Жемчужина во власти тьмы

Дни пролетали, как одно мгновение.

Двуногие поняли, что их план по возрождению популяции русалок удался, и их планировали вернуть в океан. Как и сказал... Эр. Демон был скрытным, но Аюми постоянно чувствовал его рядом. Да и куда тому было деться отсюда, они оба были в ловушке. Как и обещал, Эр научил омегу скрывать свой запах, обмазав его пахучие железы серыми водорослями. И теперь Аюми мог прятаться подальше от этого больного на голову сирены, который продолжал нападать на двуногих, когда те приносили им еду. Тех двоих, что пытались с ним что-то сделать, выловили мёртвыми в тот же день. На тела было страшно смотреть, и всё это сделал альфа, который был его парой.

Но, как бы он не отвергал помощь демона, она ему стала нужна, стоило животу увеличиться. Аюми больше не был таким быстрым и поймать рыбу был не в состоянии. Но просить о помощи он не желал, не у кровожадного монстра.

Только вот еда появлялась сама, возле его пещеры. Альфа больше не входил внутрь, хотя мог. Аюми бы не смог противостоять, он слишком слаб по сравнению с другим.

— Почему не ешь? — прозвучал низкий голос возле уха. Русал встрепенулся, ворошкаясь в песке. Ох, он заснул на открытом месте. — Рыбу, которую я тебе принёс.

— Я не хочу, — шикнул Аюми, уворачиваясь от руки в его волосах. — Не трогай меня!

— А чего ты хочешь, если не рыбы? — не обращая внимание на чужую агрессию, продолжил Эр. Чёрный хвост сплёлся с чужим, вызывая табун мурашек по спине омеги.

— От тебя ничего!

Эр пристально посмотрел на русала и уплыл, оставляя позади растерянного Аюми, что был готов продолжить ссору. Поникнув по непонятным причинам, омега вырвал зелёную водоросль и вгрызся, медленно жуя. Вкус был странным.

— Брось эту дрянь! — вздрогнув от неожиданности, омега, ойкнув от удара по ладони, уронил водоросль. — Глупая рыбка, на, — альфа притащил еду. Много еды, самой разной: от моллюсков до крупной рыбы и крабов. Очнулся Аюми от созерцания от треска панциря. Когтистые пальцы ловко вытаскивали сочное мясо краба и протягивали омеге, утыкаясь прямо в губы.

Аюми от неловкости покраснел, трепеща ушными плавниками. Эр засунул кусочек мяса между губ омеги, немного надавливая на челюсть, чтобы она открылась ровно настолько, чтобы мясо могло пройти мимо его губ.

Альфа вытер нижнюю губу, большой палец вошёл в его рот. Русалка не колеблясь укусила его едва ли не в ту секунду, когда он почувствовал, как палец касается его губ. Эр убрал палец, но даже не вздрогнул от боли. Но это не остановилось. Он погладил его шею кончиками пальцев, заставив Аюми затаить дыхание. Омега был раздражён, сбит с толку, но вместе с тем и слегка взволнован. Чувствуя на себе пристальный взгляд, омега попытался отвернуться, но рука Эра мягко, но настойчиво развернула его лицо обратно.

— Кусаешься, рыбка? — хмыкнул альфа. Аюми хотел было что-то возразить, но старательные пальцы Эра продолжили нежно гладить его шею, словно успокаивая.

— Не трогай меня... я знаю, чем это может закончиться! — стоило словам вылететь с его губ, как Аюми вспыхнул ярким красным цветом, выпуская пузыри со своего рта.

— М? — Эр отвлёкся от разделывания моллюсков. — Что ты сказал?

— Ничего! — русал молниеносно отвернулся, скрещивая руки на груди. Сердце бешено стучало, стоило демону посмотреть на него. Аюми не понимал, почему ему стало так стыдно и неловко, это же демон делал все те смущающие вещи с ним!

Эр улыбнулся, видя все эти реакции Аюми. Отложив моллюсков, он снова приблизился к омеге, его движения были медленными, грациозными, опасными. Очевидно, что ему нравилось играть с русалом, изучать его слабости.

— Почему же ты так напряжён, рыбка? — продолжал он, его голос звучал мягко, но с ноткой слегка присущего ему сарказма. — Неужели боишься меня?

Аюми нервно сжался при его словах. Одновременно ему хотелось уклониться от демона и поддаться ему, что одновременно и пугало, и возбуждало.

— Не притворяйся, что не хочешь меня, — прошептал демон, его дыхание обжигало кожу Аюми. Демон ещё ближе прижал омегу к себе, ощущая, как тот дрожит от смеси страха и желания. Он напряжённо сомкнул челюсти, пытаясь игнорировать демона, но эта близость не оставляла его равнодушным.

Эр склонился к его уху, тёплое дыхание коснулось кожи русала.

— Боишься ли ты меня или самого себя, рыба моя? — прошептал Эр, обводя губами ушко Аюми. Он нежно провёл пальцами по изгибу шеи омеги, побуждая полностью погрузиться в этот момент. Аюми едва заметно вздрогнул, чувствуя этот ласковый, но властный жест.

Эр, продолжая дразнить омегу, медленно провёл пальцем по его шее, оставляя за собой едва заметный след. Глаза Аюми закрылись, и он непроизвольно вздохнул, стараясь подавить стон, готовый сорваться с его губ. Демон не мог не заметить эту реакцию. Он улыбнулся, чувствуя, как легко поддаётся русал соблазну.

— Вижу, ты не против, — прошептал он, приближая своё лицо к лицу Аюми. — Ты весь трясёшься... — его голос был низким, бархатистым, полным обещаний.

— Я не... я не... — судорожно выдыхал Аюми, пытаясь найти слова, но голос предал его.

Эр осторожно облизнул ушные плавники русала, притягивая шикарный хвост к себе, ощутимо проводя руками по сверкающим чешуйкам. Он медленно поднимался к шее, оставляя лёгкие укусы, от которых омега сглатывал и дрожащим голосом пытался произнести хоть слово. Сирена оказался у его грудей, его дыхание стало обжигающе горячим на коже омеги. Он впился в один из розовых сосков, тянув его лёгкими укусами, от которых Аюми лишь сильнее прижимался к нему, стремясь к большей близости.

Аюми охватил стыд и желание, он хотел, чтобы внутри него что-то было, внизу всё горело. Хвост бьётся о песок, выдавая желание омеги.

— Ты прекрасен, — прошептал сирена, его голос был таким низким, что заставлял русала вздрагивать. Он медленно продвигался вниз, к участку, где белые плавники нежно обрамляли истекающую смазкой щель. Пальцы демона мягко раскрыли её, оглаживая лёгкими прикосновениями, заставляя Аюми вскрикивать от неожиданного ощущения.

Аюми притягивал к себе тугую волну удовольствия, его глаза были широко раскрытыми, а губы болезненно прокусаны, чтобы не выпустить стоны, вновь наполнявшие его грудь. Хвост бьётся о песок сильнее, следы чешуек оставляют тусклый блеск на серой поверхности. Он чувствовал себя беспомощным и жаждущим одновременно, охваченный как никогда сильным желанием.

Пальцы демона осторожно проникали в узкую щель, чувствуя, как нутро омеги судорожно сжималось, а после словно втягивало в себя, в надежде на облегчение. Он остановился на миг, наслаждаясь видом дрожащего и растрёпанного русала. Эр медленно наклонился, чтобы снова прошептать в его ухо:

— Так, хорошо, мой сладкий омега. Ты невероятно чувствителен, это сводит меня с ума...

Аюми всхлипнул, когда Эр проник глубже, заставляя его тело откликаться волнами неконтролируемого удовольствия. Его пальцы начали двигаться более целеустремлённо, глубже проникая в щель, которая продолжала издавать тёплую смазку, делая движение легче и ещё более возбуждающим. Аюми всхлипывал, не в силах контролировать свой голос, его руки инстинктивно тянулись к Эр, цепляясь за его плавники и кожу.

Эр почувствовал, что омега готов, и его пальцы медленно вышли, оставив влажную щель слегка приоткрытой.

Аюми вскинул хвост, едва удерживая себя от выкрика разочарования. Эр, наслаждаясь этим видом, наклонился ближе, чтобы подарить омеге ещё большее наслаждение. Он медленно убрал пальцы и неторопливо приложил к горящей щели свои губы, чувствуя невероятную истому и желание, что исходили от Аюми. Он двигался медленно, тщательным вылизывая внутренности русала, наслаждаясь дивным ароматом текущей омеги. Аюми вскрикнул, его тело извивалось, не в силах справиться с волной удовольствия.

Язык демона продолжал глубокие и чувственные движения, исследуя каждый уголок, каждый изгиб, вызывая у Аюми обезумевшие стоны. Демон словно дразнил и успокаивал одновременно. Хвост Аюми бился о песок снова и снова. Он снова проник пальцами в омегу, одновременно усиливая давление языком на одну из особо чувствительных точек. Русал вздрогнул всем телом, его хвост поднимался юбкой волн, бьющимся об гладкий песок, руки судорожно сжались, оставляя на коже Эра слегка болезненные отметины.

Эр понял, что момент разрядки близок. Он увеличил ритм, чувствуя, как мышцы Аюми начинают судорожно сокращаться вокруг его пальцев. Аюми вскрикнул, когда демон неожиданно ускорил темп, и его тело, больше не в силах сдерживаться, содрогнулось в оргазме.

Сирена остановился, даруя омеге мгновение для того, чтобы прийти в себя.

Аюми лежал, тяжело дыша, его тело дрожало от последствий пережитого оргазма. Хвост русала медленно опускался на песок, ещё время от времени содрогаясь от остаточных спазмов. Эр склонился над Аюми, его губы нашли шею омеги, оставляя на ней влажные следы поцелуев. Ещё мгновение, и он готов был снова проникнуть в него, но на этот раз своим членом. Омега, почувствовав это, в ответ снова выгнул спину и тихо застонал, широко раскрывая губы в беззвучном крике. Демон проник в него легко, благодаря тёплой смазке на входе.

Аюми закусил губу, пытаясь сдержать крик, когда чувствительность стала невыносимой. Он уже не мог держать себя в руках, каждый толчок приносил ему приливы удовольствия, чувствительное после пережитого оргазма тело пылало, обостряя каждое касание демона на бархатной коже. Он пытался ухватиться за что-то, но руки его лишь бессильно шарили по песку, не находя опоры.

Эр двигался ритмично, его сильные руки удерживали Аюми в объятиях, не давая ему отвернуться или уклониться от нарастающего блаженства. Демон сам едва сдерживал себя, испытывая необычайное удовольствия от тесного контакта с омегой, чья кожа, лёгкие стоны и дрожь делали каждый момент ещё более возбуждающим.

Последний сильный толчок вызвал у Аюми новую волну оргазма, заставляя его тело снова содрогаться в экстазе. Его крики становились всё громче, а руки забились в песок, вцепившись в него изо всех сил. С последним сильным толчком Эр зарычал, заполнив Аюми теплом, оставляя собственнический укус на шее омеги. Острыми клыками входя в тонкую кожу, помечал русала собственным запахом. Как только дыхание демона начало успокаиваться, он медленно наклонился и лизнул место укуса, сразу начав его залечивать. Проглотив едва заметный всхлип, Аюми ощутил, как волна жара прошла по его телу.

Почувствовав на себе чей-то пронзительный взгляд, омега заглянул альфе за плечо, натыкаясь на внимательные лица двуногих, что стояли за стеклом. Глаза Аюми широко распахнулись от осознания, что за их близостью наблюдают чужие. Омега, пытаясь скрыться от пристальных взглядов и унять смущение, ещё теснее прижался к Эру, утопая в его теле, вдохнув аромат альфы и почувствовав внезапное желание замурлыкать.

Эр, обратив внимание на реакцию своего партнёра, хмуро повернул голову в сторону стекла. Его глаза запылали холодным огнём, и с его губ сорвался низкий, угрожающий рык. Он медленно притягивал Аюми к себе, закрывая своей массивной фигурой от присутствующих за стеклом наблюдателей. Двуногие, словно подчиняясь невидимой команде, моментально отступили, опуская тяжёлые жалюзи и оставив присутствующих в относительном спокойствии.

— Ты...мы...они! — омега потеряно зачастил, до сих пор не в силах оторвать взгляд от широкой груди демона. — Они видели!

— Думаю, они и не такое видели, — хмыкнул Эр, выходя из мягкого нутра русала, вызывая тихий стон и выброс манящего аромата.

— Это личное!

— Не беспокойся, они больше видели меня, чем твоё прекрасное от наслаждения личико. Но зато видел я, ты такой нуждающийся, рыбка. Так громко стонал.

Аюми, всё ещё ощущая остатки прокатившейся по телу волны удовольствия, прикусил губу, чтобы сдержать новую волну стыда и неловкости.

— Это ты виноват, — щёки заливает краска стыда. — Ты навлекаешь на меня свои феромоны! Я никогда не буду с тобой по собственному желанию, — Аюми гневно сверкнул глазами

Эр, услышав обвинение, лишь усмехнулся и прищурился, явно находя в словах омеги нотки лжи. Он медленно склонился к Аюми, так что их лица оказались на опасно близком расстоянии.

— Ты можешь отрицать сколько угодно, рыбка, но твоё тело не лжёт. Ты откликаешься на меня, и это не изменится.

Аюми отвернулся, пытаясь справиться с вихрем эмоций, рвущихся изнутри. От прикосновений Эра по всему телу пробегала дрожь, которую не так просто было игнорировать.

— Это не так... — начал он, но его слова затонули в горячем дыхании альфы, который, наклонившись, слегка прикусил край его уха.

— Твой ответ будет позже, когда мы будем в океане.