Глава двадцать третья: о том, как общаться с ментами, чтобы откосить от срока.
— Гой ты, Русь, моя родная... — сказал Аякс, сойдя на родной земле. Брат Александр только посмеялся с него. Конечно, это ведь не он у китайцев пахал в поте лица, пытаясь защитить диплом под руководством Чжун Ли! Ноль звёзд из пяти, самый худший вариант преподавателя, который только мог бы быть... По скромному мнению Аякса, конечно же. — Чего ты смеёшься?
— Да ты как не поедешь куда — всё стихи Есенина вспоминаешь. Любимый поэт? — всё также смеясь, брат шёл к машине.
— Да какой там... Просто я только его из школьной программы помню. Скарамучче не говори только. — усмехнулся он.
— Кому?
Родной Новосибирск встречает августовским солнцем и пробками на дорогах, ведущим к центру города. Александр ругается на очередного водилу, который «купил права, блять, у шайтанов каких-то и теперь ездит не на машине, а на шахидомобиле!», Аякс же в это время делал вид, что спит, стараясь не обращать внимания как сильно разнятся дороги в Китае и на родных просторах, где проезжая часть — это там, где автомобиль может проехать. Радовало то, что больше никаких судебных разбирательств в его жизни не предвидится, если только бракоразводный процесс, а значит в тюрьму он не сядет. В то же время это означает и то, что общению с Дилюком приходит конец. До этого у него хотя бы повод был резко написать в час ночи. А теперь даже и смайлик без смысла не отправить...
— Чего вздыхаешь? — вдруг спросил брат.
— Я? Не вздыхаю. Это я так глубоко дышу русским воздухом. — оправдывается веснушчатый.
— Ты давай мне тут не сочиняй, сказочник-Андерсон. Что у тебя уже случилось?
— Да в порядке всё.
— Аякс. — пока они встали на светофоре Александр серьёзно глянул на него. Тот же ответил растерянным взглядом. И надо ж было брату уродиться таким докапывающимся? — Ты можешь рассказать мне любой свой секрет — ты знаешь — я унесу его в могилу. — Аякс моргнул. То ли соглашаясь, то ли не понимая родной речи. — Давай, расскажи старшему братишке, в чём проблема? Я смогу помочь её решить, можешь даже не сомневаться. — Аякс сомневался и очень сильно. Если про Люмин он и мог ещё рассказать, хотя она и являлась одиннадцатиклассницей (взрослая какая уже!), то его любовь к Дилюку в семье примут разве что только Тоня и Тевкр. И только потому что они ещё не знают всей жестокости и нетолерантности этого мира.
— Есть один человек... Который мне очень нравится. — начал из далека он. — До этого у нас были только деловые, может быть около дружеские отношения, а теперь действие нашего партнёрства закончилось... А чувства у меня остались. Вот... И теперь я совсем не знаю как продолжить общение с этим человеком, да и ещё так, чтобы мне ответили взаимностью... — Аякс опустил голову. Александр больше не смотрел на него в упор своим страшным взглядом, потому что свет светофора наконец сменился и они поехали дальше.
Пару минут брат молчал, наверное, обдумывая сказанное. Аяксу это молчание не нравилось, но он предпочитал, когда брат молчит, а не несёт всякий бред. К сожалению, Александр был самопровозглашённым «гуру любовных дел», хотя у самого никогда не было девушки и почему-то все друзья после его «советов» становились одиночками. Странная закономерность, не правда ли? В общем, жалел Аякс о том, что поделился этим с Александром, понимая, что его совет может только испортить всё в конец, как говорится в народе, «очко от страха жмыгало».
— Кхм... А девушка эта, которая тебе нравится, она вообще какая? Открытая, весёлая? Тихоня? — «Девушка?» — Угу.
— Она... — «Что-то срочно надо выдумать такое, чтобы он не догадался, что Дилюк — мужчина!..», — Надёжная, на «неё» можно положиться. Осторожная, бесстрашная, хороший стратег... У «неё» есть определённые принципы, которые внесли особый вклад в становление личности... Я бы описал «её» как воина, ха-ха...
— Хм, вот как? Тогда, я думаю, что тебе лучше всего будет сделать...
— Даже не верится, что на бюджет поступила! — хвалилась Люмин Дилюку. Наконец-то можно было рассказать, не боясь «сглазить». Дилюк слегка усмехнулся.
— От чего не верится? Я, между прочим, другого от тебя и не ожидал. — он потрепал её золотые в свете дневного солнца волосы. — Ей-богу, ты так готовилась. Ожидать другого результата было трудно.
— Ты так говоришь только потому что в саппорт не умеешь! — хмыкнула Юнивёрс, качая ногами сидя в рабочем кресле полицейского. — Бука ты. Ещё и в отделе тухнешь, когда погода такая замечательная...
— Я не тухну, я работаю. — поправил её Рагнвиндр, — А ты меня отвлекаешь вообще-то, дебоширка.
— Кто? Я? — она театрально указала на себя пальцем левой руки, — Да ну, брось, от чего я тебя отвлекаю? Вернее, чем?
— От работы, своими разговорчиками. — посмеялся красноволосый. — Вот запру тебя сейчас с уголовниками на пару суток, а в выходной заберу.
— Злыдень. — фыркнула блондинка. — Джинн говорит, тебе полезно такие передышки делать.
— Мало ли что она говорит. — закатил глаза он, — Давай, двигайся отсюда, мне ещё рапорт писать.
Люмин наконец уступила немцу его место, упорхнув, словно бабочка, в другой конец кабинета. В этот прекрасный день Дилюк, как ответственный взрослый, проводил на работе, потому как отпуск ему был положен в октябре. Не иначе как невезением это не назвать. Люмин же коротала время с ним, потому что Итэр ушёл на свидание со своей девушкой (удивительно! у него всё-таки кто-то появился), а родители уехали в Австралию — помогать с переездом бабуле Наюте. А Дейн опять в своих командировках. В общем, осталась сегодня Люмин одна-одинёшенька — Дилюк работает и даже рыжий дурачок не отвечает на смс. Это расстраивало Юнивёрс.
Пройдясь ещё раз по периметру кабинета, Люмин возвращается к столу и с громким хлопком упирает в него руки, пытаясь выглядеть угрожающее. Но выходит только забавно, хотя Дилюк и пытается не показать этого, стараясь не обидеть сердечную подругу.
— Решено!
— Что решено?
— Мы идём обедать!
— Мы?
— Да! — и больше не говоря не слова, она берёт его за руку, выводя из кабинета. Дилюк же позволяет ей это сделать, грустным взглядом провожая отчётную стопку бумаг.
Вечером пошёл дождь. Люмин приняла стратегическое решение остаться дома у Дилюка. Люмин драконила Венессу, пока Рагнвиндр чем-то занимался на кухне, и тут в дверь позвонили. Доля открыть дверь выпала на хрупкие девичьи плечи. Очевидно, австралийка ожидала кого-то вроде свидетелей Иеговых, но никак не Аякса, который переминался с ноги на ногу, как какой-то школьник, в одной руке удерживая зонт, а другую глупо подняв и так и не опустив, пока он звонил в звонок.
— Тарталья? — удивилась Люмин.
— О? Люми? — он был удивлён не меньше.
Не долго думая, Юнивёрс затаскивает его в дом, закрывая за ним дверь.
— Дилюк, ты не поверишь кто пришёл! — оповещает она хозяина дома, не обращая внимания на жесты рыжего о том, что этого не делать не надо (ну, пожалуйста!).