꒰12꒱
Утро. Хосок захотел поговорить с Ли Тэмином, он вошёл через главный вход, как всегда раньше всех. В руке у него была папка с отчётами и чашка кофе, от которой ещё поднимался тонкий пар. Поднявшись по лестнице, он заметил, что дверь в кабинет управляющего приоткрыта. Обычно Тэмин приходил рано и первым делом закрывал дверь, чтобы никто не мешал ему работать. Хосок нахмурился.
Он шагнул внутрь и застыл, у окна, под самым потолком, на туго натянутом ремне висел Тэмин. Его тело медленно покачивалось. Лицо было бледным, глаза закрыты. Потом он заметил листок аккуратно сложенный, лежащий поверх документов. На нём дрожащим почерком было написано:
Прошу прощения у своей семьи.
Я слишком устал.
Всё, что я делал, я делал ради вас
Мои махинации всплыли, и я не готов отвечать за них.
Простите меня
— Алло? — он позвонил в полицию. — В школе "Чхон" обнаружен труп управляющего Ли Тэмина...
Чонгук, Лалиса, Тэхен и Дженни шагали вместе. Их шаги замедлялись, чем ближе они были к воротам. Вдоль лестницы стояли полицейские машины с мигающими огнями, а возле входа журналисты.
— Что… это? — выдохнула Дженни, сжимая ремешок сумки.
— Может, какая-то проверка, — неуверенно сказал Тэхен. — Все же знают, что Тэмином заинтересовались
Толпа перед воротами расступилась, и к ним подошёл Сехун. Его лицо было бледным, как мел, хотя он обычно не позволял себе показывать эмоции.
— Вы не слышали? — спросил он, глядя на них.
— Нет, — тихо ответила Лалиса. — Что случилось?
Сехун сглотнул, взгляд его метнулся в сторону главного корпуса, где стояли полицейские. Потом снова к ним.
— Ли Тэмин… — он запнулся, вдохнул глубже. — Повесился, его нашли сегодня утром.
— Что? — Дженни моргнула, не веря услышанному. — Ты… шутишь, да?
— Хотел бы, — тихо сказал Сехун. — Нашёл его учитель Хосок в кабинете. Говорят, даже записку оставил…
— Вот дерьмо… — пробормотал Тэхен. — Я вчера видел его. Он вёл себя, как обычно.
Полицейские тем временем переговаривались у лестницы. Несколько репортёров пытались прорваться ближе, выкрикивая вопросы:
— Это правда, что смерть связана с финансовыми махинациями?
— Кто из учеников был к нему ближе?
— Будет ли расследование внутри школы?
Дженни резко шагнула назад, не выдержав вспышек камер.
— Они будто звери… — прошептала она, прячась за Чонгука.
Чонгук стоял неподвижно, глядя на окна второго этажа, где находился кабинет управляющего. Лиса осторожно коснулась его плеча:
— Чонгук… ты в порядке?
Он не ответил.
Два дня назад...
Хосок сидел в своей комнате, за закрытыми шторами и продолжал своё расследование. На фотографии в бане, которую он увидел в комнате Тэхена была Чеен, Ли Тэмин и Чон Енхак - отец Чонгука. Хосок откинулся на спинку кресла и провёл ладонью по лицу. Слишком очевидно, после убийства и поиска улик в квартире Чеен, они обнаружили дорогую одежду, а так же счета, о которых никто не знал. Стало понятно, что сиротка встречалась с этими мужчинами за деньги. Но среди фотографий на стене в комнате Тэхена он увидел еще кое-что интересное: Чеен встречалась и с отцом Тэхена - Ким Енсу, он следил за ними на парковке и фотографировал тайно.
Да, теперь всё сходилось: Чеен жила не просто "на съёмной квартире", как все думали. Она жила в таунхаусе, который принадлежал Ли Тэмину, а он в свою очередь подталкивал своим спонсорам и любезно предоставлял Чеен квартиру в обмен на то, что она спит с ними, но другой вопрос в том, спал и он сам с ней? На фотографиях он всегда мелькает в компании Чеен и кем-то ещё, но наедине нет.
Он снова посмотрел на экран. Перед ним были открыты несколько документов: финансовые отчёты, платёжные записи, архивные фотографии. Всё, что удалось собрать за последние дни, и, он решился.
Хосок включил ноутбук, открыл браузер и зашёл на официальный портал Министерства образования и внутреннего аудита. Там, в разделе «Заявления о нарушениях и коррупции в образовательных учреждениях», он начал заполнять форму.
«Подозрение на злоупотребление служебным положением и незаконное обогащение. Управляющий Ли Тэмин, школа „Чхон“. Обнаружены признаки финансирования учащихся и возможной связи с проституцией несовершеннолетней Пак Чеен…»
Он дописал до конца, приложил все собранные документы и фотографии, затем нажал кнопку.
В элитной комнате Лалиса сидела в кресле, закинув ногу на ногу, но руки нервно теребили браслет на запястье. Напротив, в точно таком же кресле, чуть откинувшись, сидел Тэхен его губы были сжаты в тонкую линию. Дженни и Чонгук устроились на диване рядом, между ними стояла кружка с давно остывшим чаем.
— Что происходит, — нарушила тишину Лиса. — Ли Тэмин сказал, что идеально всё сделает… И вдруг повесился?
— А если это и на нас отразится? — Дженни подняла голову, глаза округлились, она сжала подушку.
— Не переживайте, — Чонгук положил ладонь на её колено и слегка улыбнулся. — Обещаю, ничего не случится.
От его ей стало теплее на душе. Дженни чуть выдохнула и кивнула.
— Кстати, — подала голос рыжая, скрестив руки. — Он вообще правда сам это сделал? Тэмин всегда носился по школе, как радостныйс слон. Зачем ему вдруг… вешаться?
— И что? — Тэхен, который всё это время сидел, опершись локтями о колени, поднял взгляд. — Может, он просто… сошёл с ума.
— Да, конечно, — с сарказмом произнесла рыжая, откинувшись на спинку кресла. — Так и умолял кого-то его убить. Он ведь всегда боялся твоего отца, — она указала подбородком на Тэхена, — А тут вдруг поругался с ним… и вот он мёртв. Совпадение, да?
— Ты о чём это? — нахмурилась Дженни.
Тэхен медленно выпрямился.
— Я вчера подслушивала разговор Тэмина и вашего отца, — продолжила рыжая, будто нарочно дразня зверя. — Господин Енсу был в бешенстве. Он говорил, что Тэмин всё испортил, навлёк беду на школу. А потом... — она осеклась на секунду, но продолжила твёрдо: — Он прямо угрожал ему смертью.
— Чего?.. — Дженни будто побледнела, её губы дрогнули.
Тэхен сжал кулаки. Вены выступили на руках.
— Повтори
— Я подумала, — произнесла рыжая спокойно, переведя взгляд на Тэ, — Что теперь он может спать спокойно, ведь Ли Тэмин мёртв.
— Ах ты… крыса, — прошипел Тэхен.
Он вскочил, кресло отлетело назад. В одно мгновение он обошёл стол и поднял руку. Лиса инстинктивно зажмурилась. Но прежде чем он успел ее ударить, Чонгук молниеносно встал и схватил его за руку, заломив за спину.
— Хватит
— Что хватит?! — крикнул Тэхен, пытаясь вырваться. — Ты слышал, что она сказала про моего отца?! — он перевёл взгляд на Лису. — Как ты смеешь так говорить?! — голос срывался. — Пусти!
Чонгук резко отпустил его.
Тэхен отступил, тяжело дыша, его пальцы дрожали.
— Вы все с ума сошли? — нахмурился Чонгук, обводя взглядом всех, затем выдохнув, спокойно продрлжил. — Я просил найти информацию на учителя Хван Хосока, — проговорил он, — Но мой человек ничего не нашёл, кроме диплома в университете Корё, ни прописки, ни родственников, ни прошлых мест работы, вообще ничего.
Все повернулись к нему.
— Но если искать не "Хван Хосок", а "Чон Хосок", — Чонгук усмехнулся, — То появляется совсем другая картина, — он сделал шаг, подошёл ближе и посмотрел на каждого по очереди. Они все были шокированы. — Хван Хосок… точнее, Чон Хосок никакой не учитель. Он детектив. И, судя по всему, он расследует убийство Чеен.
Дженни побледнела, глаза расширились.
— Он действительно учился в Корё, — продолжил Чонгук. — У него нет родителей, он приемный. Всё это можно проследить по архивам.
— И что нам теперь делать? — Лалиса выпрямилась в кресле, — Если он правда детектив, его уволят, и что тогда? Он начнёт копаться ещё глубже.
— А если он всё расскажет? — Дженни едва сдерживала слёзы от паники. — Ли Тэмин представил его моей маме, и она выбрала его моим репетитором. Он знает о наших собраниях... всё моё дело в его руках.
Чонгук замер.
— Это неважно, — Лиса перевела на неё взгляд. — Как ты можешь думать об этом сейчас?
— А что? — Дженни вдруг резко подняла голову и посмотрела на Лису так, будто хотела ее ударить. — Ты сейчас думаешь только о своём дебюте. Тебе пофиг на других! — она повысила тон и голос дрогнул от эмоций. — Потому что у самой нет никаких достижений!
Чонгук встал и подошёл к окну, опершись ладонями о подоконник. В его движениях была усталость: всё это сводило его с ума.
— Включите головы, — щёлкнул Тэхен. — Он не стерпит, если мы его выгоним. Если он начнёт рассказывать, как ты издевалась над Чеен можешь забыть о дебюте. — он широко развёл руки, делая акцент на каждом слове, смотря прямо в глаза Манобан.
Рыжая встала, она вскинула голову, подбородок гордо вытянула и скрестила руки на груди.
— Если он расскажет, что ты преследовал и делал фотки Чеен, — ответила она, — Тебя ждёт позор и другая школа.
Этого было достаточно, чтобы Тэхен снова вышел из себя. Он сделал шаг вперёд, но голос Чона его остановил, вернее напугал даже. Он никогда не видел друга таким.
— ТИХО! — закричал Чонгук.
Он стоял посреди комнаты, тяжело дыша, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели. На мгновение все стихли. Дженни вздрогнула, отпрянув к спинке дивана, её глаза округлились. Чонгук медленно обернулся к ним.
— Всё было бы хорошо, если бы вы хоть раз послушали меня, — сказал он, с трудом сдерживая ярость. — Вы вечно делаете то, что взбредёт вам в голову, и теперь мы все в дерьме по уши, — он шагнул ближе, — С этого момента вы будете делать только то, что я скажу, — продолжил он, обводя всех взглядом по очереди. — Если, конечно, не хотите, чтобы всё стало гораздо хуже, — он перевёл взгляд на рыжую. Та стояла, слегка склонив голову, — Лиса, — сказал он холодно. — Не обращай внимания ни на что. Займись своими репетициями. Поняла? — он сжал губы. — Я позабочусь, чтобы Хосок молчал.
Лиса кивнула.
— Дженни, — он повернулся к ней, голос стал чуть мягче. — Попроси маму найти тебе нового репетитора. И чем быстрее, тем лучше. Ты же знаешь, как с ней говорить, она строгая, но тебя она слушает. Используй это.
Дженни сглотнула, кивнув.
— Хорошо, — выдохнула она едва слышно.
Затем он перевёл взгляд на Тэхена, который стоял у стены, сжав челюсть и скрестив руки на груди.
— А ты, — сказал он жестко. — Перестань устраивать сцены. Хватит вести себя, как ребёнок. Соберись. Держи свои нервы при себе, ясно? Нам всем и так непросто.
Тэхен фыркнул, гордо подняв подбородок.
— Ладно, — бросил он с раздражением, резко развернулся и, не посмотрев ни на кого, вышел, громко хлопнув дверью.
— Что с ним вообще такое? — с усталостью сказала Лиса, опускаясь обратно в кресло. — От него одни проблемы.
Чонгук провёл рукой по лицу, глубоко вдохнул. Его взгляд скользнул к двери, за которой исчез Тэхен, а затем к девушкам.
— Я с ним поговорю, — произнёс он спокойно, но твёрдо. — Не переживайте. — он помолчал, потом добавил, глядя им прямо в глаза: — И ещё… отныне следите за каждым своим словом и поступком в присутствии Хосока. Ясно?
Обе девушки синхронно кивнули.
Чуть позже...
Дженни вошла в класс одна. Она машинально поправила воротничок школьной формы, села на своё место у окна и глубоко вздохнула. В груди всё ещё клокотала злость. Тэмин представил Хосока, как отличного специалиста, который поможет улучшить оценки. Мама, конечно, сразу же прониклась, он милый, улыбчивый, вежливый, настоящий джентльмен. Дженни поморщилась. Он всем нравится.
Дверь в класс тихо открылась. Хосок вошёл. На нём была светлая рубашка, рукава закатаны до локтей, под мышкой папка с личным делом Дженни. По просьбе ее маме, он должен был сделать ей идеальное дело, по мимо репетиторства.
— Привет, Дженни, — произнёс он мягко. — Извини, если заставил ждать.
Девушка поднялась с места и скрестила руки на груди.
— Не стоит извинений. Я хочу кое-что разъяснить, перед тем, как начать заниматься. — её голос дрожал, но она старалась говорить уверенно. — Я знаю, что вы детектив. И если думаете, что я что-то расскажу вам про тот случай, то зря. Можете изображать учителя сколько угодно, всё равно ничего не узнаете. Так что лучше просто… учите меня.
Она произнесла последние слова с насмешкой, почти сквозь зубы. Хосок чуть приподнял брови, но не перестал улыбаться. Он подошёл ближе, положил папку на стол и, облокотившись, посмотрел на девушку.
— Знаешь, — начал он медленно, — Ты слишком остро реагируешь. Обычно так делают те, кому есть что скрывать.
— Мне нечего скрывать! — вспыхнула Дженни.
— Правда? — Хосок слегка наклонил голову. — Странно, ведь все говорят, что ты ревновала Чеен к Чонгуку. А ревность штука опасная, из-за неё иногда совершают ужасные поступки. Даже… убийства.
— Кто… кто вам сказал такую чушь? — еле выдавила она.
Хосок отступил на шаг, взял со стола папку и открыл её, не глядя на страницы.
— Твоя подруга, — произнёс он спокойно. — Лалиса.
— Подруга? — она презрительно скривила губы. — Она никогда не была моей подругой. — девушка сделала шаг к нему, глаза её сверкнули. — И если вы верите ей, то вы ещё больший дурак, чем я думала. Я не стала бы марать руки из-за какой-то… шлюхи, — она произнесла последнее слово презрением.
Хосок не ответил сразу. Он лишь посмотрел на неё, чуть прищурившись, и тихо сказал:
— Значит, ты всё-таки злишься на неё.
— Я злюсь на всех, кто лезет в мою жизнь, — отрезала Дженни. — В том числе и на вас.
— Тогда начнём урок, — сказал он с улыбкой. — Посмотрим, чему я смогу научить тебя, Дженни Ким.
Она села, опустив взгляд в тетрадь, но пальцы дрожали. Внутри всё бурлило.
После собрания Лиса вышла из здания школы, чувствуя себя намного лучше. Она глубоко вдохнула и шагнула вниз по ступеням. У самых ворот, стояла директриса Им Наён, а рядом с ней мужчина с ручкой и блокнотом в руке, журналист, судя по всему.
— Я сказала, школа не даёт никаких комментариев! — голос Наён разнёсся по всей улице. — Убирайтесь с территории, или я вызову охрану!
Журналист недовольно буркнул что-то, сделал шаг назад и что-то быстро набрал в телефоне. Им Наён, всё ещё кипя от злости, поправила бейджик, приподняла подбородок и, не оглядываясь, пошла обратно к входу в школе, отдавая кому-то распоряжения по телефону.
Лиса остановилась у ступеней, наблюдая за её удаляющейся фигурой. Сердце било ровно, но в голове уже начинала зреть мысль. Она не могла до конца доверять Чонгуку. Он обещал, что позаботится обо всём, но что он сделает? Ничего. Он слишком идеален, слишком осторожен, чтобы марать руки ради кого-то вроде неё. Отличник, примерный ученик, любимец учителей, его репутация непоколебима. Какое ему вообще дело до этого?
Мысль вспыхнула мгновенно, как спичка. Если она не может противостоять напрямую Хосоку, а может сделать это иначе. Она провела рукой по волосам, собираясь с мыслями, потом выдохнула, и уверенно направилась к журналисту, который стоял чуть в стороне. Тот проверял микрофон и что-то настраивал в камере, но, услышав её шаги, поднял голову.
— Эй, — тихо позвала она.
Он сразу оживился, взгляд стал внимательным. Девушка из школы = потенциальный источник.
— Вы ведь из этой школы, да? — спросил он, чуть наклоняясь ближе, понижая голос. — Хотите что-то сказать?
Лиса сделала вид, что немного смущена, и улыбнулась кокетливо.
— Я просто… не знаю, стоит ли говорить, — начала она, глядя на землю. — Это может быть серьёзно, поэтому… если я расскажу, то только анонимно.
— Конечно, — быстро ответил журналист, уже доставая блокнот. — Всё, что вы скажете, останется между нами. Я гарантирую полную анонимность.
Она медленно подняла взгляд, и чуть склонила голову, будто колеблясь.
— У нас есть один учитель, — произнесла она нарочито осторожно. — Очень странный. Он часто задерживает девочек после уроков, говорит, что хочет помочь с оценками, просит остаться "для дополнительных занятий"… — она сделала паузу, изображая неловкость. — Он...
— Что ты делаешь?
Лиса вздрогнула, сердце болезненно ёкнуло. Она резко повернулась. Перед ней стоял Чонгук. Он держал в одной руке книгу, в другой держал рюкзак. На его лице был шок. Глаза были широко раскрыты.
— А?.. — пробормотала Лалиса, будто очнувшись. — Ничего, я ничего не делаю, — она попыталась изобразить беззаботную улыбку, но получилось натянуто.
Чонгук сделал шаг вперёд. Он посмотрел на неё пристально, не мигая, затем перевёл взгляд на журналиста, стоявшего в двух шагах, с непонимающис выражением лица.
— Может, ему стоит рассказать другую историю? — сказал Чон, а по спине Лисы пробежал холодок.
Она сразу поняла, что он имеет в виду. Лиса не могла этого объяснить, но вдруг ощутила ужас. Её дыхание стало прерывистым. Она видела, как в его глазах вспыхнуло что-то тёмное, не гнев даже, а нечто глубже, опаснее. На секунду ей показалось, что он способен на всё, что если она сделает ещё одно слово не так, он действительно удушит её прямо здесь, на глазах у журналиста.
— Нет, нет, — быстро заговорила она, замахала руками, пытаясь разрядить обстановку. — Ты не так понял… — она сделала шаг к нему, схватила его за руку и выдавила улыбку. — Пойдём, может?
Журналист, всё ещё державший блокнот, растерянно оглядел обоих.
— Так… будет что-то? — неуверенно спросил он, не понимая, что происходит.
Чонгук тяжело выдохнул. Его плечи дрогнули, пальцы на руках сжались в кулаки, и он бросил на журналиста короткий взгляд. Лиса почувствовала, как его дыхание стало резче, было видно, что он сдерживает себя из последних сил. Он уже был другим, не тем спокойным, уверенным парнем, которого знала раньше. В нём появилось что-то хищное, опасное, будто тьма внутри наконец прорвалась наружу. Она поняла, что нужно действовать немедленно.
— Извините, — быстро бросила она журналисту через плечо, потянув Чонгука за собой к воротам. — Я ерунду сказала, просто… забудьте.
Журналист остался на месте, моргая, ошеломлённый. Он смотрел им вслед, пока их фигуры не скрылись за воротами школы. Затем опустил блокнот и достал телефон. Его пальцы быстро пробежались по экрану.
В школе что-то происходит. Ученики запуганы, боятся говорить. Директор скрывает информацию и не допускает нас внутрь. Начинаю собственное расследование...
О
н нажал «отправить», нахмурился и взглянул на ворота ещё раз.
Лалиса и Чонгук отступили как можно дальше от ворот, улица здесь была пустынна, лишь редкие прохожие мелькали далеко в переулках. Они остановились у кирпичного забора. Рыжая стояла спиной к забору, руки бессильно свисали вдоль корпуса, а Чонгук встал напротив.
— Я же говорил, что сам разберусь, — сквозь зубы произнёс парень. — Зачем ты треплешь языком?
Лиса моргнула, медленно переводя взгляд с его лица на асфальт. Сердце забилось быстрее.
— И когда? — быстро ответила она, пытаясь сохранить спокойствие. — Дебют уже на носу, и на нервной почве я не смогу нормально подготовиться.
Чонгук на миг улыбнулся, он кивнул, но в следующую секунду его взгляд стал ещё более серьёзным.
— Тогда расскажи, — спокойно сказал он — Расскажи, что ты сделала с Чеен.
Её лицо исказилось, нервная улыбка растаяла, и в глазах появилась паника. Она попыталась шутливо что-то сказать, но слова застряли.
— Ты решил меня запугать? — неуверенно спросила девушка.
Чонгук сделал шаг ближе, и она почти инстинктивно отступила назад, пятясь к холодной кирпичной кладке. Камень упирался ей в Лопатки.
— Даю тебе выбор, — сказал он ровно. Его фигура нависла над ней. — Если ты не будешь со мной честна, я не смогу тебе помочь.
Лиса почувствовала, как во рту пересохло. Сердце колотилось настолько, что казалось сейчас оно вырвется наружу.
— Тогда я всё расскажу, — выпалила она, — И про то, как Дженни издевалась над ней.
— Вы с Дженни разные, — усмехнулся Чонгук. — Она не собирается становиться айдолом. Людей интересуешь только ты, а ее поступки забудут, как только она уедет учиться за границу...
Рыжая почувствовала, как в горле застрял ком, губы дрогнули, и на миг ей захотелось провалиться сквозь землю. Она перевела взгляд в сторону, пыталась спрятать то, что чувствовала, за хрупкой улыбкой, но понимание своей уязвимости разъедало изнутри.
— К тому же, — продолжил он, — Я буду её защищать, а ты… — он склонил голову. — Что будет с тобой? Тэхен вряд ли встанет на твою сторону. И что он сможет сделать? Он слишком вспыльчив, слишком часто действует, не думая о последствиях.
Он сделал паузу, давая ей время усвоить сказанное, затем парень слегка наклонился, упрёкнув руки о колени, чтобы снизиться до её уровня и взглянул ей прямо в глаза.
— Выбирай, — холодно произнёс Чон. — Будешь слушать меня или гнуть своё?
Её глаза бегали по его лицу и она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, но по итогу она опустила взгляд, ладони инстинктивно сжали край рубашки.
— Я буду слушать тебя, — выдавила она. — Но пообещай… — она подняла щенячьи глаза на парня, — Пообещай, что сможешь заткнуть ему рот.
Чонгук слегка выпрямился, плечи расправились, на его лице промелькнула та самая мягкая улыбка, которую он редко позволял себе показывать. Он протянул руку и потрепал её по волосам.
— Я когда-нибудь не держал своё слово?
Тем временем, в учительской стоял настоящий хаос. Телефоны звенели без остановки один за другим, родители требовали объяснений.
— Мы всё контролируем, — повторяла одна из учительниц, сжимая трубку и стараясь скрыть дрожь в голосе. — Да, дети в порядке, просто… просто произошёл несчастный случай. — она закрыла глаза, когда на другом конце раздался плач.
— Да, не переживайте, — спокойно сказал Хосок в трубку.
В комнату вошла директриса Им Наён. В руке она держала папку с печатью комитета образования.
— Прошу внимания, — сказала она, красными глазами. — Только что пришёл официальный ответ от комитета.
Учителя замолкли. Кто-то поставил телефон на стол, кто-то просто застыл с поднятой рукой.
— Школа закрывается на неделю, — произнесла Наён отчётливо. — Это решение временное, пока ведётся расследование и психологическая проверка персонала и учеников. После этого урока, — продолжила она, — все ученики должны быть отпущены домой. Родители будут уведомлены официально. Мы обязаны действовать спокойно и профессионально. Если я узнаю, что вы что-то напишете в соц сетях об этом инциденте, я вас уволю, поняли?!
Она посмотрела на каждого из присутствующих, и никто не осмелился возразить.
Чуть позже...
Последний урок истории тянулся мучительно долго. Каждый разговор в стенах школы, сводился к одному: к самоубийству управляющего Ли Тэмина. Лиса сидела у окна, глядя в никуда, и пыталась сделать вид, что слушает учителя. На самом деле слова учителя о политике эпохи Чосон пролетали мимо. Она нервно постукивала ногтем по ручке.
В дальнем конце кабинета сидел Тэхен, лицо хмурое, взгляд мрачный. С тех пор, как они поссорились, он почти не разговаривал с ней. Иногда их взгляды случайно пересекались, но на этом всё.
Чонгук же, как всегда, сохранял безупречное спокойствие. Он сидел прямо, внимательно слушая, иногда делая записи в тетради. Казалось, будто всё происходящее его не касалось, но только Дженни могла заметить, как сжимаются его пальцы, когда в классе произносили фамилию "Ли".
По рядам прокатывались тихие шёпоты. Кто-то пересказывал слухи: якобы директор пыталась скрыть подробности, кто-то говорил, что Тэмин был замешан в чем-то грязном. Урок превратился в фарс, ни один ученик уже не слушал историю.
Когда звонок наконец прозвенел, класс наполнился шумом. Ученики быстро собирали вещи, обсуждая новости. Лиса тоже встала, поправила юбку и закинула сумку на плечо. Она должна была пойти на репетицию. Но стоило ей подняться, как Дженни к ней подошла, она остановилась у парты Лисы и скрестила руки на груди.
— Нам нужно поговорить, — произнесла она.
Лиса моргнула, нахмурилась.
— Что такое? Мне пора на репетицию, — раздражённо ответила она, стараясь не смотреть прямо в глаза подруге.
— Это срочно, — с нажимом сказала Дженни и закатила глаза, затем резко развернулась и вышла из класса.
Некоторое время Лиса стояла на месте, не двигаясь, чувствуя, как в груди поднимается волна злости. Сжав губы, она с силой бросила рюкзак обратно на парту. Все взгляды невольно устремились на неё. Собрав волосы в хвост, Лиса подняла подбородок и направилась к двери. Когда она вышла, несколько девочек, сидевших позади, переглянулись и тут же начали перешёптываться:
— Слышала, они опять поссорились…
— Наверное, из-за того, что случилось.
— Или из-за Тэхена…
Лиса слышала это краем уха, но не обернулась.
Дженни вошла в элитную комнату и остановилась спиной к двери, сдержанно выдыхая и собираясь с мыслями. За её спиной тихо щёлкнула ручка двери, рыжая вошла следом. Дверь мягко закрылась, и шаги Лисы приближались к Дженни.
— Ты что делаешь? — она резко обернулась, скрестив руки на груди.
— Ты о чём? — Лиса скривилась.
— Ты рассказала Хосоку, что я ревновала Тэхена к Чеен и издевалась над ней... — выпалила брюнетка, не в силах больше сдерживаться от злости.
Лалиса рассказала это Хосоку под давлением, когда он пришёл к ней в агенство с букетом роз. Но она не могла сейчас признаться Дженни, чем Хосок ее шантажировал, чтобы выпутать эту информацию.
— А что, это не правда? — с усмешкой ответила рыжая, скрестив руки.
— Это ты ревновала, — Дженни сделала шаг вперёд, приближаясь почти вплотную. — Это ты боялась, что Чеен займёт твоё место в элитном клубе.
— Ты шутишь? — Лиса усмехнулась, бросив взгляд исподлобья. — Как ты смеешь сравнивать меня с ней?
— Очень просто, — Дженни чуть приподняла подбородок. — Когда Тэхен ею заинтересовался, ты пришла ко мне плакаться, помнишь? — она прищурилась, видя, как Лиса непроизвольно глотнула ком, выдав себя.
— Знаешь... — Дженни шагнула ближе и ткнула пальцем ей в плечо, сдерживая дрожь от ярости. — Ты недостаточно хороша, чтобы быть среди нас... — она издала короткий смешок. — Твои родители богатые, к тому же спонсоры, но ты прекрасно знаешь, что в элитный клуб не все могут попасть. Твоя несчастная кузина Джой тоже из богатой семьи, но ее почему-то здесь нет. Ты держишься здесь только потому, что все думают, будто ты скоро станешь айдолом, но если они узнают правду, тебя выгонят. И тогда ты станешь неудачницей.
Лиса побледнела, сжала кулаки, но промолчала, собираясь с мыслями, затем вскинула гордо подбородок.
— Неудачницей? — переспросила Лиса, нервно усмехнувшись. — Да ты никто без Чонгука.
Дженни прищурилась, уголки её губ дёрнулись, будто она готова была рассмеяться, но вместо этого в глазах вспыхнул гнев.
— Увидела, что Чонгук к тебе сейчас хорошо относится, и уже радуешься? — хихикнула Манобан. — Не верь этому. Он не такой хороший, как ты думаешь.
— Ты что говоришь? — усмехнулась девушка, откидывая тёмные пряди с лица. — Кому мне ещё доверять, если не ему?
— Ты такая тупая, — хмыкнула Лалиса, резко откинув голову назад и хихикнув. — Неужели ты не замечала, что он временами становится... жутким? — она подчеркнула последнее слово, чуть наклонившись к ней. — Ты вообще знаешь, как он мне угрожал?
Дженни замерла, вглядываясь в неё, не мигая.
— Он сказал, — продолжила рыжая, — что ему будет всё равно, если все узнают, что мы с тобой издевались над Чеен, что он сам расскажет это журналисту, если я открою рот.
Дженни моргнула и отступила на шаг, сначала она поверила, но до нее дошло, что в этой истории что-то не сходится. Чонгук... не мог так поступить.
— Хватит врать, — твёрдо произнесла она, нахмурившись. — Он ни за что не причинит мне боль.
— Ты просто ничего не видишь, — произнесла Лиса и рассмеялась, а когда смех резко оборвался. Рыжая выпрямилась, глядя прямо в глаза Дженни. — Будь осторожна, Ким, — произнесла она медленно, делая шаг ближе. — Тэхен говорит всё, что ему взбредёт в голову. Но мысли Чонгука... — она склонилась к ней и прошептала. — ...ты никогда не узнаешь. Ни-ко-гда.
Дженни перестала дышать. Её глаза расширились, губы приоткрылись, но слов не нашлось. Внутри всё сжалось, от страха, от недоверия, от того странного чувства, что в словах Лисы, возможно, всё-таки есть доля правды. Девушка не могла пошевелиться. Только смотрела, как Лиса спокойно поправила волосы и направилась к двери, будто ничего не случилось, а когда дверь тихо закрылась за ней, Дженни осталась одна вариться в этой каше.