×°Non resistere °×

– В эти моменты меня раздражает весь мир.

Я ничего не ответила, наконец полностью вернувшись в реальную жизнь, которая требовала моего непременного решения.
– Я не хочу выбирать никого из них. Тэхён... – я сказала это, вдруг почувствовав яркое желание взять его за руку, но я быстро отогнала от себя эти мысли, когда мне показалось, что Тэхён тоже подумал об этом.

– Что?

Я вздохнула, полностью поверив в то, что именно тому самому грубияну и пошляку, которого я презирала всеми фибрами своей  души, я признаюсь в том, что разочаровываюсь в обоих своих лучших друзьях.

Так и правда, кто же ты для  меня, Ким Тэхён?

– А кто же ты для меня, Тэхён?

– Ты спрашиваешь уже во второй раз. Действительно хочешь узнать? – улыбается он, а лучи утреннего солнца нежно играют с его гладкой кожей.

– Хочу.
Я правда хочу, Ким Тэхён. Почему ты такой глупый, что ты этого так и не понял?

– Тогда, – Тэхён набрал в грудь воздух и посмотрел в окно, где небо было голубое-голубое. Впервые такое ясное небо, пришедшее сегодня утром вместе с ранним морозом. – Тогда скажу то, что мне действительно ясно: ты знаешь больше, чем следовало бы знать просто подруге.

– Ум, хорошо. — выдохнула я и засмеялась: – Да, ты прав, я знаю, что ты хранишь пиво  в холодильнике.

– Соджу? Соджу должно быть в холодильнике у каждого уважающего себя корейца, – Тэхён тут же начал оправдываться, вдруг подумав, что я стану осуждать его за банки пива, мирно стоящие на полке холодильника, – И, вообще, я пью меньше, чем в прошлом году... Мой отъезд многое поменял в моём сознании.

Может быть... Может быть, это действительно так.
Ведь у меня нет совершенно никакого желания вспоминать ту грязь, которой поливали Ким Тэхёна  журналисты и газеты, потому что я вижу перед собой совершенно другого человека. И даже если...
Даже если...

– Тэхён?

– М? – он спокойно поднял на меня глаза, ничего не ожидая услышать, но...

Я не была бы собой, если бы не спросила...

– Ты правда насиловал девушек?

Секунда пролетела как целый час.

Он мгновенно порозовел и тяжело вздохнул:
— Зачем ты спрашиваешь?

– Ты боишься отвечать? Боишься отвечать за то, о чем говорил весь Пусан? – спросила я, добровольно прижимая пистолет к вискам.

– Неужели ты полагаешь, что я отвечу? – снова этот взгляд.
Взгляд зверя из-под тёмной чёрной  вуали.
Тэхён так явно скрывает что-то... Но что? Неужели он и правда насильник? Странно, может я действительно сошла с ума, потому что даже если и так – я приму любую информацию, главное, чтобы это была правда.

– А что? Изнасилуешь? – спрашиваю я, совершенно не чувствуя никакой угрозы.

– Ты что, совсем охренела? – эти слова не прозвучали опасно, скорее застенчиво, но он явно хотел, чтобы это сию минуту же прекратилось.

Как бы не так, Тэхён.

– Не уйду, пока не ответишь! – вскочила я.

– Кажется, ты уже заигрываешься, Джису.

– Так что?

– Нет. – выдохнул Тэхён. – Не насиловал, довольна?

Конечно же, я знала об этом. Но почему ты так боялся отвечать? Почему так сильно боялся сказать нет?
– Хорошо, это всё, что я хотела узнать.

– В с ё? – брюнет всё ещё стоял над столом, порывисто вздыхая. – Слава богу. Давай договоримся на том, что впредь ты не будешь задавать мне таких бестактных вопросов, ясно?

Я молча улыбнулась, вдруг осознавая, что я и правда была совершенно бестактна. С моей стороны подобный вопрос был совершенно не в тему, да и вообще...
Ах, как же стыдно!

Даже понять не могу, что управляет мной в такие моменты, которые впоследствии меняют всю мою жизнь.... Кто заставляет меня так сильно рисковать? Неужели сама я?
– Это было и правда неловко. – сел Тэхён, – Ты так внезапно спросила... – он, красный, посмотрел на меня и гробовым тоном голоса сказал: – Что я подумал, что ты из полиции, и моё время настало.

– Так ты и правда имел дела с полицией? Ой, прости, я забыла, что мы только договорились не задавать друг другу таких вопросов...

Тэхён с минуту посмотрел на меня и на удивление ухмыльнулся:
– А знаешь, мне нравится эта игра. Ты ведь уже спрашивала меня, не так ли?

— Так.

– Значит теперь моя очередь задавать тебе вопросы. – ухмыльнулся тот, как довольный пятнадцатилетний мальчишка.

– Хорошо, я готова ответить.

– Любила ли ты когда-нибудь? – вдруг спросил он, чего я совсем не ожидала.

– Любила? Я думала, ты спросишь, был ли у меня секс втроём или что-то типа того...

– Хах, подобные разговоры  мне не интересны.

– Наверное, – настало время отвечать, и я задумалась, наконец сказав: – Наверное, да. Совсем недавно. Но эта любовь оказалась не... Не... – черт, почему же я не могу сказать это?

Неужели та любовь к Чонгуку и правда оказалась вовсе не любовью?
– Любовь – это когда ты готов принять человека со всеми его демонами, такого, какой он есть? Это когда ты так сильно ослеплен счастьем, что даже в самых его омерзительных чертах видишь прелесть? – наивно спросила я, надеясь на Тэхёна.
Может быть ты откроешь мне глаза на мои чувства?

Тэхён замолчал, внимательно посмотрев на меня.
– Нет. Это называется зависимость. Любовь – это когда ты не просто принимаешь человека, это когда ты любишь его любым. И в то же время ты понимаешь, что этот человек станет гораздо счастливее, если избавится от своих демонов. Любовь делает нас лучше. Тебе это известно из женских романов, да? Так вот. Смысл этой фразы и заключается в том, что любовь любит нас, и поэтому делает нас сильнее и лучше. Помогает бороться нам с демонами, которые тянут нас вниз, а не принимают их. Если ты полюбишь убийцу, ты будешь любить его и за все убийства, которые он совершил? Нет. Поэтому это не любовь, это слепая зависимость.

– Тогда... – я закусила губу, – Тогда я не любила. Я, что ли, готова была смириться, а в то же время не хотела себя этим обременять... – когда я озвучила эти слова вслух, я вдруг почувствовала себя удручающе глупой, не разбирающейся в собственных чувствах, и той, кто так и не смогла понять истину. И я ответила: – Я не знаю.

– Если так, то... – Тэхён усмехнулся, – Я признаюсь тебе в том, что я, в отличие от тебя, всегда любил.

– Да ты что? – усмехнулась я, не веря в эту чересчур драматичную игру, – Я, может, и не умнее тебя, но даже я понимаю, что любить может не каждый, и не сразу... Для этого нужно время.

– Тогда, – он снова задумался, – Тогда я прихожу лишь к одному выводу: мои взоры на мир и на людские чувства отличаются от общепризнанных, поэтому ты вряд ли сможешь меня понять. – задумчиво смотря в окно, сказал Тэхён, романтично вздыхая, и смотря на мир таким глубоким взором, что можно было писать картину.

– Да ты просто зассал, потому что сам-то понял, что ничего не понимаешь. – не выдержала я, прервав эту эстетичную сцену. — Короче чувства – не наша с тобой фишка, вот и всё. А ещё любовь слепа, Ким Тэхён. Поэтому люди зачастую принимают ошибочное решение, когда решаются любить человека всего и без остатка. Если ты любил плохих девушек, вредных и омерзительных, веруя в то, что твоя любовь поменяет их в лучшую сторону – ты был слеп. – пожала плечами я, на что тот даже не нашёлся в ответе.

– Я всегда думал, что это я буду учить тебя жизни, а не ты меня... – в его голосе звучало немыслемое восхищение и в то же время – удивление.

– В таком случае ты бы оказался сущим жадиной!

***
Мы наконец закончили нашу трапезу, и вот уже сидели в его машине, собираясь проведать Дженни.
Теперь я и вовсе не имела совершенно никакого представления о том, как мне быть и что делать. Но, что ещё более странное – Тэхён, вроде бы никогда не был со мной, кажется, сейчас тянется ко мне со всем своим желанием, и даже понимает меня. Действительно понимает так, как оно и есть.
– Я уже во второй раз нахожусь в твоей машине! – вот уже я сидела на первом сидении, мысленно восхищаясь тем, как приятно пахнет в его салоне, и насколько же он чист, что кожаные чёрные кресла переливаются на солнце.

– Третий.

– Третий?

– После того случая на сцене... – прошептал он.

– Ах, точно! Вот я дура! У меня совсем вылетило из головы!

– Ты не дура. – как-то робко сказал Тэхён и зорко посмотрел на меня:– Пристёгивать себя-то собираешься, или это сделать мне?

Я поняла его намёк и тут же пристегнула ремень безопасности.
– Приятно, что ты заботишься! – как довольная пьяная девственница, сладко  протянула я.

– Забочусь о том, чтобы нас не оштрафовали. – ах, в его речи звучит такое ехидство! И в то же время он совершенно не смотрит на меня, говоря подобные вещи. Точно врет о настоящей цели своего высказывания, и я-то знаю, о чем он лжёт!

Его длинные пальцы незаметно для самой меня включили радио, и приятный женский голос озвучил название песни, которая будет играть через несколько секунд.
– О, Get free! – в один голос протянули мы с Тэхёном, тут же оторопев и встретившись друг с другом глазами. – Ты тоже любишь эту песню?

– Get free – где поётся о свободе и о обычной жизни людей – одна из самых лучших песен. Она лишена всякого пафоса. – легко ответил Тэхён. – И хоть в тексте исполнитель наделал кучу грамматических ошибок, это того не меняет.

– Ну да, я тоже считаю эту песню опупенной. – тихо сказала я, почувствовав себя рядом с этим эрудированным и начитанным человеком круглой дурой.

– Опупенной? Думаю, этот эпитет сюда отлично вписывается! –он  улыбнулся, и я тоже.

Да, сюда особенно вписываемся мы, к слову говоря...

Он завернул за угол и мы тут же оказались у моего дома. Вижу, он хорошо знает маршрут от своего дома до своего.
— К слову о Дженни — я написал ей ещё утром, что был вынужден уехать домой. Она ответила, что всё нормально, и она постарается заснуть.

– Так легко? Если честно, мне немного совестно за то, что мы оставили её в таком состоянии. Но с другой стороны мне совершенно её не жаль.

– Лучше бы ты не говорила следующее. – тихо сказал Тэхён, открывая дверь машины.

– А она что-то говорила обо мне?

– О тебе? Думаю, ей наоборот было хорошо оттого, что её оставили наедине с собой в спокойной обстановке. Расспросы ей в тот момент вряд ли были приятны.

– Да? А вчера ты был совершенно другого мнения: собирался быть с ней столько, сколько потребуется.

Тэхён неловко улыбнулся:
– Да, но теперь я поменял своё мнение. Да и есть ли смысл говорить об этом сейчас?

– Есть, ведь ты меняешь своё мнение так же быстро, как и я...?

– Ох, только не говори, что мы похожи. – засмеялся тот, закусывая губу.

Я и не говорила, но... Ах, ладно.

Мы наконец очутились в моей квартире, и я было уже приготовилась встретить Дженни, но никто не вышел к нам навстречу. Мы прошли дальше, но квартира была пуста. Правда, был небольшой бардак, который мне предстояло убрать до прихода Хани.
– Она не говорила, что уйдёт?

– Нет, не говорила. Может, она вышла в магазин?

Я поджала губы, понимая, что она вышла из моей квартиры, оставив дверь не запертой,тем самым поставив под риск опасности мою квартиру и всё, что у меня было.
– Я ей позвоню. – Тэхён нажал на её контакт и пошёл вызов.

А я, стараясь скрыть досаду, ходила по гостиной и собирала полотенца, кофточки, в общем, – всё то, что валялось не на своём месте.
Честно признаться, больше всего мне хотелось просто разобраться со всем этим как можно скорее. Я даже устала от присутствия Тэхёна, хотя именно он оказал мне нужную поддержку.

– Да, почему ты ушла и ничего не сказала? – Я спрашиваю, потому что волнуюсь. Я знаю, что ты свободолюбивая, но так не пойдет. Нужно было сказать. – Мы с Джису просто надеемся, что с тобой всё хорошо. – Ты готова будешь встретиться сегодня и написать заявление на Чонгука? — Отлично, тогда встретимся в 5.

Положив трубку, Тэхён увидел перед собой моё лицо, выражающее непонимание.
– Что?

— Ты все-таки против Чонгука?

– Пхах, кем бы он мне ни был – он совершил преступление, за которое должен ответить. Или ты готова простить его за это?

Я?
– Ты прав. – вдруг сказала я, – я не готова мириться с этим, но я могу это просить. Но... Дженни, наверное, не сможет.

– Она и не должна. – резко и раздражённо ответил Тэхён. – И вообще, давай сменим тему.

— Как скажешь. – я почувствовала себя совсем не весело, и мы оба зависли в ожидании того, как что-то прояснится само по себе.