Часть - 28
Чонгук проснулся первым.
Ещё не открывая глаз, он почувствовал тепло, которое по-прежнему окутывало его, словно мягкое послевкусие сна. Где-то за окнами медленно рождалось утро — сквозь щели тяжёлых штор пробивался приглушённый свет, рисуя на полу тонкие золотистые полосы. Комната была наполнена тихим дыханием Лисы, её присутствие было почти неосязаемым, но он знал, что она рядом.
Приоткрыв глаза, Чонгук опустил взгляд и увидел её. Лиса спала, свернувшись в его объятиях, словно боялась, что он исчезнет, если ослабит хватку. Темноволосые пряди мягкими волнами разметались по подушке, а губы слегка приоткрылись, будто во сне она хотела что-то сказать, но передумала.
Чонгук задержал дыхание. Теперь, в утренней тишине, в её расслабленном лице не было ни дерзости, ни колючих фраз, которыми она так часто отгораживалась от мира. Только уязвимость. Только тёплый свет, скользящий по её коже, и слабый румянец, который он мог бы принять за игру солнечных лучей, если бы не знал, что она слишком глубоко уснула, чтобы реагировать на это.
Чонгук смотрел на неё долго, изучая каждую черту. Его пальцы дрогнули, но он не коснулся её — словно боялся, что одно неверное движение разрушит этот редкий миг тишины.
Лиса зашевелилась, её дыхание стало глубже, а пальцы чуть сжались на ткани его рубашки. Через мгновение она медленно открыла глаза, ещё немного затуманенные сном.
Чонгук заметил, как в её взгляде мелькнуло лёгкое удивление, но затем уголки губ приподнялись в слабой, тёплой улыбке. Таких улыбок он ещё не видел у неё — искренних, спокойных, без привычной колкости или упрямства.
— Доброе утро, — её голос прозвучал чуть хрипло после сна, но в этом было что-то уютное.
Чонгук, наблюдая за ней, невольно улыбнулся в ответ, хотя где-то глубоко в груди снова вспыхнул огонь — этот тёплый, но опасный огонь, который разгорался только рядом с ней.
Чонгук не ответил сразу. Вместо этого он медленно наклонился ближе, его взгляд скользнул по её лицу, задержался на губах. Лиса не успела и глазом моргнуть, как он уже накрыл их своими.
Поцелуй был ленивым, тёплым, словно отражение утреннего солнца, пробивающегося сквозь занавески. Он длился несколько минут, неторопливо, но властно, будто Чонгук хотел впитать в себя каждую секунду этого момента.
Когда он наконец отстранился, его голос прозвучал низко и слегка хрипло:
— Доброе утро.
Лиса потянулась, устраиваясь удобнее, её губы тронула хитрая улыбка.
— Хорошее утро, — протянула она, лениво проводя пальцами по его плечу. — Особенно, когда начинается так.
Чонгук прищурился, будто обдумывая что-то.
— Так? — Он вдруг резко перевернул её на спину, снова оказываясь сверху. — А если вот так?
Его губы скользнули по её шее, лёгкое касание, едва ощутимое. Лиса вздрогнула, но тут же нахмурилась, делая вид, что совершенно невозмутима.
— Ты снова пользуешься своим обаянием в свою пользу, — фыркнула она, сжав его руку.
Чонгук усмехнулся, его глаза сверкнули игривым огнём.
— Конечно. Это же работает.
Лиса закатила глаза, но её улыбка стала шире. Она попыталась высвободиться, но Чонгук лишь крепче обнял её, лениво проскользнув кончиками пальцев по её талии.
— Кажется, кто-то слишком расслабился, — прошептал он.
— Кажется, кто-то слишком рано радуется, — парировала Лиса, резко перекатываясь, так что теперь она оказалась сверху.
Чонгук удивлённо выдохнул, но его губы тут же растянулись в довольной усмешке.
— Хочешь победить меня в моей же игре?
— Уже побеждаю, — самодовольно улыбнулась Лиса, опираясь ладонями на его грудь.
— Ну, посмотрим... — протянул Чонгук, и его руки скользнули по её спине.
Чонгук смотрел на неё с тем самым взглядом — ленивым, но в то же время полным нескрываемого интереса. Его руки покоились по обе стороны от её головы, удерживая её в ловушке, но Лиса не собиралась протестовать.
— Так что, — он склонился ближе, обдавая её дыханием, — сдаёшься?
Лиса приподняла подбородок, её губы тронула дерзкая улыбка.
— Я? Никогда.
Чонгук тихо хмыкнул.
— Неужели? — его губы коснулись уголка её губ, чуть задержались, но не дали ей той близости, что она ждала. — Тогда почему твои руки так крепко держат меня за футболку?
Лиса моргнула, прежде чем осознала, что действительно вцепилась в его одежду. Но отпускать не собиралась.
— Чтобы ты не сбежал, — парировала она.
Чонгук рассмеялся, глухо и немного хрипло.
— Даже не думал об этом, — признался он, прежде чем накрыть её губы своими, на этот раз не играя, а требовательно, глубоко, будто подтверждая свои слова.
Лиса чувствовала, как его тепло окутывает её, проникая в самую глубину, разрушая остатки утренней сонливости. Она вжалась в него сильнее, не отпуская, не давая ему шанса даже пошутить, но, кажется, Чонгук и не собирался.
Когда он наконец отстранился, его глаза лукаво сверкнули.
— Ну, кто теперь побеждает?
Лиса только закатила глаза и стукнула его кулаком по плечу.
— Ты ужасный.
— Я? — Чонгук приподнял бровь. — По-моему, это ты втянула меня в эту игру.
Она скрестила руки на груди, делая вид, что недовольна, но уголки её губ предательски дёрнулись вверх.
— Ладно, — Чонгук перекатился на бок, устраиваясь рядом. — Ты хотела, чтобы я остался до утра. Теперь утро наступило. Что дальше?
Лиса задумалась на секунду, прежде чем хитро улыбнулась.Чонгук приподнял бровь, всё ещё лениво наблюдая за Лисой, которая с лисим видом смотрела на него.
— На работу, конечно, — протянула она, словно это было очевидно.
Чонгук нахмурился, его взгляд тут же потемнел.
— Ты серьёзно?
— А ты думал, что я скажу «оставайся в постели и целуй меня весь день»?
Он усмехнулся, но не ответил, лишь легонько провёл пальцами по её щеке, заставляя Лису на секунду замереть.
— Звучит как отличный план, — наконец ответил он.
Лиса покачала головой, выскальзывая из-под него, прежде чем сесть на кровати и растрепать волосы пальцами.
— Но у меня есть другой, — добавила она.
— Тот, где мы идём на работу? — Чонгук недовольно откинулся на подушки, не спеша вставать.
— Именно, — Лиса встала и, даже не взглянув на него, направилась к шкафу, явно намереваясь собираться.
Чонгук глубоко вздохнул, устремляя взгляд в потолок, прежде чем тоже подняться.
— Ладно, — пробормотал он, подходя ближе и, прежде чем Лиса успела возразить, обнял её со спины, пряча лицо в изгибе её шеи. — Но только потому, что ты заставляешь меня.
Лиса улыбнулась, касаясь его рук.
— Конечно, заставляю. Только ты же всё равно не сопротивляешься.
Чонгук лишь хмыкнул, прежде чем неохотно разжать объятия.
— Тогда давай посмотрим, кто быстрее соберётся.
Лиса повернулась к нему с прищуром.
— Ты бросаешь мне вызов?
— Всегда, — ухмыльнулся Чонгук и, прежде чем она успела ответить, уже направился к двери, оставляя Лису закатить глаза, но всё равно усмехнуться ему вслед.
Чонгук не спеша направился к двери, лениво поправляя край футболки. Но стоило ему коснуться дверной ручки, как он услышал:
— Чонгук.
Её голос был мягким, тянущимся, с ноткой озорства. Он замер, не оборачиваясь сразу, а потом медленно повернул голову.
Лиса стояла в нескольких шагах от него, но не оставалась на месте. Она шагнула ближе. И ещё ближе.
Чонгук прищурился, наблюдая, как её губы тронула лукавая улыбка.
— Что? — протянул он, но руку с двери не убрал.
— Забыл кое-что, — невинно сказала Лиса, делая ещё шаг, пока расстояние между ними не сократилось до минимума.
Чонгук вздёрнул бровь, ожидая продолжения, но Лиса не торопилась. Вместо этого она медленно потянулась к краю его футболки, будто поправляя, а потом... кончиками пальцев провела по коже у основания шеи.
Чонгук невольно задержал дыхание.
Лиса склонила голову, притворяясь задумчивой:
— Хотела сказать тебе... удачного дня.
Она чуть наклонилась, будто собираясь поцеловать его, но в последний момент резко развернулась и направилась к шкафу, словно ничего не произошло.
Чонгук медленно выдохнул, прищурившись.
— Играешь опасно, Лиса.
Она лишь улыбнулась ему через плечо:
— Ты сам сказал — всегда.
Чонгук ухмыльнулся, но в этой ухмылке было нечто большее — лёгкая радость, удовлетворение и тёплое ощущение, что он начал утро именно так, как хотел.
Закрыв за собой дверь, он быстрым шагом направился в свою комнату. В коридоре было тихо, и он не обратил внимания на окружающее, слишком погружённый в мысли о ней.
Но кто-то всё же заметил.
Из-за угла, в тени широких колонн, его мать стояла с холодным, выверенным спокойствием. Она видела, как её сын вышел из комнаты той, кто никогда не должен был переступить эту черту. Видела его ухмылку, его уверенный шаг, его довольное выражение лица.
***
Она сделала шаг в сторону, стараясь выглядеть равнодушной, но ощущение странной ауры от этих слов ещё долго не покидало её.
Чонгук застегнул ремень, но его мысли были далеко отсюда. Он всё ещё прокручивал в голове ночной разговор с Лисой.
Она пыталась выжить.
Эти слова не давали ему покоя. Его мать мучила её годами, начиная с шести лет. Запирала в подвале. Била ремнём или цепями. Заставляла таскать неподъёмные тяжести, как взрослого мужчину, оставляя до ожогов на улице и доводила до обморока с голоданием.
Но почему?
Чонгук нахмурился, надевая рубашку. Лиса была всего лишь ребёнком. Даже если бы она что-то сделала, за что можно было бы наказать — никто не заслуживает такого. А она была... Он помнил, какой хрупкой она была в детстве. Слабой, тихой. Даже сейчас, спустя столько лет, её запястья всё ещё казались тонкими под его пальцами.
Он опустил взгляд, приглаживая ткань рубашки. Его мать всегда была строгой, но не жестокой. Она могла осадить взглядом, давить своим присутствием, наказывать за ослушание — но она никогда не била его. Тогда почему Лиса? Почему она обращалась с ней так, как будто хотела сломать её или и вправду же убить?
Чонгук резко вдохнул, закрывая глаза. Всё складывалось в какую-то уродливую картину, но он не мог понять, чего в ней не хватало. Что он упускает?
Он открыл глаза и бросил взгляд на своё отражение в зеркале. Он найдет ответ.
***
Лиса допила последний глоток чая и поставила чашку на стол. Завтрак прошёл как обычно, но ощущение внутри было иным — лёгкость, почти невесомость, словно внутри тлел тихий, но тёплый огонь. Она едва сдерживала улыбку, пока мысли упрямо возвращались к утру, к горячему шёпоту, к касаниям.
Поднявшись со стула, она плавно направилась к выходу, но стоило ей ступить за порог, как путь преградила высокая фигура. Госпожа Чон.
— Ты выглядишь... отдохнувшей сегодня, — её голос был ровным, почти ленивым, но в нём ощущалась странная нотка.
Лиса непроизвольно напряглась, встретив взгляд женщины. Внутри что-то сжалось, не от страха, а от какого-то тревожного предчувствия. Эти слова... обычные, но сказанные так, что у неё по спине пробежал холод.
Она чувствовала этот взгляд, этот скрытый интерес, в котором не было ни доброжелательности, ни простого любопытства. Только что-то скользкое, едва уловимое, как змея, которая только наблюдает из травы, пока не решит сделать свой первый бросок.
Лиса не дрогнула. Сохраняя спокойствие, она плавно кивнула и ровно ответила:
— Спасибо, я действительно хорошо выспалась.
***
Перед воротами
Чонгук стоял, опершись спиной о капот машины, скрестив руки на груди. Взгляд направлен к входу в особняк, но мысли — глубже, чем он бы хотел.
Лиса всегда выходила первой. Это было нормой. Это было привычкой. Но с сегодняшнего дня всё изменится.
Его машина теперь будет ждать её каждое утро.
Он будет возить её каждый день.
Лиса выбежала на улицу лёгким шагом, но заметив Чонгука у машины, замедлилась, удивлённо нахмурившись.
— Ты что, меня ждёшь? — произнесла она, остановившись перед ним.
Чонгук медленно оторвался от капота, подавшись к ней ближе, его тёмные глаза смотрели с уверенностью.
— С сегодняшнего дня я буду возить тебя каждый день.
Лиса скрестила руки, наклонив голову, как будто пыталась понять его намерения.
— Это... приказ?
— Факт.
Она прищурилась.
— А если я не соглашусь?
Чонгук ухмыльнулся, открывая пассажирскую дверь.
— Значит, мы будем стоять перед воротами, пока ты не передумаешь.
Лиса закатила глаза, но её губы дрогнули в сдержанной улыбке. Она понимала, что спорить бесполезно.
Чонгук терпеливо ждал, пока она сама сядет в машину. И когда дверь наконец закрылась, он сел за руль и завёл двигатель.
Конечно, они могут обсудить это во время поездки. Причём у них могут быть разные взгляды на то, как вести себя на работе.
В машине
Лиса сидела, скрестив руки, и бросала на Чонгука оценивающие взгляды.
— Значит, ты будешь подвозить меня каждый день?
— Я же сказал.
— А если нас увидят?
Чонгук бросил на неё короткий взгляд, сосредоточенный на дороге, но в голосе звучала уверенность:
— Пусть смотрят.
Лиса тяжело вздохнула, откидываясь на спинку кресла.
— Хорошо, но на работе мы остаёмся начальником и секретарём. Без личного.
Чонгук не ответил сразу. Он не торопился соглашаться.
— Значит, ты хочешь, чтобы я вёл себя с тобой как со всеми?
Лиса почувствовала его взгляд и сжала губы.
— Именно.
Чонгук ухмыльнулся, но глаза оставались серьёзными.
— Уверена, что выдержишь?
Она бросила на него острый взгляд.
— Это ты выдержишь?
Чонгук усмехнулся.
— Ладно, давай проверим.
Но в его голосе звучало нечто иное.
Как будто он уже знал, кто первый нарушит этот уговор.
***
Лиса вошла в кабинет, держа в руках стопку документов.
Чонгук даже не взглянул на неё.
— Отчёты на стол.
Голос холодный, тон резкий — неестественно отчуждённый.
Лиса чуть прищурилась.
Так сразу?
Она молча подошла к его столу и аккуратно положила папку перед ним. Чонгук продолжал просматривать какие-то бумаги, даже не подняв головы.
Никакого взгляда.
Никакого намёка на то, что несколько часов назад он держал её в своих руках, целовал, касался.
— Ты проверила? — сухо спросил он.
— Конечно.
— Хорошо. Теперь иди работай.
Он даже не посмотрел на неё.
Лиса медленно вдохнула, внутренне усмехнувшись.
Ах, значит, вот так?
Она развернулась, направляясь к двери, но в тот же момент:
— Ах да, мисс Манобан.
Лиса остановилась и медленно обернулась, поймав на себе его оценивающий взгляд.
Она почти услышала скрытый вызов в этом тоне.
— В следующий раз приноси отчёты нормально. Я не обязан разбираться сам.
Лиса слегка склонила голову, будто обдумывая его слова.
А на самом деле — наслаждаясь моментом.
— Поняла, господин Чон.
Её голос был безупречно ровным, но в глазах мелькнуло озорное пламя.
Она плавно повернулась и вышла, чувствуя его взгляд на своей спине.
Только когда дверь за ней закрылась, Лиса позволила себе лёгкую ухмылку.
Ты хочешь игры?
Что ж, давай сыграем.
***
Лиса сидела за своим столом, слегка покачивая ногой, и листала какие-то документы.
Точнее, делала вид, что листает.
Мысли её были заняты совсем не работой.
Чонгук явно решил сыграть в отчуждение.
Ни взгляда, ни намёка на то, что было вчера. Как будто они — просто начальник и его секретарь.
Смешно.
Лиса ухмыльнулась про себя, отложила документы в сторону и положила локти на стол, сцепив пальцы.
Ты начал игру, Чонгук, но я её продолжу.
Ей не нужно было долго думать.
Она прекрасно знала его.
Знала, как он всегда контролирует ситуацию. Как привык руководить, держать всё под своим влиянием.
А что, если лишить его этого контроля?
Лиса медленно наклонила голову, обдумывая детали.
Чонгук ценит выдержку. Значит, его раздражает, когда кто-то нарушает его контроль.
Она чуть прикусила губу, в голове вырисовывалась идеальная картина.
Да, это сработает.
Оставалось только дождаться момента.
Начало игры
Долго ждать не пришлось.
Раздался короткий звуковой сигнал — Чонгук нажал кнопку вызова.
Лиса тут же взяла планшет, но не спешила вставать.
Что ж, момент настал.
Она сделала глубокий вдох, придавая лицу нейтральное выражение, а затем неторопливо встала и направилась в его кабинет.
Как только она вошла, Чонгук снова даже не поднял на неё взгляд.
Он сидел за столом, листая какие-то бумаги, а рядом светился экран монитора.
— Мисс Монабан, принеси мне отчёт по контрактам за прошлый месяц.
Голос ровный, холодный.
Как будто они действительно просто сотрудник и начальник.
Лиса едва не улыбнулась.
Хорошо, господин Чон, давайте посмотрим, как долго ты выдержишь.
— Сейчас принесу, — ответила она так же нейтрально, но, уже развернувшись к двери, «случайно» задела планшетом ручку на его столе.
Ручка скатилась вниз и упала на пол.
Лиса замерла.
Затем медленно наклонилась, опираясь одной рукой о край стола.
Она двигалась неторопливо, позволяя платью чуть приподняться по линии бедра, когда она вытянула руку за ручкой.
Молчание.
Слишком долгое молчание.
Она знала, что он смотрит.
Но насколько сильно?
Лиса не торопилась, будто бы нарочно медлила, прежде чем взять ручку. Затем, наконец, выпрямилась и, сделав вид, что ничего особенного не произошло, протянула её Чонгуку.
— Вот.
Только после этого посмотрела ему в глаза.
А там...
О, он точно заметил.
Чонгук смотрел на неё с прищуром, но его взгляд был другим.
Не таким, как раньше.
Слишком пристальным.
Слишком цепляющимся за детали.
— Спасибо, — медленно сказал он, беря ручку из её рук.
Но их пальцы соприкоснулись.
Всего на секунду.
Но достаточно, чтобы Лиса почувствовала, как его кожа горячее, чем обычно.
О, ты почувствовал, да?
Она чуть ухмыльнулась про себя, но внешне осталась невозмутимой.
— Я принесу отчёт.
И спокойно вышла из кабинета.
Первый ход сделан.
Ответный ход Чонгука
Чонгук сжал челюсть, глядя на ушедшую Лису.
Она решила играть всерьёз.
Но если она думает, что так просто выйдет победительницей...
Ошибается.
Он провёл ладонью по лицу и, не теряя времени, нажал кнопку вызова.
— Мисс Монобан, зайдите ко мне.
Прошло всего несколько секунд, прежде чем дверь открылась.
Лиса вошла спокойно, даже слишком спокойно.
— Да, господин Чон?
Он посмотрел на неё, откинувшись в кресле.
— Я что, должен теперь ждать полчаса, пока моя секретарь соберётся принести мне документы?
Она медленно моргнула.
— Это заняло всего пять минут.
— Мне всё равно. В следующий раз не медли.
Он намеренно говорил жёстче, чем обычно.
Лиса не подала виду, но он видел.
Как её губы едва заметно дёрнулись в ухмылке.
Она получает от этого удовольствие.
Как и он.
— Конечно, господин Чон, — спокойно ответила она, шагнув ближе.
— Где отчёты?
— Вот.
Она протянула папку, но вместо того, чтобы просто взять её, Чонгук схватил документы одной рукой, а другой медленно скользнул по её запястью, будто случайно.
Её кожа была тёплой.
Такой же, как и в прошлую ночь.
Лиса не шелохнулась.
Но он чувствовал.
Как на долю секунды её дыхание сбилось.
Она быстро отступила, но теперь Чонгук был доволен.
Он медленно открыл папку, равнодушно листая страницы.
— Отлично. Теперь можешь идти.
Лиса сделала шаг назад, но прежде чем развернуться, её голос прозвучал тихо, но ясно:
— Хотите ещё что-то, господин Чон?
Чонгук поднял взгляд.
Она смотрела прямо в него.
И он чётко видел вызов в её глазах.
Он медленно усмехнулся.
— Ещё нет, мисс Манобан.
Она кивнула и, не говоря больше ни слова, вышла.
Чонгук откинулся в кресле и, сцепив пальцы, посмотрел в дверь.
"Ты заставляешь меня хотеть большего, Лиса."
"Но и я сделаю так, что ты первой сломаешься."
Лиса вернулась в свой кабинет, всё ещё чувствуя прикосновение Чонгука на своём запястье.
Она закрыла дверь и глубоко вдохнула.
Хорошо. Она покажет ему, как играют по-настоящему.
Её взгляд упал на кулер с водой в углу кабинета.
Идея пришла моментально.
Подойдя к нему, Лиса взяла стакан, набрала немного воды и намеренно пролила на себя.
Холодная жидкость стекала по её руке, оставляя влажный след на ткани рубашки.
Теперь следующее.
Она открыла шкаф, нашла там новую бутыль с водой и вернулась к кулеру.
Её пальцы крепко сомкнулись на тяжёлом контейнере, когда она осторожно подняла его, вытаскивая старый.
Неудивительно, что несколько капель пролились на пол.
Но этого было мало.
Она намеренно наклонила бутыль, и теперь вода хлынула ещё сильнее, разливаясь широкой лужей.
Отлично.
Она поставила контейнер горизонтально, позволив воде ещё несколько секунд стекать на пол, а потом резко присела в самую середину лужи.
Вода тут же пропитала её одежду.
Лиса глубоко вдохнула и с силой ударила пустой бутылью об пол.
Глухой грохот разнёсся по офису.
Она быстро проверила себя в отражении стекла.
Её рубашка промокла. Лёгкие следы воды на лице. Влажные пряди волос.
Безупречно.
Теперь нужно только ждать, когда появится сам Чонгук.
***
Глухой грохот разнёсся по офису.
Чонгук мгновенно поднял голову.
Где-то в приёмной что-то упало.
Он тут же рванул к двери, распахнул её и быстрым шагом направился в сторону кабинета Лисы.
Открывая дверь, он замер.
Лиса сидела на холодном полу, промокшая насквозь.
Мокрые пряди липли к её лицу, белая рубашка темнела от влаги, а вокруг растекалась лужа воды.
Чонгук в два шага оказался рядом.
— Что случилось?! — голос его звучал жёстко.
Лиса подняла взгляд, казалась немного смущённой.
— Я... хотела поменять воду в кулере, — тихо сказала она, откидывая прядь волос за ухо.
Чонгук резко выдохнул.
Чёрт.
Его мысли сразу отбросили его в прошлое.
Лиса. Девятилетняя девочка, несущая мешок муки, весом в пять раз больше её самой.
Лиса, стоящая перед его матерью, с трудом сдерживающая слёзы, но всё равно выполняющая приказ.
Злость вскипела внутри.
— Ты вообще о чём думала?! — его голос сорвался на хрип.
Лиса моргнула, удивлённая такой реакцией.
— Это всего лишь бутыль с водой...
— Ты не должна поднимать тяжести! — Чонгук наклонился и схватил её за запястья, мягко, но твёрдо поднимая её на ноги.
Она даже не успела опомниться, как оказалась прижатой к нему.
— Ты вся мокрая, чёрт возьми... — пробормотал он, стиснув зубы.
Чонгук провёл рукой по её мокрым рукавам, будто проверяя, не замёрзла ли она.
Ему хотелось разозлиться.
Хотелось встряхнуть её за это безрассудство.
Но вместо этого его пальцы дрогнули, когда он почувствовал её кожу сквозь промокшую ткань.
Он забыл про игру.
Забыл, что собирался держаться холодно.
Забыл, что хотел оставаться строгим.
Всё, что он видел сейчас — девушку, которая слишком долго жила так, словно её тело не принадлежит ей самой.
Он подавил вздох.
— Идём. Тебе надо переодеться.
Его голос звучал мягче, чем он хотел.
Первая победа Лисы
Чонгук держал её крепко, будто боялся, что она снова провернёт какую-нибудь глупость. Его пальцы сжимали её запястье, а взгляд был жёстким и сердитым.
Но вдруг Лиса вздохнула, покачала головой, и в её глазах мелькнуло торжество.
— Я победила.
Чонгук напрягся.
— ...Что?
Она подняла подбородок, глядя на него почти победоносно.
— Вы проиграли, господин Чон.
Он моргнул, пытаясь осознать смысл её слов.
Лиса прикусила губу, скрывая усмешку, но не смогла полностью спрятать веселье в глазах.
— Ты... — Чонгук выдохнул, и было заметно, как он теряет самообладание.
Его пальцы сжались в кулаки, а скулы напряглись.
— Ты это всё подстроила?! — Он посмотрел на лужу на полу, на перевёрнутый контейнер, на её мокрую одежду и вдруг резко закрыл глаза, делая глубокий вдох.
Он пытался успокоиться, но было видно, что это не помогало.
Лиса едва сдержала ухмылку, но внутри что-то дрогнуло — и прежде, чем она успела осознать, губы сами разошлись в улыбке.
А потом...
Она рассмеялась увидев растерянное лицо Чона.
Громко, звонко, по-настоящему.
Не ухмылка, не сдержанный смешок, а искренний, раскатистый смех, который, казалось, заполнил собой всю приёмную.
Чонгук застыл.
Он забыл дышать.
Он видел её ухмылки.
Видел её дерзкие улыбки.
Но никогда — никогда! — её настоящего смеха.
Этот звук ударил по нему сильнее, чем её проделка.
Её плечи вздрагивали, а глаза сияли так ярко, что он не мог оторваться.
Она прикрыла рот рукой, пытаясь сдержаться, но это лишь усилило новый приступ.
Чонгук смотрел, не в силах отвести взгляд.
И вся его злость исчезла без следа.
Она смеялась.
Больше всего на свете он хотел услышать этот смех ещё раз.
Лиса смехом заполняла всю комнату, её плечи подрагивали, а дыхание сбивалось.
Чонгук не отрывал от неё взгляда.
Она заметила.
— Почему ты так смотришь? — спросила она сквозь смех, ловя его взгляд.
Чонгук не ответил.
Просто наклонился.
Просто перехватил её запястье, не давая уйти.
Просто накрыл её губы своими.
Лиса застыла.
Смех умер на её губах, растворившись в этом поцелуе.
Горячем.
Жадном.
Безумном.
Она не успела даже вдохнуть, как он прижал её ближе, сжимая её пальцы, словно боялся, что она растворится вместе со своим смехом.
Она чувствовала, как он дрожит — не от холода, а от неё.
Этот поцелуй был не частью их игры.
Не желание победить.
Не проделка.
А нечто большее.
Чонгук не мог сдержаться.
Потому что этот смех...
Он запомнит его навсегда.
Лиса не отстранилась.
Не убрала рук.
Не отвернулась.
Она ответила.
Чонгук почувствовал, как её пальцы сжались на его руке, а губы дрогнули, прежде чем уступить ему.
И тогда он по-настоящему углубил поцелуй.
Горячий. Жадный. Живой.
Он двигался жёстко, но в то же время нежно, будто пытался впитать её смех, не дать ему исчезнуть.
Её губы поддавались ему, тёплые и мягкие, отдавали себя полностью.
Он наклонился глубже, прижимая её ближе, пока между ними не осталось и сантиметра.
Пальцы Лисы скользнули вверх, цепляясь за ворот его рубашки, а затем за волосы на затылке.
Она не позволяла ему уйти, точно так же, как он не позволял её отпустить.
Поцелуй становился глубже, дольше, голова шла кругом.
Горячее дыхание смешивалось, сердца гремели в такт.
И в этот момент не существовало ни игры, ни победителей, ни проигравших.
Только они.
Чонгук всё ещё тяжело дышал, пытаясь прийти в себя после поцелуя. Он смотрел на Лису, которая стояла перед ним, губы чуть припухли, глаза сверкали озорным светом.
И тут она ухмыльнулась.
— Ты проиграл.
Чонгук моргнул, не сразу понимая, о чём она.
— Дважды, — продолжила Лиса, скрестив руки на груди. — Сначала, когда выбежал из кабинета и начал заботиться обо мне. А теперь...
Она наклонила голову, будто изучая его лицо.
— Теперь, когда не смог сдержаться.
Её слова звучали слишком уверенно, слишком торжествующе.
— Ты ведь хотел относиться ко мне как ко всем? — голос её был мягким, почти насмешливым. — А в итоге...
Лиса чуть качнула головой, вызывающе глядя ему в глаза.
— В итоге ты этого не сделал.
Чонгук хмуро выдохнул, провёл языком по губам, стирая остатки её вкуса.
Она была права.
Чёрт.
Она выиграла.
Чонгук смотрел на Лису, чувствуя, как внутри поднимается что-то необъяснимое. Смесь раздражения, желания и какого-то странного, непривычного восхищения.
Он и вправду проиграл.
Первый раз — из-за её хитрости. Она специально всё подстроила, и он, как идиот, бросился её спасать. Но ведь тогда он даже не думал о правилах этой игры... Тогда он думал только о ней.
Но второй раз...
Второй раз — это был он сам.
Он не сдержался. Стоило ей рассмеяться, так искренне, так по-настоящему, и что-то внутри щёлкнуло. Он потянулся к ней, даже не задумываясь.
Второй раз он проиграл по своей вине.
Хотя нет.
Он проиграл намного раньше.
Проиграл в тот момент, когда заметил огонь в её глазах, в далёком прошлом.
Проиграл, когда начал видеть её не как просто кого-то из дома, а как девушку, которая умеет смотреть прямо в душу.
Проиграл, когда она впервые бросила ему вызов.
Проиграл с самого начала.
Чонгук взял себя в руки и сделал шаг назад, отводя взгляд.
— Тебе надо тут убраться, — наконец произнёс он, стараясь звучать спокойно. — Но для начала...
Он замолчал.
Его глаза непроизвольно скользнули вниз, и Чонгук резко сжал челюсть.
Чонгук старался удержать взгляд выше, но его предательские глаза всё равно скользнули вниз, подчиняясь внутреннему импульсу.
Тонкая блузка Лисы, насквозь промокшая от воды, впилась в её тело, подчёркивая каждый изгиб.
Он никогда раньше не позволял себе разглядывать её так.
Но сейчас...
Ткань повторяла линию талии, обрисовывала плавный изгиб её груди и намекала на идеальные очертания её фигуры, которые обычно скрывала одежда.
Лёгкая дрожь пробежала по его позвоночнику.
Чонгук слишком долго смотрел.
Он осознавал это — осознавал, но не мог оторваться сразу.
Влажные пряди волос прилипли к её шее, и ему внезапно захотелось убрать их пальцами, почувствовать горячую кожу под ними.
Она была слишком хороша.
Слишком опасна.
Чонгук резко сжал челюсть и заставил себя поднять взгляд, но уже знал, что поздно.
Лиса уже поймала его на этом.