Часть - 24
Чонгук не получил ответа, но не отстраняется, только лениво скользит взглядом по её лицу.
— Тебе не кажется, что это добавит азарта?
Лиса прищуривается, продолжая сидеть в кресле.
— Нет, — твёрдо отвечает Лиса. — Я не хочу снова стать темой пересудов.
Чонгук чуть улыбается, но на этот раз в его взгляде мелькает не только вызов, но и понимание. Он смотрит на неё всего секунду, но этого достаточно, чтобы в его глазах промелькнуло что-то решительное.
— Тогда просто сделаем так, чтобы сюда никто не заходил, — спокойно бросает он.
Она не успевает возразить, потому что он уже разворачивается и идёт к двери. Лиса, всё ещё оставаясь за своим столом, проводит его взглядом. Её сердце на мгновение замирает. Чонгук спокойно поворачивает замок... но тот даже не щёлкает.
Он хмурится, пробует ещё раз — бесполезно. Дверь остаётся незапертой. Медленно разворачивается обратно к Лисе, в глазах читается немой вопрос.
Лиса сжимает плечи, словно говоря: Ну вот, теперь нет выхода. Чонгук уже собирался вернуться к двери, но его взгляд зацепился за что-то на полу.
Табличка.
Он нагнулся, поднял её и развернул, читая вслух с лёгкой усмешкой:
— «Злой босс»?
Приподняв бровь, он повернул её к Лисе, ожидая объяснений.
— Когда у тебя нет настроения, люди боятся заходить сюда, — пожала она плечами. — Если я повешу её, они будут аккуратнее с тобой при разговоре.
Чонгук хмыкнул, пробежав пальцами по гладкой поверхности таблички.
— Значит, лишний раз не беспокоят?
Не дожидаясь ответа, он уже шагнул к двери и прикрепил её с внешней стороны.
— Ну, раз уж замок не работает, то хотя бы так, — с ухмылкой сказал он, отступая назад и удовлетворённо осматривая результат. — Теперь точно никто не зайдёт без стука.
Лиса наблюдала за ним, как он спокойно вешал табличку, создавая иллюзию уединённости. И хотя дверь оставалась незапертой, всё это каким-то образом делало момент ещё более напряжённым.
Она провела кончиком языка по губам, чувствуя, как её собственные мысли заводят в опасную зону.
А что, если... позволить?
Лиса усмехнулась, но не успела даже открыть рот, как он снова оказался перед ней. Он останавливается рядом с её креслом, нависая сверху, так близко, что его тень падает на её стол и на экран компьютера. Он склоняется чуть ближе, достаточно, чтобы его голос прозвучал низким шёпотом прямо у её губ:
— Ну вот, теперь у тебя нет оправданий.
Она закидывает голову, чтобы встретиться с его взглядом.
— Ошибаешься, — дерзко отвечает она, глядя прямо ему в глаза. — Дверь-то не закрыта на ключ. Всегда можно выйти.
— Но ты не выходишь, — он делает ещё шаг ближе, сокращая расстояние почти до нуля. — Лиса ты и правда оставила храбрость в моём кабинете?
Её дыхание сбивается. Лиса резко отводит взгляд в сторону, будто надеется спрятаться от его пристального взгляда, но он перехватывает её подбородок, мягко, без давления, заставляя снова встретиться глазами.
— Подожди... — её голос почти срывается на шёпот. — А правильно ли это? Ты — мой начальник, я — твоя секретарь. Если я решусь... это ведь не шутка.
Его улыбка исчезает, и в глазах загорается опасная серьёзность.
— Думаешь, я привык играть в полумеры? — голос низкий, бархатный, но в нём слышна твёрдость.
Лиса застыла, дыхание стало слишком быстрым и слишком громким в этой тишине. Он не отводил взгляда, и в этом взгляде не было ни шутки, ни насмешки — только он и её собственное отражение в его глазах.
Она чувствовала его руку рядом, тепло его тела, едва различимый запах его парфюма. Всё вокруг будто растворилось, осталась только эта опасная близость.
Она чувствовала, как сердце выстукивает неровный ритм, словно подсказывая ей, что пора уже принять очевидное.
Она ведь тоже этого хочет, верно?
Хватит прятаться за всякими границами, хватит убеждать себя, что она просто играет, просто тянет момент ради собственного удовольствия. Потому что это уже давно не просто игра.
Где-то внутри она знала — если их игры будут продолжаться, эта грань, которую она так упорно охраняет, в конце концов исчезнет. Но может, так ли уж важно держаться за неё?
— Может, я и правда боюсь, — прошептала она, взгляд метнулся к его губам. — Но не тебя.
Чонгук чуть приподнял бровь, уголки губ дрогнули.
— Тогда чего?
Она вдохнула глубже, не отводя взгляда.
— Того, что потом уже не смогу остановиться.
Его взгляд цепляется за её, будто проверяя, действительно ли она этого хочет, давая ей последний шанс передумать. Но Лиса не отводит глаз.
Его пальцы мягко касаются её щеки, скользят ниже к подбородку, приподнимая её лицо. Она всё ещё сидит, и именно поэтому ему приходится наклониться почти полностью, сокращая расстояние.
— Я ждал этого признания, — его голос превращается в тёплый шёпот, прежде чем он окончательно сокращает расстояние.
Его губы осторожно касаются её — сначала мягко, пробуя, словно давая ей возможность передумать. Но Лиса не отстраняется. Её пальцы хватаются за край его рубашки, удерживаясь, пока он прижимает её ближе, всё ещё держа за талию.
Тогда поцелуй становится увереннее, глубже.
Его рука скользит к её талии, притягивая ближе, будто он хочет прочувствовать её до конца. Вторая рука погружается в её волосы, пальцы мягко касаются кожи, заставляя её чуть наклонить голову, подчиняясь ему.
Мир вокруг будто замирает. Шум офиса, голоса за дверью, мелькание теней — всё перестаёт существовать. Есть только он. Только этот момент. Только их поцелуй, наполненный тем напряжением, которое они так долго сдерживали.
Поцелуй углубляется, поглощая Лису целиком. Тёплые ладони Чонгука крепче обхватывают её талию, словно он не собирается отпускать, а губы двигаются настойчиво, но с той самой нежностью, от которой у неё перехватывает дыхание.
И именно в этот момент Лиса вдруг с горечью понимает, как долго отталкивала это, пряталась за страхами и упрямством. Жаль, что не решилась раньше. Жаль, что тратила время на борьбу, вместо того чтобы позволить себе это чувство.
Время словно замирает. В этом моменте нет ничего, кроме него. Его прикосновения, его дыхания, его вкуса. Поцелуй длится дольше, чем она могла представить, затягивая в себя, заставляя забыть о всём.
Она позволяет себе полностью раствориться в этом ощущении, пока дыхание не сбивается. И только тогда Чонгук с лёгким смехом шепчет у её губ:
— Ну что, довольна?
Лиса едва приоткрывает глаза, сердце всё ещё бешено стучит.
— Я ещё не полностью насладилась, — тихо признаётся она, пальцы всё ещё сжимают край его рубашки.
— Тогда я не собираюсь прерывать это, — он отвечает мягко, но в голосе звучит азарт. Его ладонь по-прежнему держит её за талию, приподняв её чуть ближе к себе, а вторая рука всё ещё скользит по её волосам. Он склоняется так близко, что его дыхание касается её щёк.
— Возьми столько, сколько захочешь, — его голос становится ниже, почти бархатным.
Она собирается ответить, но внезапный стук в дверь заставляет их обоих замереть.
Чонгук тихо чертыхается, но не сразу отстраняется. Его тёплое дыхание всё ещё касается её губ, прежде чем он нехотя отступает на полшага. Лёгким движением он поправляет её волосы, а потом скользит пальцами по её подбородку, вынуждая поднять взгляд.
— Похоже, нам пока придётся остановиться, — усмехается он, но глаза всё ещё горят. — А человека за дверью я убью.
Лиса спешно приглаживает волосы, не вставая со стула, а потом кладёт руки на клавиатуру ноутбука, будто всё это время работала. Она ощущает, что губы всё ещё горят, но заставляет себя выглядеть сосредоточенной.
— Входите, — её голос звучит чуть тише обычного.
Дверь приоткрывается, и в кабинет заходит коллега. На секунду его взгляд цепляется за Чонгука, который стоит слишком близко к Лисе и смотрит на экран её ноутбука, но он быстро делает вид, что ничего не замечает.
— Извините за беспокойство... — неловко начинает он.
— Говори быстро, — резко бросает Чонгук, даже не отводя взгляда от монитора. — У меня... важные дела.
Лиса в этот момент слегка опускает глаза к экрану, будто проверяет документы, и вытаскивает из ящика маленькое зеркало. Одним движением поправляет локон и аккуратно касается губ кисточкой, скрывая следы недавнего поцелуя.
— Я просто хотел напомнить о встрече через пятнадцать минут, — быстро выдавливает коллега.
— Мы скоро выйдем, — ровно отвечает Лиса.
Коллега облегчённо кивает и в спешке слишком сильно захлопывает дверь за собой. Замок с глухим щелчком срабатывает, и теперь открыть её снаружи невозможно.
Как только она закрывается, Чонгук поворачивается к Лисе, хитро улыбаясь. Он медленно наклоняется к ней, позволяя своему дыханию коснуться её кожи.
— Ты только что спасла его жизнь, знаешь? — Чонгук лениво опирается на стол, скрещивая руки на груди.
Лиса бросает на него задумчивый взгляд, затем пожимает плечами, ненавязчиво проверяя, не осталось ли следов на одежде.
— Я знаю. Но ты не думаешь, что он что-то заподозрил?
Чонгук усмехается, уголки его губ чуть приподнимаются.
— Даже если и заподозрил, у него не хватит смелости об этом заговорить.
Лиса прищуривается, чувствуя, как внутри зарождается лёгкое беспокойство.
— Но если слухи всё-таки пойдут... — протягивает она, наклоняя голову.
Чонгук медленно склоняется, заставляя её поднять взгляд. В его глазах пляшет тень хитрой задумки, а губы растягиваются в хищной улыбке.
— Тогда нам придётся либо опровергать их... — он на секунду замирает, намеренно задерживая взгляд на ней, — ...либо сделать так, чтобы у них были веские основания.
Лиса закатывает глаза, но предательская улыбка уже дрожит на губах.
— Ладно, идёмте готовиться к собранию. Но всё-таки, думаю, он заподозрил. Потому что сейчас мы не в вашем кабинете, а в моём, — Лиса встаёт со стула, но не успевает сделать и шага, как Чонгук резко хватает её за талию и чуть приподнимает над полом.
— Ох, так ты только сейчас это осознала? — его губы растягиваются в лукавой ухмылке, а в глазах вспыхивает искра озорства.
Лиса замирает, чувствуя, насколько близко они снова оказались. Её руки рефлекторно опускаются на его плечи, дыхание непроизвольно сбивается.
— Отпустите меня, — шепчет она, но голос звучит неубедительно.
Чонгук чуть наклоняет голову, позволяя их взглядам пересечься.
— А если нет? — в его голосе звучит насмешка, но в тёмных глазах проскальзывает нечто более глубокое.
Лиса закусывает губу, раздумывая над ответом, но прежде чем успевает что-то сказать, раздаётся второй стук в дверь.
Чонгук закатывает глаза, выпуская её, но не отстраняется сразу.
— Ладно, собрание так собрание, — он вздыхает, но прежде чем сделать шаг назад, лениво проводит пальцами по её запястью. — Но после него... нам нужно будет кое-что обсудить.
Лиса быстро отводит взгляд, делая вид, что его слова не оказывают на неё никакого влияния. Но ощущение его прикосновения не исчезает, а предательское тепло уже разливается по её щекам.
— Из-за вас теперь у меня рубашка вся в мятинах. Обязательно было хватать меня за талию? — Лиса раздражённо смотрит на Чонгука, но в глубине души знает, что злиться не может.
Он лениво улыбается, скрещивая руки на груди.
— Ну, извини, мисс «идеальная рубашка», но ты слишком удобная, чтобы тебя не держать.
Она закатывает глаза и быстро приглаживает ткань ладонями, но складки всё ещё заметны.
— Отлично, теперь мне нужно исправлять это перед собранием, — ворчит она, отступая на шаг, чтобы посмотреть на своё отражение в стекле шкафа.
Чонгук делает шаг вперёд, и Лиса тут же машинально отступает, но он протягивает руку и лёгким движением разглаживает складку на её плече.
— Вот так, теперь получше, — шепчет он, уголки его губ чуть поднимаются.
Её дыхание невольно сбивается, когда его пальцы задерживаются на долю секунды дольше, чем нужно. Она замирает, но потом выпрямляется, хмурясь, делая вид, что всё в порядке. Хотя сама прекрасно знает: ничего уже не в порядке.
— Кто в этот раз постучал? — Лиса, наконец, поднимает взгляд от своей одежды, когда стук в дверь затихает.
— Может, они поняли, что нельзя сейчас нас беспокоить, — отвечает Чонгук с лёгкой ухмылкой, его глаза всё ещё следят за ней.
— Вы хоть понимаете, что если так, как вы говорите, они уже точно что-то заподозрили? — Лиса немного прищуривается, стараясь скрыть напряжение в голосе.
Чонгук пожимает плечами, его взгляд не отрывается от неё, его уверенность почти осязаема.
— Ну и пусть. Главное, чтобы ты заподозрила, насколько сильно я тебя хочу. — Его голос становится чуть тише, и эта фраза звучит как вызов, с лёгким искушением, которое буквально витает в воздухе между ними.
Лиса невольно задерживает дыхание. Эти слова, его уверенность — всё это так сильно путает её мысли. Она должна оставаться спокойной, контролировать ситуацию, но каждый взгляд, каждый жест Чонгука нарушает этот контроль. Его слова про то, как он её хочет, звучат, как предсказание, а не просто заявление. Она чувствует, как это задевает её, как нарастает странное, жаркое напряжение внутри. Но она не должна уступать, не должна так просто потерять всё, что она строила.
"Он точно знает, как возбудить моё любопытство. Но я не должна быть такой легкой."
Её разум на секунду погружается в хаос. Как будто всё, что между ними было до этого, исчезает в этот момент. Она хочет ответить, хочет как-то отреагировать на его вызов, но... вдруг приходит мысль, что она уже хочет больше, чем должна.
"Не думай об этом, Лиса. Он играет, и ты тоже должна играть."
Но, несмотря на её усилия отогнать эти мысли, чувство того, что она почти на грани, растёт. Он так близко. Так близко, что каждое его движение, каждый взгляд ощущаются как почти физическое прикосновение. И несмотря на всю её уверенность, что она не поддастся, её сердце начинает биться быстрее.