Глава 39
Он идеален. Нет, он правда идеален.
Я ведь ничего не ожидала от него, а он у меня есть. То, что у меня есть сам Чон Чонгук, то, что он вместе со мной — не мечта ли это?
Я же всегда видела в своих мечтах именно его... Его улыбку, его глаза... Я чувствовала его пальцы в своих собственных и... Одновременно ощущала боль, чувствуя, как будто я нужна ему в тот самый момент, когда нас разлучает невидимая преграда.
— Чонгук!
Что?
....
Я сказала «Чонгук»?
— Что? — я слышу чей-то сонный голос над ухом: — Джису, ты что-то говорила?
Громко сглотнув, я с трудом поверила в то, что это был сон.
— Я спала. А потом... Мне приснился он.
Я чувствовала себя так смятенно, так беспорядочно странно, что даже не могла назвать его имени.
— Кто — он?
— Чонгук, — почему-то чересчур тихо прошептала я: — Чонгук... С ним... С ним точно всё хорошо?
Тэхён молча вздохнул, и мне было искренне жаль, что я не могла видеть выражение его лица в тот момент. В тот момент, когда я так сильно была нужна Чонгуку.
— Если говорить в общепринятом смысле — всё давно решено против него, но если говорить в узком — судьба не на стороне Чонгука, как и не на стороне тех людей, желающих свалить на него свои грехи и засадить в тюрьму. Судебное разбирательство всё ещё затягивается. И я.. Я не знаю, что с ним.
— И ты даже не писал ему? — не выдержав, я включила свет, увидев рядом с собой Тэхёна, непрерывно смотрящего на меня, ничего не понимающего, но как будто не видящего разницы между тьмой и светом.
— Он не может поддерживать общение каждый час в сутках. Но я пишу ему каждую удобную минуту.
Услышав в ответ лишь мое молчание на свой исчерпывающий ответ, Тэхён тихо спросил: — Джису... Что тебе снилось?
— Н-не помню... Только знаю, что это был Чонгук. И что я ему была нужна. Так сильно, как никто другой на свете.
Тэхён слушал всё с натянутой улыбкой «принятия».
Но я даже не ожидала услышать от него такой холодный ответ. Не сейчас. Хотя бы не в этот момент.
— Это всего-навсего сон. Не уверен, что ты что-либо решила и тем более была весомым аргументом перед законами страны, в которой живешь.
— Тебя не волнует то, что происходит с Чонгуком.
— Нет, я волнуюсь. Правда. — сказал он, как будто его вынудили. — Просто отдаю себе отчёт в этом, понимаю, что от меня мало что зависит. Его дело давно перестало быть личным.
— И ты так спокойно это говоришь? Но он же твой друг!
— Он и твой друг тоже. — сказал Тэхён, но ему явно не понравился тон моего голоса, когда я это сказала. И, посмотрев на меня снизу верх, своим вчитывающимся взглядом, он как-то странно прошептал: — Или ты считаешь его не просто другом?
— Что? Что за бред? Чонгук — мой друг или был им до недавнего времени.
— Конечно, да. — Тэхён холодно улыбался, — Он ведь для тебя ничего более не значил.
И тут, на удивление, я так сильно разозлилась на слова Тэхёна. Как он может говорить о нем, о нашем лучшем друге, с таким пренебрежением? Как он может так говорить о человеке, который всегда заботился о нем, а потом уже о себе?! И он говорит это так, словно Чонгук не мог что-то значить для меня, а если и значил — то значил ошибочно.
— Давай больше не будем! Знаешь, я решила, что обязательно к нему поеду. Я всё равно безработная модель, которой нечего делать на остатках своей безработной жизни, поэтому я проведаю его.
— И с чего ты решила, что тебя туда пустят? Ты — постороннее лицо в его истории, или тоже желаешь запачкать свою репутацию?
— Запачкать репутацию? Посредством Чонгука? Ты совсем рихнулся? Вот значит как на самом деле ты его поддерживаешь!
Тэхён спокойно выдохнул и одним жестом руки положил меня обратно: — Джису, ты понятия не имеешь, что я чувствую, когда речь идёт о друге, с которым я провёл 15 сознательных лет своей жизни. Если ты считаешь меня холодным и бессердечным — никто не в праве менять тебя. Но я думаю, что ты справедлива ко всем, кроме того, кто тебя любит.
— Точно. Прости, Тэхён. - сказала я, чтобы побыстрее отвести от себя подозрения ревнивого парня. Неужели он не понимает, что сейчас совсем не время для его ревности?
И в то же время я не могла злиться на него даже в этот момент. Тэхён - делает меня счастливой. Я ведь не могу ошибаться?
— Ничего страшного не произошло. Просто надеюсь, что в будущем ты начнёшь понимать и мои чувства тоже. — совсем без злобы, даже с легкой осторожностью сказал Тэхён и вновь притянул меня к себе, в свои горячие объятия.
Такое свободное движение с его стороны, а внутри меня кровь закипела – и это всего-навсего эффект от Тэхёна, от того, что он рядом со мной.
— Давай сделаем утром что-нибудь интересное? — нежно прошептал он на ухо.
— Займёмся сексом?
С тобой, Ким Тэхён, я буду рада сделать всё что угодно.
Я услышала лёгкий смешок в ответ, обжигающий кожу моего лица мягким паром.
– Вот значит, о чем ты думаешь.
— Хочешь сказать, я не должна..?
— Хочу сказать, что мне всегда нравился ход твоих мыслей. — (а мне очень нравится итог всех наших разговоров, Ким Тэхён, )— Но я не об этом. Давай пойдём завтра... на... В общем, погулять и хорошо провести время?
— Что? Боишься позвать меня на свидание?
– Пффф, вовсе нет. Я что, маленький мальчик? Свидания — мой конёк, знаешь ли.
— Оу, так я имею дело с настоящей мафией в мире секса и любви?
— Да, и эта мафия очень кровожадная. – он примкнул ко мне ещё сильнее. И нам обоим... нам обоим так нравится прижиматься друг к другу.
От этих мыслей все бабочки в животе готовы совершить самоубийство в честь вечного искусства.
— Тогда... Тогда я согласна. С тобой я готова на всё.
Солнце нежно обожгло мою кожу своими первыми касаниями, и встав с постели, я впервые увидела перед собой Тэхена, сладко сопящего рядом. И нет, он никуда не отлучался. Он никуда не пропадал. Он мой. Только мой.
Проведя пальцами по его щеке, я заметила, как он мягко улыбнулся.
— Ты уже готова? Я сейчас быстро... — ещё не открыв глаза, пробурчал он.
— Нет, что ты. Можешь спать сколько тебе угодно. Я просто посижу рядом.
— Да я как раз собирался вставать! — Тэхён заставил себя гордо улыбнуться и открыть прекрасные карие глаза.
Всё также нежно улыбаясь, он взглянул на меня.
— Джису.
— Мм?
— Иди сюда, — засмеялся он и тут же прижал меня к себе, горячо обнимая.
Ах, каким же наслаждением оказалось чувствовать прикосновение его горячей кожи, тепла его тела, в это декабрьское утро!
— Тэхён... А ты решил, куда мы пойдём?
— Я? — он не сводил с меня глаз: — Конечно. Ещё в нашу первую встречу я понял, куда стоит тебя отвести.
— И... Куда же?
— Я хочу, чтобы это осталось тайной, — коварно ухмыльнулся тот, закрывая глаза рукой от первых лучей солнца: — Это ты открыла шторы?
– Эта комната нуждается в частичке света!
— Да... Вот и первые предпосылки совместной жизни... – как бы про себя сказал Тэхён и тут же улыбнулся мне своей крышесносной счастливой улыбкой: – А все-таки мне нравится тебе нравиться. Обожаю это занятие.
— То есть это твоё хобби, Ким Тэхён?
— А ты думала, я тогда случайно одурманивал тебя на той лавочке? Я там весь распылился в попытке произвести на тебя впечатление!
— Хочешь сказать, это все – фальшь? – продолжала подыгрывать я.
— Конечно, в реальности-то я ещё лучше, просто я это скрываю.
– Да неужели?
– По причине привитой родителями скромности и всосанной застенчивости ещё с молоком матери!
— Ох, в таком случае мы с тобой полные противоположности — мне вместе с молоком матери досталась ни с чем несопоставимая самоуверенность и хвастовство!
— А я это сразу в тебе заметил!
— Да, я вот только хотела записаться на курсы по снижению самооценки, ты как думаешь, стоит пойти?
— Думаю, не стоит! В наше время у людей и так низкая самооценка. Пусть хоть у кого-то она будет продолжать оставаться высокой.
***
Уже совсем скоро я была подобающе одета. И хоть условия, при которых я шла на своё первое свидание с парнем, были не совсем традиционны( потому что я даже нарушила правило второго свидания и переспала с ним даже раньше первого), я всё ещё старалась сохранить традиционную женскую суверенность, выступающую под маской смущения и недоступности.
Как это проявлялось?
Я отвернула щеку, когда Тэхён наклонился поцеловать меня, и тут же аппетитным движением подмигнула ему ягодницами, если ими когда-либо можно было подмигивать... Но, судя по смеху Тэхёна, это выглядело не так сексуально, как я себе представляла.
Зато я не дала ему поцеловать свою щеку!
Недоступная!
Когда мы собрались выходить, ах точно... Нужно добавить в план этого дня пункт «вовремя глотать», потому что моя свисающая слюна чуть не упала на роскошные волосы Тэхёна, находившиеся от меня в непосредственной близости, когда тот завязывал шнурки.
А он как всегда выглядел непринуждённо-сексуально: взъерошенные завитые локоны цвета лакрицы, тёплый пуловер серого цвета с вышитым маленьким сердцем красного цвета и мягкая дутая куртка от The North Face, разумеется, прямо такая же черно-зелёная, какая должна была когда-либо оказался у парня моей мечты. И вот теперь, как бы я не щипала себя за руку, это была реальность. Это моя мечта официально осуществилась!
Когда мы собирались выходить, он вытянулся во весь свой рост и так неожиданно сказал:
– Мне очень нравится твоя белая шубка.
Впервые сказал это. Он сделал что-то вроде... комплимента?
Я тут же растерялась: – Ой, да... Это я... купила на распродаже три года назад... В целом-то она не отличается изысканным вкусом, но...
Он смотрел на меня, неотрывно улыбаясь и про себя подсмеиваясь над каждой моей новой репликой, прежде чем сказать: – Ты выглядишь в ней, как настоящая Принцесса. И если честно, я даже боюсь, что мои ладошки запотеют, когда ты возьмёшь их в руки.
В ход его безжалостного флирта пошли глаголы повелительного наклонения. Как же он безупречен!
– Тогда пойдём в то секретное королевство, мой Принц! – сказала я, трепетно и нежно взяв его ладонь в свою.
Кажется, это обычное прикосновение, обычное сплетение пальцев, но... если бы...
И мне вдруг показалось, что он посмотрел на меня взглядом, полным благодарности.
И тут я кое-что поняла.
О Боже, Ким Тэхён
Тебе впервые отвечают взаимностью
Он ничего не ответил, а мне и спрашивать было не нужно. Разве есть хоть какая-либо необходимость в этом? Я держу за руку Ким Тэхёна, а все остальное не имеет ровно никакого значения.
И вот так вот, не совсем традиционным способом, мы вышли из дома, держась за руку. Современный и усовершенствованный лифт с панорамными окнами плавно доставил нас до нулевого этажа, выходящего прямо в зону паркинга.
Всё внутри меня готово было взорваться оттого, что прямо сейчас я смотрю на весь мир глазами той самой девушки, которой когда-то мечтала стать. Я вижу перел собой блестящие полированные автомобили, дышу приятным искусственным ароматом мяты – ну и к черту, зато я рядом с ним.
Он открыл машину и первым же делом вознамерился усадить меня в неё. Самым галантнейшим образом.
– А я думала, мы пойдём пешком...
— Пешком? В такую метель? – улыбнулся мой парень, – В мои планы прогулка не входила.
– Правда? Хорошо, конечно. Я просто всегда представляла...
— Но если ты представляла, то мы сделаем так, как ты хочешь! – с этими словами Тэхён вытащил из своего чёрного кожаного рюкзака мягкий белый шарф в чёрную клетку и накрыл им мою голову. Я даже была уверена, что мне идёт этот шарф, пока он тут же машинально не был обмотан вокруг моей головы трижды и плотно завязан.
Да уж. Теперь я похожа на какого-то щекастого моржа, а не на принцессу.
Тэхён наконец закончил и, немного остановившись, тихо сказал:
– Красивая.
– Ну, теперь уж точно!– недовольно ответила я. Конечно. Обмотал меня в эту паранджу!
– Красотка. – вновь повторил Тэхён, не выдержав желания и притягивая меня к себе.
О да. Всем нам хочется обниматься!
Выйдя на улицу, мне в лицо и впрямь ударила метель. Но эти холодные снежинки, бьющие мне в лицо, лишь вызывали весёлую улыбку на нем. Ведь мне было совсем не холодно. Кое-кто позаботился об этом.
– Так куда же мы идём?
– Терпение, Джису. Терпение. Было бы так интересно, если бы сразу обо всем знали?
— Это риторический вопрос или я должна ответить?
— Да, я именно про то, что предпочёл бы не знать о нашей встрече, если мне выпадет возможность всё повторить. Ведь с этими первоначальными эмоциями ничто не сравнится.
— И какие же эмоции у тебя были?
– Я увидел тебя и... Подумал, что ты должна быть моей.
– Ох, – поморщилась я: – Тэхён, как можно так непрофессионально врать? Знаю же, что ты сразу же сравнял меня с навозной молью!
Если они существуют, в принципе.
Тэхён тут же прыснул со смеху и, согнувшись в три погибели, он так резко распрямился, что чуть не упал от сильного разворота корпусом.
— Ну в этом нет ничего плохого! Моли, а особенно навозные - тоже моли!
– Хорошо-хорошо, Тэхён. Я тоже спутала тебя с козлом!
– Ох, да ты что? Я совсем не претендую на место козла! Звание оленя нравится мне куда больше!
– Оленем ты станешь, если хорошо будешь себя вести в новом году!
Тэхён многозначительно на меня посмотрел: – Посмотрим, как я буду себя вести...
А ведь все и правда шло к этому самому моменту. Разве можно было бы представить меня с другим? Разве можно было бы Тэхёна представить с другой?
Всё кругом нас было для нас
И новогодние огни и играющая отовсюду музыка, смеющиеся люди и мы с Тэхёном, безумно красивые и счастливые, шли вместе, соединившись нерушимой связью собственных флюидов. Мягкое тепло его руки нежно вливалось в мою, и я чувствовала себя той самой старшеклассницей, мечта которой наконец осуществилась. Интересно, если бы мы с Тэхёном встретились в старшей школе, заметил ли бы он меня? Что за глупый вопрос, конечно же да! Он же даже назвал меня красивой...В старшей школе я была не хуже! Разве только я больше уставала, сочетая заработки и учебу, но в основном я всегда была весёлой и обожала смеяться. Улыбаться – моя главная миссия в этом мире, я уверена.
И на нас все смотрели.
Мне даже становилось неловко и неудобно: понимаю, парень, который держит меня за руку, слишком красив для обычного люда, но имейте хотя бы каплю уважения к нему!
– Здесь столько людей...
— Да, – загадочно улыбаясь, подтвердил Тэхён.
Я молча взглянула на него.
– И все они смотрят прямо на тебя.
Что?
– Что?
– Ты разве не заметила, Джису? Не замечала этих восхищённых взглядов, которыми тебя все провожают? – улыбаясь, казалось бы, даже не шутя говорил Тэхен.
– Неплохо для какой-то моли, да? – горделиво подмигнула ему я, а ему нравилось то, что я понемногу открывалась ему с новой стороны.
– Ты самая красивая девушка Сеула. К тому же, популярная и знаменитая. По-моему, в том, что они проявляют к тебе искренний интерес, нет ничего удивительного.
И это мне говорит сам Ким Тэхён...
– Так, ну довольно с меня! – наконец сказала я: – Если ты продолжишь в том же духе, я перестану воспринимать твои слова за правду!
— Боже, Джису, ты не любишь комплименты? Это ужасно. Нет, это даже вызывает жалость!
– Жалость? Я просто не тащусь по лести!
– Но мне вовсе незачем тебе льстить...К тому же, ты не заметила, что твой подарок уже находится прямо напротив тебя.
Что? Какой подарок? Я посмотрела вокруг. Посмотрела вокруг и... О БОГ ТЫ МОЙ!!!!
ТОТ САМЫЙ ПАРК ЗИМНЕГО ВЕТРА!!!!
– Что? То есть... Как?
— Согласен, если бы мы добрались сюда на машине, не заметить его было бы куда труднее. Но ты решила выбрать более традиционную версию и пойти дворами. — смеялся он: – К слову, я так сильно проголодался!
– Ты? Я тоже, если честно...
Сейчас мы будем есть! Сейчас мы будем есть!
– Поэтому... Давай заглянем в Montrose?
Конечно. Давай заглянем. В самый дорогой ресторан на вершине горы.
Зайдя внутрь подсвеченного красными и зелёными рождественскими огнями холла, мажордом бережно принял наши куртки - мою белую шубку какой-то дивы и типичную куртку новомодного рэпера - и провёл на второй этаж, где вся обстановка приобрела абсолютно иное значение. Здесь пахло роскошью, роскошь была во всем, а самое главное - наши отражения в стаканах для шампанского, выстроенных пирамидой, были такими ускользающими, но такими красивыми... Нас посадили за столик прямо в центре зала, и я даже увидела, как красиво одетые люди, видимо, слегка другие, чем простое население Южной Кореи, одобрительно и даже с неким любопытством посмотрели на нас.
Тэхён молча обернулся, чтобы увидеть мою реакцию.
– Здесь... Здесь прямо как в фильме.
– Здесь папа сделал предложение маме.
– Что?
Тэхён посмотрел на меня своим ясным внимающим взором:
– Мама всегда мечтала попасть сюда, но не верила, что это когда-нибудь произойдёт. Папа знал об этом и вот однажды пригласил ее сюда. Они не сразу были богатыми. И не родились с золотой ложкой во рту. Мама - студентка факультета дизайна, одно из ее величайших хобби - шить одежду, яркую и необычную.
Вот откуда у Тэхёна такой изумительный вкус к одежде.
– А папа?
– А папа заканчивал юридический. Они познакомились, внезапно увидев друг друга в холле другого института, где у обоих было мероприятие. Она была волонтером от своего вуза, он – от своего. К счастью, у папы всегда было желание к культурной сфере жизни. Он понимал, что разведения имеют в человеческих жизнях колоссальное значение, а если это развлечение ещё и услада для глаз – то это прежде всего высокооплачиваемый бизнес. Поэтому он сделал выбор в пользу модельной сферы. Мама, как ни странно, первое время сильно ревновала. Но потом перестала.
– Что же она сделала?
– Она переключилась на... Рождение меня. Не могу сказать точно, был ли отец до конца ей верен. Была ли она ему верна? У них были свои сложности, но каждый их день, проведённый вместе, каждый выход в свет – сопровождались красотой. Может в этом и был смысл их любви? Оставлять за собой красоту?
Закусив губу, я сама поддалась размышлениям, которым я скорее хотела найти разумные объяснения.
– Нет, любовь каждому дана для того, чтобы в каком-то смысле одержать победу над самим собой, – слегка неуверенно сказала я, прервавшись, потому что он смотрел на меня чересчур внимательно: – Я думаю, любовь с правильным человеком пробуждает в нас лучшие качества, любовь с неправильным – копает нам могилу, нравственную или физическую. И всё же чувства очень сильно нас меняют. Я думаю, каждый из нас побеждает себя прошлого, чтобы открыть настоящего в любви. Поэтому, твои родители явно даны были друг друга не для этого, веяние красоты – лишь остаточное явление их любви. Но при этом, это очень круто, не правда ли? Красота порой бывает убийственна.
Нам подали меню, и я тут же сглотнула подступающие слюни.
Разговоры разговорами, но мы живем ради того, чтобы попробовать вкусную еду, это точно!
Сделав заказ с горем пополам, потому что я схватилась за своё меню, делая заказ как будто последний раз в жизни, мы наконец отпустили приветливого официанта озвучивать его шеф-повару.
Облокотившись на спинку стула, я искренне наслаждалась тем, что мне так комфортно а обществе Тэхёна, что я могу смотреть на него столько, сколько захочу.
А негласная тема о родителях мерно звучала вместе с ненавязчивым серебряным звуком посуды. Зачем нам спрашивать о чём-то большем, когда мы оба можем в полной мере осознать боль друг друга?
– Джису, как познакомились твои родители?
– Мои? У них все было просто – первая школьная любовь обернулась свадьбой! Я тоже всегда почему-то была уверена в том, что встречу свою любовь в школе. Но время показало, что это были лишь мечты. Во всяком случае, сейчас я безумно рада реальности и не готова менять ее на другую.
– Ты не расстраивалась, что не встречала ее? – мило улыбнулся Тэхён.
Я, тут же вспомнив свои траурные мысли, одиноко блуждающие вместе со мной в пустынных школьных коридорах, ответила:
– Конечно нет! Я же понимала, что это невозможно. Ну да, передо мной каждый день вершились чудеса любви. Кто-то кому-то признавался, кто-то кому-то улыбнулся и случилась взаимная любовь. Я же улыбалась всем вокруг, признавалась сотни раз, но так и не находила взаимности ни в одном сердце.
Ким Тэхён так пристально посмотрел на меня, как будто этого было недостаточно для того, чтобы он поверил.
– Джису, ты просто искала ее не в тех сердцах.
Я снова рассмеялась:
– Тэхён, я просто была не такой, какой ты видишь меня сейчас. Я была более пухлой, наверняка глупо и наивно улыбалась. Меня ни за что считали хуже, потому что я была «толстушкой», а я и не обижалась, хотя и представить себе не могла, что когда-либо смогу почувствовать себя так... так... Как с некоторыми людьми...
Я запнулась, а на щеках у меня выступили два опасных красных пятна.
Тэхён в каком-то приятном напряжении смотрел на меня, не взяв на себя смелости ответить.
– Однако же в детстве все мы были жестокими... Раньше ты считался «классным», если прилюдно указывал человеку на его недостатки. Это было «круто» и «весело». Я тоже могла быть такой... Наверное, и я не оставила людей, не подарив им однажды обиду...
– Уж поверь, оставленные мной обиды ты точно не переплюнешь! – с какой-то сожалеющей улыбкой сказал он: – Я наносил их жестоко, как и любой другой ребёнок. Я, к сожалению, не был выдающимся благородным человеком. И до сих пор... – он вдруг запнулся: – Блин, зачем я это говорю? Скажу, и ты тут же начнёшь видеть меня таким!
– Но я уже знаю, какой ты.
На секунду мне внезапно показалось, что он мрачно отвёл взгляд, но оказывается, он просто с недовольством посмотрел на официанта, который слишком громко шептался с кем-то о чём-то.
– Я надеюсь, что в твоих глазах я привлекательнее, чем есть на самом деле.
– Конечно! – мне захотелось взять его за руку и, порвавшись к нему, я не отказала себе в этом намерении: – Я вижу тебя... лучшим. Во всем этом мире.
Я замолчала.
Сколько раз я говорила ему, что люблю его? Сколько раз я отрицала это? Сколько раз теперь у меня всё ещё будет возможность сказать ему это?
Его горячие пальцы нежно обхватили мои в ответ.
– Я думаю о тебе абсолютно то же самое... Извини, что я лишён романтичности, но... Пусть и как-то просто, зато искренне. И почему-то... – он мягко улыбнулся и нежно провёл пальцами другой руки по моим волосам: – С каждым новым днём я перестаю принимать себя, свою квартиру, свою жизнь так, если бы во всем этом не было тебя. Джису, я не хочу ничего обещать. Мы, кажется, нередко сталкиваемся с крушением надежд и постоянно надеемся на будущее, переставая верить в настоящее, или смотрим на красивые фотографии рассвета в Pinterest, в то время как в окне июльский малиновый закат танцует свой самый лучший танец.
– И что же? – заробев, произнесла я.
– А правда в том, что самый красивый закат танцует прямо перед нами...
Тэхён улыбнулся и нежно сжал мою руку. Теплота его пальцев тут же бережно передалась и мне, отозвалась звонкой мелодией во всем моем теле.
Теперь я понимаю, почему песни о любви никогда не будут заканчиваться – любовью нельзя насытиться.
***
После вкусного и плотного ужина я по-хозяйки откинулась на спинку стула. Я даже не думала, что так объемся, но это случилось. Тэхён слегка задурнел после крепкого вина и стал смотреть на меня медовыми глазами. Мы смеялись и болтали ни о чем, но в этом и была положена вся наша жизнь. Всё наше существование шло к этому моменту. Пока вдруг я внезапно не почувствовала резкий приступ рвоты.
Это было так стремительно, что я еле успела добежать до сартира. Всё тело сжималось в судорогах, лицо побледнело, а голова раскалывалась. Мне было ужасно стыдно и плохо. Я наелась в дорогом ресторане как последняя свинья, чтобы потом все это спустить в унитаз...
И, вернувшись, я встретилась с обеспокоенным взглядом Тэхёна.
– Джису, все хорошо?
– Да. Теперь. – я выдохнула, избегая глазами еду. Я точно объелась. Мне было до того мерзко думать о еде, что мне поскорее хотелось выйти на свежий воздух. А ещё мне было ужасно неловко перед ним.
– Хочешь, подышим свежим воздухом?
– Это было бы очень мило с твоей стороны.
И когда мы вышли на улицу, я наконец и пустила последний дух, чтобы родиться снова. Расправив плечи, я с облегчением выдохнула и снова ощутила любовь к жизни.
Тэхён тихо, чтобы не оскорблять минуты блаженства, стоял рядом.
– Знаешь, а я тут внезапно представил...
– Что?
Он хотел сказать что-то, но только рассмеялся на полуслове.
– Нет, ничего.
– Да что? – я повернулась к нему, ловя на себе странное чувство: мы стояли на морозе, но мне было не холодно рядом с ним. Его глаза меня грели.
– Что ты... – он снова широко улыбнулся: – Что ты носишь моего ребёнка и терпишь токсикоз... Я бы всегда носил с собой воду и пакеты. А ещё, может быть, таблетки от пищеварения, но только те, которые одобрит наш врач.
Я не нашлась, что сказать.
Тэхён что-то сказал о... О нашем ребёнке? О его ребёнке?
– Не бери в голову. Это просто случайная мысль.
– Да, и правда, что ли... – я поскорее отвела глаза. На самом деле я не могла в эту минуту смотреть на него.
– Неприлично говорить о таком на первом свидании, да?
– Ну конечно, ты произвёл на меня не то впечатление, и на второе свидание я точно не приду. – усмехнулась я.
– А на третье придёшь?
– Ты случайно не в гинекологию меня позовёшь?
– Ну а что, разве тебе не интересно смотреть на эмбрионов?
– Всегда мечтала на них взглянуть. Но такое удовольствие не купишь ни за какие деньги!
– Хочешь, я подарю тебе вид на эмбриона?
– Это слишком дорогой подарок.
– Для тебя – все, что угодно.
Я уже не выдержала и засмеялась:
– Мне уже лучше. Вернёмся внутрь?
– Конечно. – ответил он спустя секунду.
Я удивилась. Как будто он хотел, чтобы я что-то сказала ему.
Не оставила его предложение без ответа.