова совсем в другом контексте.

Лиса чувствовала, как её сердце забилось быстрее. В глазах Чонгука мелькнула едва уловимая искра, но он продолжил совершенно спокойно, обращаясь к остальным:

— Мы так благодарны, что она не приняла ни одного предложения, когда о её работах узнали многие, и решила остаться с нами.

Он специально сделал акцент на том, что она осталась в его компании, намекая на то, что её пытались переманить, но безуспешно.

Эти слова задели всех участников разговора.

Лиса почувствовала тёплую волну внутри, понимая, что Чонгук только что напомнил ей об их связи, которую они так тщательно скрывали.

Спонсор, который ранее уверенно говорил о Лисе, напрягся. Он понял, что Чонгук обозначил свои границы, показывая, что Лиса принадлежит не только его компании, но и... возможно, ему самому.

Тхэджун взглянул на Лису иначе. Он знал, что его дочь талантлива, но теперь понял, что за неё боролись самые лучшие. Это заставило его пересмотреть мнение — она не пряталась в тени, её ценили по достоинству.

А партнёр Тхэджуна лишь восхищённо кивнул, с ещё большим интересом изучая Лису. Она действительно была достойна того, чтобы называться наследницей.

Партнёр Тхэджуна нахмурился, повторяя имя:

— Лалиса Манобан...

Он задумался, явно пытаясь вспомнить, где слышал его раньше. Затем в его глазах мелькнуло узнавание, и он слегка приподнял брови.

— Теперь я вспомнил! — сказал он, с интересом глядя на Лису. — Наша компания тоже отправляла вам предложение о работе, услышав о ваших достижениях.

Лиса не удивилась. Она помнила это предложение — оно было весьма заманчивым, но тогда у неё не было ни малейшего желания покидать компанию Чонгука.

— И я не представлял, что однажды встречу девушку, которая отказала даже самым лучшим условиям, — с восхищением продолжил он, а затем с лёгкой улыбкой добавил, посмотрев на Тхэджуна:

— Теперь всё понятно. Сразу видно, чья вы дочь.

Он произнёс это с уважением, чем ещё больше подчеркнул, насколько выдающейся была Лиса.

Лиса заметила, как Тхэджун слегка расслабился. Его взгляд, ещё недавно полный скрытого напряжения, теперь смягчился. Очевидно, что слова окружающих, их восхищение её достижениями и талантом, произвели на него впечатление.

Она понимала, что для него важно, чтобы окружающие признавали её как достойную наследницу, а не просто как дочь Кима Тхэджуна. И теперь, когда все здесь говорили о ней с уважением, возможно, тяжёлого разговора и новых проблем удастся избежать.

Впервые за долгое время Лиса почувствовала, что сумела выиграть битву, даже не начиная её.

Лиса оглядела присутствующих и с вежливой улыбкой произнесла:

— Простите меня, я хочу отлучиться ненадолго.

Она повернулась к отцу, ожидая его реакции. Тхэджун внимательно посмотрел на неё, а затем коротко кивнул, давая разрешение. Лиса внутренне вздохнула с облегчением. Отлично. Теперь, когда все вокруг признали её заслуги, Тхэджун, кажется, действительно расслабился. Это дало ей немного свободы.

Сохраняя невозмутимость, она плавно развернулась и направилась прочь от беседы, наслаждаясь моментом, когда могла позволить себе дышать свободнее.

Партнёр Тхэджуна снова обратился к нему, переключив разговор на бизнес. Лиса, уходя, услышала, как тот начал обсуждать новые перспективы сотрудничества, и уже через пару минут её отец был полностью увлечён беседой, не обращая внимания на окружающих.

Чонгук молча наблюдал за этим со стороны. Он поджал губы, взгляд его метнулся в сторону, куда ушла Лиса. Не теряя времени, он незаметно отделился от группы и пошёл следом за ней, стараясь не привлекать внимания.

Чонгук заметил, как Лиса направилась в сторону уборной. Его сердце забилось быстрее. Он ускорил шаг, не давая себе времени на раздумья. Когда она уже собиралась открыть дверь, он оказался рядом, мягко, но уверенно подтолкнул её внутрь, а сам тут же закрыл дверь на замок.

Не теряя ни секунды, он развернулся к ней, и его губы накрыли её в жадном, нетерпеливом поцелуе. Он скучал. Чёрт возьми, он слишком скучал по этим губам, по её дыханию, по её теплу. Одна рука скользнула к её затылку, вторая прижала её ближе, пока между ними не осталось ни единого сантиметра.

Их поцелуй был жадным, напористым, стремительным, словно они пытались утолить голод, накопившийся за всё время разлуки. Их дыхание смешивалось, а пальцы вцеплялись друг в друга, не желая отпускать. Лиса приподнялась на носочках, глубже погружаясь в этот момент, а Чонгук сжал её талию, притягивая ближе, требовательно, собственнически.

Их губы двигались быстро, горячо, словно они боялись, что этот момент оборвётся слишком рано.

Чонгук не мог насытиться её губами. Он не хотел даже на секунду отстраняться, даже несмотря на то, что воздуха катастрофически не хватало. Каждый раз, когда казалось, что им нужно перевести дыхание, он снова притягивал её к себе, ещё сильнее, ещё жаднее. Его пальцы впились в её талию, словно он боялся, что, если хоть на миг ослабит хватку, она исчезнет.

Лиса так же отчаянно отвечала на поцелуи, её руки скользнули к его шее, пальцы запутались в его волосах, а сердце бешено колотилось в груди. Весь мир исчез — только он, его прикосновения, его губы, его желание, смешанное с её собственным.

Чонгук, не разрывая поцелуя, крепко обхватил Лису за талию и легко приподнял её, усаживая на холодную мраморную столешницу раковины. Контраст температуры заставил её вздрогнуть, но жар его рук, плотно сжимающих её бёдра, тут же растопил прохладу.

Лиса инстинктивно обвила его ногами, притягивая ещё ближе, не позволяя даже намёка на расстояние между ними. Его губы не давали ей ни секунды передышки, требовательные, жадные, словно боялся, что это всё – иллюзия, которая может исчезнуть. А она? Она не собиралась останавливаться.

Чонгук, не отрываясь, жадно скользнул губами по её скуле, оставляя горячие, требовательные поцелуи. Его дыхание было тяжёлым, прерывистым, полным жажды, которую он не мог утолить.

Лиса запрокинула голову, давая ему ещё больше доступа, а он не заставил себя ждать – спустился к её шее, жадно целуя, оставляя на нежной коже едва заметные следы. Его руки крепко держали её, а губы двигались дальше, к ключицам, где он остановился чуть дольше, проводя языком по чувствительной коже.

— Ты даже не представляешь, как сильно я скучал, — его голос был низким, охрипшим от желания.

Он не останавливался, осыпая её горячими, нетерпеливыми поцелуями. Его губы снова скользнули вверх к её челюсти, затем к уху, а дыхание стало ещё тяжелее.

— Ты даже не представляешь, как еле я себя сдерживал с того момента, как ты появилась здесь, — выдохнул он низким, хриплым голосом, снова опускаясь к её шее.

Его руки крепче сжали её талию, пальцы чуть сильнее впились в ткань платья. Лиса чувствовала, как его жажда накаляется с каждой секундой, и понимала – она тоже скучала.

Он снова впился в её губы, не давая ей ответить, словно их разговор уже не имел значения — всё, что имело смысл, было между ними в этот момент.

Лиса тяжело дышала, чувствуя жар, что исходил от Чонгука. Ее губы были припухшими после их жадного поцелуя, а сердце отбивало бешеный ритм. Она посмотрела ему в глаза и тихо прошептала:

— Я тоже...

Чонгук замер на мгновение, прежде чем из его груди вырвался низкий рык. Он прижался еще ближе, его пальцы крепче сжали ее талию. Чонгук сжал её талию крепче, его взгляд потемнел. В взгляде читалось необузданное желание, которое он больше не мог игнорировать.

— Черт, Лиса... — его голос прозвучал хрипло, насыщенный эмоциями. — Я хочу тебя. Прямо сейчас.

Лиса посмотрела в его глаза, полные жажды и огня, и улыбнулась, чувствуя, как внутри все сжимается от его взгляда. Она скользнула ладонями по его груди, подбираясь к вороту его рубашки, и тихо, но с вызовом прошептала:

— Тогда бери...

Чонгук больше не мог сдерживаться. В следующее мгновение его губы снова накрыли её губы – глубокий, жадный поцелуй, не оставляющий места для раздумий. Лиса едва заметила, как быстро Чонгук расправился со своими брюками, пока она, всё ещё сидя, торопливо избавлялась от нижнего белья, которое мешало ей под платьем.

Когда она наконец выбросила ненужную ткань, куда-то в сторону и снова посмотрела на Чонгука, она ахнула от удивления:

— Он же почти синий!

— Я знаю, — сказал Чонгук хрипло и его руки скользнули по её спине, притягивая ближе, напрявляя пульсирующий ствол к входу.

Один толчок и Лиса выгнулась на спине. Он двигался быстро, уверенно, словно каждый его жест был заранее продуман.

Лиса зажмурилась, ощущая, как ее накрывает горячая волна. Ее пальцы сжались на его плечах, впиваясь в ткань пиджака, а дыхание становилось все более сбивчивым. Она ощущала, как все внутри нее плавится под его прикосновениями, под его напористостью и тем огнем, что разгорался между ними.

В уборной было слышно только их тяжелое дыхание, редкие, едва слышные стоны и звуки поцелуев, звуки бьющееся тел друг другу, наполненные чистым, необузданным желанием. Лиса выгнулась, отвечая на каждое его движение, на его ритм, на ту безумную страсть, что пульсировала между ними.

— Лиса... — Чонгук выдохнул ее имя, утыкаясь губами в ее шею.

Она не могла ответить — просто крепче обняла его, позволяя себе раствориться в нем, в этом моменте.

Чонгук двигался жадно, словно пытался заполнить каждую секунду, что они провели в разлуке, каждым толчком, каждым сжигающим прикосновением. Его руки крепко держали Лису, не давая ей отдалиться ни на мгновение, словно он боялся, что она исчезнет, если он ослабит хватку.

— Черт... Ты даже не представляешь, как я скучал, — выдохнул он, не сбавляя темпа.

Лиса обхватила его за шею, впиваясь пальцами в его волосы, не в силах сдержать тихий стон. Она ощущала каждое движение, каждый горячий выдох у своей кожи, и это сводило ее с ума.

— Я знаю... — прошептала она, едва находя силы говорить.

Чонгук зарычал, услышав ее голос, и еще сильнее прижал к себе, глубже, требовательнее. Он жадно утолял ту тоску, что сжигала его изнутри все это время, наполняя их моментом, где не существовало ничего, кроме их желания, их бешено бьющихся сердец, их имен, срывающихся с губ друг друга.

Они оба тяжело дышали, пытаясь прийти в себя после бурного всплеска чувств. Лиса чувствовала, как ее сердце все еще бешено колотится, а грудь вздымается в такт с его дыханием. Чонгук не двигался, крепко прижимая ее к себе, словно не хотел разрывать этот момент. Он не собирался выходить из неё.

— Еще немного, — прохрипел он, уткнувшись носом в ее шею, вдыхая ее аромат.

Лиса лишь молча провела пальцами по его спине, зарываясь в ткань пиджака. Она понимала его. Ей тоже не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Она закрыла глаза, наслаждаясь их близостью, ощущая, как его тепло обволакивает ее.

Чонгук чуть повернул голову, касаясь ее щеки губами, затем лениво прошептал:

— Так невыносимо долго ждал этого... Я не хочу отпускать.

Лиса слабо улыбнулась, чувствуя, как его дыхание приятно щекочет кожу. Она тоже не хотела, чтобы все заканчивалось.

Лиса все еще тяжело дышала, ее руки были слабо сцеплены за его шеей. Она чуть повернула голову, заглядывая Чонгуку в глаза, в которых до сих пор горело желание.

— Я хочу вернуться к тебе, — прошептала она, не скрывая своих чувств.

Чонгук усмехнулся, его пальцы мягко провели по линии ее спины.

— Именно поэтому я здесь, Лиса, — его голос был низким, хрипловатым. — У меня есть план.

Она удивленно прищурилась, ее пальцы невольно сжали ткань его рубашки.

— Какой?

Чонгук медленно склонился к ее губам, его взгляд был серьезным, но в уголках губ играла знакомая ухмылка.

— Доверься мне. Скоро ты больше не будешь связана с ним. Ты снова будешь свободна. Свободна вернуться ко мне.

Чонгук сжал челюсть, его взгляд потемнел, но он быстро взял себя в руки. Изначально он планировал поговорить с Тхэджуном, попытаться убедить его поступить правильно, позволить Лисе делать выбор самой. Но чем больше он думал об этом, тем отчетливее понимал — одних слов может быть недостаточно.

Теперь у него был другой план. Более решительный, более дерзкий. Тот, который точно приведет Лису обратно к нему.

Чонгук медленно провел ладонью по ее талии, взгляд его оставался твердым.

— Все будет так, как нужно, — сказал он, уверенно, почти обещая. — Я все улажу.

Лиса глубоко вздохнула, её пальцы скользнули по спине Чонгука, удерживая его ближе. Она смотрела ему в глаза, полные решимости и чего-то еще — чего-то дикого, непреклонного.

— Ты справишься, — уверенно прошептала она, не оставляя в этом сомнений.

Чонгук не ответил, только уголки его губ дрогнули в легкой усмешке.

Лиса тоже усмехнулась, её глаза вспыхнули искорками азарта.

— Наша жизнь — это вечные игры с огнём, — сказала она. — Сначала мы играли друг против друга, потом — за друг друга. Когда мы поняли, что это уже не игра, судьба решила иначе, сделав нас противниками самой правды. Мы выиграли и эту партию, но жизнь поставила перед нами новый раунд. Теперь мы идём против правил, чтобы быть вместе.

Она слегка прикусила губу, сжимая Чонгука сильнее.

— Мы сейчас здесь, в туалете, соединённые, пока за дверью толпа гостей...

Чонгук тихо рассмеялся, его дыхание было тяжелым, но в глазах горело пламя. Он наклонился ближе, его губы скользнули вдоль её челюсти.

— Нет, Лиса, — выдохнул он, наслаждаясь этим моментом. — Это не просто игры с огнём. Это Опасные Игры с Огнём.

Чонгук снова приникает к её губам, не желая разрывать этот момент. Поцелуй становится глубоким, жадным, будто он пытается впитать её вкус, запомнить каждую секунду, провести через него все свои эмоции. Он не хочет отпускать её, но знает — время не на их стороне.

Наконец, он нехотя отстраняется, задерживаясь ещё на мгновение, тяжело дыша. Его взгляд скользит по Лисе, по её раскрасневшимся губам, сверкающим глазам.

— Нужно вернуть тебя окончательно, — хрипло произносит он, голос ещё пропитан страстью. — А потом... потом я смогу быть рядом столько, сколько захочу.

Чонгук проводит рукой по своим волосам, приглаживая их, затем быстро начинает поправлять одежду, застёгивая рубашку и ремень. Затем он поворачивается к Лисе, его пальцы аккуратно приглаживают ткань её платья, убирают выбившиеся пряди волос.

— Дай сюда, — он осторожно берёт её прядь волос, разглаживая на правильную форму, от которой Лиса усмехается.

— Я впечатлена, Чонгук, — насмешливо говорит она, наблюдая, как он ловко подправляет ее волосы.

— Я же сказал, ты моя, — ухмыляется он, отложив косметику. — Я должен знать, как позаботиться о своей женщине.

Он смотрит на неё, теперь снова идеальную, но только он знает, как она выглядела несколько минут назад — раскрасневшаяся, взъерошенная, принадлежащая только ему.

— Готова? — спрашивает он, удерживая её за талию.

Лиса выпрямляется, на её губах играет знакомая лукавая улыбка.

— Всегда.

Чонгук ухмыляется, его голос пропитан уверенностью:

— Финальный раунд, Лис.

Он крепко удерживает Лису за талию, помогая ей спуститься со столешницы. Её ноги слегка подкашиваются, но он тут же поддерживает её, касаясь с ласковой заботой. Их взгляды встречаются, и в них ещё пылают огонь и непреодолимое притяжение.

— Иди первой, — шепчет он, прежде чем мимолётно чмокнуть её в губы. — Чтобы никто не заподозрил, что мы здесь делали.

Лиса закатывает глаза, но её губы тронуты игривой улыбкой. Она глубоко вдыхает, выпрямляет спину и с грацией, словно ничего не случилось, выходит за дверь. Чонгук остаётся внутри ещё на мгновение, усмехаясь.

— Последний и решающий раунд — тихо бросает он себе под нос, прежде чем сделать глубокий вдох и последовать за ней.