×°Non resistere °×

Никогда ещё не встречала утро с таким сковывающим напряжением в животе, которое лишь натягивалось всё туже и туже после того вечера, как мы с Тэхёном украдкой от Хани поссорились.

И ведь не думала даже, что этот гордый негодяй и врямь не скажет мне ни слова больше!

Я даже не представляла себе ночь с ним, потому что после того разговора Тэхён так и оставался Тэхёном, только правда тот самый Ким Тэхён, который предпочёл остаться Тэхёном, совершенно не знал некую девушку по имени Ким Джису. Держу пари, этот самый Тэхён даже не видел её, никогда не имел понятия о цвете и структуре её глаз, никогда не гадал, какого вкуса её губы, никогда не подкалывал её и не защищал...

Словно всё в его жизни – и новое и старое – было как прежде, но меня в ней не осталось.

И всё же ночь мы как-то провели. Было достаточно удобно и просторно, особенно, если твой недопарень спит на диване, специально подальше от тебя.

Когда он демонстративно встал со своей кровати, как только я легонько на неё села, уже было решив предпринять попытку к примирению, он посмотрел на меня с таким вызовом, что не удержался и, пафосно взяв в руки подушку, развернулся и ушёл.

"Ну и гордец!" – пожалуй, единственное, что мысленно прокричала ему вслед я, в реальности же даже не подав ни звука.

Поэтому своё утро я встретила задумчивым попиванием кофе в полном одиночестве, потому что Тэхён сумел проскользнуть в свою личную ванную комнату, как только я покинула его спальню, даже не попавшись мне на глаза, и теперь зависает там уже двадцатую минуту, потому что, наверное, встретил там русалок.

Или же просто не хотел меня видеть. Что ж... Я тоже не хочу тебя видеть, Тэхён. И вовсе не желаю тебе доброго утра.

– Джису, понедельник, у меня школа, а у тебя всё ещё также консервативно? – в дверях появилась Хани, сразу же приметив глазами фисташковую пасту для бутербродов.

– Если будешь есть так много сахара – полезут прыщи и разрушатся зубы. – я свредничала, решив и родной сестре не желать доброго утра, раз у самой у меня оно не доброе.

– Знаешь, Джису, у меня есть точка невозврата, и эта точка – твоя фотография в восьмом классе. Уж поверь, до твоего уровня мне уже не опуститься!

– Просто не хочу, чтобы ты повторяла моих ошибок и ела всё подряд, подтвергая свою кожу таким мучениям... – уныло протянула я, делая глоток кофе.

– Эй, что с выражением лица? Чего такая кислая? – спросила Хани, садясь напротив меня.

Да неважно. Не стоит ей говорить.

– С "кхем-кхем" поссорились. – тихо призналась я.

– А, я подумала, случилось уже что-то новенькое, но вы же консерваторы! – засмеялась Хани, но я поняла, что она шутила только для того, чтобы хоть немного придать моему унылому опустошенному лицу какой-то краски: – Ну, это правда неудивительно. Вы почему-то всё время хотите убить друг друга. И если вы не можете сделать это физически – вы делаете это словом. Возможно, кто-то из вас в этом плане более изощрен и напорист, а кто-то – жертва, которой приходится отбиваться. Но в любом случае, кто-то из вас в конце упадёт. И проиграет окончательно. – спокойным тоном сестра только что процитировала свои любимые слова из сериала, а я обидно насупилась, даже не скрывая того, что её слова меня задели.

– Эй, а хорошего конца, что, вообще нет?

– Не в вашей истории, – Хани спокойно пожала плечами, с таким видом, что ничего уже и не поделаешь, и надкусила хлеб, словно ей не редко приходилось сообщать кому-то тяжёлый конец его судьбы.

С таким же успехом, что и сейчас, она могла спокойно назвать мне дату моей смерти.

– Ладно, ешь уже! Вот у самой нет парня и хорошо! – Не нужно мучить себя и его! – горячо выдохнула я.

– О, Джису, так у тебя есть парень? – Тэхён как всегда так легко зашёл с порога, одним своим взбалмошным, слегка обиженным и "мокрым" видом пустив по мне электрический ток.

Его тёмные мокрые волосы были бережно вытерты полотенцем, которое свисало с его широких плеч. Ах, это слишком... Слишком реалистично, прямо как в моих мечтах!

– Конечно есть, только он об этом не знает. – сказала вместо меня Хани.

– Да только вы оба опоздали: ведь я подумываю бросить его.

– Тогда сделай это поскорее. – Не-а. Его вообще не задели мои слова. Нисколечко.

– Намерена сделать это... – я уже было хотела сказать что-то, чтобы лишь сильнее дать Тэхёну почувствовать. Что? Боль? Дикую боль? Жалкую боль?

И почему мы ведём себя как дикари... Вспомнив слова Хани о том, что мы всё время пытаемся прикончить друг друга, я решила не продолжать. Ведь я правда действительно не хотела причинять ему боль.

И всё же... Уже подняв пустой взор, смотрящий в никуда, я будто словила глазами солнечного зайчика.

Тэхён заговорил со мной!

Он даже не делал вид, что меня нет!
Такая несказанная собачья радость вылилась кувшином мне прямо на голову, отчего Хани брезгливо скривилась.

Одними губами она прошептала мне "дурочка", пока то же самое не сказал Тэхён.

И нет, мне не послышалось. Постойте... Хани ведь тоже это слышала?!
Обе застывши на месте, мы вслушивались в тихие слова Тэхёна ещё и ещё раз, пока прямо над моим ухом не прозвучало громко и властно:
– ПОДВИНЬСЯ.

И, не вытерпив, Тэхён применил свою мужскую силу и отодвинул меня в сторону, вот так беспардонно усаживаясь рядом со мной, практически выперая меня из стола!
– Эй! Сам подвинься! – толкнула того в ответ я, в тот самый момент, когда Тэхён положил в рот ложку каши.

Поворачивая на меня свой совершенно железный взор, он смотрит на меня так унизительно, словно я законченная негодяйка.

– Я ем вообще-то! – с набитым ртом недовольно промычал тот в ответ, яростно отпихиваясь.

– Я тоже ем, но это не повод вот так просто выталкивать меня из-за стола!

– Никто тебя не выталкивал! – Тэхён ответил обиженно, чуть ли не прижимая меня своим телом.

Места между нами было и правда мало. А он просто взял и сделал его ещё уже.
Оба порывисто дыша друг другу в лицо, как быки, увидевшие друг в друге двух самых страшных соперников, мы одновременно отвернулись, пытаясь умереть свой пыл.
Всё ясно. Всё ясно! Ты тоже зол, как и я.
Хоть это радует, а то я подумала, что ты совершенно бесчуственный человек.

– Думаю, мне пора в школу. Спасибо за завтрак. – Хани быстро сообразила, что нужно покидать это место, пока не поздно, а я была обескуражена, ведь это значит, что теперь мы с Тэхёном наконец-то останемся одни. И в то же время хотелось ли мне этого?

Я дико на него обижена!

Не стоит забывать этот важный пункт, Ким Джису.

Как только Хани вышла, мы с ним нетерпеливо повернулись лицами друг к другу, видимо, решив сказать в лицо всё, что мы думаем. Но оба остановились, так и не начав.

– Почему ушёл?

– Почему не остановила?! – одновременно вместе со мной сразу вопросом на вопрос ответил Тэхён, на что я просто не смогла смириться с его наглостью!

– Я должна была тебя остановить?! Ты даже сказал, что не знал, что у меня есть парень!

– Может потому, что ты сама сказала, что не готова иметь парня и отношения?!

– Тогда просто заткнись! Нам обоим стоит замолчать! – выдохнула я, грозно смакая кашу, пока он, нервно дыша, делал то же самое.

Резко повернувшись к нему и остановившись есть, я громко и выразительно произнесла:
– Сегодня мы вместе признаемся Дженни, что встречаемся! И мне плевать, что там она к тебе чувствует и чем ты ей обязан!

— Думаешь, её это заботит?

— Думаешь, она тебя просто чаёк попить пригласила ?

И тут случилось кое-что непонятное для меня, ведь вместо ответа на мой вопрос Тэхён лишь замолчал, вновь надевая на своё лицо ту самую типичную ему маску отчуждения и загадочности.
— Мы встретимся не просто так. У неё что-то случилось.

О. Ну конечно же! У Дженни каждый день что-то случается, и она сразу же сообщает Тэхёну, ведь больше у неё нет мужчин, готовых в любой момент ринуться ей на помощь.

Горько вобрав в себя воздух, я с чувством тяжелого раскаяния призналась себе в том, что благородство Тэхёна причиняет мне жуткую боль. И с каждым разом я всё больше прихожу к выводу, что, и тогда на сцене, и тогда у дома Чонгука — на моём месте могла бы быть совершенно другая девушка, и ей бы, черт возьми, повезло бы так же, как и мне.
Потому что Тэхён просто благородный человек. И то, что я принимаю как высший знак любви — для него привычное дело в отношении ко всем.

Чертов принц...
— Просто боюсь, что с ней может что-то случится. — выдохнул Тэхён, наконец признавшись.

И вы спросите: " С чего ты решила, что он признался в этом?"
А я отвечу: потому что Тэхён даже не скрывает нужным скрывать это. Дженни значит для него что-то большее, даже, возможно, большее, чем Чонгук. И это просто нельзя не заметить.

— Понятно. — отложив ложку, я уже не заметила, как совершено растеряла весь аппетит и всё настроение что-либо продолжать.
Впервые за долгое время я почувствовала во всём теле знакомую ломоту, при которой ты чувствуешь себя сгоревшим куском мяса, не способным на чувства.
И, казалось бы, человек не способен вынуть у другого все его чувства без остатка — но Ким Тэхён способен. И он вновь опустошил меня.

— Прости. —отчего-то вдруг произнесли его губы, но я даже не услышала то, что он сказал, ради приличия кивнув в ответ.
Конечно, Тэхён. Разве я тебя не прощала? Всегда. Я прощала и... думала, что у меня есть шанс. А ведь просто нужно было тогда правильно трактовать твои слова и понять, что надеяться мне и правда не на что.

И уже совсем не осталось слов, чтобы описать ту боль, медленно и тонко надрывающую мою кожу со всех сторон. Это тяжело. И так, словно разрывает на куски, а ты даже не можешь подать виду, потому что ты бессмертен и тебе суждено терпеть эти муки на протяжении всей своей бесконечной жизни. Остаётся лишь вопрос: зачем она тебе дана?
— Тогда зачем все те слова, что ты хочешь видеть меня своей единственной? — услышав это, он тут же повернулся ко мне, озарив меня не менее опустошенным взглядом.

— Не знаю. Я хотел так сказать.

— Мм, понятно. — выдохнула я: — Тогда может, больше не будешь так говорить? Зачем нам эти слова?

— Джису, пожалуйста, давай не будем. Желания выяснять отношения совсем нет. — резко перебил Тэхён и, несмотря на то, что он сделал это так беспардонно, интонация его голоса звучала так нежно и уважительно, что мне самой подумалось, что выяснять что-то одно, постоянно разрывать и без того кровоточащую рану так же бессмысленно, как и выяснять то, чего нет.

— Сегодня я помою посуду. — постаравшись улыбнуться, сказала я и, вставая, взяла полупустые тарелки со стола.

Тэхён смотрел на меня  молящим взглядом, извиняющимся за что-то, и он совершенно не понимал, что меня это оскорбляло.

***
Друзей у меня нет, работы тоже. У меня есть красота, какая-то популярность, которая мне совсем не нужна, и лицо, то милое лицо, за нежный взгляд которого можно получить "знак внимания" от кафе в качестве шоколадного брауни, который безжизненно лежал передо мной на тарелке.
И зачем я сюда пришла? Каким образом я решила прийти в кафе своей мечты, которое до этого момента было неприступным и самым защищённым местом моей фантазии, которое без пяти минут станет моим ужасным воспоминаем. Ведь совсем скоро придёт Тэхён и Дженни.

А у меня даже нет плана. Да я в нём совершенно не нуждаюсь. Узнают — пусть, подойдут поболтать — хорошо, так даже лучше. Я пала в пучину ошибок, и теперь я должна пройти одну за другой, наверное, чтобы потерять себя окончательно. Даже не знаю... какой толк в том, чтобы причинять себе боль видом того, как в таком прекрасном месте твой парень общается с девушкой, на которую ему даже не наплевать?

И вдруг дверь с характерным звучанием рождественского колокола отворилась, и на её ручке я уже увидела знакомые мне мужские пальцы. Чувство удушья, как и морозный воздух, так быстро проникли мне под кожу, что я начала задыхаться, забыв, как дышать.
И, увидев эти темные волосы, спадающие на его глаза, я сама на поняла как, но мой защитный рефлекс сработал, и мои ноги унесли меня в уборную с такой скоростью, что этого не заметил даже сам официант, находившийся поблизости.

— Добрый вечер. Для молодой пары столик на двоих? — поклонился официант, а я, стараясь скрыть чувство подступающей рвоты от его ужасных слов, передаю всё это вам, чтобы вы знали, как дорого порой нам приходится платить за свою смелость.
Зачем? Джису, зачем? Ты же знала, что так оно и будет.

— Эм... Да, спасибо. — на секунду что-то в выражении его лица изменилось, будто напомнило ему обо мне, но он тут же решил избавиться от этих мыслей, от этого уже давно осточертевшего ему образа меня. И Тэхён, воспитанно улыбаясь в ответ, поклонился.

Лучше бы ты остался тем невоспитанным саркастичным идиотом, который курил кальян в клубе, чем лживо стоял здесь и стрелял своими глазками.

— На улице такой мороз. К счастью, в новой машине, которую мне подарил отец, очень хороший прогрев! — детским голоском пропела Д ж е н н и.

— Слушай, а твой папа не ищет себе сына? — Тэхён улыбнулся, снимая с себя своё чёрное пальто и вешая его в гардеробную, пока Дженни, стоявшая напротив него в своей укорочённой оранжевой шубе, ждала, что он сделает то же самое и с ней.
Но Тэхён будто бы забыл о своей привычной благотворительности, отойдя в сторону и предоставив ей очередь снять свою накидку и сдать в гардероб.

Ха-ха-ха, выкусила?!

Постойте, что это я?... Ладно. Спокойно.

— Выглядишь как всегда крышесносно. — осмотрела его с ног до головы Дженни, терпеливо улыбаясь.

— Спасибо, ты тоже выглядишь хорошо. — улыбнулся он в ответ.

Ну конечно. Звучит и не так обнадеживающе, но ничуть не хуже, чем "ты бываешь красива. Иногда".
Тэхён и впрямь никогда не смотрел мелодрам, чтобы понять, что такое "комплименты".

— Так... — он вздохнул, улыбаясь: — У меня не так много времени, поэтому расскажи, пожалуйста, быстрее, что ты хотела мне рассказать.

— Постой. Куда нам торопится? — спокойно сказала Дженни, элегантно кладя своё чистое маленькое лицо на руку, которую украшали пара серебряных браслетов от Cartier.
— Давай что-нибудь закажем.

— Хорошо, я хотел бы взять капучино с двойной дозой кофе и... Шоколадный брауни?

— Отлично! Я возьму то же самое! — воодушевленно пропищала Дженни, делая заказ.
Тэхён был так спокоен. Как всегда. И вовсе нельзя сказать, что его что-то заботит. О нём вообще ничего нельзя сказать.

— Один сейчас?— спросила она, не сводя с него звериного взгляда. И, увидев на нем непонимающее выражение, усмехнулась: — Мы же друзья, можешь спокойно рассказывать!

— Ну... Думаю, я точно не один. Но и отношениями это назвать нельзя.
Что?!

— Что?! Ой, в смысле, я не думала, что в тебя мог кто-то влюбится! — засмеялась Дженни, на что Тэхён робко улыбнулся.

— Если честно, я тоже совсем об этом не думал. Но... Этот кто-то всё же нашёлся. — сказав это, Тэхён так мило улыбнулся, а в ней в этот самый момент словно что-то треснуло: — И теперь я стараюсь не разочаровать этого кого-то.

— И... Кто же это? — она совсем не понимает.

— Ну... Это девушка. — засмеялся Тэхён: — Повезло мне, что я всё ещё смог очаровать девушку! А то уже было начал мириться с тем, что нравлюсь только парням.

ЧТО?!?
— Жаль тех парней, которые подкатывали к тебе в клубах. У них видимо, не осталось никаких шансов.

— У них и с самого начала их не было. Я ещё на их глазах тогда уезжал с другими девушками. Так что тяжела была их гейская ноша.

— Так о чем ты хотела поговорить?

— Теперь уже... не знаю, имеет ли это место быть?

— Имеет. — в ответ серьезно кивнул Тэхён, смотря на неё  выжидающим взглядом.

А я молилась, чтобы этот брауни уже побыстрее принесли, и Тэхен покончил бы с ней скорее.
— Я просто хотела сказать... Так как всё же канун Нового года. Ммм.... Я хотела поблагодарить тебя за твою помощь и поддержку. — вдруг сказала она.
Что? И... И даже не... Признание в любви???

— Хорошо, пожалуйста. — не понял Тэхён, пожимая плечами: — Ты и так могла сказать мне это в менее официальной обстановке. Мы же друзья. Ты можешь говорить мне что и когда хочешь.

Дженни, услышав это, рассмеялась: — Нет, Тэ. Если бы ты знал, сколько всего я на самом деле хотела тебе сказать, мы бы, возможно, и не оставались бы друзьями.

— Ты порой хотела назвать меня идиотом?

— Нет. Я всегда хотела назвать тебя своим парнем. — спокойно, на одном дыхании ответила Дженни, смотря на него своими красивыми глазами. — Я хотела только этого.

Я робко посмотрела на Тэхёна, чьё лицо было всё так же нетронуто ни одними внешними обстоятельствами. Будто он ничего не чувствует. И даже если бы случился взрыв — он бы так же спокойно оставался сидеть на месте.

— Спасибо. — наконец ответил он: — Мне приятно это. Значит, не одной девушке я смог по-настоящему понравиться...

— Их было куда больше, Тэхён. И если бы ты больше себя ценил — ты бы осознал, что девушки любят вовсе не из-за того, что ты сексуален.

— Да? По-моему, девушки видят во мне только мясо. — совершенно искренне сказал Тэхён.
Что? Неужели он действительно так считает?

— А по-моему, Тэхён, тебе пора перестать ценить ту, кто видит в тебе действительно только мясо. — серьезно и непроницаемо ответила Дженни: — Я не хочу давить на тебя. Ты прекрасный человек. И я полюбила тебя ещё тогда, в 13 лет. И вовсе не из-за того, что видела в тебе мясо.

— В 13?! — так громко изумился Тэхён, что даже ей не поверил: — Но в 13 я выглядел как старый жирный свин...

— И я даже тогда одна из первых осознала, каким красавцем ты можешь быть на самом деле. — тепло улыбнулась ему Дженни. Так искренне, что эта улыбка даже меня заставила бы задуматься о своих чувствах и переменить их.

Но Тэхён... Не стоит забывать, что Тэхен абсолютно нечувствителен. Что на него не действуют обычные слова. Что он не такой наивный, как я.
— Просто знай, что, если что... Я — та самая девушка, с которой ты будешь чувствовать себя лучше всех. И если тебе будет плохо, если ты будешь потерян — знай, что я всегда готова тебя принять.

— Джису... — беззвучно произнесли его губы.

Нет. Конечно же, он сказал "Дженни", а не "Джису". Мне просто было легче обмануть себя, чем признать то, что Тэхён может так интимно и глубоко произносить не только моё имя...

Внезапно замешкавшись на месте, Тэхён стал прочищать горло, очевидно, чувствуя себя не в своей тарелке.
— Дженни. Ты... Самая красивая девушка во всём мире. Ты эффектная, разная... Ты можешь быть любой. И мне очень нравится то, что я тебе нравлюсь... Но... Я...

— Если сам ничего не понимаешь — я помогу тебе понять! — только сказала Дженни и, привстав, вытянулась к нему, выгибаясь в своей пояснице и показывая всем зад, она так сильно притянулась к нему, что коснулась его кончика носа своим, а потом и примкнула к нему губами.

Мягко. Наверное, Дженни хорошо целуется. И даже в этот момент, скрываясь за перегородкой, я не могла не думать о том, что чувствует сейчас Тэхён, и как он позволил ей это сделать.

Его глаза застыли на месте, такие открытые и совершенно удивленные. Но, спустя секунду, они закрылись, и Тэхён позволил ей поцеловать себя.

Я не могу говорить... Если бы я была способна на это — я бы отключила бесконечное звучание своих мыслей, но они озвучивались даже сейчас, когда я хотела забыть абсолютно всё, что видела перед глазами.
Его тело легонько поддалось вперёд, он сделал это незаметно, но я поняла, что ему захотелось почувствовать её больше, а их поцелуй был вовсе не страстный, а нежный и спокойный. Как с дорамах...
Неужели ты это сделал, Тэхён?

Внезапно открыв глаза, он беспрепятственно поймал мой взгляд и, задержавшись на нём пару секунд, он вдруг резко отпрянул от Дженни, от её губ, не сводя с меня глаз, налитых сумашедствием.

— Что случилось? — сладко улыбнулась она, но не смогла договорить, потому что увидела перед собой мою тень, поглощающую в своём мраке всё вокруг.

Легкой погодкой пройдя к их столику, я пыталась умерить дрожь в коленках.
— Ты доволен?— лишь спросила я.

Тэхён ошарашено смотрел на меня во все глаза. Он точно не верил в то, что я реальная, стою прямо перел ним.
— Джису?! — вскрикнула Дженни.

— Я совсем... нет... — тихо произнесли его губы, только что целовавшие другую.

— А я — да. Поздравляю, что ты нашёл ту самую, которая "действительно тебя любит".

Он ничего не ответил. Лишь глаза наполнились слезами.

А я смотрела на него, надменно улыбаясь, и мои глаза говорили ему только то, что он лучше всего понимал.

"Прощай, Тэхён"