Часть - 26
Собрание началось в сосредоточенной тишине. Длинный стеклянный стол сиял чистотой; перед каждым аккуратно лежали бумаги, ноутбуки, чашки с кофе. Дневной свет из панорамных окон казался слишком ярким для этой напряжённой атмосферы.
Лиса сидела прямо, внимательно слушая коллег. Только сердце упрямо сбивалось с ритма каждый раз, когда её взгляд случайно встречался с Чонгуком. Он сидел напротив, внешне абсолютно расслабленный, но в его глазах было слишком много для простого спокойствия.
— Лиса, ваше мнение? — раздался голос.
Она моргнула, быстро вернувшись в реальность, и ровным тоном изложила свои замечания. А потом, уверенно добавила:
— Я подготовила дополнительные материалы. Давайте посмотрим вместе.
Поднявшись, Лиса взяла стопку бумаг. Её шаги были спокойными, движения выверенными. Она раздавала документы, сохраняя строгий профессиональный вид.
Но когда очередь дошла до Чонгука, он протянул руку чуть медленнее, чем нужно, и наклонился ближе. Его взгляд был направлен не на бумаги.
— Такая заботливая, — сказал он почти неслышно. — Всегда обо мне думаешь, Лиса?
Она положила лист чуть резче, чем обычно.
— Только о проекте.
— Жаль, — его губы тронула ухмылка. — А я уж подумал, что обо мне.
Лиса развернулась, чтобы идти дальше, но его пальцы скользнули к её запястью под столом. Быстро, скрыто, но достаточно ощутимо. Большой палец провёл по её коже — лёгкое движение, от которого у неё внутри всё сжалось.
— Осторожнее, — его голос был бархатным, тихим. — Иногда игра заходит слишком далеко.
Лиса задержала дыхание.
— А разве не в этом её смысл? — ответила она так же тихо.
Она выскользнула из его рук и продолжила раздачу, внешне полностью собранная. Но ощущение его прикосновения будто пульсировало на коже.
Через несколько минут Чонгук, откинувшись в кресле, слушал коллег. По крайней мере, делал вид. На деле его внимание снова и снова возвращалось к ней. Лиса стояла у экрана, объясняя графики, но её пальцы чуть крепче сжали лист, когда их взгляды встретились. На секунду дыхание сбилось. Он заметил это — и этого хватило, чтобы понять: она чувствует то же.
Дверь в зал скрипнула. Опоздавший сотрудник замер, оглядываясь в поисках места. Свободных было только два — рядом с Чонгуком и прямо перед ним. Мужчина бросил быстрый взгляд на директора и, уловив в его глазах холодное предупреждение, выбрал второе. Пусть лучше подальше от опасной близости, чем слишком рядом.
— Если посмотреть на этот график, то видно, что рост остаётся стабильным, — уверенно говорила Лиса, щёлкнув пультом и переключив слайд. — Но есть детали, которые требуют дополнительного внимания в дизайне.
Она взяла стопку листов в руках и, бегло проверив их, вдруг заметила недостачу. Лёгкая пауза. Лиса сразу же собралась, сделав вид, что это часть процесса.
— Прошу прощения, — спокойно сказала она, подняв взгляд на коллег. — Похоже, часть раздаточных материалов я оставила на столе.
Она бросила быстрый взгляд на стол, где оставляла запас документов для раздачи... и только тогда заметила: часть её бумаг так и осталась неразданной. Они лежали аккуратной стопкой не на столе, которое ещё недавно было её местом. Теперь там вольготно устроился опоздавший сотрудник, а стопку просто сдвинули вперед по столу. На единственное оставшийся свободное место. Рядом с Чонгуком.
Лиса задержалась всего на секунду, выпрямила спину и сделала вид, что это не имеет значения. Спокойно шагнула вперёд, наклонилась и протянула руку к бумагам, оставленным на краю стола.
Он слегка откинулся в кресле, освобождая пространство, и наблюдал за её движением с ленивой ухмылкой.
Лиса молча взяла недостающие материалы, не позволив пальцам задержаться рядом с его рукой ни на мгновение, и выпрямилась, будто ничего особенного не произошло.
Именно это ему и нравилось в ней. Спокойствие, граничащее с дерзостью.
Чонгук чуть подался в бок, наклонился так, чтобы его слова были слышны только ей, и с ленивой улыбкой прошептал:
— Ты даже не представляешь, насколько ты отвлекаешь.
Лиса подняла бровь, посмотрела на него с наигранным равнодушием и бросила:
— Это ваши проблемы, а не мои.
Но её пальцы чуть сильнее сжали бумаги. Чонгук заметил это.
Он снова склонился ближе, почти касаясь губами её уха.
— Уверена? — голос его был ещё тише, почти бархатным.
Лиса резко взглянула на него, но тут же отвернулась, прикусив губу.
Она играла с ним, но и он играл с ней.
И Чонгуку безумно нравилась эта игра.
Лиса поставила перед Чонгуком очередную бумагу, помогая коллеге раздать документы.
— Справитесь с этим? — её голос звучал почти невинно, но в глазах мелькал вызов.
Чонгук взял листок, позволяя пальцам скользнуть по её руке едва заметным, но намеренным касанием.
— Ты даже не представляешь, с чем я могу справиться, — ответил он, задерживая на ней взгляд чуть дольше, чем требовалось.
Лиса уже собиралась отвернуться, но он наклонился ближе, понизил голос, позволяя словам скользнуть прямо к её уху:
— После собрания жду тебя у себя в кабинете. Надо обсудить... рабочие моменты.
Лиса демонстративно закатила глаза, но так, чтобы это выглядело естественным движением головы в сторону экрана. И лишь Чонгук заметил, как уголки её губ дрогнули, выдавая сдержанную улыбку.
Она шагнула вперёд и вернулась к экрану, снова беря слово:
— Итак, как видно из представленных данных, основная динамика сохраняется. Однако есть детали, которые стоит учесть для следующего этапа работы...
Теперь её голос звучал уверенно, чётко, словно ничего не происходило, но у Чонгука не было сомнений: она услышала его и поняла намёк.
Прошло примерно десять минут, и Чонгук снова заскучал без внимания Лисы. Скучать он не любил, поэтому решил действовать.
Достал ручку и на листе перед собой, пока Лиса стояла у экрана и рассказывала, аккуратно написал:
"Ты выглядишь слишком сосредоточенной. Расслабься, иначе все догадаются, что я тебя отвлекаю."
Сделав вид, что серьезно изучает бумагу, он поднял её и объявил:
— У меня на документе какой-то отпечаток. Лиса, можете проверить?
Коллеги тут же начали разглядывать свои бумаги, но Лиса сразу поняла, что он задумал. Закатив глаза, она подошла, взяла лист и, наклонившись, заметила написанную строчку. На долю секунды её взгляд дрогнул — уголки губ предательски хотели изогнуться, но она быстро взяла себя в руки и продолжила, будто ничего не увидела.
Медленно осмотрела документ, прекрасно зная, что никакого отпечатка там нет.
Чонгук, воспользовавшись моментом, чуть наклонился ближе и прошептал:
— Ты знала, что когда сосредотачиваешься, у тебя чуть хмурятся брови?
Лиса резко положила лист перед ним, выпрямилась и громко, чтобы все услышали, сказала:
— Документ чистый. Следите внимательнее.
***
Как только дверь за последним участником собрания мягко захлопнулась, кабинет накрыла звенящая тишина — густая, напряжённая, будто воздух сам затаил дыхание. Лиса ещё несколько секунд сохраняла безупречную серьёзность, словно маску, вырезанную из холодного камня. Но стоило тишине утвердиться, как она медленно развернулась к Чонгуку. Её глаза прищурились, в глубине взгляда сверкнула искра — острая, как лезвие, и в тот же миг вся её сдержанность показалась игрой, которой она больше не собиралась придерживаться.
Лиса на мгновение задержала взгляд на гладкой поверхности стола, позволяя тишине окутать кабинет.
— Вы... — медленно протягивает она, приближаясь шаг за шагом.
Её шаги гулко отдавались в тишине, когда она медленно пошла вперёд, взгляд прищурился, словно лезвие, готовое перерезать его самодовольство. Чонгук ухмыльнулся, скрестив руки на груди, как будто наслаждаясь этим напряжением.
— Да? Что-то не так?
Лиса резко схватила со стола перед ним тот самый лист и протянула ему прямо в руки.
— Это что?
Он лениво скользнул взглядом по бумаге, затем так же невинно встретился с её глазами.
— Послание, — ответил он почти шутливо. — Разве тебе не понравилось?
Не сводя взгляда с его лица, Лиса медленно вернула лист себе. Бумага шуршала в её пальцах, когда она повела им по гладкой поверхности стола, будто салфеткой.
— Раз уж вам так важна чистота документа... Надеюсь, теперь он в идеальном состоянии, босс.
Чонгук медленно поднимается из-за стола. Его движения неторопливы, будто в каждом шаге скрывается намерение. Не сводя с Лисы взгляда, он подходит ближе, и в тишине кабинета его голос звучит особенно низко, бархатно:
— Ну что ж... теперь, когда никого нет...
Он останавливается совсем рядом, скрещивает руки на груди и чуть склоняет голову, будто выжидая. В его словах нет резкости, но мягкая угроза всё же проскальзывает, тонкой иглой касаясь воздуха:
— Думаешь, можно вот так просто меня провоцировать и уйти без последствий?
Лиса ухмыляется, дерзко приподнимая бровь, но он замечает, как её пальцы сильнее сжали ткань рубашки. Она ждёт. Исподволь, но явно — ждёт его следующего шага.
Он приближается ещё, расстояние между ними сокращается до нескольких сантиметров. Его голос становится мягче, почти интимным:
— Ты же знаешь, Лиса, я так это не оставлю...
Она закатывает глаза, качает головой, стараясь сбить напряжение.
— Нет, но зачем вы пытались меня выставить посмешищем перед всеми?
Чонгук чуть приподнимает бровь, словно забавляясь её выбором слов.
— Опозорить? — повторяет он медленно, будто пробуя вкус этого слова. — Думаешь, я стал бы делать это на глазах у всех?
Он делает ещё один шаг, и теперь пространство между ними почти исчезает. Его взгляд пронзает её.
— Если бы я захотел, ты бы почувствовала это прямо во время собрания.
Лиса раскрывает губы, чтобы ответить, но прежде чем успевает, его пальцы мягко касаются её подбородка, поднимая лицо. Взгляд становится глубже, а голос опускается до шёпота, горячего и опасного:
— Но мне нравится, когда ты заводишься... Это делает тебя ещё красивее.
Она пытается сохранить хладнокровие, но он замечает: лёгкий румянец проступил на её скулах, уши коснулся едва заметный огонь. Пальцы Лисы дрогнули, сжались в кулаки.
— Ты ведь знаешь, что краснеешь? — его слова звучат мягко, но слишком близко, почти дразняще.
Лиса закатывает глаза, намеренно отказываясь отступить.
— Это неважно, — бросает она, пряча смущение под маской равнодушия.
Чонгук усмехается, его взгляд скользит по её лицу, словно читая каждую эмоцию.
— Конечно, неважно... — соглашается он, но в его глазах мерцает иной смысл. — Тогда почему ты всё ещё здесь?
Она смотрит прямо на него, глаза вспыхивают вызовом.
— Потому что хочу проучить вас. Чтобы знали: не стоит так себя вести в обществе.
Он склоняет голову чуть набок, в его голосе проступает любопытство.
— Проучить меня? — повторяет он с тенью ожидания. — И как же ты собираешься это сделать?
Лиса скрещивает руки на груди, не отводя взгляда.
— Например, заставлю вас пожалеть о том, что пытались меня смутить.
Его губы дрогнули в ухмылке, в глазах зажглась опасная искра.
— Теперь мне ещё интереснее. Давай посмотрим, кто кого первым заставит пожалеть о своих словах.
Тишина сгущается, как натянутая струна, готовая оборваться. И в этот момент Лиса делает шаг вперёд. Теперь между ними не остаётся воздуха. Её пальцы скользят за его шею, мягко сплетаются там, и она приподнимается на носочки, стирая последние сантиметры.
Чонгук замирает. Его дыхание сбивается, когда её лицо оказывается так близко, что каждое движение ресниц будто касается его кожи. Её губы почти касаются его, и её тёплое дыхание щекочет ему губы, создавая обманчивую иллюзию приближающегося поцелуя.
Его руки сами собой тянутся к её талии...
Но прежде чем он успевает прикоснуться к ней, Лиса внезапно отстраняется, её глаза сверкают озорством.
А затем — всего одно резкое движение, и она с лёгкостью сбивает со стола стопку документов. Бумаги разлетаются во все стороны, наполняя воздух шелестом, и прежде чем Чонгук успевает осознать, что только что произошло, она бросается прочь.
— Чёрт... — выдыхает он, наблюдая за тем, как её фигура исчезает за дверью.
Он опускает взгляд на разбросанные бумаги, но через пару секунд понимает кое-что важное.
Чтобы добраться до своего кабинета, ему всё равно придётся пройти через приемную, что служит её кабинетом.
Лиса загнала сама себя в ловушку.
Чонгук усмехается, проводя языком по нижней губе, а затем медленно направляется следом, готовый продолжить эту игру.
***
Лиса почти бежала по коридору, чувствуя, как сердце стучит где-то в горле. Каблуки громко отдавались эхом по пустому этажу, но ей было всё равно — главное, успеть скрыться. Она знала, что за её спиной мог последовать Чонгук, и мысль о том, что он не отстанет, только подстёгивала.
Наконец перед глазами показалась знакомая дверь кабинета. Она рывком распахнула её, влетела внутрь и торопливо захлопнула за собой, с облегчением переводя дыхание. Казалось, она ловко ускользнула.
Но стоило ей обернуться, как по спине пробежал холодок.
Чонгук уже стоял у окна, спокоен, расслаблен, словно ждал её здесь всё это время.
— Ты серьёзно думала, что сможешь убежать от меня? — его голос звучал лениво, почти насмешливо.
Лиса замерла, осознавая: он воспользовался лифтом для руководства, который вёл прямо к его кабинету. Пока она петляла по коридорам и карабкалась по лестнице, он уже был на месте.
— И куда же ты теперь убежать?
Лиса делает шаг назад, но он тут же сокращает расстояние, загоняя её в угол.
— Ты ведь сама решила меня подразнить, — Чонгук смотрит на неё так, что внутри у неё всё переворачивается.
Лиса поджимает губы, её уверенность слегка дрожит, но она не сдаётся.
— Вы этого заслуживаете, — бросает она, дерзко встречая его взгляд.
— Правда? — он усмехается, делая ещё один шаг вперёд.
Она ощущает, как спиной касается холодной стены. Сердце начинает стучать быстрее, но Лиса не даёт себе сорваться. Она скрещивает руки на груди, выдавая в себе мнимую уверенность.
— Может, я и заслуживаю наказание за хаос в комнате собраний, но вы тоже должны заплатить за свои выходки. Так что мы квиты.
Чонгук наклоняется ближе, его голос становится ниже, глубже, отчего мурашки пробегают по её коже.
— Значит, мне нужно наказание?
Лиса гордо поднимает подбородок.
— Да
Чонгук прищуривается, скрещивая руки на груди, и с явным удовольствием отвечает:
— Опасная игра. Но помни, за каждую игру приходится платить.
Лиса невинно улыбается, покачав головой.
— Только если проигрывать. А я, знаете ли, никогда не проигрываю.
Он хмыкает, приближаясь ещё на шаг, но в последний момент отступает, оставляя между ними это сладкое напряжение.
— Ты прекрасно знаешь, что делаешь, и наслаждаешься этим, не так ли?
Она на мгновение прикусывает губу, но тут же ухмыляется.
— Конечно.
— Тогда продолжай, но будь осторожна — игра с огнём может закончиться тем, что обожжёшься первой.
Лиса наклоняется чуть ближе, шёпотом бросая:
— А я и не прочь обжечься.
Чонгук качает головой, усмехаясь.
— Тогда не вини меня, если в какой-то момент уже не сможешь остановиться.
Лиса хитро прищуривается.
— Это вы всё время теряете контроль. Вы даже и слова не помните из собрания.
Он сдержанно смеётся, чуть наклоняя голову в сторону.
— А как я могу помнить что-то, когда ты постоянно отвлекаешь меня? Ты ведь знаешь, что делаешь.
— Я ничего не делала, а просто презентацию показывала, — невинно говорит она. — Это вы не можете контролировать себя.
Чонгук опирается рукой на стену рядом с ней, наклоняясь чуть ближе.
— Ты называешь это «ничего не делала»? Каждый твой взгляд, каждый жест — словно вызов, который я не могу проигнорировать. Или ты действительно думаешь, что твоя «невинность» так хорошо сыграна?
Лиса приподнимает подбородок, но в её глазах вспыхивает лёгкая неуверенность.
— Я действительно не пыталась вас спровоцировать, клянусь.
Чонгук чуть поднимает бровь.
— Тогда тебе стоит быть осторожнее, потому что даже без намерения ты сводишь меня с ума.
Он изучает её лицо, пока не замечает едва заметную тень улыбки на её губах.
— Или, может, тебе это всё-таки нравится?
Она пожимает плечами.
— Мне, конечно, это нравится, но на людях...
Чонгук мягко улыбается, его голос становится глубже, насыщеннее.
— На людях, конечно, нельзя... — он чуть склоняет голову набок, его взгляд скользит по её лицу. — Но когда мы одни — это совсем другая история, не так ли?
Лиса прикусывает губу, будто обдумывая ответ.
— Это вы сейчас так говорите, потому что мы одни? Намекаете на что-то?
Он легко касается её подбородка, заставляя поднять взгляд.
— А как ты думаешь?
Лиса не отводит взгляда, но в её глазах мелькает тень нерешительности. Её дыхание едва заметно сбивается, и Чонгук тут же это замечает.
Его пальцы медленно скользят вниз, едва касаясь её руки, а затем, как будто невзначай, задерживаются на её запястье. Этот лёгкий, почти невесомый контакт заставляет Лису невольно задержать дыхание.
— Ты ведь понимаешь, что мне не нравится проигрывать? — её голос чуть тише, но в нём всё ещё слышится вызов.
— Тогда тебе стоит быть осторожнее, — Чонгук приближается, их лица разделяет всего несколько сантиметров. — Потому что в этой игре ты уже поставила слишком много.
Лиса чувствует тепло его дыхания, его взгляд завораживает, и на секунду ей кажется, что он действительно её поймал.
Но она — Лиса Манобан. Она не сдаётся так легко.
Она резко отступает, выскальзывая из-под его руки, и с лёгкой ухмылкой делает шаг назад.
— Думаете, так просто? — её голос звучит игриво, но в глазах искрит что-то опасное.
Чонгук прищуривается, наблюдая за ней.
— Нет, не думаю. С тобой никогда не бывает просто.
Она медленно подходит к столу, будто невзначай поправляет стопку документов, но в следующий момент одним движением смахивает их на пол. Бумаги разлетаются по полу хаотичными белыми лепестками, создавая ещё больше беспорядка.
Чонгук скрещивает руки на груди, наблюдая за ней с явным интересом.
— Ещё один вызов?
Лиса делает шаг назад, её губы растягиваются в хитрой улыбке.
— Скорее, напоминание о том, что вы не единственный, кто умеет играть.
Она резко поворачивается к выходу, но в последнюю секунду осознаёт, что единственный путь из кабинета — через дверь, у которой стоит Чонгук.
Он ухмыляется, осознавая её просчёт.
— Неудачная стратегия, Лиса.
Она резко оборачивается, прижимаясь спиной к столу, но даже это не спасает её — Чонгук уже делает шаг вперёд, быстро подходя близко.
— И что теперь? — его голос звучит спокойно, но в глазах танцует огонь.
Лиса приподнимает подбородок, стараясь скрыть лёгкое волнение.
— Теперь я придумаю новый ход.
Чонгук наклоняется чуть ближе, его руки по обе стороны от неё, создавая невидимую клетку, из которой не так просто выбраться.
— У тебя не так много времени, — его голос звучит низко, почти шёпотом.
Лиса улыбается, но сердце стучит громче, чем ей хотелось бы.
— Посмотрим, кто из нас окажется быстрее.
Лиса знала, что оказалась в ловушке, но отступать не собиралась. Она всё так же уверенно смотрела Чонгуку в глаза, даже когда его руки оказались по обе стороны от неё, не оставляя шансов на бегство.
— И каков твой следующий ход? — его голос был тихим, но в нём чувствовалась явная насмешка.
Лиса прищурилась, её губы тронула лёгкая ухмылка.
— Вы узнаете, если не успеете меня остановить.
Ещё секунда — и она резко делает движение в сторону, пытаясь выскользнуть из его ловушки. Но Чонгук, словно предвидя её манёвр, перехватывает её за запястье и разворачивает обратно к себе.
— Быстро, но не достаточно, — он смотрит на неё сверху вниз, уголки его губ чуть приподняты.
Лиса чуть напрягается, ощущая его пальцы на своей коже, но тут же берёт себя в руки.
— Вы действительно думаете, что уже выиграли?
Чонгук не отвечает, но его взгляд становится чуть более пристальным. Он медленно наклоняется ближе, так, что она чувствует тепло его дыхания.
— Я думаю... — он нарочито медлит, растягивая момент. — Что ты пытаешься спрятать свою реакцию.
Лиса закатывает глаза, хотя в груди всё ещё гремит бешеный ритм.
— Не льстите себе, Чонгук.
Но он не спешит отступать. Его пальцы на её запястье ослабевают, но он не отпускает её.
— Тогда почему ты краснеешь?
Лиса моргает, осознавая, что он снова поймал её на этом. Она быстро отводит взгляд, но Чонгук ухмыляется, зная, что прав.
Она чуть поднимается со стола, на которой стояла склонившись, приближаясь к нему — так близко, что теперь их разделяет лишь несколько сантиметров.
— А может, вы просто слишком внимательно за мной наблюдаете?
Чонгук улыбается, его глаза сверкают игривым огнём.
— Возможно.
Между ними воцаряется напряжённая тишина. В воздухе будто искрит. Лиса знает, что стоит ей сделать ещё один шаг — и всё выйдет из-под контроля.
Но она не делает его. Вместо этого она медленно поднимает руку, скользя пальцами по его галстуку.
Чонгук внимательно следит за её движениями, но не останавливает её.
— Новый ход? — его голос стал чуть тише.
Лиса улыбается, ловя его взгляд.
— Просто оставляю тебе напоминание, что игра ещё не закончена.
Прежде чем он успел среагировать, она она резко отпускает его галстук, выпрямила спину и сделала быстрый, но точный шаг вбок. Одним движением сместила его руку с поверхности стола, приподняв локоть, и ловко проскользнула через образовавшийся зазор.
Теперь Чонгук повернулся к ней боком, а Лиса уже стояла сбоку от него, сохраняя спокойствие, будто сама выбрала момент выхода.
Она едва заметно усмехнулась:
— Быстро... но всё же недостаточно.
Прежде чем, Чонгук успевает что-то сказать, поворачивается и направляется к выходу.