RUINATION | ПОГИБЕЛЬ

Я бы простила ему гордость, не задень он мою.

Ariana Grande - Dangerous Woman

Я чувствовала лютый холод, хотя за окном лето. Казалось бы, человек может привыкнуть к любым условиям, если проживать их каждый день, как по часам, но для меня каждая минута словно иглы дырявили хрупкую на вид кожу. Мое тело прижималось к Калебу так, будто это самое правильное решение. Со стороны именно так и лицезрели зрители. Но это обман. Я перестала различать его кровь, так как она смешалась с моей. Как досадно, что давно забытая история возвращается, набирая обороты.

Это был просто леденей холод, потому что я оказалась в темной подворотне, где всегда будет пусто и ни одно окно не выходит в летний свет.

Только сейчас я понимаю, что совершила ужасный поступок. Я пырнула его ножом. Я сделала... это с ним.

- Прости... - еле слышно озвучила я, но была уверена он услышал, так как его рука сильнее сжала мою талию, задевая рану.

Он выбивает дверь ногой и кидает меня на мягкую кровать. Комната была вся чёрного цвета, а на огромной кровати была расстелена шелково-бордовая постель.

Калеб поворачивается ко мне, закрывая зверь на засов. Пристально смотрит, словно я выглядела как кусок мясо перед хищником. Стоит мне пошевелиться и зверь сгрызет меня с потрохами.

- Мне нужно сообщить подругам, что со мной все в порядке, - сжимаю руки, осмелившись на такое своеволие. - Калеб, пожалуйста. Если надо, я буду общаться при тебе. Лишнего не сболтну.

- Нет, - коротко кидает он.

- Тебе это ничего не стоит, - снова пытаюсь переубедить его. - Они волнуются за меня.

- Ты оглохла? - не обращает на меня внимание и достаёт с полки тряпку, пытаясь избавиться от крови на своём теле. - Нет.

- Правда, я просто хочу успокоить их. Они наверно не могут место себе найти.

- Блядь. Ты намерено выводишь меня! - кидает тряпку в меня. - вытрись.

- Они моя семья, - после моих слов он замирает и презрительно смотрит в мои глаза.

- Нет.

И здесь я поняла, что разговор окончен. Беру в руки такую же чёрную тряпку, как и все помещение. Как только ткань коснулась моего плеча жуткая боль пронизывает мое тело. Я вскрикиваю, боясь опять коснуться раны.

Я одна. Посреди этого ада.

- Быстрее. Я не намерен ждать, - мне не удаётся собрать свои силы в кулаки. Господи, меньше всего хочу, чтобы он видел мою трусость.

Я чувствовала себя, будто разваливаюсь на части. Мне хотелось накричать на него, доказать, как сильно я его ненавижу и сделать так же больно, как и он мне, однако... я была просто не в состоянии даже начать разговор, не говоря уже об остальном.

Вам было знакомо чувство оцепенения? Да, именно в этот момент я осознаю, что полностью потеряла контроль над телом и разумом. И была способна только лицезреть столь знакомое лицо напротив себя. Вот и я сидела и молчала, наблюдая за его безжалостным взглядом... Калеб показывал, что моя жизнь в его руках.

- Я больше не узнаю тебя.

Его ярость заполняет мои легкие, призывает мое тело чувствовать дикий утробный страх.

Несмотря на то, что мы по-прежнему в крови, Калеб одним взмахом сдирает с меня остаток одежды и отбрасывает в сторону. С легкостью начинает сминать мою грудь, а после выкручивая, намеренно заставляя меня кричать.

- Буду касаться как захочу и когда, - рычит на ухо. - Попробуй запретить мне.

Он отстраняется от меня и снимает свои брюки вместе с боксерами. Достаёт из тумбочки фольгу и рвёт зубами. А затем нависает надо мной, точно как хищник. Руками касается моего лона, пока я тщетно пытаюсь освободиться от его массивного тела.

Калеб всегда брал то, что возжелает. Кто рискнёт отказать?

Но я сухая. Абсолютно. Тело отказывает ему. Не подчиняется. Калеб поглаживает меня, грубо нажимает на самые чуткие точки, но мое тело парализовано.

- Кто тебя трахал? - бросает яростно, - испорченный тов...

Не успевает договорить, как я отвешиваю ему звонкую пощечину. Ещё. Мне совершенно плевать о последствиях, гнев берет волю.

- Как ты можешь такое говорить!

Он хватает обе мои ладони. Грязно усмехается над тем, как я пытаюсь выйти из захвата его нависшего тела.

- Раздала себя другим.

Мне даже разрыдаться не получается. Слёзы просто не идут. Страх держит меня в оковах, заледенев мои чувства.

- Прошу, - умоляю я. - Пожалуйста, не делай этого.

Нет, он не остановится. Калеба не трогают мои мольбы, страдания и боли. Ничем не расколоть этот бронежилет.

Я вскрикиваю. Пытаюсь ловить ртом воздух. Глаза шокировано открываются настежь. И тут он начинает меня жестко трахать. Безудержно. Сильно. По-настоящему. Я сгибаясь. Чувствую вкус металла, кусая губы до крови. Калеб берет меня за бёдра и насаживает на себя. Рычит. Переворачивает все органы вверх дном. А затем шлепает меня по заднице настолько сильно, что следы не отойдут даже через неделю.

- Совсем сухая.

- Пусти меня... - я кричу во весь голос, но мой насильник даже не шелохнулся.

- Сколько парней тебя поимели, Энн? Я разорву тебя до крови.

Я ничего не могу сделать. Немой шок убивает все защитные рефлексы. Осознаю, что ничего не знала о боли. Пытки длятся словно вечность. Снова и снова. Он разрывал мою плоть, окуная меня в агонию.

«Умоляю. Калеб. Прекрати» шептала я, но слова звучат как жалкие отглосы. В последний раз Калеб врезается в меня грубо и кончает. Долго и бурно, заливая меня спермой.

Жалкий крик разрывает мое горло. Я думала, что просто лишусь голоса. Но это хоть один признак жизни.

- Привыкай, - Калеб сжимает мою задницу. - Это только начало.

От усталости мои глаза закрываются.

- Нечего ломаться. Такая дрянь всем раздвигает свои ноги. - закатывает глаза, когда снимает резинку и кидает подальше.

Как я могла считать, что в нем есть еще человечность? Он видит во мне только шлюху, но даже к ним относятся нежнее.

Не удаётся мне ответить, как Калеб снова проникает в меня. Это продолжалось на протяжении нескольких часов, а закончив, он просто поднимается и уходит.

Я слышу щелчок замка и затем проваливаюсь в сон.

Сквозь пелену неспокойного сна я услышу голоса. Мужские. Я пытаюсь ухватиться за ниточку из беседы, но ощущение будто разучилась понимать свой родной язык.

Мужчина угрожающее говорит, пока другой тихо отвечает. Но ядовитый гнев мужчины я ощущала даже на физическом уровне. Затем кто-то подходит ко мне и острый шприц проникает в кожу. Реальность снова искажается и погружаюсь во мрак.

***

Понятия не имею сколько прошло времени. Я помню лишь происшествия с последней нашей встречи с Калебом. Багровая пелена застилает мои глаза, мерзкие воспоминания заставляют меня возненавидеть собственное тело.

К удивлению, я нахожусь больше не в той заполученной спальне, а более уютной комнате. Прохожусь взглядом по ранам, который были плотно забинтованы. Я не чувствую ничего ниже пояса. Кажется, будто все это происходит не со мной, а с другим человеком.

Во мне было насколько крохи сил для короткого обзора, но затем глаза снова заплетаются. Сложно определить, что из этого реальности, а что нет. Кто-то неизвестный открывает мой рот, вкладывая таблетки, а затем заставляет запить водой. Мне делают уколы снова и снова.

Мне удается еле разлепить глаза, как замечают мужчину в несколько метров от меня, наблюдающий пейзаж за окном. Это длилось пару секунд, потому что тьма снова окутывает меня. Кто-то нежно и аккуратно касается моего тела и так же бережно переворачивает на живот. Затем грубые руки гладят по моей заднице, словно готовит меня к чему-то. Резко я ощутила вспышку боли от укола.

Это не Калеб. Прикосновения были слишком воздушными, а он так касается больше не умеет. Он только сжимает, давит, а затем вовсе разрушает. Этот человек просто монстр. Без чувств и сердца. А ведь когда-то... нет, та душа давным-давно умерла.

Что теперь будет со мной?

Моя смерть вопрос времени. Он не отпустит. Никогда. Расчленит. Сломает. И только после выкинет.

Меня лихорадит. Хуже всего было проглотить хоть что-то, поэтому меня пичкали капельницами. Тело бросает то жар, то в леденящий холод. Бодрствую пару часов и постоянно пребываю в спячке.

Дни сминаются без определённого графика из-за чего, сплываются больше жутких воспоминаний. Лежу вся в пучине крови, как сломанная кукла. Вот Калеб повис надо мной. Жестко пользуется моим телом. Его огромный орган ритмично и быстро входит в меня. Это был бешеный ритм.

Сопротивление нет. Мой внутренний зверь забивается в уголке и скулит. Ведь теперь душа разодрана. Снова истекаю кровью. Отрывками замечаю, как между моих ног рассекается лужица алой крови. Ладони Калеба хлопают по моим щекам, чтобы не отключалась раньше срока. Безжалостно хватает мои волосы и тянет с особой жестокостью.

На этот раз Калеб возжелал, чтобы я прочувствовала все, каждый аспект, каждую избитую грань этого возрождающегося снова и снова ночного кошмара.

***

- Почему я здесь? - спрашиваю я. - И сколько прошло времени?

- Мы исполняем приказ. Неделю, - отвечает Лео.

- Неделю? - удивляюсь я.

Я не могла поверить, что прошло целых семь дней, казалось, что все произошло вчера, и я проснулась после долгого сна. Видимо, лекарство растворяют чувство реальности.

- Я предполагаю, что не так все ужасно, - резко доносится до меня спокойный голос Лео, который стоит в нескольких метрах от меня.

- Не смешно. Я до сих пор ничего не чувствую.

- Действия препаратов ещё не полностью отошли. Бывали случае гораздо хуже, - сухо бросает он.

- Не могу поверить... Что со мной будет?

Молчит. Хмуриться, словно я вытянула счастливый билет и не благодарна этому.

- Зачем ты пырнула его ножом?

Значит я всё-таки его ранила, но он вёл себя так, будто это просто царапина. Хорошо. Разве мой поступок полностью не оправдывает его жестокие действия?

- Да, я может быть и совершила глупость, когда бросилась на него с холодным оружием, рассчитывая ослабить его на время, - нет никакого смысла ему врать. Они умеют читать истину по глазам. - И, да, я бы сделала так снова, только целилась бы метче, чтобы наверняка отрубить его.

Лео молчит, проверяя мои слова на честность. Но мне нечего скрывать. И это абсолютная правда. Он не сводит с меня взгляд, удивляясь моим дерзким словам. Но мне почему-то показалось, что он совсем не зол на меня.

- Ты удивительная, - неожиданное заявление. - Легко отделалась на этот раз, но удача будет не всегда на твоей стороне.

- Какой бред. Хватит пудрить мои мозги. Я жива только потому, что твой Мастер пожелал этого. Вот и все, - заключаю уверено.

Со стороны я выгляжу настолько жалко, что даже мои слова из моих уст звучат как писк травоядного оленя. Я даже не ранила его... хотя пыталась. Но он меня... разорвал на мелкие кусочки. Уничтожил как никто другой прежде.

- Что стало с Колтоном? - спрашиваю я, вспоминая его испуганный вид. Это он меня спас от этого убийцы. Только по моей вине я оказалась здесь.

- Я не знаю. Мастер не отчитывается передо мной.

Что ещё я могла ожидать от Лео? Что он начнёт открывать все секреты за чашечкой чая? Бред.

- Он изменился, - признаюсь честно. - Раньше он не был так жесток.

Я закрываю глаза, точно пытаясь возродить давно забытый кадр. Каким бы властным он не был в прошлом со мной, но он умел совмещать жестокость с милосердием. Даже его колючий взгляд таял перед моим Однако сейчас это звучит как самая настоящая фантастика.

Нет, не хочу в это верить. Моментально тошнота подкатывает к горлу, как обычный рефлекс. Может... он ещё жив? Где-то за толстым слоем бессердечности? Нет, этого не может быть. Я должна вытрясти эти пустые надежды с головы. Прошла уже неделя, и я окончательно восстановилась. Теперь-то, Калеб может снова насиловать меня.

Главное - не плакать, больше не падать к его коленям, не унижаться. Это не поможет, только разыграю его азарт.

Энн ты должна встретить свою неизбежную судьбу с улыбкой. Пусть дальше пытается сломать меня, пусть уродует меня. Пускай...

- Ешь, - спокойно говорит Лео, но даже в его голосе слышится нотки приказа.

Он ставит передо мной поднос с супом и хлеб.

- Пожалуй, я съем, - улыбнулась ему, словно это в порядке вещей. Я не глупая и прекрасно понимаю еда в первую очередь - необходимая мне энергия.

- Съешь все, - опять этот суровый голос.

Никакого ответ он от меня не получил. Только кивок. Затем взглядом разглядываю комнату. Очевидно, что комната женская, напоминает дешевую спальню в мотеле, но здесь присутствовал некий уют.

- После всего ты улыбаешься? - хмуро бросает мой собеседник, пока я жевала кусок хлеба. - Не думал, что Мастер так быстро отобьёт тебе мозги.

- Даже если я буду делать все правильно, подчиняться всем законам. Я все равно не смогу получить то, что хочу.

Да, боль ушла, но следы остались. Мое лицо до сих пор хранит следы его ладони. Огромные гематомы на бёдрах. Как не странно, но порез ножа на ладони действительно исчез. Что же, они такого сделали? Ведь рана не способна на такую быструю регенерацию.

- Меня изнасиловали. Не прикидывайся, будто впервые слышишь.

- О каком насилии идёт речь? - фыркнул он. - Вы прекрасно поладили.

- Называй как хочешь. Но я хочу жить, - мой хмурый взгляд карих глаз впивается в его. - А теперь, ты мне скажи, где остальные девушки?

Это вопрос не один день мучил меня. Я прекрасно помню их состояние. Девочки содрогались только от одного голоса, и эти мучительные слёзы Глен.

Лео замолкает. И в моей голове проходят миллион ужасных сцен. Я поспешно одергиваю одеяло вместе с едой, которая в последствие разбилась об пол. Вспоминаю, что на мне нет ничего кроме бесформенной футболки, но плевать.

Я прохожу мимо Лео, но он никак не реагирует.

- Не навлекай на себя лишние проблемы, - слышу его голос позади. - Ты нарушаешь правила.

Я поворачиваюсь к нему лицом.

- Я решила провести собственную игру.