Воспоминания Тэхёна
– Эй, мажорчик! А ну иди сюда! – спокойно. Нужно просто игнорировать их и продолжать идти дальше. – ЧЁ, глухой, что ли? Иди сюда! Или хочешь, чтобы недавнее происшествие повторилось?
Не могу мириться с этим! Остановившись, я встрял в землю:
– Ну давайте! Сколько вам? 5000? 20000? Думаете, у вас есть право так просто грабить меня?
– А у тебя есть право быть настолько богатым? – он так неприятно и омерзительно сплюнул накопившиеся слюни себе под ноги и сделал пару уверенных шагов мне навстречу, присвистывая своим дружкам: – Тебе вроде явно дали понять: либо будь как все, либо пенай на себя!
– А что мне будет с того, чтобы быть таким, как все? Потеряю 20 процентов интеллекта? – улыбаясь, сказал я, наблюдая за тем, как мягкий солнечный свет вырисовывает на лице этого щеголя сморщенную гримасу.
– Уёбок. – он ускорил шаг, а я уже приготовился к удару, как вдруг давно знакомая мне рука крепко сжала его запястье.
– Гён Сым! Сам напросился! – выкрикнул Чонгук, бросаясь из-за моей спины на этого парня.
Чонгук всегда был выше сверстников на две головы, а сильнее – в три.
Если я был олицетворением интеллекта в нашем союзе, то Чонгук – силы и олимпийской осанки.
И вот так, как всегда просто направляясь утром в школу, по дороге я наблюдал типичную для себя картину: мой лучший друг вбивает в сочную зелёную траву очередного придурка, посмевшего насмехаться надо мной.
– Всё, хен! Больше он и посмотреть на тебя не сможет! С его опухшими глазами! – засмеялся Чон, как ни в чем не бывало разминая пальцы рук.
– Придурок, тебе обеспечен очередной выговор у директора и дома у родителей.
– Да и плевать! – он, лучезарно улыбаясь, смахнул рукой и поправил свою футбольную форму, – Главное, что форму на этот раз не заморал!
– Да, форма будет поважнее репутации! – саркастично усмехнулся я.
– Ну а чё? Футбол – моя жизнь. Я очень много играю, ты и сам знаешь. Вот-вот наступит время, ну, ещё годика два, и меня возьмут в сборную! А там и заживём!
– А как же компания отца? – говоря это, я старался скрыть в голосе толику зависти. – Тебе же нравится возможность владеть крупнейшей компанией по производству элитных автомобилей, в определённом количестве доставляемых в страны Европы и Азии. Это же не модельный бизнес, в конце концов.
– Ну да, работа отца тоже очень крутая! Но футбол лучше!
– И почему к тебе так не пристают? – спустя время спросил я. – Все ведь прекрасно понимают, что от модельного бизнеса не столько бабок, сколько от продажи шикарных машин, но почему-то...
– Потому что я просто большой и сильный! – засмеялся Чонгук. — Я любого смогу укратить. Вот поэтому ко мне и не лезут.
– А девчонки от тебя без ума.
– Ой, да что ты! – довольно улыбаясь, фыркнул он в ответ: – Им определённо не нравятся мои брекеты!
– Этим ты цепляешь их ещё больше. – улыбнулся я и мы оба подошли ко входу в школу.
Чонгук всё ещё улыбался, вдыхая чистый весенний воздух.
– Я так рад, что ты мой друг, Ви. – он посмотрел на меня так, как показывают в дорамах, когда хотят освежить воспоминания главного героя счастливым, но мгновенно печальным воспоминанием, и у них это отлично получается.
– Я тоже рад, что ты мой друг, Чонгук. – тогда я ответил так, даже не задумываясь о значении своих только что сказанных слов.
Ведь для человека, который привык красиво излагать свои мысли, слова ничего не значат. Значат действия, да и то, не всегда. А что слова? Разве они что-то значат?
– Спасибо. Для меня это очень важно. – совсем искренне сказал Чонгук и потрепал меня по голове, тут же ужасно засмеявшись. – Видел бы ты себя! Такой низкий! Взгляд дебильный и чёлка-горшок! Что-то подсказывает мне, что эти времена ты будешь вспоминать с большим трудом!
– Ну всё, хватит! – отмахнулся я, – Видал мою маму? Она была самой красивой в юности. Так что и меня её красота непременно настигнет! Стану таким сердцеедом, вот увидишь!
– Ну насчёт того, что ты станешь чуть симпатичнее обезьяны, я ещё согласен, а вот насчёт сердцееда – ОГРОМНОЕ И ЖИРНОЕ НЕТ! – продолжал угарать Чонгук.
– Пффффффффф, ну-ну, – я смутился и посмотрел в сторону, тут же вспомнив, что только вчера записался в спортзал.
Буду ходить туда каждый день. На этот раз всё будет серьёзно. Ни о каком низком парне с уродской чёлкой и речи не будет!
***
Что ж, а я сдержал свои слова.
Да вот только, лёжа на чистой кровати, к чистоте которой я так часто придераюсь — я совсем не чистый, а грязный. И не только телом, но и душой.
Глубокий вдох. Спокойно, Тэхён, просто иди дальше.
Сколько раз я говорил это себе и шёл дальше? Нет, не решал проблему, а плевал на неё и шёл дальше? Сколько?
Уже и не вспомнить.
Я всю жизнь делал то, что хочу. А те, кто рядом, без слов и раздражений решали всю ту чепуху, которую я натворил. Мой отец. Чонгук. Дженни. И все остальные, кто сильно натерпелись, просто общаясь со мной. А я всегда только плевал на них и шёл дальше.
Нужно, что ли, переодеться.
Я встал с кровати, которая ничуть не скрепит в отличие от гостиничных кроватей, которые постоятельцы предпочитают использовать в качестве удобного дополнения к сексу, и вспомнил первое своё условие, которое я поставил самому себе, когда только перезжал в собственную квартиру: никаких девушек в доме. Никакого жёсткого секса в этих стенах. Спальня – место сна и тайник сил и энергии, а не место для беспорядочных связей.
Но я нарушил это условие, внезапно приведя сюда Джису. Девушку, которая в этой жизни способна натворить не меньше, чем я. И она натворит, дай ей волю...
Нет, не то чтобы я так сильно злюсь на неё из-за того, что она оскорбила меня там, у себя. Бережно снимая с руки чёрный рукав атласной рубашки, я увидел в отражении зеркала обнажённые мышцы. И нет, не то чтобы я зол. Я выше этого. Это же всё всего-навсего слова, которые ничего не значат.
Затем в отражении зеркала вырисовывается мой голый торс. Я не успел и заметить, как быстро стемнело. Хотя да, Новый год и Рождество наступают. А перед всем этим и непременный мой день рождения. Прямо за день до Нового года...
Открыв шкаф, я задумчиво провел пальцами по бережно сложенным пулловерам, выбирая между тем, что же надеть в полицейский участок.
Потом остановил свой выбор на доброй классике,аккуратно снимая с вешалки льняную рубашку простого серого оттенка. Рядом поставил коричневые лоферы. И чёрные джинсы. Будет выглядеть неплохо, к тому же не так трагично, как первый образ, который я надел утром, ни на что не надеясь, отправившись вместе с Джису в её квартиру. Но какая одежда — такое и настроение. Так что драмой я насытился сполна.
Скорее бы просто разобраться с этим всем. И оставить в покое.
Но самое ужасное, что... Что...
Я не хочу ни выбирать, ни судить никого из них. Я хочу оставаться тремя лучшими друзьями, как и раньше. Я не хочу терять Чонгука.
Да потому что лучше друга я никогда не найду.
– Ты собрался? – Дженни беспордонно открыла дверь и вошла в мою спальню, нарушив и второе моё условие — не впускать в спальню женщин.
На ней не было ни следов избиения и печали. Кажется, будто всё это нам приснилось, и ничего не случилось на самом деле.
— Поедем уже? Хочется покончить с этим всем как можно раньше. – фыркнула та, – Он меня уже давно порядком достал.
– Ты правда того хочешь? – надев на руку часы, я повернулся к ней. И я уверен в том, что я выглядел в этот момент, как исключительный мудак с добрыми намерениями. – Может решите эти дела между собой? Зачем предавать всё это огласке?
– Ты серьёзно сейчас? – громко спросила Дженни, — За тем, чтобы наказать его! Это ОН избил меня. Да, Тэхён, прошу не забывать об этом! И кто бы он нам не был – это преступление!
Она всплеснула руками и нетерпеливо прошла вперёд, плюхнувшись на мою кровать.
На мою кровать...
– Где Джису? Она же хотела поехать с нами.
– Джису не сможет. – солгал я, подойдя к ней ближе. – Встань, пожалуйста, с кровати, ты все-таки в грязной одежде.
– В грязной? Ну спасибо! – она неохотно встала, сопровождая свои действия звуком поднимающихся одеял. – Кстати, где ты купил одеяла? Мягкость невероятная!
– Магазин белья во французском бульваре. – я кивнул в левую сторону и облокотился об стену.
Понимая, что если я не скажу это сейчас, то не смогу сказать никогда, я тихо сказал: – Я понял кое-что. Прежде, чем я скажу это, прошу согласиться тебя с моим мнением.
Дженни в упор посмотрела на меня.
– Я не собираюсь выбирать кого-то из вас. Поэтому я принял решение... Что не поеду в полицейский участок. И не поддерживаю тебя в этом.
Дженни с самым ледяным видом выслушала меня и, кивнув, встала.
– Хорошо, это твоё мнение. Я не рассчитываю на твою поддержку. Или поддержку кого-то ещё. Я и одна как всегда справлюсь со всем дерьмом, что меня окружает. – Она холодно смерила меня взглядом и собралась уже было выходить из комнаты, как мой голос остановил её:
– Не хочешь справляться со всем этим дерьмом – так не создавай его.
– Спасибо, любимый лучший друг. Как же я жила без этого совета?
Дженни вышла из комнаты, оставив меня один на один рядом с собой.
А если она все-таки напишет заявление? Что тогда? Семья Дженни не менее богата и прославлена, чем семья Чонгука. Если она напишет заявление – случится скандал.
Но ни что не должно развернуть ситуацию так, чтобы повторить скандал трёхлетней давности....