RUINATION | ПОГИБЕЛЬ

Я умру за то, чтобы доказать, что не отпущу тебя.

Несколько минут стояла как вкопанная около входной двери, боясь сделать еще отчаянный шаг, ведь тогда я уже буду не в силах отвернуться и убежать. Эта квартира в центре Нью-Йорка, который купил Калеб для нас. Запасные ключи я спрятала под пожарным шлангом. Я ожидала, что у квартиры появится новые жители, однако все сохранилось в том же порядке. Когда я делаю первый шаг и переступаю порог, то замечаю несколько осколков на полу, затем направляюсь дальше по коридору. Нашим любимым местом всегда являлся этот зал - ночью обнимались и смотрели кино, днем вечно спорили, и в конце концов все заканчивалось страстным поцелуем. И так по кругу.

Но сейчас это место превратилось в одни руины: разбившийся телевизор на миллион осколков, пух подушек, разлетевшихся повсюду и разбившиеся посуды. Я аккуратно прошла к витринам и наблюдала за городом, возобновляя момент, когда Калеб в первый раз привел меня в этот дом. Тогда я была настолько счастлива, что готова была кинуться к нему объятия, но злость на него одержало вверх надо мной. Но теперь я жалею, что так мало показывала, насколько я была рада, что встретила такого мужчину. И до сих пор боюсь признаться.

Дальше я направилась в его спальню. В стиле Рейгана - черные обои, темный пол и такого же оттенка вся его мебель. Я решила, что это его натура - все мрачное и угнетающее, но ошиблась. Это было просто еще одно прикрытие. И мы понимаем это только тогда, когда становится поздно. Эта комната была так же разгромлена, как и все остальные. Его вещи разбросаны по комнате, осколки из под бутылок хрустели под ногами, когда я невольно наступала на них. Я взяла в руки одну из рубашек Калеба и поднесла к носу - даже его запах не сохранился. Закрыв эту дверь, я повернула в противоположную сторону, где находилась моя комната. Последняя комната, куда я еще не зашла.

Я медленно открыла дверь, ожидая увидеть такой же погром, однако все было совсем не так... Даже аромат был иным - мой старый вишневый гель. Большая кровать с чистой розовой постелью, белая мебель в таком же идеальном состоянии, и совместные фотография с Калебом в рамочках вдоль подоконника. Открыв свой шкаф, я обнаружила свои старые одежды, и тоже в идеальном состоянии. Затем присела на пуфик туалетного столика, смотря на свое отражение в зеркале.

На меня смотрела восемнадцатилетняя Энн-Роуз. Она улыбалась мне так широко, доказывая мне насколько счастлива была в тот момент. Длинные волосы легкой волной спадали по плечу, а легкий румянец на щеках, вернули меня в то мгновение. Сзади подходит Калеб и уплетает девушку в зеркале в свои объятия, оставляя поцелуй на шее. Я несколько раз моргаю, чтобы выветрить иллюзию, которая пришла вместе с этой комнатой.

Я отворачиваюсь и останавливаю свой взгляд на кровати. Наворачиваются слезы, когда перед собой вижу исхудавшую девушку. Она обхватила себя за плечи, не переставая проливать слезы по утрате близкого друга - Лаки, и в первый раз разбившимся сердце. Снова отворачиваюсь, пытаясь остановить поток, прорвавшийся через плотину. Все было так тяжело, что казалось на плечи приложили тонн свинца, собственно, так и было. Воспоминания пронзили меня насквозь.

Неожиданно громко закрылась главная дверь, и страх захлестнуло меня, когда я бросила к кровати. Я спряталась под кроватью, в надежде быть необнаруженной. Тяжелые шаги приближались, пока не остановились напротив моей двери. Мне пришлось задержать дыхание, чтобы создать абсолютную тишину.

Дверь отворилась и я увидела мужские туфли. Я хотела увидеть, кем был этот мужчина, но не смогла даже пошевелится. Мужчина прошел до туалетного столика и присел туда, где я сидела ровно две минуты назад.

- Почему ты бросила меня? - я зажалась, узнав такой родной и одновременно самый чужой голос, - Я не могу ни забыть, ни простить. Не знаю даже, как это сделать. Мне очень жаль. Я понимаю, что это не только твоя вина, но не могу ничего сделать.

Мое сердце разбилось еще мучительнее и сильнее, потому что он говорил так, как будто действительно больше ничего нет. Все закончилось окончательно. Я хотела остаться здесь до момента, пока Калеб не уйдет, но как только я поднимала голову вверх, то увидела огромного паука и закричала.

За долю секунды выбралась из под кровати и встретилась с его злыми глазами.

- Что ты здесь делаешь?! - крикнул он.

- Да, ты прав уже поздно что-то говорить. Для нас отныне нет будущего, - я укоризненно смотрела на него, бросая вызов. - но, мне нужно знать, почему ты решил убить моего отца.

- Не открывай свой грязный рот. Ты еще поплатишься за то, что решила от меня сбежать, - он делает отчаянный шаг, затем следущий, пока не оказался в метре от меня.

- Знаешь, мне уже все равно, что ты со мной сделаешь. Я уже пережила свой предел боли, которую перенесла от тебя и пережила благодаря тебе. Но мне нужен ответ.

- Просто так. Я чертов Рейган, которого ты считаешь монстром. А что монстры делаю лучше всего? - спрашивает он, не пытаясь подойти ко мне. Я ничего ему не ответила, поэтому он добавил, - правильно. Убивать. И я убил твоего папашу, чтобы почувствовать как прекрасен мир, когда в этой цепочке - Ты король. - ухмыляется он, оценивая мою реакцию на его слова.

Злость захлестывает, катаясь по моим венам, затем я неосознанно хватаю первую попавшую рамку и кидаю ему в лицо. Рамка разбивает в дребезги, прежде чем оставить маленький порез на щеке у Калеба.

- Я знаю, что ты врешь мне, Калеб. И мы оба прекрасно знаем, что ты построил целую империю, но это все не настоящее. Больше не имеет значение. Все вокруг.

Он молча касается пальцем своей раны на щеке и вытирает. Последний ничтожный метр, разделявший нас, исчезает, когда он подходит ко мне и обмазывает свою кровь по моим губам. Я не простертую, принимаю все, что он даст мне.

- Да, я вру. Но и правду ты не узнаешь никогда. Помнишь, что я тебе говорил? За каждым непослушанием следует наказание, - так же медленно освобождает ремень с брюк и начинает хлестать по своей руке. - Мне насрать на твою сказочную жизнь, в котором нет меня.

Я отхожу от него, но он резко поднимает меня и кидает на кровать. Не успеваю даже подвинуться, как он переворачивает мое тело животом и поднимает меня за бёдра. Быстро отделывается от моих джинс и опускает к коленям мои трусы.

Первый удар ремня был в левую сторону, однако я ничего не почувствовала. Последующие удары набирали оборот по мере последовательности. Иногда я кричала от жуткой боли. Но, видимо, мое тело привыкло к постоянному жестокому отношению Калеба. Щеки, помнившие засохшие слезы, снова становились влажными. Он не жалел меня. Ни чуть. Пускай. Единственный, кто страдает оказался только он сам.

- Ты думаешь, что забрал часть меня? Но я не единственная, кто что-то потерял. Когда-то давно ты вручил мне в руки свое жестокое сердце навсегда. Ты знаешь сам, - крикнула я. Он резко прекращает все свои действия, и я поймав этот момент проворачиваюсь и ложусь спиной.

- Ты просто еще очередная шлюха, которую я буду драить! - равносильно моему голосу, крикнул он.

Несмотря на всю покалывающую боль на пятой точке, я поднимаюсь на колени, встречаясь с ним лицом к лицу.

- Ты ждешь, когда я снова разозлюсь на тебя? Ведь так? - это был риторический вопрос. Затем я двумя руками обхватываю его за шею и языком провожу по дорожке крови, которую ранее оставила я. Не знаю, чем я думала в данный момент, но поняла это только тогда, когда он сгреб меня в кольцо своих рук. Жестко и бережно. Я словно загипнотизировано оставляла поцелую, пока не достигла до заманчивых вен на шее. Я чувствовала как его кадык дергается, пока он зарывается в мои волосы. Теперь я знаю, что он был зависим моим запахом.

Наше дыхание. Биение сердца.

- Он убил всю мою семью.

Я хотела отогреть его, изгнать тот холод, который оставила я после себя. Но его слова, отразились на мне, словно целый айсберг, упавший мне на голову. Я остановила свои действия, посмотрев в его глаза. И в них читала боль.

- Не останавливайся.

Реальность и прошлое сгорало в этот момент. Я хотела забрать весь ужас в его глазах. И тогда я снова острожно лизнула его шею, затем сильно укусила. Калеб громко зарычал, но не оттолкнул меня, и я продолжила дальше, пока не просочилась первая кровь. Я жадно впитала ее, глотая его сладкий вкус. Мы оба повалились на кровать.

Мы уже давно были сожжены дотла жаждой.

Запреты рушатся.

Есть он. Мой мужчина. Мое возрождение. Моя погибель. Калеб.

Его губы обрушиваются на меня, а стальной вкус крови, усиливает ощущения. Язык безжалостно завладевает моим ртом. Я издала резкий крик, когда он укусил меня за губу. Мы оба окунаемся в липкой крови, но это не имело значение.

Разум давно был ослеплен желанием. Я переползла через него и оседлала Калеба на этой кровати. Мы продолжали целоваться, словно наполняя топлива спустя три года.

- Сними их, - выдохнула я, прижимаясь в его телу, а губы к его губам. - Сделай это.

Я быстро избавляюсь футболки на мне, и Калеб отодвигает чашечки лифчика и острыми зубами впивается в мой сосок. Он сосал, заставляя гореть на огне наших грехов. Одновременно с этим Калеб засовывает указательным пальцем внутрь, затем добавляет другую, пока не использовал каждый свой палец.

Я дошла до предела свой дикости, когда просто напросто освободила его от брюк и быстро спустила вниз. Хватаю его естество - наслаждение внезапно охватывает меня со всех сторон. Аккуратно приставляю и вскрикиваю, когда его член глубоко вонзается в меня.

- Роуз... - шепчет он. - Я так сильно скучал по этой девочке, - его губы быстро находят мои, и мы снова исполняем жарким танец языков. Я насаживаюсь на него удар за ударом, охрипшей от нескончаемых криков. Он кусает меня в шею сильнее, словно достигая до моих вен. Я не нуждалась в свободе - только в Калебе. Моя грудь была припечатана к его телу, пока доводила нас до последней вспышке. Мое тело извивалось, пока его руки по-хозяйски расположились на моих бедрах, настраивая наш темп.

Он не отпускал меня и держал в своих объятиях, а его голова покоилась в мягком месте между моих обнаженных грудей.

- Калеб. Мы же пара, верно? - острожно спросила я.

Калеб ничего не ответил, так как давно погрузился в сон, а вопрос остался витать в этой уютной комнате.