RUINATION | ПОГИБЕЛЬ

Скоро всё закончится, с тебя достаточно.

Мое отсутствие не могло пройти мимо Валентины. Она встречает меня в коридоре:

- Тебя только выписали. Я волновалась за тебя, Энн. Конечно же, я не могу запретить тебе выходить из дома, но предупреждай хотя бы, - укоризненно посмотрела на меня тетя.

- Прости, просто я хотела погулять. Так давно не была на улице, а запах медикаментов кажется пробрался до кожи, - я обняла ее за плечи, улыбнувшись.

Она ответила мне взаимностью:

- Тогда ступай к себе в комнату. Отдохни, прими ванну, а я зайду к тебе позже. Ты же не забыла прописанные таблетки?

Она широко и нежно улыбается мне, а затем отстраняется. Заглядываясь на нее, я не могла заметить ничего подозрительного, кроме жизнерадостного личика.

- Да-да, конечно. Дай мне час.

- Договорились.

Люди порой вживаются в свои маски и перестают быть способными узнать себя прежнего. Касалось ли это меня? Сложно ответить однозначно. Калеб Рейган. Только от одной мысли, что забыла о мужчине, который стал чуть ли не смыслом моего существования. Любовью всей жизни. Конечно, эти слова описывали только два процента из того, что происходит здесь, в душе. Поднявшись в свою спальню, я приняла, в первую очередь, душ. Терла беспощадно мочалкой по коже, чтобы наказать себя. Он там... до сих пор в больнице. Я видела его, дотрагивалась до него, но все же не узнала его. Времени было категорически мало - скоро Валентина придет за мной. Заворачиваюсь полотенцем и выхожу из ванной комнаты, которая забилась паром. Как я могла объяснить ощущения, прошедшие табуном по телу? Мне казалось, будто я переживала дежавю: девушка из прошлого наконец-то отыскала дорогу среди тумана ко мне. Да, так было бы проще сказать, а понять, наверное, навсегда как затерянный клад...

Вместе с воспоминаниями придет и боль.

Аккуратно расчесала длинные пряди, немножко румяны и помады. Мой больной вид требовал немного косметики. Затем достаю из шкафа серые домашние шорты и футболка того же цвета.

Зазвонил радиотелефон.

Я вскочила с места от звонкого рингтона, но все же повернула голову к источнику. Он находился на тумбочке возле кровати. Звонил не переставая. Вынуждая меня дрожать как осиновый листок. Кто-то догадался о том, что теперь я знаю все? Однако, когда звук, режущий уши не прекращался, я поняла: он требовал внимание к себе.

Одновременно со звонком, кто-то постучался в дверь. Глаза метались из одной точки в другую. Однако, ничего не предприняв, я стояла как вкопанная, пока человек за дверью не распахнул ее. Резко звонок прекратился.

- Впустишь? Я с таблетками, - Валентина прошла за порог.

- Да, конечно, - замешкалась я, до сих пор наблюдая за телефоном, или же ожиданием еще одного рингтона. Но, когда, прошло еще пару секунд, до меня дошло, что телефон издавал противный звук по простой причине: Валентина не дозвонившись, решила подняться самой.

Никак иначе не могло быть.

Она пыталась закрыть дверь, однако неожиданно для себя я тихо вскрикнула:

- Тетя, - позвала я, - можешь оставить дверь открытой?

- Я просто хочу, чтобы тебя никто не побеспокоил, дорогая.

И дверь медленно закрылась.

Стояла угнетающая тишина. Звуки каблуков Валентины шаг за шагом становились все громче и тяжелее, как в пустой комнате с потолка капает вода. Мне не хотелось спать, но когда на выдуманном столе карта за картой вскрываются секреты больше безопасного места нет нигде, а чувство, когда смыкаются веки, самый большой страх - заснуть.

- Энн, с тобой все хорошо? - спросила она, когда взяла меня за руку.

- Наконец-то чувствую свободу.

- Это же ведь отличная новость. Я была против любых лекарств, но знаешь ли врачи очень настырны в своей профессии.

Она улыбается мне и кладет на мою ладонь пять таблеток. Теперь я слышала лишь собственное отрывистое дыхание. Звон в ушах постоянно воспроизводит тот навязчивый звонок.

- Я чувствую себя гораздо лучше. Это уже лишние меры, - настояла я.

Казалось, женщина, сидевшая рядом со мной даже не слушала, что я говорю.

- Выпей.

Подносит стакан воды, раздраженно наблюдая за тем, как я одновременно закидываю в рот все таблетки.

- Вот и умница, - целует за макушку.

После последних слов в голове образовался некий брешь, что-то знакомое туманно приходило мне в голову. Умница. Умница.

Этот голос принадлежал ей, только в другое время. Женщина, которая спасла мне жизнь...

- Пока не забыла, - привлекла мое внимание, - сегодня вечером состоится банкет. Приезжает из Рима мой муж. Вот это событие! Вы, девушки, знаете как изящно собраться, поэтому все в твоем распоряжении, - твердила она, пока наблюдала как счастливые огоньки в недре ее глаза плясали. Муж... но кого тогда я увидела в дамской комнате?

Теперь ее голос звучал в моей голове громче.

Валентина быстро исчезла за дверь, словно не нуждалась в моем ответе. Затем я выскочила с места и ринулась в ванную. Засовываю в рот два пальца и искусственно вызываю рвотный рефлекс. Напрягается все тело, словно всеми силами пытаясь вытащить яд из моего организма. Вместо ожидаемого эффекта снаружи, царапая горло, вышла желчь.

- Черт!

Мысль о том, что таблетки снова сделают свое дело сводила меня с ума. Не в этот раз. Я не позволю завладеть моим разумом. На этот раз потеря служила к погибели.

Ногтями карабкаясь в стенах мягкой кожи горла до крови. Снова и снова. Слезы наворачивались на глазах, красное лицо, слюни стекали по подбородку, но я дошла до края потери сознания, но вытащила из себя все таблетки до единого.

Мое обмякшее тело рухнуло на пол. Стираю с лица мокрые капли, собираясь духом. Начинается следующий раунд, который я должна пройти, пуская карабкаясь.

И тогда память вернулась о звуке.

Я падаю на колени. Вокруг лишь тишина, конечно я знала - позади горела машина, но помимо этого, вокруг царила тишина. Будто меня поместили в вакуум. Даже собственное биение сердца перестало биться. Медленно уходя из этого состояния, я спрашиваю себя, что же мне не позволяет подняться сквозь боль. Это всего лишь кровь, а Калеб частенько появлялся в ссадинах, после чего мне приходилось их обрабатывать. Несмотря на боль, именно. Кричу, бьюсь в агонии, когда левая нога отказывает, а правая словно через плоть пропустили леску, которая подчиняясь моим приказам, сдирает кожу, но все же выполняет. Хочется рвать на голове волосы, может я бы немного отвлекалась, тем не менее, я прихрамывая, поднимаюсь. Я повторяла себе как мантру "Мне нужно жить". Я позволила ему жить в огне все эти три года, что значило умереть, будучи живым. Когда дыхание приходит в норму, я понимаю, что пройти пару миль стало моей конечной целью. Затем я найду больницу, где лежит без сознания Калеб. Он всегда меня ждет.

Снова этот звук - шаги каблуков, которые доносились до меня как капли воды в пустой комнате. Ближе и ближе, одновременно с этим тишина угасала, а молчаливое сердце стало бешено биться, словно в микрофон. Страх. Ведь тело знает, когда постигает тьма.

- Ты большая умница.

Это был ее голос. Затем она прикладывает к моему носу марлевую тряпку, ядовитым запахом, и тогда тьма находит меня.

Наконец-то это случилось со мной. Просветление.

Все было ложью. С самого начала и, видимо, закончить она хочет своим выигрышем. Мне не терпелось избавиться от этого места, но понимала: это не выход из паутины игры. Внешний вид был очень важен, ибо дорогая одежда должна привлечь внимание, словно броня. Валентина ценительница всего изысканного будет довольствоваться поверхностным видом. Только лишь притвориться.

Но для начала я тщательно мою лицо. Горячая вода смывает липкость вместе со всей усталостью. Через пару минут в мысли снова поселилась Валентина. Почему она появилась только сейчас? Глупо думать, что она выстраивала план мести годами. На что я была способна? Картина не собиралась в единое целое, что-то пряталось или кто-то. Открыв глаза, я сжала ладонь в кулак и билась о плитку душевой. Хотелось сжаться в объятиях Калеба и признаться в том, что я не сильная девушка, которую он знает. Я трусливая и жалкая. Нет, эти мысли только отвлекают меня. Эта женщина забрала себе часть того, что особо было ценимо мной. Выбор был сделан.

Передо мной стояло зеркало во весь рост. Стремительная потеря веса сказалась на моем теле. Калеб хотел научить меня наблюдательности, быстрой реакции, устойчивости в стрессовых ситуациях и отваге. Теперь этот урок я должна пройти самостоятельно. Босыми ногами подхожу к шкафу и рассматриваю содержимое. Слишком роскошные, слишком много стразы, слишком броские, всего было слишком для меня. Меня хотели нарядить в куклу, марионетку. Игра.

Выбираю самое шикарное платье до пола. Крашусь в самые яркие оттенки и заканчиваю последний штрих блестящей помадой.

Я думала, что страх выветрился из моего тела, однако когда телефон снова зазвонил, я вздрогнула. Снова. Медленно поворачиваюсь к тумбочке и понимаю, что мне не мерещиться. Телефон опять требовал к себе внимания. Моего внимания. Кровь застыла в моих жилах, и вероятность того, что на другой линии может оказаться Валентина рассыпалась у меня на глазах.
Мысли нашептывали о том, что игра закончена. Калеб не смог выбраться из сетей комы. Мне не убежать от телефона. Он гипнотизировал меня. Требовал...

И я сорвалась.

Отчаянные шаги медленно приближались в источнику, пока рука не потянулась за трубкой.

- Алло, - произнесла я.

На линии тишина.

- Вы наверно ошиблись номером.

Тишина. От этого я чувствовала облегчение, но ненадолго. Полагая, что ничего в дальнейшем не произойдёт, я собиралась поставить трубку, но неожиданно, услышала тяжёлое дыхание в трубке.

- Не знаю, кто вы, но устраивайте свои нелепые шутки в другом месте.

Услышав последнюю фразу, человек на линии снова вздохнул.

- Энн. Уходи немедленно!

- Но... Колтон? - пыталась возразить я.

- Времени мало. Выйди на улицу и через дорогу ты увидишь чёрную машину с затемнёнными окнами. Садись и уезжай, - он кричал и говорил лихорадочно.

- Откуда ты знаешь, что я...

Колтон не ответил, а лишь оставил короткие гудки.

В голове вертелось сплошное недоверие. Глаза забегались в разные стороны, но я знала лишь одно: мне нужно отсюда выбраться. Я схватила за ручку двери, но когда дернула на себя, с другой стороны стояла Валентина. Всегда с лучезарной улыбкой.

- Куда ты собралась, дорогая? - улыбнулась она, пока я от волнения перехватила дыхание.

- Я давно хотела у тебя спросить, тетя, - начала я, пропуская ее в комнату, - у тебя есть дети?

Мой вопрос удивил ее, судя по округлившимся глазам.

- Дочка.

Я чувствовала как тело расслабляется после долгих дней истязаний.

- Сколько ей лет?

- Девятнадцать. Почему ты спрашиваешь?

Мысленно начала отсчёт секунд.

- А как ее зовет?

- Джина, - сказала она, наблюдая за мной, так и не сдвинувшись с места.

- Красивое имя.

Снова ее лучезарная улыбка.

- Мой покойный муж назвал в честь своей мамы.

- А что случилось с ним?

Должно быть, сейчас внизу меня ожидает ее второй муж.

- Ты такая любопытная, дорогая. Он умер в автокатастрофе.

Время тикало против меня.

- Просто давно хотела поговорить с тобой, узнать тебя, - проговорила я с ухмылкой. - А со второй мужем вы давно вместе?

- Около десяти лет.

- Довольно долго.

- Немного для влюблённого человека, - быстро осекла она.

- Как ты меня нашла в ту ночь? - я пристально глядела на нее, пытаясь понять, говорит ли она мне ложь.

- Ты же мне позвонила.

На ее лице больше не было той фальшивой улыбки, а на место пришла совершенно другая. Злорадная.

- Телефон разбился. Отыскать и прибыть на место за пару минут, даже сверхчеловеку не под силу. Кто ты такая?

Она не ответила, лишь уголки ее губ становились шире.

- Разве я не умница? - спросила я без страха. - я тебя победила.