Cocaine Model
🎵
JJ - My life
Уже на следующий день я позвонила Патрику, и он обрадовал меня огромной горой работы, многие встрепенулись из-за нашего громкого разрыва, именно поэтому меня ждала не одна обложка и не одно интервью, люди слишком одержимы сплетнями.
Я делала съемки за съемками всего за три недели я снялась для Longchamp, Céline, Nina Ricci и Lancôme. Я даже снялась для Vogue Italia, им хотелось еще раз расспросить меня о моём бывшем и продемонстрировать мою худобу, им же это нравится. Именно поэтому мне пришлось на пару дней слетать в Милан, я конечно же не успела насладится этим городом из-за плотного графика работы, а с другой стороны, любой город смотрится довольно депрессивно в осенне время, полное дождей.Моя карьера шла стремительно вверх, каждый день меня ждали укладки, маникюр, примерки, кастинги и Патрик бегающий из угла в угол, размахивая телефоном. Каждый божий день, я приходила и визажисты возмущались из-за моих мешков под глазами, и потрепанного вида, а я лишь прикуривала сигарету и вникала в очередной тупой роман о любви - это дерьмо неплохо отвлекает мозги.
После работы я возвращалась к моим верным подругам и мы вместе смотрели фильмы, красились, танцевали, мы даже купались в одной ванной рассказывая нелепые истории о наших бывших, а затем мы расходились кто с кем на ужин. Моя квартира была похожа на притон, никому из нас не было дела до беспорядка, что мне до бардака на кухне, если моя жизнь разрушена. Проблемы просто сваливались одна за другой, а я продолжала закрывать на это глаза. Пресса с удовольствием ловила в объектив папарацци мои выходки в разных клубах Парижа. Возможно, я это делала от части чтобы показать Жану - мне плевать, тебя больше не существует. Хоть со временем это тоже стало своего рода рутиной, все клубы и все вечера понемногу начинали быть похожи друг на друга. Шумная компания, выпивка, наркотики, громкая музыка и утренне похмелье.
Я регулярно встречалась с богатенькими, но нудными холостяками. Моими жертвами стали пластический хирург - тот еще зануда, толстый банкир и на десерт - коллекционер раритетных вещей, вроде всякого старого хлама. Каждый день новый шикарный ресторан. Каждый раз я надеялась что встречу Жана, в одном из этих мест, а потом утром радовалась, что это никогда так и не произошло, ведь теперь я была на дне - эскортница-наркоманка - вечером, модель -днём. Все эти «клиенты» знали что, не нравятся мне, и знали что они не единственные мужчины в моей жизни, но все равно продолжали платить деньги, им льстила мысль о том что однажды они смогут меня трахнуть. А я лишь насмехалась над ними и всегда заказывала самое дорогое вино, ведь они все равно богаты. Мне хотелось забыться, выключить мой мозг, который постоянно заставлял меня вспоминать моё сказочное прошлое. Ненавижу мужиков. Все они кабели.
И все казалось шло своим чередом, моя жизнь преобрела новую форму, только если бы не одно но. Кокс - именно, с ним я просыпалась, с ним я встречалась во время перерывов на съемках, и он меня ждал вечером перед ужином с этими кретинами или просто за компанию с подружками, Патрик ужасно злился на меня, но не мог ничего поделать, я была звездой, самой востребованной моделью в Париже, а он просто моим агентом.
Спустя еще пару недель никто больше не предлагал мне работы, и я понимаю почему - моя кожа ухудшилась, стала тусклой и полной угрей, под глазами синяки, мои волосы выпадали пачками, ногти пожелтели, вес упал, а кости уродливо выпирали, я ненавидела моё отражение в зеркале. Иногда у меня бывали приступы, как когда-то, только вот со мной не было рядом Жана, я не могла как тогда уснуть в его объятиях и успокоится. Я ненавидела себя. Думаю многие клиенты уже догадались что я употребляю, просто не разглашали этого, чтобы не «потерять лицо».
Моя жизнь стала больше походить на выживание.
Каждый день я чувствовала себя жалкой, но продолжала просыпаться надеясь что рано или поздно это пройдёт, что когда-то в моей жизни появится смысл и радость, и я начну смеяться, искренне, а не назло. Вместо этого жизнь послала мне еще одно испытание, еще одну встречу.
С утра я как всегда еле разлепила веки, этот дурацкий свет из окна, будил меня, он отнимал у меня то единственное время когда я могла быть счастлива - мой сон, только там все было в порядке. Однажды я проспала два дня подряд, но я поняла что я не могу спать всю жизнь, хотя ужасно хотелось. Внутри меня я чувствовала эту едкую усталость её ничем не прогнать и никак от неё не избавится, сон здесь бесполезен. Моя душа устала, мой мозг не может больше сражаться.
Воспоминания о вчерашнем вечере, меня загоняли в депрессию. У меня были ломки. Моё тело и волосы были влажными из-за холодного пота, я жалко цокала зубами съежившись на моей кровати. Хорошо что девочки регулярно делились со мной наркотиками.
Потом я уже поняла зачем они это делали, явно не из-за большой дружбы. Им нужна моя квартира. И самое страшное - это то, что мне было все равно, лишь бы мне дали дозу и оставили в покое.
Поняв что заснуть вновь я не смогу, я решила встать, мои ступни встретили холодный паркет, и я продрогнув поковыляла в ванную, в моей старой футболке, вот уже три дня как я не выходила из дома, даже не чистила зубы, я решила это исправить. Горячая вода, была единственным источником тепла. После внутренних сомнений я все же избавилась от вещей, и еще больше почувствовала холод, пока кипящая вода не накрыла моё дрожащее тело, местами покрытое синяками. Очистившись я хоть немного почувствовала себя человеком. Мне надоело лежать в потной и прилипшей к телу одежде. На подушке я обнаружила несколько следов от крови, наверное пошла с носа, пока я спала. Если бы я могла вернутся в тот день когда я впервые попробовала наркотики, я бы даже не приблизилась к ним. Они на пару с Жаном, разрушили мою жизнь.
Я все же переспала с хирургом, мне нужны были деньги на дозу. Он особо не нежничал, поимел меня как последнюю шлюху, я потом еще два дня плакала. Он взял меня сзади, а я уткнувшись лицом в одеяло кричала, он думал от наступающего оргазма, и продолжал сношать меня. Я же кричала от боли и неприязни, от безвыходности и опустошения. Моё тело ныло. Я почувствовала себя такой использованной и грязной, но слишком слабой. Даже я себя презирала за мою слабость и бесхарактерность, не говоря уже о других. На следующее утро я натянула мои вещи и в полном одиночестве ждала мой автобус покуривая сигарету и рассматривая дождливый и серый Париж. Мне даже не хотелось слушать музыку по пути домой, я отказалась от любимой привычки так как, она только нервировала меня. Веселая музыка - бесила, а грустная - заставляла плакать над моей искалеченной жизнью.
После горячего утреннего душа, я закуталась в самый теплый свитер и спортивные штаны. Нужно выйти, тем более что погода кажется не такой уж и плохой. Среди пасмурного неба начинает виднеться солнце. Как же мне не хватает тепла, хотя бы солнечного. Хороший летний день и длинный вечер заполненый оранжевым светом заката мне бы сейчас однозначно поднял настроение, но увы я беру что дают.
Натянув сапоги и теплый пуховик, так как мое тело решительно отказывается производить тепло. В ближайшем кафе я взяла чашку горячего чая и круассан. Я вцепилась в него как в самую вкусную еду на свете, похоже я даже не помнила что мне нужно поесть. Я старалась как можно невозмутимее жевать мой завтрак, поглядывая в окно на прохожих, но чувство будто все знают о моих проблемах и пялятся на меня, никак не покидало.
Может я действительно так неопрятно выгляжу? Я сделала все что было в моих силах: душ и чистая одежда. Мельком я глянула может немного варенья с круассана капнуло на куртку? Я заметила как упала капля крови на салфетку рядом с чашкой. Чёрт!
Схватив салфетку я пошла в ванную. Вот почему они так на меня смотрели. Я бы могла успокоить себя тем что много у кого идёт кровь из носа, но я видела по лицам людей, что они знали причину.
Покинув это злосчастное кафе я решила отвлечься. Саша - будь сильной! Ты обещала погулять на свежем воздухе и начать все заново.
У меня были грандиозные планы на этот день, я даже решила что после прогулки обязательно, хоть немного уберу у меня в комнате, хотя бы поменяю постельное белье и уберу валяющееся вещи с пола.
Я успокоилась и уже радостней начала ходить вдоль витрин, мысль о том что я себе могу позволить какую-то мелочь вроде нового свитера или туши для ресниц, грела душу. Помню как когда-то я ходила по магазинам с мамой или Никой - это всегда чувствовалось как праздник. Сейчас Нике точно не до меня, её ждёт супружеская жизнь с Марселем, я же стала подругой-неудачницей, еще и зависимой, от такой ей лучше держатся подальше, сказали её родители.
Шопинг в одиночестве был неплох, но это не сравниться с теми разами в компании. Я намного скрупулёзнее смотрела на каждую вещь, и подолгу себя уговаривала купить хоть что-то, но вечно находилась какая-то нелепая причина не купить желанное. Спустя несколько магазинов, я наконец-то нашла то на что мне было не жаль денег и то что, как мне кажется действительно принесет мне радость - это кашемировый свитер карамельного оттенка. Он меня согреет. После первой покупки стало легче, я даже нашла вдохновение чтобы купить платье и новые духи. Затем я решила прогуляться до « Longchamp », недавно я снималась для этого бренда, и если меня не подводит память они говорили что мои фото будут украшать их витрины в множестве магазинов, в том числе и на Елисейских Полях. Видеть мой успех - должно меня подбодрить двигаться дальше и взять себя наконец в руки.
Все было действительно так как сказал Патрик, хоть он уже давненько не звонит мне и отказывается отвечать на телефонные звонки. Он долго упрашивал меня отказаться от пагубной привычки, но в итоге как и все остальные, просто кинул меня.
Витрину украшало мое фото во весь рост, на бежевом фоне была обнаженная я, в замшевых темно серых ботфортах в одной руке я держала сумку которая прикрывала мою зону бикини, а второй я заслонила грудь. Мне нравится, я выгляжу довольно хорошо, я даже немного завидую той мне что находится на фото. Мне совершенно не верится, что я сейчас лицо одной из известнейших французских марок. Мое настроение явно улучшилось, пока я не увидела одну влюбленную пару - Макс и беременная София. Я быстрым шагом отошла, накинув капюшон, благо что рядом находился газетный киоск, из тысячи французских слов мне легко удалось отличить русский диалог.
-Макс! Ну что ты уставился так - я начинаю ревновать! - шутливо завизжала она. - Или ты хочешь чтобы я тоже купила такие сапоги?!
-Да нет, что ты малышка, тебе они ни к чему. - горькая слеза скатилась по щеке, когда-то он так называл меня.
-Ты не смотри на то что я в них сейчас не влезу, стоит мне родить, как я сразу вернусь в мою прежнюю форму.- раздумывая продолжает она. - Да возможно я не буду такой худой как та девушка на витрине, но она ведь модель. Хотя выглядит она прям как скелет! - она начала смеяться. Её смех больно ужалил меня прямо в сердце. Не видя ничего из-за слез, я быстро спустилась в метро, весь день напрасно. Может я действительно выгляжу так ужасно худо? Но почему тогда моё фото висит на Елисейских Полях?
К счастью в квартире никого не было, кинув вещи в сторону, я стала набирать ванную, не теряя времени я раздобыла бутылку коньяка или виски, сейчас не до этого, и моё снотворное. К чёрту эту жизнь, одни насмешки и предательства, мне не за кого держатся. Это звучит слишком драматично? Возможно, думаю у каждого из нас был в жизни хотя бы один день когда ему бы хотелось покончить с этим всем.
Все равно никому нет дела. Странно но даже родители особо не интересуются моей жизнью, ну конечно ведь маму я разочаровала моим разрывом с Жаном, а папе всегда было не до меня, даже когда мы жили в одном доме, не то что сейчас когда нас разделяет 3000 километров. Еще немного и я увижу как вместо Макса, Жан разгуливает с Элли в ожидании ребенка. Ну уж нет! Я покончу с этим раньше.
Я не особо понимала как это делать, к тому же нервная спешка мне только мешала, мои руки ужасно тряслись, а перед глазами все плыло как во сне. Думаю, просто использовать мой опыт после просмотра фильмов, о похожих случаях. Я решила остаться в белой майке и трусах, не хочу чтобы на меня пялились когда найдут моё тело. Это странно, но мне так хочется. Сначала я думала о том чтобы отставить письмо или что-то вроде того, но потом я поняла что не знаю кому его адресовать и на каком языке писать, на русском или на французском.
Я легла в ванной и начала одну за другой глотать таблетки снотворного запивая их алкоголем. Я уже мысленно представляла себе как на моей могиле будет написано родилась в Москве и умерла в Париже. Мои веки становились тяжелее и меня все меньше заботили мои мысли. Мне хотелось спать, я лишь где-то вдалеке чувствовала боль от содеянного, и это была не физическая боль, а душевная. Неужели это мой конец? И все что меня ждёт это холодный гроб. Все было как в тумане, было тихо и пусто, прямо как у меня в душе. Я лишь тихонько заплакала, вспоминая теплые объятия Жана, его такой родной запах. Добрую улыбку моей мамы. Я навсегда прощаюсь с этими приятнымиМожет за то я увижу мою бабушку.
Я услышала звонок в дверь, он был довольно размытым, наверное потому что я была под водой, теплая вода... я не закрыла дверь...
******
Когда я открыла глаза, я не сразу смогла вспомнить что же со мной произошло, я только видела кучу пикающих приборов и капельницу. Знакомый запах медикаментов и спирта. Сердце бешено застучало и меня бросило в жар. Я в больнице. Ничего не помню. Я погладила до хруста чистое постельное белье, все вокруг было таким стерильным, что даже было как-то неловко. Единственное радовало, что здесь я в безопасности. Как по вызову ко мне ворвалась медсестра. Женщина в голубой форме, лет тридцати и пухлого телосложения. Мой взгляд упал на её медицинские тапочки, такие белые в дырочку, не знаю почему, но они всегда вызывали у меня неприязнь. Это странно.
-Уже проснулись? Поздравляю. - довольно приветливо выпалила она, да и вообще если сравнивать наши уровни энергии, то я по сравнению с ней мертвец. Чёрт. смерть! Меня пытались убить? Я любопытно следила за каждым её движением, оголенная часть рук, почти до плеча, вызывали у меня отвращение, не люблю жирных. Возможно я сейчас звучу как расистка или фашистка, но это мои мысли.
-Я позову вашу подругу. - сказала она после того как закончила возится с капельницей, она вколола туда что-то. Видимо по моему озадаченному лицу, она поняла что меня волнует.
-Это просто глюкоза, ваш вес слишком низкий. - сказала она, и я не успела спросить что за подруга, я попыталась встать, но силы подвели и я обратно откинулась на подушку.
Я заинтересованно посмотрела в сторону двери и через стекло я расплывчато увидела только силуэт и ярко красные волосы. Неужели это та о ком я думаю?
Да, это действительно была Марго, мне было непонятно почему я в больнице и почему она здесь. Марго неловко посмотрела на меня, а затем рассказала что общалась с Патриком и он ей все рассказал, она сразу же поняла что я в беде когда узнала о моем расставании с Жаном, странно но я думала, что об этом уже все давно знают, опять мой дурацкий эгоцентризм. Мне было так уютно, от одного её присутствия. Не знаю, знакомо ли вам чувство когда болеешь и мама возится с тобой, тебе плохо из-за болезни, но так приятно что за тобой ухаживают и ничего не нужно делать. Приблизительно тоже самое, чувствовала я рассматривая немного смуглое лицо моей спасительницы и её глаза орехового цвета, мне нравилось наблюдать за тем как она рассказывала и время от времени переводила взгляд то на меня, то на комнату.
Марго также знала кем являются Каролина и Камилла, они те еще стервы, способные на многое. Как еще назвать тех, кто под прикрытием дружбой, вселяется к тебе в дом чтобы потом его отнять, подсадив тебя на наркотики.
Она рассказала, в каком виде она нашла меня в ванной, и что мне крупно повезло, что я успела принять только четыре таблетки, заснув раньше. Наверное, нужно дойти до такого дна, чтобы оценить жизнь, если Бог есть и он послал мне Марго, значит все это не просто так.
Я очень долго извинялась за моё стервозное поведение и одновременно благодарила её за спасение моего никчемного зада. Она действительно ангел, я не заслуживаю такого хорошего друга. Она рассказала о том как меня спасли врачи и что она уже позвонила моей маме и сделала одно не очень приятное, но очень нужное предложение - закрыть меня в рехабе. Мама должна прилететь уже завтра. Марго говорила что, моя она очень долго плакала узнав о том что я чуть не покончила собой. Это спасение дало мне надежду, желание начать все с чистого листа. Я обещаю, что буду держаться и не срываться все время во время реабилитации. Мы уже договорились с Марго, что она приглядит за квартирой, пока я буду проходить лечение, и не даст Каролине или Камилле нажиться на мне.
Ко мне в голову пришла, также еще одна идея, пока не поздно, пока меня еще не увезли в лечебницу, я хочу увидеть Жана, мне плевать на стеснения, на мои страдания и прочее. Я поняла что единственное что нельзя исправить - это смерть. Все остальное меня сейчас мало беспокоит. Возможно он меня отторгнет, но я хотя бы буду знать, что я боролась до последнего.
Как уже потом сказал мой врач я отделалась испугом, и что они спасали суицидников и похуже меня. Это не может не радовать. Я хочу перестать постоянно жаловаться на жизнь и видеть все в черном свете, обвиняя всех вокруг, если мне дали шанс, я должна им воспользоваться.
Уже на следующее утро меня выписали из больницы и у меня было всего пару часов до того как приедут родители, я еще толком не знаю, какая судьба меня ждет и где находиться рехаб в котором я буду во Франции или Италии, только прошу не в России. Не то что бы я не любила Россию, но я знаю что в Европе все немного лояльнее, и больше следят за пациентами, там также ниже риск внутренних дилеров, которые сбывают наркотики лечащимся.
В моей голове сейчас было тысячи мыслей, о Жане, Марго и родителях. О моей будущей жизни. Даже не так, моя жизнь только пробрела хоть какие-то позитивные нотки как меня снова запрут в больнице вдалеке ото всех, или может я буду лечится где-то рядом с Парижем и Жан с Марго будут приезжать ко мне каждые выходные.
Я так рада, что жива я уже наверное раз пятьсот обняла бедную Марго, её сладкий аромат яблочного шампуня и тепло, помогали мне почувствовать себя живой.
Сейчас мы едим на такси к дому Жана. Надеюсь я успею с ним поговорить, до того как приедет мама, хотя глубоко в этом сомневаюсь, моя подруга её предупредила и дала адрес нашего бывшего дома, где сейчас живет только Жан, по крайней мере мне бы хотелось в это верить. Она поддержала меня и заверила, что может нам просто нужно поговорить по душам и наконец то все прояснить.
Всю дорогу я смотрела в окно, но толком ничего не замечала, ведь все мои мысли были заняты только одним, нашим будущим диалогом, я придумывала тысячи вариантов как я начну и что он может ответить. Когда мы приехали к воротам, я попросила сторожа открыть, но он сказал что хозяин сам выйдет из дома, если посчитает это нужным. Странно, наверное это все из-за того погрома что я устроила в прошлый раз. Ну да ладно, еще будет время об этом поговорить.
Я неловко всунула руки в карманы джинс, и посмотрела на мои поношенные кеды, а затем в сторону машины стоящей позади. Марго осталась в машине, а я с нетерпением ждала увидеть его, беспрерывно переминаясь на месте. Я закусывала губы и немного пританцовывала от волнения. Как только я услышала легкий скрип открывшихся ворот , мои глаза метнулись в сторону Жана. В его глазах я увидела удивление, еще бы увидеть меня сейчас, тем более скорее всего его жизнь осталась прежней, это у меня произошел целый ураган. Я не смогла удержаться чтобы не обнять его. Он не совсем понимал в чем дело, и вообще еще пребывал в шоке поэтому он не особо эмоционально отреагировал на моё появление. Мужчина спокойно стоял, я бы сказала он был в шоке от такой встречи, единственное что он сделал - это коснулся кончиками пальцев моей спины, а затем уже смелее провел ими по спине. Если честно, то он выглядел так будто увидел привидение.
-Что-то случилось? Просто сейчас не лучший момент, понимаешь... жалко что ты пришла толко сегодня, когда все закончится.- он не очень уверенно пробормотал смотря в пол. Даже не узнаю старого Жана, видимо с ним тоже приключилось какое-то дерьмо. Когда он поднял взгляд, я увидела в нём боль и сожаление. -Боже, девочка, что с тобой случилось, прости но ты выглядишь... -он так и не закончил говорить, его шершавые теплые кончики пальцев прошлись по моей челюсти, будто проверяя, жива ли я. Он вглядывался в черты моего лица, ища меня которую, он когда-то знал. Его прикосновения были наполнены нежностью, такой мелкий жест, заставил меня вздрогнуть, и почувствовать как к горлу резко подступил ком, я не должна плакать.
Я была вдвойне потеряна из-за его поведения и того что он говорил. Совершенно не понимаю, что должно закончиться? Надеюсь не его жизнь. Мне вправду стало стыдно, за то какой образ жизни я вела. Сейчас, я даже не могу вспомнить, что стало первым камнем преткновения между нами.
-Я не понимаю о чём ты ? -я спросила, а он улыбнулся, и обнял меня крепче. - Скоро все увидишь... - грустно сказал он, а затем бодрее добавил.-Так ты все таки прочитала те письма что я тебе писал? - я наслаждалась каждой секундой его присутствия, звуком его голоса, мне хотелось вновь и вновь трогать его, чтобы доказать мозгу, что все это - реально.
-Письма? Какие еще письма? Я ничего не получала...- ошарашено ответила я. Мысленно прокручивая в голове все возможные разы, но я так ничего и не нашла.
-Ты не отвечала на мои звонки, смс и сообщения, я даже имейл тебе писал, но бесполезно, поэтому я начал писать настоящие письма. - смущенно объяснил Жан, я слушала его и ничего не понимала, почему я ничего не получала? Я ведь правда не блокировала его, ничего не понимаю.
-Чёрт, это явно не пятиминутный диалог...- говорит он.
-Почему ты не приехал ко мне, ни разу? - со слезами на глазах спросила я мой последний вопрос, который так и останется без ответа.
Нас прерывает сигнал сирены, полиция? Я увидела страх и отчаяние на лице Жана, неужели это за ним? Боже, кто нибудь может мне помочь все это понять. Слишком много вопросов, мой заторможенный мозг просто не справляется. Я как всегда просто начинаю плакать. Мне больно видеть как эти грубые мужики его толкают. Марго сразу же выбежала из машины чтобы поддержать меня.
-Прости Саш... - это все что он успел сказать, перед тем как полицейские схватили его и поволокли в сторону машины. Опять слезы, чёрт, только я вернула частичку моего родного человека, как его снова отнимают у меня. Он виновато посмотрел на меня напоследок. Я стояла как вкопанная и наблюдала за всем происходящим, но не могла ничего сделать. Кто знает почему его забрали, и на как долго?
Повернувшись лицом к дому я заметила как из окна на нас смотрела Элизабет, ей еще чего надо. Её вид добил меня. Мне хотелось ворваться в дом и поговорить с ней, точнее серьезно отчитать, но охрана запретила мне это сделать.
От безвыходности, я села на бордюр и начала курить, благо что сегодня нормальная погода. Пока мы ждали приезда моей мамы, Марго крутила в руках телефон и время от времени бросала в мою сторону сожалеющий взгляд. Я была в полном замешательстве, увидев любимого человека которого забрали от меня на неопределенный срок, к тому же этот неоднозначный диалог. Письма? Могу поспорить что пока я была под кайфом девочки все подстроили, и почту украли и Жана заблокировали. В том состоянии, в котором я пребывала, это несложно устроить. Мне гадко думать о том до чего я докатилась. Самое парадоксальное это, то что себя со стороны ни видно, и кажется «это не я наркоман, я всего лишь временно увлекся», «нет, я не курю сигареты - просто балуюсь, скоро брошу, если захочу», а вот все остальные кто принимает наркотики или курит, вот они да, они зависимые.
Как по расписанию за мной приехала машина. Меня ждет психушка. Мама быстро помахала Марго ладонью, когда та села рядом с таксистом. Затем она вышла из машины, накинулась на меня, крепко обняла и поцеловала в макушку, я сразу узнала её запах, духи с ароматом ванили и абрикосового варенья, и дальние нотки выкуренной сигареты, сейчас запах табака был даже немного сладким. Я пальцами пробежалась по ткани её твидового пальто от Chanel.
Как потом расскажет сама Марго, мама ей отправила на счет кругленькую сумму, боюсь что живя с Энрико, маму теперь начали заботить только деньги.
Прежде чем сесть в машину, я в последний раз посмотрела в сторону, когда-то нашего с Жаном дома. Мы долго ехали до моей квартиры чтобы забрать мои вещи. Думаю что мне вполне хватит одного небольшого чемоданчика, сомневаюсь что, в больнице у меня будет возможность носить пиджаки от Prada или туфли от Jimmy Choo. Болезнь и зависимость не смотрит на то, насколько ты успешен или богат или красив, они просто приходят и оставляют тебя ни с чем.
Все то время что мы пробыли в пути никто не осмелился прервать тишину. Я думала о Жане, неужели его закроют в тюрьме, хотя кто бы говорил, меня вообще собираются запереть в психушке, но я готова, лишь бы это помогло мне. Потом я думала о Элли и о возможных отношениях с Жаном, мы виделись буквально пару минут, и я ничего не успела понять. Может быть, это все мне только показалось, а на самом деле Жан не знал как меня спровадить, у них ведь могли быть отношения? А я как последняя дурнушка верю в то что, он мне писал письма. Смешно.
Как только я достала из кармана айфон, чтобы проверить не заблокировала ли я Жана в соц. сетях, по правде говоря я давно туда не захожу, вид чужого счастья и успеха - угнетает меня. Мама сразу же мне напомнила что в лечебнице, или как она говорит «мед. центре» телефоны запрещены, дабы полностью очистить мой разум и не пытаться как-то раздобыть дозу или еще того хуже начитаться в интернете о селф харрасменте, раз уж я попыталась покончить жизнь самоубийством теперь это касается и меня. На мою просьбу о музыке, мама ответила что купит мне MP3 плеер. Серьезно? В каком мы столетии?
В облике моей матери я видела спасительницу и палача одновременно, я знала что это лечение мне нужно, но это все же казалось немного жестким. И потом я все еще обижена на неё за то что она заставила меня жениться на Жане. Я знаю что, это не совсем её вина, и что я влюблена в него до безумия, во мне все еще сохранилось мнение о том, что не выйди я за него замуж, мы бы разошлись куда быстрее, и все было бы для меня менее болезненно.
Но как говориться, что сделано, то сделано и обратного пути нет.
Мама заботливо помогла мне собрать мои вещи, ничего такого пару пар джинс, несколько футболок и множество свитеров, я видела как она чуть не заплакала, видя мою комнату, и грязное белье, она наверное представила мои ломки и мои экстазы от дозы. Когда я переодевалась, она все же заплакала, видя моё истощенное тело. Мне было очень больно видеть её слезы. Так не должно быть, мне стыдно, но в то же время тяжело, мне не выбраться с этой ямы в одиночку. Мн е больно видеть этот немой шок на её лице. Не хочу видеть моё тело. Облачаюсь в свободные джинсы, огромный свитер и очки от Saint Laurent.
Напоследок, я обняла Марго и дала ей сотню евро, она крепко сжала меня и тяжело выдохнула мне на плече, в ответ я похлопала её по спине и пошла вниз. Уже сегодня вечером мы будем в Италии. Только вот у мамы я задержусь всего на день пока оформят бумаги на моё пребывание в больнице. К тому же я буду лечится совершенно в другом городе, поэтому на частые визиты мамы или тем более Энрико я не рассчитываю, а ведь это именно по его вине, я связалась с Жаном и пострадала моя психика.
Когда я прошла в квартиру мамы мне стало уютно, на душе было так беззаботно, даже мои страдания на тему неразделенной любви, казались оставили меня в покое. Мне нравится быть с мамой, проводить с ней время, жаль что она не особо в восторге от этого. Не то чтобы она явно говорила мне о своей неприязни ко мне или как-то это демонстрировала, просто я заметила как она всю жизнь пытается отдалиться от меня, то бабушка, то папа, затем эта дурацкая женитьба, а сейчас кажется она настолько меня стыдиться что решила закрыть в самой неизвестной психушке, подальше от себя.
Пока мама готовила ужин, Энрико пытался наладить со мной диалог, он рассказал мне о моей привилегии, в виде личной сиделки и отдельной комнаты с ванной. Вот это «жизнь» и я понимаю! - про себя подумала я.
Он даже закупился разными книгами, чтобы мне было не так скучно проводить 6 месяцев взаперти, хотя Энрико обещал что каждый день у меня будет право на одну прогулку под присмотром, этой ненаглядной сиделки.
Во время ужина я опустила взгляд в тарелку, лишь бы не расплакаться, я не могла поднять глаз и посмотреть ни на маму ни на Энрико. Кое как я проглотила мой ужин и удалилась в мою спальню.